Она станет твоим искуплением

— Мистер Поттер, задержитесь, пожалуйста, — Джеймс кое-как соскоблил свою тяжелую тушу с парты и непонимающе уставился на профессора: он, конечно, не был фанатом Маггловедения, потому что не сумасшедший, но проблем с этим предметом у него не было — спасибо Розе и её великолепный мозгам, вмещавшим в себя Национальную Библиотеку.       Профессор Альто была симпатичной, молоденькой и сексуальной — этого было достаточно, чтобы Поттер появлялся на её парах.       Он не спеша подошел к женщине, все еще пытаясь разлепить глаза после чудесного первопарного сна под убаюкивающий голос Вильгельмины. Профессор покачала головой и улыбнулась уголками губ, глядя на заспанного подростка. — Что же не давало спать Вам всю ночь? — Джеймс любезно открыл перед Вильгельминой дверь в её кабинет и в глаза ударил яркий солнечный свет, заставляя парня поморщиться, — Чудесные чары, неправда ли? — тихо рассмеялась женщина и жестом указала шатену на мягкое темно фиолетовое кресло, приглашая присесть, — Чаю? — Джеймс кивнул и сел в кресло, с любопытством разглядывая комнату.       Раньше ему не доводилось здесь бывать, а жаль, тут всяко поприятнее кабинета Кошки и даже не потому, что в кабинет директрисы он попадает только за добротной порцией пиздюлей. — Тренировка по квиддичу, — ответил Джеймс, прикрывая рот ладонью, чтобы зевнуть. — В такую метель? — Согревающие чары и трудные погодные условия укрепляют дух, — как по бумажке отчеканил Джей.       То же самое он вчера сказал своей команде, перед тем, как Доминик красочно послала его нахуй, но все равно залезла на метлу. Придурок Ройс засмущался, как последняя первокурсница, и не сказал, что в душе не цветёт, как накладывать температурных чары — в результате слег с простудой в Крыло. А Фред вообще отличился забыв надеть защитные очки и они потом двадцать минут всей оравой пытались разлепить его замерзшие ресницы, под занудные нравоучения Розы — жужжащей, как пчела над ухом. Когда они наконец-то закончили тренировку под протяжное нытье Роксаны, темно было, как у взрывопотама в жопе.       Выспаться никому так и не удалось, а Роза вообще не разговаривала с ним все утро, назвав тираном, сатрапом и еще парой ругательств, о значении которых Поттер мог только догадываться, исходя из контекста.       Джеймс гордился своей командой, но, честно слово, иногда хотел запустить парочку бладжеров каждому в голову. — Я хотела поговорить с Вами об Альбусе, Мистер Поттер, — не спешно начала Вильгельмина. — Джеймс, — поправил её парень и пояснил, — Мистер Поттер — мой отец, а я еще пару лет был бы счастлив в свой адрес этого не слышать, — профессор понимающе кивнула, подталкивая к Джеймсу коробку с сахарными перьями, любимым угощением всех девчонок в Хогвартсе, но Поттер благополучно проспал завтрак, так что не стал кривить душой и засунул перышко в рот целиком, — Спасибо. — Как у него дела? — Джеймс едва не закатил глаза от тупости вопроса, но из уважения сдержался, украдкой глянул на часы, понимая, что позажиматься с Розой перед ЗОТИ уже не успеет и горестно вздохнул.       Никакой личной жизни. — Профессор Альто, не поймите меня неправильно, но давайте ближе к делу. — А вы прямолинейны. — А это семейное, — пожал плечами Джеймс, сохраняя абсолютное спокойствие, хоть разговор и начинал его подбешивать — не любил он, когда кто-то лез не в своё дело. — Я заметила, что Альбус стал гораздо активнее на уроках, стал большее времени проводить с однокурсниками — это, само собой, не может не радовать, но… — Но на Ала это вообще, блин, не похоже? — перебил женщину Джеймс и отпил из кружки, обжигаясь.       Сучка карма. — Это и заставляет волноваться, — ответила Вильгельмина.       В Джеймсе вдруг взыграл юношеский максимализм, да причем с такой силой, что он посмотрел на профессора с вызовом и едва не послал её на все четыре стороны пешим путешествием, но она не осталась в долгу и, скрестив руки на груди, выжидающе посмотрела на парня, ожидая реакции.       Если честно Джеймса уже порядком заебал этот комплекс Мессии, которым в школе страдал каждый третий. Ощущение, что где-то весела огромная растяжка — «Спасем Альбуса вместе!», а он единственный проебался и не заметил.       Его брат наконец-то спокойно спал по ночам, перестал пропадать где-то внутри себя, не шарахаться от собственной тени и мог в коем-то веке доверять себе, не боятся, что в один момент собственный разум его подведет. А вместо того, чтобы порадоваться за Альбуса, все пытались найти в нем новую болезнь.       Как будто он недостаточно настрадался.       Джеймс сочувствовал Сокрпиусу, искренне, по-дружески. Но он этого белобрысого засранца знал с пяти лет и мог с уверенностью сказать, что если Малфой чего-то хочет, то он в доску расшибется, но получит, поэтому и не понимал, какого хера все с его разбитым сердцем так носятся.       А может Джей просто не был нюней и не привык наматывать сопли на кулак и, уж точно, не привык видеть, как эти сопли наматывает Скорпиус.       Прозвенел второй колокол и Поттер впервые был так рад началу урока. Он уверенно поднялся со своего места, сквозь зубы поблагодарил профессора за беспокойство и пулей вылетел из злосчастного солнцем залитого кабинета.       Любопытная стерва.       Её вообще-то можно было понять. Альто, как и многие деканы, беспокоилась за своих подопечных, как молодой декан она еще и вмешивалась во все. Что-то Джеймс не мог припомнить, когда это старая Кошка приглашала его на чай, поговорить о делах сердечных. — Чего опаздываешь? — шепотом спросила Роза, когда он громко плюхнулся на стул рядом с ней, от чего ножки с противным скрипом проехались на парочку сантиметров назад. — Спасал бурундуков от неминуемой холодной смерти, — деловито ответил Джеймс, поигрывая бровями. Рыжеволосая прыснула в ладошку и в глазах у Джея от этого чертики забегали.       Розе и напрягаться не надо было, чтобы Поттер в ней пропал.       Джеймс во все глаза уставился на профессора Кёлера, как и большая часть девчонок, пускавшая слюни на поджарого длинноволосого немца, так что никто не мог обвинить его в невнимательности и потому он мог с чистой совестью беззаконно лапать Розу под партой, шарить рукой по её ногам, задирая юбку по выше.       Обычно сосредоточенная на всем Малфой, сегодня положила огромный такой хер на активный набор баллов для любимого факультета и даже не отвесила Джеймсу подзатыльник за подобные бесчинства, расслабившись и лишь изредка шипя, когда становилось щекотно.       Скорпиус покосился на сестру и друга, сидящих на соседнем ряду и закатил глаза.       Поплыл Поттер.       Скорпиус все же вернулся к учебе, после письма отца о том, что если получит еще хотя бы одно удволетворительно, то пасхальные каникулы проведет во Франции у бабушки с дедом, а больше увулярного «р» блондин ненавидел только вечные наставления Люциуса.       Скорпу они были в дикий напряг.       Так что старший Малфой любезно восстановил свои романтические отношения с пергаментом и пером, каждый вечер водя их на свидания в библиотеку, чтобы разделить на ужин парочку пыльных томов.       В целом только у Розы и Джеймса, похоже в этой школе были нормальные отношения, если не учитывать тот факт, что это двое вообще-то, блять, родные кузены — но кого ебёт чужое горе?       Люпина и Уизли с трудом можно было назвать нормальными по причине того, что обоим едва стукнуло семнадцать, а вейла уже ходила с не родившемся пиздюком под грудью.       Алиса продолжала крыть хуями Майколсона, хотя Скорпиус как-то стал свидетелем их взаимолизания в лаборантской у Слизнорта.       А Аурелио с Оливией просто тихо ненавидели друг друга, стараясь сделать побольнее.       Ну, а Скорпиусу оставалось только пытаться запломбировать огромную сквозную дыру в своем сердце раньше, чем он окончательно сойдет с ума и выйдет в окно Астрономической башни. От Малыш Скорпиус Я хочу сдохнуть От Панси Вены лучше резать вдоль От Малыш Скорпиус Это весь твой совет? От Панси А трахаться, пить и курить травку ты уже пробовал? От Малыш Скорпиус Да От Панси Тогда ничем не могу помочь Мне очень жаль, что тебе больно, зефиринка. От Малыш Скорпиус Я устал себя жалеть. Хочу просто перестать чувствовать. Как камень От Панси Когда Мари ушла от меня, я думала, что моя жизнь закончена. От Малыш Скорпиус Как ты справилась? От Панси Женилась на ней От Малыш Скорпиус Блин, Панс! От Панси Дала ей время, истеричка Дала.Ей.Время От Малыш Скорпиус А что если он не вернется? От Панси Тогда ты окончишь Хогвартс, соберешь свои вещи, переберешься к нам в Италию, поступишь в ту небольшую академию искусств со свободными взглядами, которую мы с тобой нашли прошлым летом, влюбишься в какого-нибудь симпатичного парня с милой улыбкой и научишься жить заново. От Малыш Скорпиус Не хочу без него От Панси Тогда сделай все, чтобы вы снова были вместе Я верю в тебя, зефиринка От Малыш Скорпиус Спасибо, Панс От Панси Целую — А теперь разделитесь на пары, — послышался голос профессора Кёлера, как только Скорпиус спрятал телефон обратно в карман.       Классная все-таки хреновина: раз, и человек с материка уже отвечает на твое сообщение, а не посылает сову через Ла-Манш.       Сатанинским благословением в пару Скорпиусу достался Аурелио и его раздутое эго. С момента стычки в репетиционном зале, они почти не разговаривали: перекидывались парой слов в гостиной после уроков или передавая кувшин с тыквенным соком за обеденным столом.       Забини был максимальным придурком последние две недели. — Что за заклинание? — охрипшим голосом спросил Скорпиус, становясь перед кузеном и вытаскивая палочку из рукава мантии.       Холодно было так, что даже каминам не охота была разгораться, окна еле держались на петлях от агрессивных порывов ветра, казалось, что мерзли даже лестницы, переставшие менять направления. Девчонки сменили чулки на плотные колготки с начесом и, все равно, это не уберегло их от соплей, постоянной дрожи, из-за которой приходилось, наплевав на свою гордость, виснуть на парнях, чтобы хоть как-то согреться.       Так что своим больным горлом Скорпиус не могу никого удивить, пусть дело и было совсем не в простуде. — А ты не слушал? — Аурелио удивленно посмотрел на кузена. Обычно Скорпиус был тем парнем, у которого все спрашивали, — ну, задротом.       Малфой сжал губы в тонкую полоску и покачал головой, давая парню понять, что лучше бы его сейчас тупыми вопросами не доёбывать. — Отрабатываем защитные чары, — уверенно произнес Аурелио и отошел от Скорпиуса на приличное расстояние выставляю палочку вперёд, — Нападай.       Обычно дуэли для кузенов были способом расслабиться, подурачиться и выпустить пар, но сегодня ничего умнее элементарного эскпеллиармус Малфой не придумал. — Так ладно, брат. Меняем тактику, — покачал головой брюнет и перехватил поудобнее палочку, — Я нападаю — ты защищаешься, может хоть это тебя встряхнёт, идет? — Скорпиус наотьебись кивнул. — Ступефай! — Протего! — почти синхронно с кузеном выкрикнул блондин и сразу же отразил следующую атаку, — Может пора вылезти из песочницы? — пошутил Малфой. — Ты, блять, носом клевал две минуты назад, — дружелюбно оскалился Аурелио, — Только потом не беги жаловаться сестрёнке, когда будет больно, — Скорпиус совсем не аристократично вытянул средний палец, отвечая на реплику кузена, — Жалящий сглаз! — Петрификус Тоталус, — Аурелио резко дернул плечом, — Серьезно? Сглаз? А дальше что? Юбки? — Как же интересно слушать это от такого убежденного гетеросексуала, как ты, сладкий, — лилейно протянул брюнет, — Деспульсо! — Простите, профессор Кёлер, — Скорпиус, мгновенно обернулся на сторону голоса, пропуская заклинание, пущенное Аурелио. — Блять! — громко выругался Забиния, но исправить уже не успел.       Отталкивающие чары красными огоньками устремились к плечу блондина именно в тот момент, когда вихрастая макушка Альбуса Северуса Поттера появилась в аудитории.       Скорпиус отлетел на добрых три метра, с тяжелым стуком ударившись о колонну.

***

      Вода с характерным шумом побежала по сливу и заспанная, осунувшаяся Мари-Виктуар вышла из ванны, обнимая себя поперек живота. Обычно аккуратно уложенные в прическу пепельно белые волосы сейчас превратились в сноп соломы, вместо легкого макияжа лицо девушки украшали мешки под глазами — хоть котов топи, а скулы были готовы вот-вот прорезать кожу. — Он хочет меня убить, — прошипела ЭмВи, охрипшим от недосыпа голосом. — Люпин или крошка оккупант? — уточнила Доминик, не отрываясь от нового выпуска «Луни Нонби против Корнуэльского Пикси» — Это старье все еще выпускают? — Мари-Виктуар опустилась на постель, подтянула колени к груди и плотнее закуталась в одеяло, пытаясь справиться с ознобом после очередного приступа токсикоза. — Что-то всегда будет актуально, как подростки, забывающие предохраняться — никогда не выходят из моды, — подмигнула подруге Доминик и отложила комикс в сторону, — Сходить к Помфри за зельем? — Оно не помогает, — закапризничала блондинка и скривилась от очередного спазма под грудью, — Ебучая проказа. — Дети — цветы жизни, — с умным видом проскандировала Майерс, подняв указательный палец к потолку. — Посмотри, как ты заговоришь, когда у тебя в утробе поселится чужой. — Не приведи Мерлин. Мой отец прикончит меня быстрее, чем я успею сказать «залёт», — ЭмВи коротко прыснула и постаралась улыбнуться подруге, — Ой, нет, дорогая, даже не пытайся, тебя как будто опять тошнит.       Мари тут же подскочила с кровати и снова бросилась в ванну. — Ну, похоже не как будто, а буквально, — закатила глаза Доминик, — А вы с Люпином разве не должны жить вместе. — Мы же не женаты, — послышалось в перерывах между рвотными позывами. — Ах, ну, да, это же сама главная ваша проблема, — флегматично подметила Доминик, изогнув губы подковкой. — Здорово, Эльф, — Тед по хозяйски развалился на кровати Мари-Виктуар и бросил пузырек с голубоватым зельем на покрывало. — Привет, придурок, — отсалютовала ему брюнетка, — Как так случилось, что единственное место во всей школе, куда представители вашей хуевой расы попасть не могут, снова подверглось твоему нападению? — Это мизогиния. — Это констатация факта. Вас от глупых поступков спасёт только выборочная кастрация, — пояснила Майерс, притворно ласково улыбаясь Теду. — У меня от таких заявлений мурашки, — наигранно поёжился Люпин, закатив глаза, — Что у тебя за проблемы с мужиками, Майерс? Даньелз тебя совсем расстроил? — Смотри, как бы ты кого-то не расстроил, она сегодня на нервах, — отбрила шутку Доминик и демонстративно отвернулась от парня. — Кошка отредачила чары и теперь я могу подниматься в девчачью башню. Ну, вдруг у ЭмВи что-то случится. — У неё уже случился ты, куда уж хуже, — промычала уткнувшись в подушку Доминик, — И, Морганы ради, выведи её на улицу, я не сплю с пяти утра от её беготни к белому другу.

***

       Роза устала плакать. Устала подолгу не спать из-за учёбы, переживать за брата, думать о Франции, волноваться о Джеймсе. Розе хотелось забраться под одеяло к родителям и, уткнувшись в отцовское плечо, слушать мамины истории. Так хотелось, чтобы, как в детстве…       Просто.       Они с Джеймсом сидели у больничного крыла второй час. Молча. В не дающей дышать тишине, давящей на мозги хуже любого известного им заклинания.       Джеймс пускал сигарету за сигаретой, сначала с Тедом, потом с Алисой, даже Оливией, люди смешались в поток со своими сопереживаниями и словами сочувствия.       Аурелио держался в стороне, незаметно от посторонних глаз, опираясь о плечо сестры, с глазами, напоминающими стеклянные пустышки.       Один раз пришел Альбус и убежал, получив от Розы звонкую пощечину тихим «Убирайся».       Когда их пустили в Крыло, Аурелио вошел первым, почти влетел, кусая нижнюю губу, с дрожащими плечами, руками сжатыми в кулаки. Он подошел к Скорпиусу раньше, чем Мадам Помфри успела открыть рот и излиться причитаниями.       Вильгельмина Альто стояла рядом с медсестрой, пытаясь хоть что-то из себя выдавить: не каждый день дети находящиеся под твоей ответственностью ранят друг друга до полусмерти. — Пришел добить меня? — прохрипел Скорпиус, пытаясь приподняться на постели и тут же падая обратно. — Шутки у тебя хуевые, придурок. — Минус пять баллов со Слизерина за нецензурную брань, — ухмыльнулся блондин и Роза смогла найти в себе силы подойти к постели брата, стиснув джеймсову ладонь, — Я мог умереть, а ты даже не удосужилась по плакать?       Девушка ущипнула брата в плечо, не сдерживая улыбку, и села на край больничной койки, сжимая его руку. Скорпиус слабо ответил ей, едва пошевелив пальцами. — Он не приходил? — тихо спросил блондин, заглядывая за спину сестры. — Приходил, но одна рыжая мигера прогнала его с криками, — ухмыльнулся Забини, садясь на стул напротив постели. — Еще одно слово, милый кузен, и проведешь выходные на соседней койке, — ласково улыбнулась Роза, недобро стреляя глазами в Аурелио. — А она может это устроить, — заверил брюнета Джеймс, — Как себя чувствуешь? — Как будто меня сначала сожрал, пожевал и, в конце концов, выковырял из зубов угроб, — хитро прищурившись, отшутился Скорпиус, — Ауч, Ро! — блондин отодвинулся от сестры, потирая ушибленное плечо, — Я, между прочем, ранен. — Ты, между прочем, редкий идиот, — проворчала девушка, но все же ласково провела по волосам брата, убирая челку со лба.       От Розы не укрылось, с какой тоской Скорпиус смотрел на дверь больничного крыла, стараясь разглядеть силуэт за ширмой, который рыжеволосая истерично прогнала.       Скорпиус был веселым, взбалмошным, флиртовал, строил глазки и заигрывал. Но он не бросался своими чувствами просто так. Он выбирал, взвешивал, сверялся и, если принимал решение, до следовал ему до конца.       Скорпиус привык дарить тепло в комплекте с душой, именно в такой порядке, в такой связке.

***

— Эй, Поттер, надо перетереть! — Деметрий Розье с кошачьей грацией спрыгнул с парапета, отдергивая полы теплой черной мантии. В ночи он напоминал хищника: мягкие, плавные движения, прямая осанка, гордый взгляд.       В последнее время слышно о нем было мало: то ли устал быть таким законченным мудаком, то ли в Хогвартсе закончились сплетни. Ни первое, ни второе на правду похоже не было.       Альбус остановился, стараясь выровнять дыхание. Эмоции зашкаливали, злость заставляла кисти сжиматься в кулаки, царапая кожу на ладонях ногтями. Казалось в голове у него медленно тикает циферблат на бомбе, а любое сказанное слово может стать детонатором. — По поводу Малфоя… — уверенно и на редкость серьезно начал Розье. — Уже сотню раз повторил — не я направил на него палочку, — по слогам отчеканил Альбус, решительно поворачиваясь в сторону брюнета. — Да, ты уже давно пустил ему непростительное в висок, — с легкостью режущего заклинания бросил Деметрий и всю спесь, как рукой сняло. — Ты не нравишься мне совершенно, да и от всей вашей рыжей семейки меня тошнит, но, Мерилин тебя задери, Поттер, — Розье выругался сквозь зубы, как будто каждое сказанное слово давалось ему с трудом, — Ты и Малфой — слизеринцы, — с нажимом произнес парень, — А мы всегда подставляем спины друг за друга, — Альбусу вдруг стало так стыдно, так по-детски стыдно, как будто он сделал ужасную глупость, а признаться маме с папой не нашел в себе смелости. Деметрий ухмыльнулся краешками губ, заметив, что слова дошли до адресата, — Тем более я не хочу просрать кубок квиддича твоему братцу, только потому, что у нашего капитана сердечко разбито.       Альбус отвел глаза в сторону, смаргивая набежавшие от обиды слезы. — И все же, какое тебе дело, Розье? — робко спросил брюнет, обнимая себя за плечи. — Возвращаю долг твоей младшей сестре.