Это была ошибка

      Похищение Рогозиной... Кажется, что ещё хуже, но когда Круглов наблюдал, как чужой майор прочно обосновался в кресле Рогозиной и уже направо и налево раздавал приказы, его аж скрутило от злости. Он сжал кулак под столом, стараясь, чтобы ни один мускул не дрогнул на лице. Но когда майор собеза заявил, что собирается повторно осмотреть квартиру, Коля не сдержался.       — То есть, вы сейчас пытаетесь обвинить нас в том, что мы скрываем какие-то улики? Что мы не способны расследовать похищение нашего начальника? Или что мы покрываем похитителя, может быть? А может вы вообще скажете, что она сама сбежала? В отпуск захотела?       Круглова трясло от едва сдерживаемой ярости. Заявился какой-то майор-проходимец из какой-то там собственной безопасности, начал диктовать им, что делать, да ещё и раскидываться обвинениями в непрофессионализме! Такого унижения Коля ещё никогда не испытывал, и сейчас готов был порвать их за всё, заодно и выместить злость за то, что сам не уберег Галю.       — Майор, сядьте! — повелительный голос не подействовал на Круглова, и Кузнецов сам вскочил на ноги. — Я сказал, сядьте! У меня есть официальный приказ, что я назначен вашим начальником до выяснения обстоятельств, а значит в нынешней ситуации вы — мой подчинённый! Сядьте! — нехотя признав, что он прав, Коля всё-таки опустился на место, а майор продолжил. — Поскольку операция совместная, и мы тут всего лишь выполняем обязанности вашего начальника, а не заменяем всех сотрудников ФЭС, то вы по-прежнему принимаете участие в расследовании. Но поскольку вы все можете быть необъективны, командовать тут буду я. И попрошу впредь не повышать тон.       Круглов порывался ещё что-то ему сказать. Например, что он — щенок, сколько ему лет-то вообще, когда он майора получил? Полгода назад? А ещё затыкать будет майора Круглова? А может напомнить, что в отсутствии Гали он исполняет её обязанности, и не стоит разговаривать с ним, как с мальчиком на побегушках? Ну или ещё множество всего, но вместо этого он предпочел помолчать.       — Рад, что нет возражений, — с сарказмом добавил Кузнецов. — В таком случае мы с моим напарником поедем и ещё раз осмотрим квартиру. А вас всех, — он обвёл их глазами так, словно в каждом видел убийцу, — попрошу оставаться здесь, и ничего, повторяю, ничего не предпринимать. Никакой самодеятельности!       — Вот козёл, — не сдержал эмоций Тихонов, но осекся, виновато взглянув на старших по званию. Но сейчас никто не собирался его винить, напротив, каждый горел таким же праведным огнем.       — Коль, не бери на свой счёт, — Валя осторожно дотронулась до плеча Круглова.       — Да я не беру, — его голос прозвучал ровно, но подрагивающие руки выдавали степень его разъярённости. — Не нравятся мне они. Проверки эти. Сейчас каждого подозревать начнут.       Он хотел ещё что-то сказать, но их внимание отвлекла Соколова. Она почему-то пошатнулась, схватилась за стенку. На лбе испарина, лицо бледное, как Валин халат.       — Юлечка, что? — Лисицын прыжком подскочил к ней, обнимая и прижимая к себе.       — Это… стресс просто, простите, — виновато пролепетала Юля. — Можно я выйду на улицу, воздуха не хватает.       — Конечно, — немедленно произнес Коля. — Кость, иди сделай чай.       Эксперты вспомнили, что их прервали на моменте анализа фотографий места преступления и тоже побежали в лабораторию. Коля вернулся в переговорную. Его взгляд сразу приковал сиротливо оставленный стул начальницы. Он специально сел напротив, смотрел на пустующее место, и чувствовал, как его глаза заволакивает дымка воспоминаний. Несколько месяцев назад       Галя сидит за столом, дописывает какие-то отчеты. Времени много, но она не торопится. Дома же всё равно никто не ждёт. А потому можно поработать спокойно, когда никто не отвлекает, не заходит в кабинет…       — Галь, ты ещё здесь? — она поднимает голову и видит Круглова. Тот хмурится, быстром шагом пересекает кабинет, заходит прямо за спину начальницы, заглядывая в её бумаги.       — Вот скажи, что такого важного в этих бумажках, что ты сидишь ночью и не можешь оставить это на завтра? — Галя чувствует его недовольство, а сама улыбается.       — Ну, а может я знаю, что дома мне не к кому спешить, в отличие от…       Она недоговаривает. Мужские руки уже мягко массируют её плечи, изредка позволяя себе вольность: спуститься и накрыть её грудь через тонкую ткань блузки. Она шепчет «Коля, перестань», но тот прекрасно знает, зачем она осталась, и прерываться не собирается. Страх и адреналин быть замеченными обостряет чувства, и она откидывается назад, закрывает глаза, отдавая себя во власть ощущений. Он водит руками по её груди, уже безнаказанно заползая шаловливыми пальцами под шёлк и касаясь её горячей кожи. Она тяжело дышит, но старается это скрыть. Со стороны коридора слышится смех Юли, и они оба отскакивают друг друга.                   К счастью, Соколова проходит мимо, увлеченно болтая по телефону. Рогозина провожает её глазами и пропускает момент, когда теплые губы Круглова накрывают её, приглашая начать поцелуй. Оба целуются жадно, страстно, так, как если бы это был последний поцелуй в их жизни. Но Галя первая берёт себя в руки.       — Давай продолжим в другом месте? — Круглов кивает и утаскивает её туда, где нет камер, чтобы, наконец, скинуть с Рогозиной дурацкую блузку и увидеть её во всей красе. Настоящее время       Юля, всё ещё бледная, но уже ровно стоящая на ногах, вернулась в буфет. Костя уже помешивал чай, а сам испуганно смотрел на неё.       — Юлечка, заболела что ли? — он подошел ближе и мягко коснулся своими губами её лба.       Она порывисто выдохнула, сделала короткое, еле уловимое движение, подавшись навстречу Косте и спрятав лицо у него на груди. Тот незамедлительно прижал её к себе, зарывшись рукой в волосы. Теперь, став майором, такие вольности Юля позволяла себе ооой как нечасто, но сейчас с ней что-то происходило. Юля подняла свои глаза, и Костя с ужасом заметил в них слезинки. Чтобы его Юля, его сильная и смелая майор Соколова позволила себе такое? Да он едва ли мог припомнить случаи, когда она допускала подобную слабость!       Она потянулась руками к нему, и Костя тут же накрыл её губы своими. Оба чувствовали себя на каком-то особом уровне, энергетическом что ли? Безошибочно угадывали желания и мысли друг друга. Вот и сейчас Косте показалось, что этот поцелуй так сильно похож на прощальный… От этих мыслей у него по коже пробежал холодок. А Юля продолжала его целовать с такой безумной страстью, словно это последний раз, а потом она собиралась умереть или уйти в монастырь.       Насытившись поцелуем, она прервала его также неожиданно, как и начала. Потянулась рукой к чашке с чаем, как ни в чем не бывало отхлебывая напиток. А Костя вот абсолютно не знал, как ему расценивать такой поступок Соколовой.       — Юль, — неуверенно начал он. — Слушай. Не то, чтобы я жаловался… Но что это было?       Юля устремила на него внимательный, чуть грустный взгляд.       — Если приедем домой сегодня, то я тебе объясню, — пообещала она. Костя только собрался задать новый вопрос, как из коридора донеслись шаги и разговор новых коллег из собеза.       — Вот чёрт, принесла нелёгкая, — выдохнул Костя, вставая из-за стола. — Юля, идёшь? — Она кивнула, чуть передернув плечиком, и пошла следом.       В переговорной уже собрались все. Кажется, новые «коллеги» были вне себя от ярости. Круглов нехотя уступил Кузнецову место Рогозиной, а сам сел со всеми остальными. Неизвестно, что такого узнали коллеги из УСБ, но, судя по всему, это что-то не в пользу ФЭС.       — Улика! Как можно было пропустить улику? — начал свой «разгон» майор Кузнецов.       За полчаса майор успел отчитать Круглова, Лисицына и Соколову за то, что они, обыскав квартиру, не нашли в сливном бачке унитаза нож, который, возможно, явился орудием преступления. Тихонов попросил было получить его для исследования, но Кузнецов довольно грубо дал понять, что не доверяет экспертам и сотрудникам, которые уже пропустили улику. Он отдал нож Снеговому, тот отвезет его в лабораторию при управлении, а потом сразу в ФЭС с результатами.       И правда, к окончанию совещания Снеговой приехал в ФЭС. Кузнецов попросил не расходиться и вышел к капитану один.       — Нет, ну вы посмотрите на него! — продолжал распаляться Круглов. — Теперь они шептаться будут! Не доверяют нам! — он не скрывал своей злости. Остальные предпочли помолчать.       Вошел майор Кузнецов, а следом и капитан Снеговой с торжествующей улыбкой.       — Итак, — начал майор, обводя всех ликующим взором. — У нас есть первый подозреваемый. На ноже обнаружены отпечатки пальцев. Их пытались стереть, но, видно, до конца не успели: остался фрагмент. И нам уже удалось установить, кому они принадлежат.       — Так что же мы сидим? — спохватился Круглов, подскакивая. — Поехали арестовывать!       — Уже, — гордость в голосе достигла своего апогея. — Юлия Соколова, вы арестованы по подозрению в покушении на убийство и похищении полковника Рогозиной.

***

Flashback 23 часа назад       Не успела Галя зайти в квартиру, как раздался звонок в дверь. Она удивленно вскинула брови: она ведь никого не ждала.       — Ты? — удивленно спросила Галя, увидев, как девушка перед ней скинула капюшон, и её короткие волосы рассыпались по плечам. — Что-то случилось? Ты вся дрожишь.       — Я вас ждала, Галина Николаевна, — негромко проговорила гостья.       — Ох, ну ты же знаешь, что я допоздна работаю и дома почти не появляюсь. Могли бы в ФЭС поговорить, — Галя вдруг вспомнила, что всё ещё разговаривает с гостьей через порог. — Да ты проходи, проходи. Сейчас сделаю чай, и ты мне всё расскажешь. Раздевайся, проходи…       Голос начал удаляться по мере того, как Рогозина уходила вглубь кухни. Нежданная гостья скинула свой бесформенный балахон, осторожно двинулась в комнату, а за спиной у неё свернул нож…