Привет. Пока. Здравствуй.

— Бак, давай не будем ругаться, — в сотый раз попросил Стив, погладил Баки по плечам, не обращая внимания на заинтересованно поглядывающего в их сторону Ника. — Я же тебе говорил — от меня мало что зависит. Тебя вообще могли не пустить в здание, а так хоть в аналитическом отделе с планированием нам поможешь. Давай уже, не дуйся. Как хорошо, что Ник за несколько совместных лет работы научился уже читать по лицу и взгляд “не согласишься — отгрызу тебе голову” понял ещё от дверей кабинета. И если самому Баки Стив отказывать не умел категорически, то пользоваться для этого другими возможностями ему никто запретить не мог. Баки, конечно, понял эту переглядку, слишком хорошо он знал Стива, а вот одноглазый негр был загадкой с лицом Медузы Горгоны, которая увидела себя в зеркало. Что ж, нужно было хватать любую возможность помочь Стиву, раз принять самое активное участие у него просто не получится. — Давайте сюда ваш аналитический отдел, — наконец согласился он, обдумав другие варианты. — И всех остальных тоже давайте, а то напланировали они. Пиетета перед Фьюри Баки не испытывал. У него были мысли, что ему придется работать с этим человеком, но плясать под его дудку он не собирался. Наплясался уже. Может, вообще стоило завязать с войной и научиться играть на гитаре? Сколотить группу, поездить по стране… Но это были мечты, да и пока не особо то и осуществимые. Сначала нужно было решить с Гидрой хоть где-нибудь. Обезопасить себя, Брока, Стива, да и Лео заодно. Стив заметно выдохнул, приободрился. Он видел Баки в поле, сегодняшней ночи с лихвой хватило, чтобы понять, на что он способен, но рисковать, выставляя его под пули, да ещё и с Гидрой, не собирался. Слишком страшно и так Баки кричит в его снах каждую ночь даже сейчас, хотя он вроде бы вот, уже рядом. Толкнув дверь кабинета Фьюри, Стив направился к лифтам. — Давай ты обоснуешься в моём кабинете? Выведу тебе на связь всех аналитиков разом, просмотришь информацию, детали операций, — перечислил Стив. Баки хотелось узнать, как там Брок, может быть он очнулся, но было банально некогда, и он задвинул это дело на после всего, что сегодня произойдет. — Хорошо, твой кабинет — это замечательно, — сказал он, хлопнув Стива по плечу. Когда они со Стивом устроились в его кабинете, Баки, как большой начальник, в удобном кресле, а на нескольких мониторах появились морды озабоченных аналитиков, Баки улыбнулся. Ему предстояло помочь в очень сложном и важном деле, которое они со Стивом не закончили в далеких сороковых. Его память относительно упорядочилась, и если далекое прошлое еще оставалось на уровне инстинктивной памяти, то бытность свою Зимним Солдатом он помнил хорошо. Базы, переходы, вооружение, ключи и позывные. Что-то имело значение, что-то давно потеряло смысл, но Баки мог помочь. Нужно было просто понять, что уже есть, что смог притащить Брок, а что нужно было подстраивать в режиме реального времени. — Всем привет, — Баки убедился, что его все слышат. — Меня зовут сержант Барнс, и сегодня мы поработаем вместе. Временно переселившись на диван, Стив с улыбкой наблюдал за работой Баки, не особо замечая, как быстро бежит время. Сразу вспомнились Ревущие Командос и как они все вместе разрабатывали операции, как Баки чертил маршруты, склонившись над обычной бумажной картой, а Стив потом с этими планами ходил к высшему военному начальству, доказывал их правильность, ругался так, что всегда невозмутимая Пегги Картер краснела и отводила взгляд. Но Стив своего добивался. Только к обеду Стив вспомнил про телефон и с улыбкой заметил там сообщения от Лео. Для Баки было не впервой составлять планы, быстро оперировать полученной информацией, выдавая на гора столько же информации. Он рассказывал, что все базы изначально типовые, но от местности к местности есть изменения. В принципе, Баки представлял, как каждую из них можно взять в одиночку, но только им самим. Здесь же приходилось, нет, не заново, но вводить корректировки в уже разработанные планы, и это было не так-то просто. Но все сложилось так, как и должно было сложиться. Один мозг — хорошо, а много, да еще и умных, — безусловно лучше. Прошло достаточно времени, прежде чем Баки закончил, отпустив всех допиливать и выводить нюансы. — Я закончил, Стиви, — Баки развернулся вместе с креслом и улыбнулся Стиву. — Как думаешь, Брок проснулся? — Проснулся, — ответил Стив, взмахом руки закрыл все окна разом и приблизился к Баки, легко коснулся ладонью его макушки, ласково погладил. — Мне Лео написал, что брат чувствует себя вполне сносно. Поужинаем и поедем к ним, договорились? Стив рассматривал лицо Баки, знакомое, родное и такое любимое. Глаза, лучики морщинок в их уголках, нос, абрис пухлых красных губ, так и созданных для поцелуев. Он даже помнил их на вкус, все ещё помнил. Баки обнял лицо Стива ладонями, живой и бионической, погладил скулы, глядя прямо в глаза, он помнил, что приходилось склонить голову, чтобы заглянуть в эти невероятные глаза, а сейчас они смотрели друг на друга прямо. Стив был знакомым незнакомцем, которого хотелось вспомнить или узнать заново. — Я вспомню, — пообещал Баки и выпустил Стива. — Пойдем. Закусив внутреннюю сторону щеки, Стив улыбнулся. Как же он хотел его поцеловать, захватить в плен сочные губы, напомнить о том, как им хорошо вместе, но пришлось выходить из кабинета, закрывать его, опечатывать до завтра. — Как тебе идея поужинать чем-нибудь итальянским? — предложил Стив. — Я знаю недалеко семейный ресторанчик, там безумно вкусно и порции рассчитали, словно для нас с тобой открылись. Вообще, сегодняшним днем Стив был более чем доволен. Наблюдая за работой Баки, он убедился, насколько воодушевились аналитики, которым приходилось иной раз чуть ли не самим выдумывать планы баз. Пару отрядов уйдёт уже завтра. — Лазанья, — мечтательно сказал Баки. — Или паста с рыбой. Или и то, и другое. А ты что хочешь? Баки повернулся к Стиву, улыбаясь. Он чувствовал, что помог, но все равно хотелось быть на острие, вместе, как раньше, как было, он это чувствовал. Но он все еще для одноглазого черта был просто боевой единицей, которой быть больше не хотел. — А какая там панакота, — Стив аж зажмурился. — Язык проглотить можно. Баки оживал окончательно. Это чувствовалось по светлой открытой улыбке, по движениям, по тому, как он общался с аналитиками. И за все это нужно было сказать спасибо одному человеку — Броку Рамлоу. Ведь это он рискнул всем и вытащил Баки из Гидры. В ресторане Баки выбрал столик, просто потому, что он ему понравился, а потом оглянулся: как на ладони все три двери, их со Стивом закрывает какая-то легкая ширма и именно здесь стена вместо панорамных окон, хотя столик даже не угловой. Баки вздохнул, но не расстроился. Теперь это были его инстинкты, то, что останется с ним навсегда. И это было неплохо, так было гораздо меньше шансов, что их со Стивом случайно убьют, а от спланированного нападения они смогут защититься. — Какие у нас на завтра планы? — спросил он, когда милая официантка в стилизованной под итальянский народный костюм форме удалилась, принеся меню. — У тебя выходной, — ответил Стив, пробегаясь взглядом по страницам, сегодня хотелось чего-то необычного. — Можешь с Броком посидеть и Лео. Его, скорее всего, ещё пару дней продержат на всякий случай, хотя в технологическом плане клиникам Тони нет равных. На него работают лучшие специалисты. А у меня завтра пара вылетов. Скорее всего, домой возвращаться не стану. Что время терять, туда-сюда катаясь? «Словно в старые добрые времена», — пронеслось в голове Стива. Они снова с Баки обсуждали планы на грядущий день, проводили вместе время, когда не надо было никуда бежать, думать, что снова скажешь что-нибудь не так. От этого на сердце делалось хоть чуточку теплее. Побыть с Броком Баки хотелось. Он изучал меню и размышлял об этом, думал, что с Лео нужно познакомиться нормально, ведь это брат Брока, который его любит. А потом задумался, а любит ли он сам хоть кого-нибудь? Чувства чувствами, даже улыбаться получалось нормально, но зияющая в памяти дыра… Он вроде бы и знал, кто он такой, а потом как в яму проваливался, в которой темно и страшно. И эти качели напрягали и заставляли постоянно быть настороже. Постоянно ловить себя на том, что он делает, что думает, что чувствует. С виду, наверное, все казалось просто и даже здорово, но вот внутри Баки было много всего такого, о чем он не хотел рассказывать. Не хотел создавать лишние проблемы. А держать марку и быть впереди планеты всей он умел всегда. Кажется. Задвинув тяжелые мысли подальше. Баки заказал четыре вида лазаньи, парочку салатов и ту самую панакоту, которая так понравилась Стиву. — А не полететь ли мне с тобой… — задумчиво сказал Баки, когда официантка ушла, приняв заказ. — Или я могу координировать твои действия прямо из палаты Брока? — Второй вариант мне нравится куда больше, — легко согласился Стив. — И Брок у тебя под боком, и я на связи всегда. Открою тебе общий канал связи с группой, дам выход на все камеры. Стив улыбался, но всё равно внимательно следил за реакциями Баки на свои слова. Он уже давно привык ничего не ждать от жизни просто так, выцарапывать счастье, вырывать его с кровью. Но Баки торопить не хотел, пусть и руки чесались прикоснуться. — Странно все это… Будущее, в котором я никто, меня словно нет, — вдруг заговорил Баки, даже не подумав о том, что говорит. Просто захотелось сказать то, что было в душе. — Прошлое, которого я не помню. И Гидра, которая, словно лейтмотивом протянулась через мою жизнь. Почему ты не хочешь пускать меня в бой? Стив отложил вилку. — Когда мне сказали, что твой взвод пропал, и вас всех считают погибшими, я умер в первый раз. — Слова давались ему с трудом, с кровью. — Но получилось наскрести силы и пойти тебя искать, чтобы удостовериться и лечь рядом. Когда ты упал с поезда, — сил уже не осталось, потому что я сам всё видел, сам не удержал, не помог, не справился. Баки, получилось только подохнуть с пользой. — Стив чувствовал, что его трясло, перед глазами снова проносились те события, которые забыть не получится никогда, не стирается такое. — Гидра как-то держала тебя в узде, как-то заставляла садиться в кресло и получать удар за ударом. Ты никогда не был мазохистом и сомневаюсь, что Зимний, при всей его силе и мощи, добровольно бы пошёл на такое. — Стив коснулся ладони Баки, сжал её. — А если они снова нажмут на ту кнопку, что заставляет тебя садиться в чёртово кресло? Если они опять тебя заберут? Сотрут? Или убьют? Стиву хотелось кричать, но изо рта вырывался только тихий надрывный шепот. — А ты бессмертный? — спросил Баки. — Тебя нельзя убить? Нельзя взять в плен? Он прищурился, отчего стали видны морщинки в уголках глаз, долго посмотрел на Стива, ответно сжав его руку. — Почему ты позволяешь пустить себя в расход, но не меня? То, что у Гидры есть кнопка, способная обратить его против выбранной стороны, снова сделать послушной их воле, Баки догадывался, ведь, действительно, что-то заставляло его раз за разом проходить через кресло, через все, что было. Но он подозревал, что все работало, пока не появилось что-то действительно знакомое. Не появился Стив, который сбил все настройки, заставив Зимнего Солдата снова стать человеком. — А, Стив? — Господи, да плевать мне на себя, понимаешь? — рвано выдохнул Стив. — Всегда плевать было. Как ты там говорил? Боевая единица? Вот я она и есть, боевая единица. Но без тебя меня больше не будет. Никогда не буду навязывать тебе свои любовь и общество, но мне надо хотя бы знать, что ты жив и счастлив. — Идиот, — как-то просто заключил Баки и улыбнулся, уверенный, что Стива не сделали таким, он всегда такой был. Что-то такое всколыхнулось в памяти. — Как был идиотом, так и остался. Ешь давай. Выговорившись наконец, Стив набросился на еду. Странный иррациональный голод сжал внутренности твёрдой хваткой. Только сейчас наконец Стив полностью принял всё то, что сжигало его эти годы с того самого злосчастного дня, когда Баки погиб на его глазах. Только сейчас Стив принял и пережил его смерть. Спагетти с фрикадельками пошли на ура. Стив ел, поглядывал на Баки, пробовал даже шутить, рассказывая курьезы со службы. Посмеиваясь, Баки уплетал свои лазаньи, одну за другой, чувствуя, что давно так вкусно не ел. Когда подошла очередь десерта, он понял, что наелся. Нет, десерт он, конечно, слопает, это без вопросов, но вот допить бутылку вина, которую они со Стивом заказали, уже не сможет. — Стив, мне нужна работа, — сказал он, с какой-то горечью сознавая, что заплатить не сможет. Кофе, пирожные, пончики, пицца и продукты, заказанные на дом… Все это как-то не воспринималось, как траты, вернее, он еще не задумывался, что за все это надо платить. А сейчас остро осознал, что счет будет немаленьким, а платить ему нечем. И это уязвляло. — А чем бы ты хотел заниматься? — на полном серьёзе спросил Стив. У самого себя он никогда этого не спрашивал, не задавался этим вопросом, уже привыкнув идти одной дорогой. Его создали не для разовой операции, а для защиты страны, и Стив считал, что ещё не отплатил за свои возможности. А вот Баки хотелось дать выбор и в этом вопросе. Чтобы он сам всё для себя решал. — Понятия не имею, — признался Баки. Все, что он помнил — это бытность Зимним Солдатом. Да и то, чем он рвался заниматься сейчас, не походило на желание мирной жизни. — Так что… Я много всего умею… наверное. Танк водить, стрелять из всего, что стреляет. Летать умею. Часть из этого даже могу починить… наверное… Сейчас, Стив, я не умею ничего, что могло быть направлено в мирную жизнь. Так что, видимо, придется подождать с выбором профессии. Поехали к Броку? Расплачиваясь за ужин, Стив понял, к чему всё это Баки. Когда-то он сам от него зависел, пробовал хоть как-то подработать, но был годен разве что портреты на улице рисовать. Это Баки вкалывал до седьмого пота, иногда приходя домой, в их крохотную квартирку под самой крышей, и падал без сил, позволяя Стиву себя раздевать. — Зато я лекарства тебе купил, сопляк, — смеялся он тогда, уворачиваясь от несерьёзных ударов Стива. — Говорят, оно кашель на раз снимает. На выходе из ресторана Стив нагнал Баки, поймал его ладонь, сжал в своей. — Не торопись с выбором, найди то, что тебе действительно интересно, а насчёт денег Тони обещал помочь. Его адвокаты уже готовят бумаги на выплату всех положенных компенсаций тебе как герою войны. Да и мне в радость о тебе заботиться. Что-то подсказывало Баки, что так было не всегда, и он пока не понял, как принимать такую заботу. Но ладонь сжал. А чем бы он хотел заниматься? Баки откровенно не знал ответ на этот вопрос. Но он давал себе время. Сейчас он хотел к Броку, своему командиру, единственному человеку, которого он действительно знал. Или думал, что знал. По вечерним пробкам до клиники они добирались чуть больше часа. Стив даже пошутил, что на метро да пешком вышло бы быстрее, но на деле ему жутко нравилось, как Баки прижимался к нему со спины, даря обманчивое чувство счастья хотя бы на этот странный час. Встретившийся в коридоре врач Брока приветливо улыбнулся. — Бак, иди к Броку, а я тут закончу и тоже приду, — предложил Стив, малодушно пытаясь оттянуть момент встречи с человеком, настолько важным для его Баки, что он сам готов был в пасть Гидре из-за него прыгнуть. Баки тихо вошел в палату, где увидел Брока, что-то изучающего в своем телефоне, а рядом с ним спящего Лео, тот прижимался к брату и улыбался во сне так счастливо, что Баки ему позавидовал. — Привет, — тихо сказал он Броку, подойдя с другой стороны кровати. Он не ожидал, что Лео переберется к Броку, полностью проигнорировав удобный диван. — Как ты? — Живой, — одними губами прошептал Брок и хлопнул ладонью рядом с собой. — Не стой над душой, детка. Про себя лучше мне расскажи. Кровать была достаточно большая для двоих, но вот Баки бы на ней точно рядом с Броком не поместился, и он принял решение, скинул ботинки и забрался в изножье, устраиваясь по-турецки. Инстинктивно желая касаться Брока, он обнял руками его стопу через тонкое больничное одеяло и принялся гладить и тихо рассказывать, как прошел день. Видя, что Броку не так плохо, как он представлял, Баки немного успокоился, расслабился. — Я рад, что Роджерсу хватило мозгов не тащить тебя в самое пекло, — выдохнул Брок, чуть громче, чем планировал, погладил по голове завозившегося под боком брата. — Да ты и сам, я гляжу, оживаешь. Молодец, детка, так держать. Брок тихонько ткнул ступнёй Баки в грудь. — Ты хотел меня бросить, — со смесью обиды и обвинения сказал Баки, вспоминая, как Брок ушел, оставляя его со Стивом. — Ты соврал мне про одиночку. Почему? Это сейчас волновало Баки, эти вопросы сидели у него в голове, и он просто обязан был получить на них ответы. — Чтобы ты не потащился следом, детка, — не стал ничего скрывать Брок, да и смысл уже во всем этом. Деревянный мальчик ожил и стал совсем настоящим. — Меня бы рано или поздно замели, сам видишь, а вот тебя им обратно сдавать не хотелось. Роджерс мог тебя спрятать, он и спрятал и сделал всё как надо. Иногда самые сложные решения — самые верные. Как же Зимний изменился. Брок видел в нём этого Баки всегда, но теперь оно всё было на виду, не приходилось приглядываться, выискивая в винтовке с глазами что-то человеческое. — Почему ты мне соврал? — снова спросил Баки, не получив внятного ответа на этот вопрос. Он продолжал гладить стопу Брока, но теперь уже забрался под одеяло руками, так ему хотелось прикоснуться к своему командиру. — Потому что боялся за тебя, — вздохнув ответил Брок. Как же он скучал по своему детке, по его близости, прикосновениям, доверчивому взгляду. Прав был Лоунс, Брок для него и был той самой мамой-уткой, за которой Зимний шёл при любых обстоятельствах, в любую жопу. А этого допустить нельзя было ни в коем случае. Самому умирать не страшно тогда было. Брок лишил сам себя всего, но Зимнего вывел, выдав и себя с головой. — Козёл ты, Брок, — улыбнулся ему Баки, понимая сейчас, чего хотел для него его командир, единственный, кто увидел в нем человека, кто захотел чего-то для него. Кто это что-то не просто захотел, а сделал, по сути подписывая себе смертный приговор. — Я скучаю по тебе. — Что-то я слишком часто это слышу в последнее время, — оскалился Брок, снова ткнул Баки ступней в грудь. — И я скучал, детка. Тебя Роджерс не обижает? — Меня хрен обидишь, — Баки изобразил улыбку-оскал, от “детки” на душе стало теплее и захотелось устроиться рядом с Броком, как Лео, но что-то подсказывало, что это очень расстроит Стива, а этого Баки не хотел, поэтому продолжал сидеть в ногах. — Стив хороший. И… наверное, он мне дорог. Он говорит, что мы были близки, но я этого не помню. Подумалось, что и не хочет, когда рядом есть Брок, которого Баки любил? Может быть даже и так. Но говорить об этом он не спешил. — Стив сказал, что я могу координировать его действия в поле, не выходя из твоей палаты. Можно я останусь? — спросил Баки. — Оставайся, — пожал плечами Брок. — Или ты прямо сейчас остаться решил прямо на ночь? — уточнил на всякий случай Брок, хотел добавить ещё про Роджерса, но дверь палаты открылась, и появился он сам. Вот и все действующие лица собрались. Пора отыграть последний акт. Брок вздохнул, пошевелился, привставая, и тронул плечо брата, погладил его, коснулся губами виска. — Просыпайся, хороший мой. Гости у нас. Стив стоял в дверях, не зная, стоит ли ему входить, так уместно Баки и Лео смотрелись рядом с Броком. — А? Что? — Лео потер глаза, хотел было притянуть брата к себе, чтобы продолжить спать, но почувствовал, что народу рядом много. — Привет. Он развернулся и улыбнулся Стиву, обрадованный его приходом. Баки в ногах Брока смотрелся как-то даже органично, но ревность кольнула сердце. Лео сел, подумал, но остался рядом с Броком, только протянул к Стиву руку. — Иди сюда, — позвал он. Похоже, все должно было решиться именно сейчас. Так, или иначе, они с Броком останутся вместе. — Как вы? — немного помолчав, спросил Стив, дошёл до Лео, улыбнулся ему и, наклонившись, быстро коснулся губ лёгким поцелуем. — Если, Кэп, ты о моем житье-бытье спрашиваешь, то как видишь — живу — не кашляю, — в тон ему отозвался Брок, протянул руку для рукопожатия и очень удивился, когда его ладонь пожали. — Это хорошо, что тебе лучше. Лео с Баки очень переживали за тебя. Лео ответил на поцелуй, погладил Стива по щеке и сжал ладонь. А потом перевел взгляд на Баки, который уже сместился, чтобы и Стив мог устроиться, усевшись на край кровати. Брока обложили, и только Стив не испытывал к нему теплых чувств, потому что, как понимал Лео, тот отбирал у него Баки. Ну что же, бравому Капитану придется вынести еще один удар. Только этот удар совершенно не хотелось наносить. Лео боялся, что Стив не дослушает, решит для себя какую-нибудь гадость и убежит. Вернее, степенно покинет высокое собрание остолопов. В палате повисла напряжённая тишина. Стив не отходил от Лео, касался его, но при этом поглядывал на Баки. Сам Баки косился то на Стива, то на Лео, а Броку вдруг сделалось смешно. Складывалось ощущение, что он оказался в камере смертников, которые сами должны решать кому первому идти на казнь. — Начну, пожалуй, я, — хмыкнул он и притянул брата к себе. — Кэп, спасибо, конечно, за спасение и за палату у Старка под крылышком, но так просто Лео я тебе не отдам. Он мой. — Не понял, — нахмурился Стив. — Мне у тебя разрешения попросить с ним встречаться? — Ты не понял, Роджерс. Лео полностью мой, во всех смыслах. Мой брат, часть меня, мой возлюбленный и любовник. — Брок? — протянул Баки, опасно сузив глаза, а нежные поглаживания превратились в опасную хватку. — Что, Брок, детка? — оскалился тот. — Да, я извращенец, влюблённый в собственного близнеца. Осуждаешь? Стив попятился, неверяще глянул на Лео, но уходить из палаты не спешил, лишь добрел до дивана, тяжело упал на него. — Это полностью взаимно, — тихо сказал Лео, переплетя пальцы с пальцами Брока. — Но все гораздо сложнее, чем кажется. Глядя на Стива, на потухшие глаза и враз осунувшееся лицо, Лео стало больно, он понял, что просто не может его отпустить. И не знает, как об этом сказать. А вот Баки выпустил наконец ногу Брока из рук, чувствуя, что иначе просто сломает ему плюсну. Он продолжал сидеть на кровати, глядя только на Брока, пристально, страшно. А потом перевел взгляд на Лео, которого практически возненавидел. Он отбирал у него Брока, отбирал того, кто был дорог, важен, с которым хотелось быть рядом. И Баки не собирался так просто этого оставить. — И что же такого сложного? — ласково спросил он, переведя взгляд на Лео, отчего тому стало жутко. — Потому что я не хочу отпускать Стива, а Брок — тебя, — ответил Лео. — Немного противоречащие желания, — горько усмехнулся Стив, поднял на Лео затравленный взгляд и тут же отвёл его. — Ага, — усмехнулся Брок. — Только, Роджерс, сам-то ты не без греха, да? То трепетно на Баки смотришь, чуть ли не с ног до головы взглядом его облизывая, то с Лео в кабинете ебешься. Стиву словно пощёчину отвесили, он густо мучительно покраснел, грызанул губу. — Стив, — позвал Баки, — иди-ка сюда. Давай, тоже присядь на кроватку. Будем ближе друг к другу. Почему-то известие о том, что Стив спал с Лео, кольнуло ревностью, теперь Баки определил это чувство. Но нет, Лео не захотелось удавить, наоборот, в голове возникло вообще что-то невообразимое, что сейчас Баки объяснить не мог. — И когда же вы поняли о себе столь интересную особенность? — почти ласково спросил Баки. Брок проследил взглядом за перемещением Стива поближе к Баки, сам сел повыше, подтянул к себе ноги, чтобы не касаться его. — Мы всегда были особенными, но нормально поговорили только утром. Согласись, это не та тема, что хотелось бы обсуждать с родным братом, — прямо ответил Брок. — Но и тебе, детка, я не соврал ни разу о своём отношении. — А ты? — тихо спросил Стив, глянул на Лео. — А я уже сказал, — Лео прямо посмотрел на Стива и чуть улыбнулся. — Я не хочу тебя отпускать. Но я не представляю, как все это… может быть. — Роджерс, а ты сам сумеешь отказаться от детки в пользу Лео? — снова спросил Брок. — Это не мне решать, отказываться или нет, — отрезал Стив, но снова смутился под насмешливым взглядом Брока. — А если бы тебе? — Брок обнял брата, прижал его к своему плечу. — Все не просто. Мне нужен Лео и детка. Лео — ты и я. Тебе — Баки и Лео, а детке нужно вытащить голову из задницы и решить все для себя. Может он вообще никого не хочет ещё. — Я хочу вспомнить, — сказал Баки, потянулся и дернул Брока за ногу, заставляя вытянуть хоть одну, чтобы он мог продолжить прерванное занятие. Лео ревниво посмотрел, но ничего не сказал, только устроил голову на плече Брока, глядя при этом на Стива. — Но я точно не хочу быть один. Если вас у меня будет двое — отлично. А вчетвером мы сможем сойти за маленькую армию. — Детка в своём репертуаре, — хохотнул Брок. — Так что, Роджерс, думай. Я ни Лео, ни детку так просто тебе не отдам. Согласен меня терпеть в своей жизни — попробуем. Нет, ну что поделать, будем жить по календарю, чёт-нечёт. Ответить Стиву пока что было нечего. Слишком все перепуталось в его жизни, он смотрел на Лео, при этом сам сжал в ладони металлические пальцы Баки. — А со мной ты Лео поделишься? — на пробу спросил Баки, ответно сжимая пальцы Стива. Не то чтобы Баки так уж хотел получить второго брата, он, скорее, хотел проверить Брока сам не знал на что. — А у Лео ты спросил? — заметил сам Лео, усмехнувшись. Баки вернул ему усмешку, сам подумав, что Брока он точно хочет себе, а Стива обязательно вспомнит, вспомнит и утянет в этот странный круговорот, в котором сам еще не разобрался. Главное, чтобы Стив не начал дурить и не закусил удила, отчего-то Баки знал, что тот так может, и ничего хорошего ни для кого из этого не будет. — Каждый должен решить за себя и для себя, насколько он хочет сделать хорошо тем, кого любит. Так что, Роджерс, ты крепко подумай, чего хочешь от этой жизни, — спокойно сказал Брок. Он сам не был полностью уверен в собственных словах, но ради тех, кого любит, согласен поступиться и гордостью, и привычкой всё грести под себя. Лео и Баки без Стива будет сложно, плохо и, возможно, больно, а этого никому из них он не хотел. И отчего-то Броку казалось, что главным шоком для Роджерса было то, что Лео выбрал в любовники именно брата, любого другого бы тот пережил с лёгкостью. Вот только по его лицу понять что-то было невозможно. Роджерс полностью закрылся, ушёл в себя, перестав реагировать на внешние раздражители. Лео отлепился от брата и слез с высокой кровати, обошел ее, подойдя к Стиву, положил руку ему на колено и заглянул в глаза. — Давай скатаемся до меня, — предложил он, не представляя, что сейчас у Стива в голове, боясь, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет, но он был готов пытаться. — Поговорим заодно.