Вестник вечных зим

Настроение у главы семьи Лорэн было не самым хорошим. Скорее, даже, наоборот. Так не вовремя вскрывшийся компромат на неё лично и возглавляемый ею благотворительный фонд не лучшим образом отразился на душевном и физическом здоровье женщины. В больнице пришлось немного подзадержаться. Ариэль не боялась прихода полицейских с ордером на арест, не опасалась она и агентов многочисленных спецслужб США. Им просто нечего было ей предъявить. Никакого закона она не нарушила, всё ею сделанное за долгое время оставалось в правовом поле и, даже, негласно поддерживалось правящей американской верхушкой. Но народу этого не объяснишь… тупорылому скоту лишь бы помитинговать, чтобы под прикрытием протестов обнести пару-тройку магазинов. Цветные граждане Америки особенно в этом преуспели. И плевать им, что так называемый «компромат» был секретом Полишинеля. Любой человек, умеющий пользоваться интернетом, мог без проблем узнать о деятельности её фонда. Тут как с тотальной прослушкой от спецслужб. Все всё знали, но стадо пошло митинговать только после откровений беглой агентши из ФБР. Вот и сейчас, стоило только воровке опубликовать документы, по Америке прокатилась волна протестов. Почти все взывали к справедливости, ораторы говорили много правильных, красивых слов о всём хорошем, против всего плохого. Чуть ли не о свободе, равенстве и сестринстве вперемешку с защитой демократии, но суть, как всегда была, так навеки и останется ублюдской. Ни о каком возвращении несчастных «спасённых» мальчиков домой из лучшей страны на свете не было и речи. Митингующие женщины не требовали депортации, они требовали свой кусок пирога. Как выкрикнула одна лысая, бандитского вида афроамериканка на камеру: «Сладкими мальчиками делиться надо!» В этом и заключалась вся суть происходящего. Ещё повезло, что чертова кошка не опубликовала сведенья о её, Ариэль, приёмном сыне. Особенно касательные его репродуктивных особенностей. Да, на медицинских заключениях не было указано имя, но само наличие «золотых яиц» не на шутку взбудоражит любую женщину. И чем ниже достаток такой особы, тем сильнее будет её «праведный гнев», ибо мальчики ценны не только как грелки для постели. Они, буквально, символ многочисленных соцгарантий и не менее многочисленных выплат, коими осыпят героическую мать родившегося ребёночка. Счастливый билетик если не в богатую, то точно в безбедную жизнь. Ну какая женщина из низших слоёв общества о таком не мечтает, в самом-то деле? Воровка же, либо оставила информацию на потом, для шантажа, либо у этой костюмированной завелись мозги. Впрочем, ничего хорошего лично для Ариэль это не сулило. Большие деньги, как и серьёзные тёти, любят тишину. Бизнес понесёт убытки, в худшем случае придётся закрывать фонд, а после вновь его организовывать, но уже под другим названием. Некритично, но довольно неприятно. Пока Ариэль была погружена в собственные думы, двери палаты открылись. Вошла женщина, плотно прикрыв за собой дверь. – Вы новый врач? – раздражённо поинтересовалась глава семьи Лорэн. – Я же просила, чтобы меня вне процедур не беспокоили! – О, я не надолго, – улыбнулась краешком губ вторженка, а после стянула с себя лицо, словно маску. Собственно, маска это и была. Отличная, правдоподобная, словно вторая кожа. И теперь на Ариэль с легким укором смотрела не незнакомая ей особа, а вполне узнаваемая женщина. Можно даже сказать, что слишком хорошо знакомая. – Просто решила навестить дочь. – Вы… – лицо Ариэль скривились. Многое, очень многое она хотела высказать этой женщине в лицо, но смолчала. Со стоящей перед ней дамой в летах лучше не шутить, это она осознавала, как никто другой. Не шутить, не грубить, отвечать только по существу, иначе быть беде. – Очень рада вас видеть… мама. – Вокруг твоего маленького благотворительного фонда скандал, отправленный именно к тебе моими стараниями мальчишка пропал, ты в больнице, – встав сбоку от окна, в тени, начала перечислять обрушившиеся на дочь неудачи женщина. – Я недовольна… – Э-это не моя вина, – с лёгкой дрожью в голосе начала оправдываться лежащая на кровати больная. – Я сделала всё от себя зависящее… в украденных документах самой важной или критичной информации не было… это всё те сраные костюмированные фрики… – Не трясись, – осадила ту пожилая женщина. – Считай я тебя виновной или, не дай Богиня… некомпетентной, то мы бы с тобой не разговаривали. Логика обстоятельств, порой, диктует нам свои правила, вопреки логике наших намерений. В этот раз тебе просто не повезло. От слов матери Ариэль полегчало. Она, на мгновение, даже позволила себе расслабиться. – Ты новости сегодня уже смотрела? – поинтересовалась тем временем женщина. – Нет. – Посмотри. Плохие новости ещё не закончились. – Госпожа Пирс, – двери палаты приоткрылись. – Вам уже пора. – Да, уже иду, – надев на лицо маску, не прощаясь, покинула комнату женщина, захлопнув за собой дверь. И одновременно с этим Ариэль начала судорожно искать пульт от телевизора. Когда же нашла… – Одну из пропавших без вести жертв бомбистки в костюме нашли сегодня в районе Адской Кухни. Обезображенное взрывом тело похищенного юноши удалось опознать, благо лицо почти не пострадало. По информации от полиции погибшим оказался Александр Лорэн, приёмный сын ставшей не так давно скандально известной Ариэль Лорэн. От лица нашего телеканала приносим искренние соболезнования по поводу этой невосполнимой потери его приёмной семье. А сейчас к другим новостям… Телевизор погас. Палата погрузилась в звенящую тишину. И лишь спустя почти минуту по комнате разнёсся тихий, полный горечи плач.

***

– А сейчас к другим новостям… – телевизор, выдав нужную мне информацию, погас. В гостиной пентхауса мисс Мёрдок повисла немного гнетущая тишина. – Поздравляю, теперь ты официально мёртв! – сидящая в своём кресле слепая дьяволица негромко зааплодировала. – Пал жертвой произвола безумных фриков-линчивателей и не вовремя сдетонировавшей гранаты. Ну, как ощущения? – Ощущения? – припомнив пусть и залитые цензурой кадры я невольно вздрогнул. – Как будто с демоном контракт заключил. Меньше чем за день нашлось и тело, и… всё остальное. – Ха-ха-ха, не бойся, на душу не претендую, – отмахнулась Мэган, чей внешний вид, как и тон, был далёк от серьёзного. – Только на тело. Такие ценные мальчики, знаешь ли, на дороге не валяются. – Так и знал, что к этому всё сведётся, – тяжёлый вздох вырвался из моей груди. – Вам прямо сейчас мальчика начать делать, или дойдем до спальни? – Какого мальчика? – недоумевающе поинтересовалась женщина. Повисла неловкая тишина, но вскоре до этой несомненно умной женщины дошло: – Ох, нет-нет, Алекс, ты не так меня понял! Конечно, моё положение и богатства делают меня женщиной неотразимой, даже на фоне моего недуга, но спать с тобой я не собираюсь. По крайней мере, в ближайшее время. – Ты и без своих счетов в банке очень интересная и привлекательная женщина, – сделал я сидящей напротив меня собеседнице искренний комплимент. Она, и правда, была весьма хороша собой. В моём мире за такой девушкой мужики бы вереницей ходили, пуская слюни на все её многочисленные, весьма объёмные достоинства. – Или… я тебе не нравлюсь? – Как мило, школьники меня ещё не соблазняли, хи-хи, – хихикнув, склонила голову набок Мэган. – Ты не волнуйся, твой генетический материал, конечно, ценен и интересен, но не для меня. Секс, мужчины, дети… всё это, на мой взгляд, довольно преувеличенные ценности. У меня есть множество других, гораздо более полезных или интересных дел. А так… все эти постельные игрища лишь время отнимают. – Звучит так, как будто ты фригидна, – не подумав, ляпнул я. Как осознал, что именно выпалил, хотел было извиниться, но было уже поздно. – Я не… где ты таких слов вообще понабрался, молодой человек?! – впервые на моей памяти мне удалось лицезреть лицо мисс Мёрдок если не в гневе, то точно в весьма возмущенном состоянии. – Наглец. Хам! Нельзя такое говорить женщинам! Особенно если сам являешься беззащитным юношей, иначе они делом захотят опровергнуть столь лживые инсинуации. Во имя твоего же блага, следи за языком! – Прошу прощения… – стушевался я, точно не планирующий до такого доводить. – Не подумал… – Прощаю, – отмахнулась женщина, всё ещё остающаяся недовольной. – И я не фригидна. Просто если чрезмерно увлекусь, то… неважно. Ох, разозлил ты меня. Сначала хотела быть с тобой, таким несчастным, помягче, но обойдешься. Раз решился остаться под моим крылышком, то выбор у тебя не очень большой. Либо сидишь здесь безвылазно, оплачивая своё проживание сдачей генетического материала, пока какая-нибудь из моих клиенток… которым я не смогу отказать, тебя не сцапает, либо резко начинаешь становиться полезным каким-нибудь другим способом. – А… – Чтение книг вслух не считается, – сказала, как отрезала, мисс Мёрдок. – Ещё идеи будут? – Ну… я бы мог… наверное… – Ясно, идей у тебя нет, – глубоко вздохнув, снова постаралась стать если не приветливой, то просто спокойной дьяволица. – Зато они есть у меня. Не буду юлить, ты мне ещё с первой встречи был интересен, и это никак с твоими «золотыми яйцами» не связано. По крайней мере, на первый взгляд. И прежде, чем я продолжу, ничем со мной поделиться не хочешь? Ну, знаешь, страшной там семейной тайной о внеземном происхождении? – Я с Земли! – внутренне напрягся я, но потом расслабился. Всё же, был предельно честен. А то, что Земля иномирная, уже детали. – И с чего такие странные вопросы? Ты меня в чём-то подозреваешь? – Хм… не врёшь, – склонив голову набок, словно прислушиваясь к чему-то, вынесла свой вердикт женщина. – Да, подозреваю. Сначала думала, что ты мутант или из тех странных нелюдей, но версия не подтвердилась. – А с чего такие подозрения? – аккуратно поинтересовался я. – М-м-м, разве резкого снижения температуры воздуха с тобой рядом недостаточно? – хмыкнула Мэган. – Или промороженная до хрупкой ломкости паутина не повод для подозрений? То, что я проявила доброту, не даёт тебе права считать меня недалёкой дурочкой. Впрочем, моя версия провалилась. Ты не мутант, к нелюди тоже отношения не имеешь. Анализ крови и ДНК так не ошибается. – Ну, раз я обычный человек, то какие проблемы? – было немного неловко, что недавняя знакомая начинает знать обо мне больше, чем я сам, но ничего не попишешь. Её возможности точно намного больше моих, как и знания. Впрочем, как в своё время говорила Филиппа Колсон, моя человечность мне не изменила. Как был хомо сапиенсом, так им и остался. Не подкопаешься. – А температура… мало ли, какую технику использовала Зелёная гоблинша. Средство передвижения у неё было весьма продвинутое. – Не сравнивай прикрученный к крылышкам ракетный двигатель с масштабным криогенным воздействием на окружающую среду, – сложила руки под своей объёмной грудью мисс Мёрдок. – Пока ты отлеживался, в твоей комнате стабильно было холоднее на пяток градусов, чем во всём остальном здании. И я ещё могу понять попытки обмануть меня, но зачем ты обманываешь самого себя? Признай же, что владеешь некой силой, так всем нам будет гораздо проще. Будь хорошим мальчиком. – Я… я… – по телу снова, как раньше, начало расползается это мерзкое, но такое приятное тепло. Быть хорошим мальчиком приятно, очень приятно, но я не хочу! Не моё, не мои это побуждения, не мои желания. – Признаю, я признаю! У меня есть что-то… но мною это не контролируется! – Ого, быстро же ты сдался, – удивлённо откинулась на спинку кресла женщина. – А как же долгая стадия непринятия? Ну, там, отрицание, гнев, торг, отчаяние… я рассчитывала, как минимум, ещё неделю тебя уламывать. Все планы мне в итоге спутал, негодник. – Я не от большого желания, – хотел было огрызнуться, но вышло вяло. Хороший мальчик не позволял злиться или негодовать, особенно в присутствии столь замечательной женщины. – Да и какая разница? Я эти силы не контролирую. Они тогда неожиданно появились, теперь неожиданно исчезли. Ничего с этим поделать не могу, да и не хочу. – Но почему? – спросила Мэган. – Разве тебе не интересно, на что ты способен? Разве не хочется раскрыть весь свой потенциал? – С большой силой приходят большие проблемы… – на свой лад переиначил я эти великие слова. – Халк – живой пример. – Да… – согласилась со мной дьяволица, поморщившись. – Проблемная она особа. И способности её неуправляемы. Но она же пример того, что может случиться, если не уметь направлять собственную силу. Сегодня всё в порядке, но это не значит, что завтра, или через месяц, всё не выйдет из под твоего контроля. Не хотелось бы мне однажды стать вмороженной в собственное кресло, знаешь ли. И опять же, это беспроигрышный способ приносить мне пользу. – Пользу? – переспросил я на всякий случай, в надежде, что ослышался. – И каким же образом моя… «особенность» принесёт пользы больше, чем ценнейший генетический материал? – Поверь, она принесёт, – подтвердила мои опасения женщина. – Может, большинству это и покажется странным, неразумным, но у меня свои, весьма весомые резоны. Мне ты ценнее как человек, овладевший своей силой, разгадавший её суть, нежели чем спермобак на ножках. Но для начала тебе нужно окончательно определиться с выбором. Да, первый шаг уже сделан, Александр Лорэн исчез, умер для общества, но вот в чем вопрос… придёт ли кто вместо него? Некто, способный потрясти этот насквозь прогнивший, лицемерный город, или же у одной слепой несчастной женщины просто появится ещё один незадекларированный пассивный источник дохода. – Меня немного пугают слова типа «потрясти», «сотрясти» и им подобные, – честно признался я. – От них веет проблемами. И опасностью. – Ох, какой ты скромный и опасливый, – отмахнулась Мэган. – Я не предлагаю тебе становиться каким-нибудь нелепым фриком в трико, просто хочу развить твой дар. – Зачем? – Я уже отвечала на этот вопрос. – Твой ответ звучал, как нелепая отмазка! – Это не отмазка, просто одна из причин. И знаешь ли, когда мальчики становятся проницательными, это нисколько не мило! – Ты хочешь надо мной какие-то эксперименты ставить! Я обязан побеспокоиться, как минимум, о своём благополучии! – Если я сейчас всё расскажу, ты мне, скорее всего, не поверишь. И там много… личной информации. Это вопрос доверия. Пока не согласишься со мной работать над изучением твоих способностей, я тебе ничего не скажу. И в этом случае, как уже было сказано, ты просто вернешься в свою комнату и наша маленькая дружба… подойдёт к концу. Некоторое время ты поживешь спокойно, но рано или поздно о моём «госте» прознают люди, которым я не могу, да и, если честно, не захочу перечить. – Это угроза? – Нет, констатация грустного факта. Я могу поклясться никому о тебе не говорить, но сам понимаешь… продажных душонок в этом мире побольше честных будет. Рано или поздно узнают и о тебе, и о твоих яичках. Я же сейчас предлагаю не просто свою посильную помощь или поддержку, а возможность тебе самому себя защитить, в случае чего. – Ну… я не уверен. Мне следует всё обдумать. Пойми меня, я только недавно вырвался из жуткого болота, и просто… просто уже ни в чем не уверен. Знаю, в мире ничего не бывает просто так, за всё приходится платить, но что если ты не получишь того, что хочешь? Что если, эти силы не более, чем пшик или совпадение? Ну, знаешь, такой себе кондиционер на ножках, не более. – Ну, я буду немного разочарована. Но это всё равно лучше, чем просто гадать и ничего не делать. Ну же, давай, будь хорошим мальчиком, соглашайся! – Н… нет… – снова как удар обухом по голове. В груди уже не теплота, а самый настоящий жар. Сопротивляюсь, но хороший мальчик сильнее. Всё ещё сильнее. – Да… я согласен. Я на всё согласен… я хороший мальчик. – Хорошо, что ты согласился! – радостно хлопнула в ладоши Мёрдок. – Но знаешь, мне, вот, интересно, когда это в твою голову подсадили такой нелепый триггер? И почему ты мне сразу об этом не рассказал?

***

– Привет, чего это ты тут? – сделав обратное сальто в полёте, приземлилась на грязную крышу паучиха в белом. На улице смеркалось, уже зажглись фонарные огни, а небо окрасилось в алые тона. Её подельница, коллега и, как ей хотелось верить, подруга, сейчас сидела на самом краю со… стеклянной бутылкой в руках. – Постой-постой, это что, пиво? – Ага, – буркнула в ответ девушка-паук, а после как следует приложилась, подняв низ маски и оставив свободным рот. – Пока сюда добиралась, помогла отбить от грабителей один магазинчик. Плата за помощь. Сначала думала взять чего покрепче, но… – Эй-ей, ты чего? – не на шутку разволновалась героиня в белом обтягивающем трико, присев рядом с подругой. – Что-то случилось? – Ты новости не смотрела, да? – горько хмыкнула девушка-паук. – Он умер, Белая. Подорвался на той грёбанной гранате, что мы примотали к его руке. – Кто у… – хотела было спросить героиня, но тут до неё дошло. Она вспомнила это место. Где-то здесь примерно полторы недели назад они с паучихой оставили висеть заложника Гоблинши. Он тогда ещё умудрился как-то выбраться, но, видимо, не до конца. – Мне… мне жаль. Но послушай, он же не был твоим парнем… и мы не виноваты… если бы он остался там висеть, то… – Бл*дь, заткнись, ладно?! – воскликнула Петра, нечитаемо посмотрев на сокомандницу. – Я знала его! Дерьмо, мы в одну школу ходили… Он… он был странным, но не плохим парнем. Еб*ть, да в нём искренности было побольше, чем в некоторых бабах! Да даже Флэш, эта грёбанная хулиганистая с*ка рыдала, когда те новости сообщили. Ещё и директриса слезу пустила во время школьной линейки… дьявол. – Слу-у-ушай, ты же понимаешь, что сейчас очень сильно рискуешь тайной своей личности? – после недолгого молчания, поинтересовалась Белая Вдова, как её стали недавно величать с лёгкой руки Джеймсон. Всё лучше, чем насекомое номер два. – Если немного покопаться, то мне не составит проблем на тебя выйти. Ну… вне геройского амплуа. – Ой, завались… – огрызнулась девушка-паук, а после швырнула недопитую бутылку в переулок, где та и разбилась, столкнувшись со стеной. – Ты хорошая, я знаю. И честная. Честнее меня, наверное. И моя подруга… наверное. Мы же дружим, да? – Да… спасибо, – неожиданно для себя растрогалась девушка в белом костюме. И, поддавшись порыву, тоже немного приподняла свою маску, освободив рот. – Вот, теперь немного честнее! – Ей, ты чего? – удивилась паучиха. – Тебе надо поднять настроение! Как это подруги делают! Приободрить! – воскликнула героиня, а после резко присосалась к губам не ожидавшей такого подвоха подруги. Настолько не ожидавшей, что она невольно приоткрыла рот, пуская чужой язычок во внутрь, а после, и вовсе, позорно повалилась на спину, увлекая за собой излишне любвиобильно-дружелюбную товарку. – М-м-м… а неплохое пиво. – Т-т-ты чего?! – Да ладно, подружкам можно. Так, небольшой приободряющий чмок!