Та девушка, что я люблю..

      — Так кто, говоришь, собирался прийти? — Гарри сковырнул ржавую крышку с бутылки и сделал глоток. — Да два-три человека. — Гермиона взглянула на часы и с нетерпением обернулась к двери. — Я просила их прийти в это время, и место они должны знать… О, смотрите, это, наверное, они. Дверь распахнулась. Сноп пыльного солнечного света разрезал комнату надвое и потух — дверной проем загородила целая толпа. Первыми вошли Невилл с Дином и Лавандой, за ними сразу — Парвати и Падма Патил вместе с Чжоу и одной из ее вечно хихикающих подруг, потом одна и с мечтательным видом, словно забрела сюда случайно, Полумна Лавгуд (желудок у Гарри сделал сальто), потом Кэти Белл, Алисия Спиннет и Анджелина Джонсон, Колин и Деннис Криви, Эрни Макмиллан, Джастин Финч-Флетчли, Ханна Аббот, девочка из Пуффендуя с длинной косой — Гарри не знал ее имени; три парня из Когтеврана — насколько помнил Гарри, их звали Энтони Голдштейн, Майкл Корнер и Терри Бут; Джинни, а за ней высокий курносый блондин, в котором Гарри узнал игрока команды Пуффендуя. Замыкали процессию Фред и Джордж Уизли со своим другом Ли Джорданом — у всех троих были большие бумажные мешки с товарами от «Зонко». — Два-три человека? — севшим голосом передразнил Гарри. — Два-три человека? — Ну, идея оказалась привлекательной, — радостно сообщила Гермиона. — Рон, не подтащишь стулья? — Так, — сказала Гермиона; от возбуждения ее голос звучал выше обычного. — Ну, — значит… Теперь всеобщее внимание было приковано к ней, хотя ребята то и дело поглядывали на Гарри. — Так вот… хм… вы знаете, зачем мы собрались. Так вот… у Гарри возникла идея… То есть (Гарри свирепо посмотрел на нее) у меня возникла идея, что тем, кто хочет по-настоящему учиться Защите, а не той ерунде, которую преподносит Амбридж… — Голос ее зазвучал сильнее и увереннее. — Ну, и я подумала, что стоит взять это дело в свои руки. — Искоса взглянув на Гарри, она продолжала: — Учиться защите как следует, не теоретически, а настоящими заклинаниями… — Но сдать защиту от Темных искусств на СОВ ты, надеюсь, тоже хочешь? — сказал Майкл Корнер. — Конечно хочу. Но не только. Я хочу действительно овладеть защитой, потому что… потому что… — она набрала в грудь воздуха, — потому что лорд Волан-де-Морт вернулся. Такой, по крайней мере, план, — сказала Гермиона. — Если хотите участвовать, надо решить, как часто будем заниматься? По-моему, реже, чем раз в неделю, не имеет смысла… — Подожди, — сказала Анджелина, — важно, чтобы это не совпало с нашими тренировками. — И с нашими, — подхватила Чжоу. — И с нашими, — добавил Захария. — Думаю, мы сумеем выбрать вечер, который устроит всех, — с легким нетерпением отозвалась Гермиона. — Все-таки это важное дело, мы хотим защищаться от Пожирателей смерти, слуг Во… Волан-де-Морта. — Дело говоришь! — рявкнул Эрни Макмиллан, чьей реплики Гарри давно дожидался. — Я считаю, это важно, наверное, поважнее всего остального в нынешнем году, важнее даже, чем СОВ! — Я лично не могу понять, почему в такое критическое время Министерство навязало нам эту никчемную преподавательницу.—…Гарри уже не слушал. Он наблюдал за Полумной… Смотрел на её струящиеся волосы, серебристо-серые глаза, стройное тело… Дамблдор хочет организовать из учеников личную армию. И выставить ее против Министерства. Почти все были огорошены этой новостью — все, кроме Полумны Лавгуд, которая пропищала: — Похоже на то. Ведь у Корнелиуса Фаджа есть личная армия. — Что? — изумился Гарри, ошеломленный этой неожиданной информацией. — Да, у него своя армия Гелиопатов, — торжественно объявила Полумна. — Кто такие Гелиопаты? — недоуменно спросил Невилл. — Духи огня. — Выпуклые глаза Полумны еще больше расширились, отчего она по мнению Гарри, стала ещё красивее. — Огромные пылающие создания, они носятся по земле и сжигают все перед собой, и… — И они не существуют, Невилл, — насмешливо вставила Гермиона. — Есть сколько угодно свидетелей! А если ты такая ограниченная, что пока тебе не сунут под нос… — Кхе-кхе, — произнесла Джинни, так похоже изобразив Амбридж, что некоторые испуганно оглянулись и только потом засмеялись. — Кажется, мы хотели решить, как часто должны быть уроки защиты? — Да, Джинни, ты права, — сказала Гермиона. — Раз в неделю, по-моему, нормально, — сказал Ли Джордан. — Только чтобы… — начала Анджелина. — Знаем, знаем: не мешать квиддичу, — закончила Гермиона. — Теперь давайте решим где. Это оказалось труднее. Все молчали. — В библиотеке? — предложила Кэти Белл. — Не думаю, что мадам Пинс будет в восторге, если МЫ займемся там заклинаниями, — сказал Гарри. — Может, в пустом классе? — предложил Дин. — Ага, — сказал Рон, — Может, Макгонагалл пустит в свой. Пускала же Гарри, когда он практиковался перед Тремя Волшебниками. Но Гарри был почти уверен, что на этот раз Макгонагалл не проявит гостеприимства. Хотя Гермиона сказала, что учебные кружки и группы по домашним заданиям разрешены, такой кружок вполне могут счесть бунтарским. — Ладно, попробуем что-нибудь придумать, — сказала Гермиона. — Когда решим насчет времени и места первого занятия, всех оповестим. Она достала перо и пергамент. — Хорошо бы, все написали свои имена, чтобы мы знали, кто присутствовал. И еще я думаю, нам не стоит кричать об этом на каждом углу. Так что, если вы подпишетесь, это значит, вы обязались не говорить о наших планах ни Амбридж, ни остальным. Фред сразу взял перо и с удовольствием расписался, но Гарри заметил, что перспектива внести себя в список кое-кого не обрадовала. — Э-э, — протянул Захария, не взяв пергамент, который протягивал ему Джордж. — Эрни мне скажет, когда собираемся. Но Эрни и сам не решался подписаться. Гермиона вздернула брови. — Понимаешь… мы — старосты. Если список найдут… ты же сама сказала: если Амбридж прознает… — Ты минуту назад согласился, что это самое важное в нынешнем году, — напомнил ему Гарри. — Я… да. Да, я так считаю… Просто… — Эрни, ты правда думаешь, что я буду оставлять его где попало? — язвительно спросила Гермиона. — Нет. Конечно нет. — Эрни немного успокоился. — Ну, конечно, я подпишу. После Эрни никто не протестовал. Когда записался последний — Захария, Гермиона забрала пергамент и аккуратно засунула в сумку. Присутствующими владело странное чувство. Теперь они как будто были связаны круговой порукой. — Ну, время бежит, — бодро сказал Фред. — А нам с Джорджем и Ли еще надо приобрести предметы довольно щекотливого свойства. До встречи. По двое, по трое ребята стали расходиться, и Золотая троица ушла последней, извинившись за шум у бармена.

***

— По-моему, неплохо прошло, — сказала довольная Гермиона, когда они втроем вышли из «Кабаньей головы» на солнечный свет. — Этот Захария — хмырь, — сказал Рон, злобно глядя в спину удалявшегося Смита. — Мне он тоже не очень нравится, — сказала Гермиона. — Понимаешь, он слышал, как я сговаривалась с Эрни и Ханной у стола пуффендуйцев, и тоже захотел прийти — что я могла сделать? Но чем больше народу, тем лучше. Вот и Майкл Корнер с друзьями не пришел бы, если бы не гулял с Джинни… Рон, допивавший последние капли из своей бутылки, поперхнулся и пролил сливочное пиво себе на грудь. — Он ЧТО? — Уши у Рона приняли цвет сырого мяса. — Она гуляет… моя сестра гуляет… ты что говоришь? С Майклом Корнером? — Ну, поэтому он с друзьями и пришел, я думаю. Конечно, он тоже не прочь поучиться защите, но если бы Джинни не сказала Майклу о нашем плане… — Когда это… когда она с ним… — Они познакомились на Святочном балу и подружились в конце прошлого года, — спокойно сообщила Гермиона. Троица свернула на Верхнюю улицу и остановилась перед магазином перьев Писарро, в витрине которого красовался роскошный набор фазаньих перьев. — Хм, не отказалась бы от нового пера. Гермиона вошла в магазин, Гарри и Рон — следом. — Майкл Корнер — это который? — свирепо спросил Рон. — Черноволосый. — Он мне не понравился. — Тоже мне, удивил, — пробормотала Гермиона. — Но я думал, она сохнет по Гарри, — сказал Рон, продвигаясь за ней вдоль ряда медных чернильниц с перьями. Гермиона посмотрела на него с некоторой жалостью и покачала головой. — Джинни сохла по нему, но уже много месяцев, как отсохла. Это не значит, что ты ей разонравился, — деликатно пояснила она Гарри, разглядывая длинное, черное с золотом перо. Гарри эта тема не казалась такой интересной, как Рону, ведь он думал о спутнике своей души… Однако до него вдруг дошло то, на что он не обратил внимания в баре. — Так вот почему она теперь разговаривает? — сказал он Гермионе. — Раньше она при мне не разговаривала. — Ну да, — ответила она. — Пожалуй, я возьму вот это. Она подошла к прилавку и выложила пятнадцать сиклей и два кната. Рон по-прежнему дышал ей в затылок. — Рон, — строго сказала она, повернувшись и наступив ему на ногу, — именно поэтому Джинни и не сказала тебе, что встречается с Майклом. Знала, что ты плохо это воспримешь. Так что кончай нудить, я тебя умоляю. — Что это значит? Кто плохо воспринял? Кто тут нудит? — продолжал ворчать на улице Рон. Гермиона скосилась на Гарри и вполголоса, чтобы не услышал Рон, призывавший проклятья на голову Корнера, сказала: — Оставим в покое Майкла и Джинни. А что у тебя с Полумной? — В каком смысле? Внутри у него будто вскипела и поднялась вода, лицо вспыхнуло, несмотря на холод. Неужели все это так заметно? Гермиона слегка улыбнулась: — Просто глаз с тебя не сводила. Гарри никогда прежде не замечал, как красива деревня Хогсмид.