Вереск цветет на рассвете

Это было весьма ожидаемо и предсказуемо. А желание одеть Цзынь Цзысюаню на голову если не весь котелок, желательно вместе с кипящим содержимым, то хоть ту отброшенную им плошку с разлившимся по подмерзшей земле супом, было почти нестерпимым. И принадлежало не только Сяо Мин. - И чтоб я тебе больше не видел рядом с цзе-цзе! - Вэй Усянь наконец отпустил Цзысюаня, и тот отскочил, с шипением потирая помятое крепкой хваткой запястье. Сяо Мин мстительно подумала, что на его тонкой и нежной коже наверняка останется внушительный синяк. - Дева Цзян, пойдёмте, - Сяо Мин обняла Янли за безвольно поникшие плечи. - Мы знаем правду, а молодой господин Цзынь... Некоторые не видят правды, даже если их в неё носом ткнуть. И проверить слова служанки довольно легко, - словно размышляя вслух добавила она, - Пусть попросит её приготовить ему этот суп. Вэй Усяня через пару минут выдернули по приказу кого-то из глав - они начинали очередное совещание. Так что к палатке девушки вернулись вдвоём. Усадив Янли на циновку, Сяо Мин принялась споро заваривать чай. - Дева Цзян, я всё, конечно, понимаю, любовь зла, полюбишь и... - Сяо Мин сделала неопределённый жест рукой, позволяя ей самой додумать эпитет для Цзысюаня. - Но почему он? Ну, не считая помолвки, которую заключили ваши матери. Помимо наследника Цзыней есть и другие достойные мужчины, даже если брать только Великие кланы. Цзеу-цзюнь например. Или Глава Не. Сяо Мин мысленно представила нежную внешне Янли рядом с Первым Нефритом. И невольно поёжилась. Янли, конечно, походила на нежный и хрупкий цветок, но стоило помнить, кто её мать. И цветочек вполне мог быть из оружейной стали. С бритвенно- острыми лепестками. Да и Синчень периодически напоминал не плюшевого котика, а ласково улыбающегося перед обедом крокодила... Разве что был слишком мягок и доверчив к тем, кем доверял. А вот Минцзюэ... Наверное, она стала бы ему подходящей женой, и смогла бы смягчить грубый и излишне прямолинейный нрав главы Не. - Сяо Мин, а ты.... - Янли покрутила в пальцах уже успевшую опустеть пиалу. - А ты влюблялась? - Было один раз, но... - девушка неопределённо развела руками. - Не взаимно и не надолго. Может, и к счастью. О том, что она, как и любой подросток 21 века, то и дело "западала" на всяческих поп-айдолов, девушка благоразумно промолчала. Следующие несколько дней прошли довольно спокойное. Если, конечно, можно говорить о спокойствии в разгор войны... А потом случилось вот что. Цзысюань, красный, даже багровый, до такой степени, что клановую точку нельзя было отыскать с первого раза, и с помятым веником(назвать этот сноп цветов скромным словом "букет" просто не поворачивался язык) в руках, топтался перед палаткой. - Дева Цзян там молодой господин Цзянь, - Сяо Мин старательно прикрывалась рукавом и давилась хихиканьем. - С букетом. Извиняться, видимо. Цзысюань действительно извинился. Причем весьма старательно. И публично. Служанку, решившую чужими руками получить тёплое место при наследнике ордена, тоже заставили извиниться, а потом отправили куда подальше. Впрочем, двух Героев Юнмена это не слишком успокоило. Но их можно было понять - Цзысюань априори был не достоин такой прекрасной девушки, как Цзян Янли. Как и любой мужчина в мире, кроме, разве что, двух Нефритов из Гусу Лань, и то, с натягом. Сама Сяо Мин пыталась разложить по полочкам в голове все, что знала и помнила. Получалась как-то с трудом. Она точно помнила, что Вэнь Чжулю и Вэнь Чао убил именно вернувшийся с Погребальных холмов полусвихнувшийся Усянь. Убил тёмный энергией, сполна отомстив за мучения адептов ордена Цзян, убитых в сожженной Пристани Лотоса. И винить его за это получалось с трудом, он был в своём праве. Вэнь Сюя убил Не Минцзюе. Просто в бою снёс голову своей саблей. Как фыркали некоторые - слишком легкая и честная смерть. Но вполне в стиле Минцзюе. У того гибкость характера - как у гор, окружающих Цинхе. Не то что, нулевая, она вообще отрицательная! Но вот последовательность событий девушка точно вспомнить не могла. Впрочем, это было не так уж важно. Хотя о смерти Сжигающего Ядра хотелось бы узнать как можно скорее. Сяо Мин видела троих, пострадавших от его рук. В живых остался только один, уже немолодой мужчина из Гусу. Но он словно выгорел изнутри, девушка боялась, что он что-нибудь с собой сотворит. Второй - молодой мужчина, годившийся ей в старшие братья, умер от ран, видимо Чжулю был для него не первым и не единственным противником. Наверное, это было к лучшему. Последний, совсем юный, мальчишка, едва ли старше неё самой, просто удавился на собственном поясе, когда очнулся и понял, ЧТО с ним произошло. Сяо Мин очень ждала положительных новостей, о дальнейших продвижениях армии и их перемещении на следующую позицию. Но вместо этого пришли те вести, которых она предпочла бы не слышать - предатель Мэн Яо ранил Главу Не и удрал к Вэням. Вести об этом разлетелись со скоростью почтовых птиц и бабочек-вестниц. Сяо Мин только мысленно сплюнула. Идея тихо удавить его где-нибудь в темном углу начинала казаться всё более соблазнительной... Или уронить ему на голову пару камней побольше... Или уронить самого парня откуда-нибудь повыше... А война, не обращая внимания на девушку, продолжала набирать обороты, раненых становилось всё больше. В один из дней ругающийся на чем свет стоит Цзян Ванинь притащил на собственной спине раненого Усяня - тот заработал внеплановую дырку в животе. Янли несколько часов не отходила от него, пока Сяо Мин почти силой не отправила её отдыхать, занимая её место у изголовья раненого. А ночью... - Приветствую, второй молодой господин Лань, - до этого Сяо Мин не доводилось видеть Нефритов, да еще так близко, но сейчас она была готова подписаться под каждым словом, которое описывало их красоту! Даже в заляпанных кровью одеждах он был прекрасен! - Что привело вас сюда? Ванзцы молча перевёл взгляд на раненого. Тот был всё ещё слишком бледный, но лекари заверили, что его жизнь вне опасности. Сильное Золотое Ядро должно было в скором времени залечить все повреждения без каких-либо последствий. А о том, как Усянь умудрился поймать вэньский меч собственным пузом, знали всего три человека - сам Усянь, глава Цзян и тот Вэнь, что держал этот меч. И всё трое молчали. - Хотите остаться с ним? - Сяо Мин спокойно уступила мужчине место у изголовья. - Лекари сказали, он проспит еще несколько часов, но скоро должен проснуться. Будущий Ханьгуан-Цзюнь кивнул и уселся на ее место, не сводя глаз со спокойного лица Усяня. Девушка мысленно вздохнула(вот тормознутые неразлучники!), и быстро сбегала до кухни и больших котлов, где постоянни кипятили воду и стирали одежду и бинты. - У вас кровь на лице. И переодеться вам стоит, - она поставила рядом с ширмой, отгораживающей закуток, где лежал раненый Усянь, от остальной палатки, таз с горячей водой, несколько полотенец и чистый комплект белых Ланьских одеяний. - И я сейчас вам поесть принесу. Пока она еще раз бегала на кухню, Лань успел оттереть кровь с лица и рук, переодеться и даже переплести волосы, вычесав из них несколько потеков засохшей крови. Вместе с тарелками для Лань Ванзцы, девушке выдали и закрытую крышкой пиалу с крепким бульоном для раненого. - Дайте ему, если проснется. А лучше позвоните кого из лекарей. Нефрит снова кивнул. Девушка только мысленно вздохнула. Это уже не просто милые попугайчики. Это самые натуральные пеньки-неразлучники! И тупить они будут долго. Один в силу собственного характера молчать будет, а до второго не дойдет, пока носом не ткнешь! Вот и будут вокруг друг друга танцевать "до победного"! Нет, с этими двумя точно надо что-то делать! Бурча себе под нос, девушка унесла в стирку заляпанные кровью одежды и вернулась в палатку Янли. Пока дева Цзян спит, она может немного помочь ей, хотя бы разложив документы по стопкам "очень срочно", "не срочно" и "этой фигнёй озадачьте других". Пусть это было не так немного, но Янли доверяла ей, и хотя бы с этим она могла помочь.