I'll be happy

Мне кажется ночами, мы становимся другими, чаще говорим правду и думаем о вечном. Ночами мы чуть-чуть становимся старше, серьезнее, глубже. Я люблю общаться с людьми именно ночью, находить в них то, что днем они тщательно скрывают.

      Уборка на кухне не заняла много времени. Все действия отработаны до автоматизма. Помыла посуду, вытерла тарелки и расставила все по своим местам. У родителей Юнги все разложено по полочкам, не хочется нарушать этот порядок. Все так правильно, так и должно быть. Тарелочка к тарелочке - идеальный порядок, который я так хочу поддержать. Никогда не считала, что я приверженец порядка. Скорее моя любимая фраза Эйнштейна: «Только дурак нуждается в порядке — гений господствует над хаосом». Наверно, поэтому порядок я навожу не особо часто.       Прежде чем посидеть одной, на первом этаже, поднялась на второй и приоткрыла дверь в комнату оппы. Он так сладко спал, свернувшись как маленький котенок, хотя это и сложно было с его ростом. Это слишком мило. Смотря на него, улыбка сама по себе расползлась на моем лице. Подошла к его кровати, поправила ему одеяло. Он даже не шелохнулся. Совсем устал сегодня. Если бы я могла, то забрала бы все его невзгоды себе. Я уже привыкла к неприятностям, одной больше или меньше. Не имеет значения.       Не стала задерживаться долго в его комнате. Пошла в комнату Юнги, он не спал? Его разбудил скрип открывающейся двери? Не знаю, но на меня он среагировал. Я думала, он настолько устал, что быстро уснет, но была не права. — Чаги? — А ты видишь тут кого-то еще? — кажется, что я не умею говорить с ним без сарказма. — Нет, ты чего пришла? — вопросительно осматривает меня. Неужели, он мог подумать, что у меня что-то стряслось? — Просто проверяла как вы. Убедилась, что все хорошо и пойду на первом этаже посижу. — Хорошо, ты только не допоздна сиди — кажется, что я никак не могу привыкнуть к его заботе. — Хорошо, не буду сидеть долго. — Сладких снов — его пожелание с этой сладкой улыбкой на лице, приятно согрели. — Тебе тоже — на душе стало как-то легче. Со спокойной душой ушла на первый этаж, села на диван и расслабилась. Мои мысли вернулись к тому, о чем я размышляла еще в машине.       Этот подслушанный разговор… Забота Юнги и переживания оппы. Как мне на это реагировать? Как перестать переживать о них? Глупые, какие же они глупые… Неужели, рассказать мне о проблеме так сложно? Вместе мы же сможем решить эту проблему. А они не хотят меня в это посвящать.       Еще и бывшая нарисовалась. Почему бывшие всегда возвращаются, когда жизнь начинает налаживаться? Почему она хочет его вернуть? Разве не она буквально растоптала его? Унизила? Предала? Как она посмела вернуться и угрожать ему? Еще и кем? Мной? Глупая барышня. Я не позволю ей сломить Вана, а себя тем более.       Все это наводит на меня грусть и злость. Казалось бы, как такие разные чувства одновременно могут одолевать меня, а вот так случилось. Злость на эту Фу Мию разъедала мое сердце, причем даже больше, чем на Алекса. Не к ночи будет упомянут. Грусть, потому что я не знаю как ему помочь. Быть сильной? Я стараюсь. Я правда очень устала носить дурацкую маску «сильной девушки», чертова слабачка. Но они об этом не узнают. Не могу им...ему сказать. Оппа постарается оберегать меня еще больше, а я этого не хочу. Зачем добавлять ему проблем?       Подошла к семейному портрету. Юнги, его брат и родители… они все такие милые и счастливые на этой картине. В их взглядах видна любовь, забота друг о друге. Хотела бы и я также. Почему я начинаю завидовать тем, у кого нормальная семья? Почему я тоже так хочу? Хочу нормальных родителей, которые не бросили бы меня, а заботились. Не уверенна, что я могу понять, как люди бросают своих детей… Когда я думаю о том, что зря бросила семью, то всегда вспоминаю маму. Я не могу понять ее… Мне грустно от осознавания того, что у меня нет нормальной семьи. Нет взрослой женщины, к которой я могла бы подойти и рассказать все, что чувствую… Раньше это всегда была бабушка, а теперь… никого нет. Не рассказывать же свои женские проблемы Вану.       Не стоит углубляться в эти размышления, не стоит зацикливаться на этих проблемах. Решить у меня их не получится, а расстраивать себя лишний раз совсем не хочу. У этой проблемы нет решения. Я же не смогу найти себе еще одну бабушку, которая будет мне помогать. Хватает и того, что на моем пути встретился Ван, бантаны..... Моя жизнь стала лучше, после переезда, и нет смысла лелеять надежды о счастливой семье…       Ушла обратно на кухню, а по пути взяла ноутбук. Так хорошо, что Юнги оставил его на первом этаже. Не нужно подниматься за ним, я могу в одиночестве пересмотреть фото из закрытых папок. В этих папках не было ничего особенного, но просмотр всегда заканчивался для меня слезами и воспоминаниями. Я не хочу это забывать, это мое прошлое и от него не уйти, не забыть… поможет только амнезия, а пока мне это не грозит…       Села за стол, включила настольную лампу, ноутбук и заварила себе чай. Настоящий чай, не пакетированный… Надеюсь, что мама Юнги не сильно будет против того, что я взяла ее чай. Крепкий, как раз то, что нужно. Запароленная папка, настроила показ слайдов, подключила наушники и включила BTS- Trivia 轉: Seesaw - она идеально подходит под мое состояние.       Размышления… переживания… решения… все так сложно. Как остаться сильной? Как помочь? Просмотр моих детских фотографий с семьей, бабушкой и сестрой. Мы были счастливы в своем маленьком мирке. Нам никто не нужен был, только мы… Надеялась, что просмотр фотографий, принесет мне положительные эмоции, а вышло все наоборот… Остановилась на фотографии бабушки…тяну руку к монитору и касаюсь его…обвожу контуры бабушкиного лица… смотрю и слезы начали литься сами по себе. Я так много хочу тебе рассказать… Мне так жаль, что ушла ты, а не я… — Я скучаю по тебе… Мне очень тебя не хватает… Почему именно ты, бабушка? — эти слова в пустоту, но мне так хочется выговориться — не могу без тебя… — сколько раз я молилась, чтобы меня забрали к тебе.....       Слезы, не переставая лились, я захлебывалась собственными рыданиями. Не получалось успокоиться, да и не особо хотелось… Через слезы уходил весь накопленный стресс и переживания… — Прости меня, бабушка, за эти слова и мысли… Мне жаль, что не смогла быть хорошей внучкой, не была рядом с тобой… Я все бы отдала, чтобы вернуть счастливые времена нашей жизни, исправилась и была бы той, кем ты могла бы гордиться — последние слова говорю, уже стоя на коленях перед монитором. — Мне так жаль бабушка… Как мне быть? Могу ли я попытать счастье здесь? У меня ведь все будет хорошо, правда? Я буду счастлива? Бабушка… я так хотела бы, чтобы ты сейчас была рядом… Прошло почти полгода, а мне все также больно… будто, это все случилось пару дней назад… Я пытаюсь научиться заново жить… и у меня почти получается, да? Смиряю свой характер… Уверена, что это выглядит очень забавно со стороны… Ты бы обязательно пошутила на эту тему… И сказала, что хоть кто-то может попытаться меня контролировать и я сама это позволяю… Знаешь, я тут познакомилась с популярной группой… Рядом с ними сначала было неловко, а потом…я смогла расслабиться. Чувствую себя нужной, а это так непривычно. Это же ты мне их подослала, да? Ты решила дать мне немного счастья? Спасибо — так много слов, опять-таки, сказанных в пустоту…но мне стало легче. Я должна была выговориться, пусть и таким образом…       Я сидела и тупо пялилась в экран монитора… Казалось, что я больше ничего не слышу, кроме своего сбившегося дыхания. Рыдания прекращались, но слезы все также лились, но уже совершенно беззвучно… Я не слышала ничего, что происходило вокруг… Поэтому полной неожиданностью для меня стала бледная и холодная рука, которая касалась моего плеча. Я не хотела оборачиваться и смотреть, кто это пришел, и что он успел услышать, вряд ли он понял, что именно было мной сказано… все было на русском…       Я не должна была предаваться своим эмоциям здесь, в доме Юнги… но не смогла остановиться… Это все причиняет мне боль… Каждый чертов раз, когда я думаю о бабушке, у меня не получается остановить слезы… — Дженни… чаги… что случилось? — его тихий голос в этой тишине, как гром среди ясного неба. Пытаюсь незаметно утереть слезы и сделать вид, что все хорошо… попытка была провальной, но я старалась… — Все хорошо. Ты чего спустился? Я думала, что ты спишь уже…- голос выдавал меня с головой. — Хотел попить… у мамы был хороший заварной чай — звучит так себе, но вероятно, это правда. — Хочешь, я составлю тебе компанию? — не стоит мне быть сейчас в одиночестве. Если рядом будет Юнги, я смогу держать себя в руках. Не должна быть слабой, только не перед ним… — Я буду рад, если ты составишь ее — врет или нет? Даже не проверить, но может, это мой шанс показать ему, что я все же не бесчувственная стерва? Умею чувствовать и мне бывает больно? Могу поплакать от переизбытка чувств… Смогу показать ему настоящую себя и рассказать то, что у меня на душе? Причину моих слез? — Хорошо — он отвернулся, дав мне возможность как-то скрыть свое заплаканное лицо, но у меня не получалось. — Я скоро вернусь — произнесла, когда уже выбегала с кухни в душевую. Мне срочно нужно умыться холодной водой и прийти в себя.       Забежала в ванную, включила кран с холодной водой и стала приводить свое пылающее лицо в порядок. Три минуты, ушло всего три минуты на то, чтобы мне полегчало. Без понятия, что именно помогло: вода или осознание того, что сейчас я буду наедине с Юнги? Он мастер подкрадываться в тишине и пугать. Может именно его компания мне сейчас поможет принять реальность всего происходящего? — Ты все? — задал он вопрос, стоило мне зайти на кухню. — Да. — Предлагаю пойти на балкон и полюбоваться ночным небом — он кажется, таким расслабленным, что невольно я и сама успокаиваюсь, расслабляюсь. — Мне нравится твое предложение, но вот ты так не замерзнешь? Ночь все-таки — не хватало еще, чтобы он замерз и заболел, буду чувствовать себя виноватой. — Тогда, пошли. Я схожу к себе за толстовкой — только сейчас обратила внимание на то, как он одет. Черные штаны и белая футболка. Блин, мы реально как парочка смотримся. Ладно, не буду забивать себе этим голову, но тогда теперь понятны взгляды оппы на нас двоих за ужином. В Корее парочки носят одинаковую одежду… Оппа мог подумать, что я начала отношения с Юнги… Я не стала бы так делать за его спиной, но в последние сутки он сам не свой… Все из-за Фу Мии…       Он ушел к себе, а я взяла две чашки чая и пошла в свою временную комнату… Стоило закрыть балконную дверь, когда уходила из нее. Хорошие мысли всегда приходят уже тогда, когда не особо нужны. Бррр. Холодно. Но на балкончике все же хочется посидеть и полюбоваться ночным видом… Даже, если рядом будет он… это не сможет меня расстроить сильнее, чем мои рыдания на кухне его родителей. Поставила на балконный столик наши чашки и пошла за пледом, укутаюсь в него… Тоже своего рода релакс… Тук. Тук. Тук. Он решил постучаться? Какая вежливость с его стороны… — Входи — он зашел, осмотрел комнату и меня. С чего бы это? Может опять есть какой-то тайный смысл всех этих действий, а я его не понимаю? Прошел на балкон и пальцем поманил меня за собой. Это уже не совсем вежливо с его стороны, ну и ладно… Он же здесь хозяин…       Он расположился на танкетке с левой стороны, значит моя правая. Так банально. Почему все это напоминает мне сюжет какой-то мыльной и стереотипной дорамы? Где богатый мужчина влюбляется в обычную девушку… Я смотрела много таких дорам, там все так сказочно и не намека на реальность. В этом жестоком мире, шанс того, что произойдет как и в дораме - один к миллиону, а то и миллиарду…       Делая глоток чая, что он мне приготовил, по телу пошло тепло. Я все же успела замерзнуть, а плед так и остался на кровати… Блин, надо вставать, а то реально окоченею. Только и мне заболеть не хватало… Стоило мне подняться, как Юнги взглядом почти что приказал сидеть и не вставать. Он сам встал и пошел мне за пледом. Да что происходит? Он может мне объяснить? Не хочу теряться в догадках… Почему его отношение ко мне так часто меняется? Аргх. — Спасибо — произнесла, когда он передал мне этот темно-синий плед. Теплый… — Не стоит благодарности… Ты-гостья в этом доме — присаживаясь на свое место, говорит он.       Сидим вдвоем, в тишине… Я смотрю на звезды и пытаюсь отыскать хоть какое-нибудь знакомое мне созвездие… Но я так мало их знаю, поэтому у меня не получается… Зато, я могу соединять точки на небе, как пожелаю сама… Это интересно и увлекательно… Рисунок на небе бесконечен, а звезды так ярко сияют… С моим воображением, там будет все то, что я только пожелаю увидеть… Заметив падающую звезду, мысленно произношу: «Как ты там, моя звездочка? Через пару часов, у тебя наступит день рождения… Надеюсь, что ты в порядке и сегодня я пришлю тебе письмо». — Юнги-я, ты хотел о чем-то поговорить? — не просто же так он решил составить мне компанию в ночных посиделках. Смотрю на него чуть ли не в упор. — Не особо… — все также смотрит в какие-то бескрайние дали. — Тогда в чем причина? Почему ты тут? Со мной, а не спишь? — это действительно меня волнует. Не думаю, что ему удалось нормально поспать в общежитии или в машине. — Просто так — его ответ был ложью, и я почувствовала это. Он также понял, что я это знаю, но все равно многозначительно молчал. — Может ты хочешь что-то у меня спросить? — господи, что я несу! Сама себя в ловушку загоняю, дура… — Раз ты сама начала этот разговор, то да… Есть то, что мне интересно…- теперь уже он пристально смотрит на меня, а я от нервов начинаю стучать пальцами левой руки по чашке. Он само хладнокровие. — Что же? — нервный голос не делает мне чести, но мне никогда не понять круг его интересов в отношении меня. — Почему ты сидела одна на кухне и плакала? Почему шептала срывающимся голосом что-то? В чем причина? — Юнги еще пристальнее всматривается в мое лицо и надеятся там получить хоть какие-то ответы. Вот только, я опять надела маску… Снять ли ее перед ним? Это все так сложно… Как это решение сможет повлиять на мою жизнь? Почему я все еще сомневаюсь в том, что ему надо рассказать? — А ты правда хочешь знать? Что тебе даст это знание? Мою слабость? Чтобы было куда ударить побольнее? Я не верю в твою бескорыстную помощь, по крайней мере в отношении меня… Ты сам говорил, что я тебя раздражаю, местами даже бешу… — у меня ужасное чувство дежавю… Мы так похоже сейчас говорим… как и тогда, на колесе… — Хочу знать… Ты выглядела слишком одинокой и потерянной, когда сидела и смотрела в монитор… на фотографию… — станет ли мне лучше, если расскажу? Не знаю, но может стоит попытаться… Эти знания не смогут мне навредить, только если морально уничтожить… но хочется верить в то, что он так не поступит со мной… — Задавай вопросы, а я постараюсь ответить… И ты помнишь, что должен мне одно желание? — воспоминания о колесе, вытянули из подсознания и тот факт, что он должен мне желание. Я же выиграла его тогда, в тире… Та победа была сладка, но вечер на колесе добавил в тот же день немного горечи… Есть ли вероятность, что у меня получится подружиться с Юнги? Даже, если не станем друзьями то, хоть перестанем так по-детски собачиться… — Помню, а что? Уже придумала свое желание? — Не совсем… — Так ты ответишь мне на мой вопрос? — заинтересованно смотрит на меня, а я делаю вид, что смотрю в никуда. — Отвечу, только дай немного времени собраться с мыслями, хорошо? — голос дрожит, воспоминания опять будут бить по самому больному, но я расскажу…       Ночное небо было точно иссиня-черный холст, на который художник пролил краску, разлившуюся частичками мерцающих звезд — таких далеких и таких холодных. Умиротворяющая гармония ночной симфонии шелеста травы, редких птичьих пролетов, перекликающихся светлячков — все это было дыханием природы, проникающим в душу, и вносящим в нее спокойствие и тепло, не смотря на темноту, но даже она была для меня светлой… Я подмечала все это, чтобы собраться с мыслями… попытаться успокоить свое быстро бьющееся сердце… Спустя какое-то время, мне удалось это сделать… — Знаешь… Я всегда считала себя отвратительным человеком, который никогда и никого не полюбит… — шепчу эти слова себе под нос, но чувствую его взгляд на мне. Он слышит, а сама я смотрю вдаль и мысленно теряюсь в ворохе воспоминаний — Фото, которое я рассматривала… это самый родной и любимый для меня человек… бабушка… Рассказывала уже о том, что она меня воспитывала, содержала и давала стимул жить… Когда мы узнали о ее болезни… Честно, у меня опускались руки… Ночами рыдала и умоляла, чтобы болезнь забрала меня, а не ее… Моя жизнь не была так важна, как она… Я была никому нужна и это моя проблема… — Подожди… Ты хотела умереть? — беспокойство в его голосе, даже не вызывает никакой реакции с моей стороны. — Да. Не считала себя достойной жизни… это было так глупо… Я хотела жить, но только до тех пор, пока она была рядом… Ее не стало и я потеряла краски жизни… Не знаю, что именно мешало сделать последний шаг в пустоту, но всегда останавливалась… В какой-то степени, мне даже помогли Ваши песни… Весело, правда? Я не знала языка, не знала о вас… Но Ваша группа появилась на моем пути, в самую сложную минуту моей жизни. В минуту отчаянья… Можно сказать, что эти песни стали моим спасением… спасательным кругом в этом водовороте грустных мыслей и способов лишить себя жизни. — А как же мама? Сестра? Ты о них подумала? — Размышляла об этом… Не думаю, что они бы долго носили траур, после моей смерти… Может сестра, но мне было все равно… Я не хотела жить, не хотела чувствовать… А еще и Алекс… это все было слишком для меня… — Алекс? — скрытое раздражение на этом имени… Блин, я же раньше не называла им его имени… — Мой бывший молодой человек — это знание ничего ему не даст, кроме еще одной частички моего прошлого… — Понятно… — Смерть казалась мне самым лучшим вариантом, я хотела к бабушке… Вот какие у меня были бы причины жить? Зачем? Кому я там была нужна? Не знаешь? А я могу ответить — никому… Одинокая, слабая и жалкая… Я сломалась… все это слишком для меня… — Так, почему тогда ты здесь? Почему не умерла? Зачем цепляешься за свою жизнь, раз так хотела уйти? — логичные вопросы, вот только я и сама не знаю на них ответа. — Не знаю… Решение сбежать было таким спонтанным, но правильным. Здесь… в этой стране, я нашла причины жить… собрать себя по кусочкам обратно и радоваться каждому дню… Оппа подарил мне надежду на стабильное будущее… Я не надеялась на это… — Хммм, но ведь раньше ты говорила немного по-другому — он прав, но ведь не всегда можно обнажить свою душу… Это я тут как на исповеди, но с каждым словом, мне становится лучше… — Да, но я тоже человек… Меняюсь, меняются мысли… Я не робот, у меня есть чувства, которые я не всегда могу правильно выразить… поэтому так часто кажусь тебе «холодной». — Неужели тебя расстроили те мои слова — сколько скептицизма. — Конечно, это было неприятно услышать… тем более от тебя, но я могу принять твою точку зрения. — Ты так и не ответила, в чем причина твои сегодняшних слез? — рассказать, что я завидую его целой семье? — Семья… у тебя полноценная семья. Мама, папа, брат и даже собака… Я хотела бы также, но как видишь… не все, что я хочу может исполниться. Никто не сможет вернуть мне человека, который был моей вселенной. Самый близкий и родной, ее потеря означала потерю себя самой… Мне не хватает ее… Хотела бы сидеть с ней… сейчас, также как и с тобой… пить чай, разговаривать… рассказать все то, что творится у меня на душе… спросить совета и обязательно получить подзатыльник за свои глупые мысли… — перед глазами встает лицо бабули, глаза наполняются слезами… — У тебя же есть Ван, сестра… мы в конце-концов — хммм, как иронично… А не он ли был против меня в их жизни? — Я тебе не нравилась, а нарываться на неприятности с тобой… прости, но не хотелось… В какой-то степени, мне даже нравилось то, как мы разговаривали… Эти подначки… ты выводил меня на эмоции, а это было нужно… Способ, конечно, был так себе… но он помогал. Спасибо — за всю свою речь, только сейчас поворачиваю голову в его сторону. Он все также пристально смотрит, но пока молчит… Что он хочет увидеть? Слезы? Так они уже опять текут, а я даже не собираюсь их останавливать… Зачем? Пусть видит… Я обнажила душу, показала свою боль, рассказала о тайных мыслях, которые до этого никому не говорила… Он первый, кто узнал про мысли о суициде.       Он резко встал со своего места и подошел ко мне со спины. Что он будет делать? Не знаю. Меня даже не пугают его действия… Кажется, что все это окончательно опустошило меня… Дважды за ночь говорить о своей смерти… это все же слишком… Пока я отвлеклась на свои мысли, он положил свои руки мне на плечи, наклонился и шепотом произнес: — Дурочка, ты чаги… Смерть — это точно не то, что я тебе бы пожелал. Ты вернула нам Вана… смогла справиться и выползти из своего пограничного состояния… Твой рассказ получился сумбурный, но я понял… почувствовал в твоих словах всю боль и эмоции, которые ты так часто сдерживаешь… Сейчас, я могу тебе сказать: Не стоит их скрывать… мы все поймем… я пойму… И думаю, что мне стоит попросить у тебя прощения за свои грубые слова в тот вечер. Я мог бы сказать все помягче, но был слегка не в себе… — он извиняется за свое поведение, это удивительно… Неужели, на все повлияло мое открытие души? — Не стоило, я все понимаю. Я новый человек, недоверие было логично… Поэтому, не нужно извиняться… — Ты слишком добра, чаги… — Тебе кажется… — Не думаю… А теперь… я хочу предупредить тебя о бывшей твоего оппы… Он же рассказывал тебе про девушку, которая сломала его? — не знаю, увидел он или почувствовал мой кивок, но он продолжил — Она, Фу Мия… хочет вернуть его и пойдет на все, чтобы это сделать… Она эгоистичная, целеустремленная стерва… Которая, пойдет по головам ради достижения своих целей. Ты помеха на ее пути и как только она узнает о тебе, все может кончиться очень плачевно. Я говорю это тебе, потому что Ван слишком беспокоится о тебе… Не хочет пугать, а зная Фу Мию — все это не напрасно… У нее есть связи, которыми она легко может воспользоваться… сделает, все что угодно, чтобы избавиться от тебя… — Зачем ты мне это говоришь? — перебиваю, но очень рада, что он сам решил начать этот разговор. Он сменил тему, резко… но это кажется, таким логичным. — Чтобы бы ты была осторожнее — забота от него, сейчас ощущается так правильно… — Ты беспокоишься обо мне? — Да, если вдруг ты исчезнешь, то мы не сможем вернуть Вана обратно… — он что-то недоговаривает, но надеюсь, потом я узнаю, что именно. — Я не собираюсь исчезать, по крайней мере по своей воле. Все только начало налаживаться… Не брошу оппу… Смогу быть сильной, ради него… — У тебя еще есть мы… И как бы я не хотел это признавать, но ты вошла в нашу жизнь и без тебя все будет серо. Добавляешь нам красок в жизни — скорее чувствую как он улыбается на этой фразе. — Спасибо за твои слова. Я сделаю все, что в моих силах ради вас — почему стало так приятно? Его слова согревали даже больше, чем плед. — Не стоит благодарности… — тишина… Он сел обратно на свое место, на плечах появилась легкость, но мне хотелось, что бы Юнги и дальше держал мои плечи… Согревал… — Так, какое же желание ты хотела загадать? — опять резкая смена диалога, но пусть будет так. — Мммм, я могу попросить все, что угодно? — блин, что же выбрать? — Да, но в пределах разумного — ограничивает, но улыбается. Догадывается, что я хочу попросить? Вряд ли. — Мммм, а можно… я… побываю в твоей студии? Хочу вспомнить как играть на пианино… уже столько лет прошло с тех пор, как я садилась за него последний раз — улыбка слегка померкла на его лице, он немного удивлен такой простотой моего желания… а мне большего и не надо. — Всего лишь? Я думал, что ты попросишь билет на концерт, фансайт, пропуск в гримерку или общагу, а ты просишь разовый проход в мою студию и даже не ради того, чтобы узнать что-то про новый альбом, а ради пианино…- раздается его смех, а я подхватываю. В ночной тишине, все это было таким громким — ты опять меня удивила, чаги. — Я же говорила, что умею удивлять — улыбаюсь ему так легко и беззаботно, будто не с ним обсуждала тяжелые периоды своей жизни. Стало лучше, я чувствую себя свободнее… сейчас и рядом с ним больше не ощущаю неловкости… — Да, пора бы мне это уже запомнить. Я согласен сводить тебя в свою студию, но скорее всего это будет после тура, хорошо? — ура, пианино будет в моем распоряжении. — Хорошо.       Опять тишина, но она теперь мной любима… Все так как и должно было быть. Поэтому так громко прозвучавшее уведомление о новом сообщении на почте, напугало меня. Это было очень громко, поэтому мы и услышали его с первого этажа. Теперь у меня несколько вопросов: Кто написал? И должна ли я рассказать парням про письмо Алекса?