С Новым Годом или Часодеи читают Часодеев.

– Уже потемнело. Мы хоть половину-то прочитали? – улыбнулся Миракл. – Ага, – кивнула Гроза. – Но нужно ускоряться, – признала она. – Господин Лазарев, вы единственный не читали. Книга ваша! – заулыбалась девушка и передала книгу Константину. ГЛАВА 16 ЧАСОДЕЙНАЯ НОЧЬ Тихо тикали часы на стене. Луна, развалившись на полнеба, осторожно запускала через окошко белые мерцающие нити, будто бы стремилась опутать маленькую комнату диковинной паутиной. Василиса мечтательно прикрыла глаза. Диана с Фэшем давно ушли на королевскую аудиенцию да еще заперли крепко дверь. – Замуровали, демоны! – воскликнул Лёша и увернулся от подушек, летевших в него, – Меня так просто не возьмёшь! – и ребята расхохотались. – А ведь правда! – внезапно очнулся Фэш, – он же ушуист, как научится часодейству, так нам всем мало не покажется! – Пусть сначала научится! – заулыбался Норт. – Научусь, – злорадно заверил его Лёша. – не переживай! Василиса отвернулась к стене, чтобы не видеть ярких лунных квадратиков на полу, отбрасываемых оконной рамой. Сон не шел, и вообще на душе у Василисы скребли иглозубые кошки. – Оп-па, уже иглозубые! – хитро прищурился Нортон, – значит не всё потеряно, и ты ещё станешь часодеем! – усмехнулся он. Василиса только задумчиво закивала. Конечно, Диана очень расстроилась, если не сказать – была шокирована тем, что Василисе не прислали приглашения на аудиенцию к Белой Королеве. А Фэш, наоборот, так и сыпал ехидными замечаниями насчет того, что все шпионские планы фейры рухнули. – Козёл ты, Фэш. – беззлобно заметил Ник. – Тот ещё, – согласилась Захарра. Её брат только пожал плечами. После аудиенции Диана пообещала расспросить во дворце знакомых фей о Василисиной судьбе. А еще велела никуда не выходить, а Фэш согласился, не без злорадства, крепко запечатать дверь и окно комнаты часовым эфером на случай неожиданных гостей. Ребята лишь закатили глаза на такое действие Фэша. – Ну и ладно, – вслух произнесла Василиса. – Так лучше. – Сама себя успокаиваешь? – понимающе улыбнулся Миракл. Василиса только кивнула в ответ, сидя с задумчивым выражением лица. Она снова вспомнила Лиссу, какой она была в их параллели – серьёзной, подавленной… Было видно, что эта, новая параллель, сделала её жизнь лучше, но почему-то от этой мысли Василиса хотела избавиться. Как было бы хорошо, если бы её родители остались вместе… Василиса прерывисто вздохнула, пытаясь отбросить эти мысли – ей ведь скоро восемнадцать, пора переставать верить в сказки… Хотя, кто бы ей сказал в одиннадцать лет, что за ней приедет отец – никому бы не поверила… Кто знает, может, что-то ещё можно изменить? Но на самом деле она давно так не считала. – О чём я и говорил! – заулыбался Миракл.. Василиса соскочила с кровати, как и была, – в белой и длинной ночной рубашке, в которую превратилось ее сине-белое платье с помощью чудной иголки феи. – Мамы, – тихо поправил её Марк. Василиса только улыбнулась краешком губ. Она вдруг поняла, что на самом деле очень, очень ХОЧЕТ БЫТЬ ЧАСОВЩИЦЕЙ. – Ну наконец-то! – выдохнули все. – Если рассуждать логически, – произнесла, обращаясь к самой себе, Василиса, – быть часовщицей не так уж плохо… – А даже очень хорошо! – подмигнул девушке Родион Хардиус. Во-первых, можно летать, а еще делать разные сальто в воздухе и прыжки… Ух, наверное, это очень здорово! – Василиса и её гимнастика! – хохотнул Лёша. Во-вторых, хотелось бы научиться делать всякие штучки с часовой стрелой. А еще – утереть нос отцу, Норту, Дейле и Марку своим посвящением. И Маришке этой, а больше всех – Фэшу. Ребята рассмеялись. – Так вот кому, Фэшиар, я оказывается обязан? – засмеялся Нортон, – вот уж не ожидал, Василиса, не ожидал! – признался он, скрывая смешинки в глазах. – Я тоже не ожидала много чего в этой жизни, – пожала плечами девушка, точно таким же взглядом ответила она отцу. Василиса заложила руки за спину и начала прыгать по квадратикам, прочерченным луной на полу, словно играла в классики. – Но кажется, – остановившись, добавила Василиса со вздохом, – я пропустила свой шанс. – Нет, не пропустила, – мягко возразила Лисса. Кажется, я действительно эгоистка. – Вот именно, дорогая. – Ага! – воскликнула Диана, – вот как прошло твоё посвящение! Сейчас и узнаем! – Василиса только поморщилась на это заявление. Голосок Клементины прозвучал еле слышно, но Василиса тотчас узнала его. – Даже так? – тихо пробормотал Нортон. Фея сидела на подоконнике и болтала ногами. Теперь она была такого же роста, как Василиса, даже чуточку повыше. – Ещё бы! – заулыбалась Диара, впрочем, тоже удивлённая таким решением Лиссы. – Вот именно, Василиса, – повторила фея. – Ты его почти упустила, свой шанс. Запомни, мало кто желает помогать людям, думающим только о себе. Все опешили. – Это Василиса-то? – не понял Нортон. – Ну мне же нужно было сделать так, чтобы она согласилась на посвящение, – улыбнулась Белая Королева. Василиса незаметно для всех нахмурилась. – Всё будет хорошо, – прошептал девушке Фэш, приобнимая её за плечи. Та только покачала головой. – Как? – спросила она, грустно усмехнувшись. – Хочешь, мы можем поговорить с Мираклом? – спросил Фэш. – А ещё, надо поймать прадеда твоего. – парень обнадёживающе улыбнулся ей, заглядывая в глаза. – Да, – внезапно задумалась Василиса и начала что-то писать на своём браслете. Браслет Миракла тихо пискнул, говоря о пришедшем сообщении. Он посмотрел на сообщение, незаметно для всех кивнул и показал девушке большой палец. – Вот видишь, – прошептал Фэш, – всё наладится, – пообещал он девушке. – Я не эгоистка, – не удержалась Василиса. – Я просто не знаю, что делать. – А что это мы запутались? – заулыбался Марк. – Ляхтич, сейчас получишь по лицу, – ласково предупредила его Василиса. Марк поднял руки в знак примерения. Фея Клементина шумно вздохнула. – Тебе надо бы иметь более устойчивое мнение, – заметила фея. – Несколько мгновений назад кто-то утверждал обратное. Василиса не нашлась что возразить и лишь пожала плечами. – А как вы пробрались через дверь? – вспомнила девочка. – Она же… это… Фэшем зачасована? Фэш тут же покраснел. – Откуда ж я знал, что к Василисе прилетит Королева Фей? – смущённо пробурчал он, слушая смех друзей. – А ты уверена, что тебя это действительно интересует? Василиса вздохнула. Она совершенно не знала, как разговаривать с феями. – Как с обычными людьми, – заулыбалась Диана, видя, что Василиса приуныла. – Эфер, запечатывающий окно, очень слабенький. – Фея фыркнула, рассыпая изумруды, – кажется, признак отличного настроения. – Этому Фэшу надо больше работать над часовой техникой. Фэш снова покраснел, вызывая новый взрыв хохота. – Для меня, – пожалев парня поправилась Лисса. – он и правда был лёгким. Но для детей твоего возраста – вполне сносно. – Кто вы? – резко спросила Василиса, отступая назад. Василиса и Нортон хмыкнули, что не осталось незамеченным Лиссой, но она сделала вид, что пропустила что случилось, чтобы не смущать и так растерявшихся от взглядов друзей, Нортона и Василису. Хотя она всё-таки послала девушке вопросительный взгляд. Василиса покачала головой и отвела глаза. – Мне кажется, что вы как-то слишком много знаете обо мне и моих… друзьях. – Правильно кажется! – заулыбалась Белая Королева. – Я кто? – Фея хмыкнула, но во все стороны опять полетели изумруды. – Я же говорила – придворная фея, советница. – Значит обманывает и ей в радость! – возмутилась Диара, тем не менее не сдержав улыбки. Лисса пожала плечами: – В данном случае – да. – Вы пришли, чтобы помочь мне? – спросила Василиса, затаив дыхание. – Конечно! – заулыбалась Диара, – зачем ей ещё приходить? – Нет, я пришла, чтобы забрать иголку. – дочитал старший Лазарев. – В смысле?! – возмутилась Диара, – нельзя так ребёнка расстраивать! – ткнула Лиссу под ребро Жемчужная Королева. Василиса рассмеялась увидев недоумение вперемешку со скептицизмом и шоком на лице мамы и рассмеялась. Лисса тут же переменилась в лице и мягко улыбнулась девушке. Фея легко соскочила на пол и настойчиво протянула ладошку. Василиса, смутившись, осторожно вытянула иголку из ткани рубашки на плече и отдала фее. – Извините, – добавила она. – Я подумала, что вы по другому поводу… Э-э, неважно. – Васили-иса-а! – засмеялась Диара, – ты серьёзно? – спросила она. Девушка только с улыбкой пожала плечами. – Наивность в чистом виде, – пробурчал Нортон-старший. – Ты на самом деле так глупа и недогадлива? – несколько грубо спросила фея. – Я не ожидала, что она поведётся, – пожала плечами Лисса. К зеленой россыпи изумрудов на полу присоединилось несколько синих камешков. – Что, простите? – Василиса вытаращила глаза от удивления. – Конечно, я пришла сюда не только из-за несчастной иголки, – несколько смутившись, объяснила фея. – Извини меня, я немного взволнована нашей встречей. – Почему? – тут же спросила Василиса. – Вы что-то обо мне знаете такое? – Да всё! – фыркнула Диара. – Но ты очень догадлива, Василиса, – хитро улыбнулась она девушке. – С чего ты это взяла, дорогая моя?! – опять разозлилась фея. – Я ничего о тебе не знаю и знать не хочу! – Ну спасибо! – засмеялась Василиса. – Извини, – смутилась Белая Королева. – Я шучу, мам, шучу, – спохватилась девушка. Ты через фею Диану Фрезер просила Белую Королеву об аудиенции? – Да, но она не прислала мне приглашения… – Я прилетела к тебе от имени ее величества… – «Я её Величество», надо было сказать! – фыркнула Диара. Лисса только заулыбалась. Вот недогадливая! – Фея Клементина раздраженно передернула плечами. – О чем ты желаешь ее попросить? Можешь смело мне говорить, я не только советница, но и близкая подруга ее величества. – Да ты и есть Величество! – снова не сдержалась от укора в сторону Белой Королевы Диара. – Да-да-да, – закивала Лисса. Фея гордо приподняла подбородок и выпрямила спину. – Как я могу знать, что вы действительно от Белой Королевы? – Василиса подозрительно покосилась на Клементину, годящуюся ей в ровесницы. – Вы не похожи на… Ребята расхохотались, вгоняя девушку в краску. Василиса осеклась: откуда ей знать, как выглядят придворные феи? Разве по Диане скажешь, что она придворная? Обычная девчонка… – С точки зрения внешнего вида, – поправила себя Василиса. – Я поняла, – с улыбкой сказала вышеназванная. А вот фея, кажется, сильно разозлилась: – Я улетаю. – Так значит, коронный приём? – тихо уточнила у подруги Диара. – Ага! – так же тихо ответила та. Клементина действительно поднялась с подоконника, за спиной взвились прозрачные крылья, и она упорхнула. – Откуда ж я могу знать?! – крикнула ей вдогонку Василиса. – Я же вас первый раз вижу… – Второй раз, – послышалось снаружи. – Мы с тобой уже виделись, забыла? На миг лунный свет заслонила огромная тень. Диара в предвкушении потёрла руки. Василиса ахнула от удивления: фея вернулась, совершенно преобразившись. Длинная белоснежная мантия струилась позади ее роскошного серебристого платья. На голове же, на высоко уложенных темно-золотистых волосах, красовалась высокая корона из острых молочно-белых камней. В правой руке фея сжимала прозрачную, будто из чистого льда, стрелу длиной в полметра. С внешностью феи также произошли сильные изменения: лицо Клементины вытянулось и заострилось, а под ее яркими черно-синими, необычайно огромными глазами пролегли тени. Несмотря на красоту и величавость феи, казалось, будто она очень долго живет на земле, повидала и знает многое. Нортон откинулся на спинку кресла, что не укрылось от взгляда Василисы. Она послала ему вопросительный взгляд, на что он показал себе на голову. «Голова у него болит, как же!» – фыркнула про себя девушка. – Плохая отмазка, – весело подтвердил Миракл Нортону на ухо, на что тот только отмахнулся. – Так больше веришь? – холодно осведомилась Клементина. – Ещё бы! – фыркнула Василиса. – Это она ещё не совсем собой тебе показалась! – заулыбалась Диара. Девушка согласно закивала. – кстати, почему? – нахмурилась Жемчужная Королева. – Василиса – умная девочка, она бы сразу всё поняла, – просто объяснила Лисса. – она и так догадалась слишком рано, – заулыбалась Королева. – Не без помощи Дианы, к слову, – хитро заметила девушка. Последняя, к слову, очень удивилась этому заявлению. – Как это я тебе помогла? – Узнаешь, – загадочно произнесла рыжеволосая. Василиса пораженно кивнула несколько раз подряд. – Вы очень красивая, – произнесла она смущенно. Клементина тут же смягчилась и улыбнулась. – Я понял! – прошептал Нортон себе под нос, вызывая приступ смеха у Миракла. Огнев шикнул на друга и отбился от подозрительного взгляда Василисы. – Теперь мы можем поговорить о наших делах? Василиса кивнула, все еще робея перед величественной красавицей. – Благодарю, – мягко улыбнулась Лисса. Ей вдруг пришло в голову: почему придворная фея, да еще и близкая подруга ее величества, сейчас не на королевской аудиенции? – Это, к слову, была подстава! – обвиняющим тоном сказала Диара, с укором глядя на подругу. Лисса только загадочно улыбнулась. – Не беспокойся насчет аудиенции. – Фея будто читала ее мысли. – Ее величеству сейчас мои советы не нужны. Я думаю, в Замке все в порядке. – Действительно! – всплеснула руками Госпожа Дэлш, – кинула меня на произвол судьбы, – обиделась она. – Ну извини! – звонко засмеялась Лисса. – Она вдруг застыла, к чему-то прислушиваясь. Василиса с любопытством наблюдала за ней. – Ну так что, – словно очнувшись, резко произнесла Клементина. – У тебя есть желания? Опять брызнули, рассыпаясь, зеленые огни изумрудов. – Стало очень интересно, – призналась Лисса. – Да, в общем, есть, – быстро сказала Василиса, не желая упускать хорошего настроения феи. – Ай-яй-яй, Василиса, когда ты стала такой расчётливой? – заулыбался Миракл. – Когда приехала в отцовский дом! – такой же улыбкой ответила зодчему девушка. – Мой друг, Ник Лазарев, попал в серьезную беду, поэтому… – Ох как благородно, ну прямо как в сказке! – Клементина вздохнула и закатила глаза. – Ты меня не разочаровала, – заулыбалась бывшая Королева фей. – Константин Лазарев сразу же связался с нашей повелительницей, как только начались его проблемы… Так что и он сам, и его сын Ник живы-здоровы. – И не смотри так на меня, Нортон! – обвиняюще заявила Лисса увидев ревностный взгляд Норта, – С Костей мы с единственным остались в нормальных отношениях! И с Мираклом остались бы, если бы ты ему мою версию развития событий рассказал, в этом я уверена! – Нортон слегка стушевался под грозным взглядом Белой Королевы – всё-таки характер-то у неё тот же остался! – Понял, принял, – пробормотал Нортон себе под нос. – Один-ноль! – громко заявил Миракл, вызывая у всех улыбки. – Здорово!!! – Василиса всплеснула руками. – Как же это здорово! А мы так переживали, а Фэш так вообще очень обрадуется, когда узнает! – И тут же Фэш! – ехидно заметила Захарра, но Повелители Времени проигнорировали это замечание. Значит, и старшего Лазарева освободили? – Сразу же. – Клементина величественно кивнула. – Константина Лазарева вернули из старческого кокона, лишь только объявился Астариус. А после того как доказали неправомерное зачасование, РадоСвет, чувствуя свою вину, пошел на некоторые уступки… В общем, Ник сам расскажет вам. А вот что ты хочешь для себя? Говори любое желание. – Любое? – Василиса медлила с ответом, пытаясь сосредоточиться. Перед глазами почему-то завертелись сотни дурацких вещей: синее платье, стаканчик мороженого, палочка с лентой, заколка с цветком и даже устройство для зарядки мобильного… Ребята рассмеялись. – Василиска в своём репертуаре! – заулыбался Миракл, – ничего нового! – Какая есть! – тоже улыбнулась девушка. – Только не желай всего подряд, ладно? – Фея, видимо, тоже наблюдала сумятицу в голове Василисы. – Мы же не в сказке, где прямо все можно… – Я представляю твою реакцию! – засмеялась Диара. Лисса с улыбкой пожала плечами, прикрыв глаза – спать всё-таки очень хотелось. – Вы, наверное, очень любите сказки? – не удержалась Василиса и тут же смутилась: не много ли она себе позволяет – спрашивать придворную даму про всякие глупости? – Не много, – успокоила девушку Лисса, не открывая глаза. – Люблю, – вдруг улыбнулась Клементина. – Особенно остальские, про фей. Я даже устраиваю у себя в доме Волшебные Чтения… по понедельникам. – Это, наверное, очень интересно, – вежливо ответила Василиса. – А где вы живете? В Белом Замке? – Уходишь от ответа, – тихо заметил Фэш. – Есть такое... – не стала спорить девушка. – Ты тянешь с ответом, – проницательно заметила фея. – Я облегчу тебе задачу. Скажем так, пришло время выбрать: ты хочешь стать часовщицей или желаешь навсегда вернуться на Осталу? – Та-ак! – напряглись в Зале. Василиса закатила глаза. Василиса глубоко вздохнула и выпалила: – Первое! – Мы не в ресторане. – Клементина выгнула одну бровь. – Попрошу озвучить, так сказать, конкретно. – Мне и так сложно было, – пробурчала девушка, вызывая улыбку на лице Белой Королевы. – Я очень хочу быть часовщицей, – четко произнесла Василиса и, не удержавшись, зачастила: – Если у меня получится, конечно, я же ничего не умею! Я слышала, там сложное испытание и… Ребята засмеялись. – Василиса, ты такая Василиса! – тепло улыбнулся младшей сестре Норт, на что девушка ему подмигнула. – Василиса осеклась под пристальным взглядом Клементины. – Эх… – вздохнула фея. – Мы и так уже достаточно потеряли времени на раздумья, – резко сказала фея и вдруг взмахнула своей прозрачной, будто изо льда, стрелой. – Я проведу тебя только до поля Старых Часов, понятно? – Клементина резко взмыла в воздух. – Давай-ка сюда! – приказала она, указывая на подоконник. – Может, лучше через дверь? – с опаской спросила Василиса. Насколько она помнила, их комната находилась на третьем ярусе ветвей – высоко над землей. Лисса и Василиса переглянулись и вместе заявили: – Кому нужны двери, когда есть окна? Ребята с улыбками закивали. Василиса не могла с этим поспорить и запрыгнула на подоконник. Снаружи, покачиваясь на ветру, застыла большая и полупрозрачная, будто из чистого горного льда, лодка с изогнутыми бортами и белым парусом. Василисе на миг показалось, что не иначе как серп молодого месяца причалил к окну комнаты. – Специально так сделано, – подтвердила Диара. – Садись в ладью! Василиса осторожно шагнула на палубу, крепко схватившись за туго натянутые веревки, соединявшие единственную мачту с носом ладьи. – Ну, в путь, пожалуй. – Клементина вздохнула и озарилась фейерверком из сверкающих бриллиантовых капель – камешки градом посыпались в темноту ночи. – Бриллианты, значит? – мягко улыбнулась подруге Диара. – Ну а что же ещё? – А пока мы летим, расскажи о себе, Василиса, – неожиданно попросила она, присаживаясь на небольшую скамеечку на корме ладьи. – Я хочу все знать. Ладья вздрогнула и медленно заскользила меж веток, набирая высоту. Чтобы не упасть, Василиса покрепче ухватилась за тонкие, но прочные веревки. – Ну, вы и так обо мне много знаете, – удивилась девочка. – Недостаточно, – возразила Лисса. – А куда мы летим? Василиса вдруг подумала, что вряд ли разумно пускаться в неведомое путешествие, целиком доверяясь этой, в общем-то, незнакомой фее. – Ой, да забей! – махнул рукой Миракл, – не худшее из твоих решений, – внезапно хитро фыркнул он. Василиса только закатила глаза. – Я же говорила, мы направляемся на поле Старых Часов, – произнесла Клементина, одновременно разглаживая складки белоснежного шлейфа. – Не переживай и не оглядывайся на меня. Просто рассказывай… Нам некуда спешить, ладья плывет медленно, рассказывай. Мне очень интересно узнать, как живут дети на Остале. – Тебе было интересно именно как жила Василиса, – тихо возразила подруге Диара. – Да, – не стала отнекиваться Лисса, – но не могла же я так сказать? Это бы выглядело подозрительно. – И то верно, – согласно вздохнула Диара. Что у вас за школы, какие любимые занятия? Например, как ты научилась танцевать? Василиса хотела посоветовать фее самой слетать на Осталу, если ей так интересно… – Вот оно что? – заулыбалась Белая Королева. Василиса смутилась и ничего не ответила. Потому что сложно рассказать о совершенно другом мире, пока его не увидишь своими глазами. Но решила не злить Клементину лишний раз. Сначала нехотя, а потом увлекшись, Василиса рассказала о гимнастике, бабушке Марте Михайловне, кошках, школе и даже Лешке. – Оу, я польщён! – с улыбкой заметил парень. Ладья неслышно скользила над темными деревьями леса, а Василиса все рассказывала. Клементина иногда поддакивала, задавала вопросы, но когда девочка дошла до поездки в отцовский дом, то фея почему-то резко прервала ее: – Дальше не надо, хватит. – Я обиделся! – заявил Нортон и сложил руки на груди, ну совсем как маленький. – Ну и дурак значит, – пожала плечами Лисса. Василиса даже немного обиделась, что ее остановили на самом интересном. – Самое интересное? – выгнул бровь Нортон. – Ну нужно же было мне кому-то на тебя пожаловаться! – заулыбалась девушка. Неожиданно Клементина вскочила, разбрасывая сотни бриллиантов, и, указывая рукой куда-то вперед, воскликнула: – Посмотри, вот оно, поле Старых Часов! Василиса осторожно перегнулась через борт ладьи и не сдержала громкого восклицания. Внизу, насколько хватало взгляда, простирались тысячи золотых и серебряных циферблатов в оперении блестящих черных лепестков. Они росли, как цветы, и чем-то были похожи на подсолнухи, только на более коротких ножках. На циферблатах имелись цифры и тонкие стрелки – самые настоящие. Василиса не удержалась и даже глаза протерла от изумления. Все в Зале (кроме чтеца) молчали в знак уважения к павшим. Ладья между тем спустилась и заскользила над самыми часами-цветами. – Это старочасы, – тихо сказала Клементина. – Они остановились в разное время… Когда на Земле умирает человек, на этом поле вырастает новый цветок-старочас… Видишь, у каждого из цветочных циферблатов четыре стрелки: две серебряные показывают дату рождения человека, а две золотые – дату смерти… Как ты понимаешь, это священное место для всех людей… – Господин Огнев, а у вас есть золотые стрелки на цветах-старочасах? – внезапно спросил Фэш у Родиона Хардиуса. – Хм… – нахмурился тот, – я не знаю, честно говоря… – У него сросшийся цветок, – хитро прищурилась Лисса. – Это и помогло мне его раскусить, – призналась женщина, блестя глазами. – А потом МНЕ говорят, что Я старый пройдоха, – пробурчал Астариус, за что получил ироничную усмешку Нерейвы. И для фей тоже. Мы не умираем, но можем заснуть. Если ты приглядишься, то увидишь алые цветы – они вырастают, когда бессмертная фея засыпает навечно. У алых старочасов нет стрелок на циферблатах. – Почему, кстати? – поинтересовался Марк, нахмурив лоб. – Мы не знаем, – переглянулись королевы, – на самом деле, это было слишком давно, чтобы знать «почему», – призналась Диара. Василиса во все глаза рассматривала диковинные цветы, пытаясь разглядеть среди них алые. Ей вдруг стало как-то неуютно в этом месте и даже немного жутковато, словно бы она прикоснулась к запретному. Диана понимающе усмехнулась. – Ну по традиции я должна спросить тебя еще раз, – быстро произнесла Клементина. – Переживаешь, что она откажется, – верно истолковав быструю речь Лиссы, усмехнулся Нортон. – Конечно переживаю! – опешила бывшая Королева фей, – а как же иначе? – уточнила она, серьёзно смотря на отца Василисы. Тот только пожал плечами. – Желаешь ли ты стать часовщицей? Знать законы Времени? Предупреждая возможные сомнения, хочу сказать тебе… Я могу одним взмахом руки отправить тебя на Осталу. Но что ты будешь делать? Ладно, тебя ждет летний лагерь… А дальше? Где жить? Чем заниматься? Когда здесь, на Эфларе, тебя ждет целый мир и, возможно, великие свершения. – Не возможно, а точно! – заулыбался Родион Хардиус, искренне радуясь успехам правнучки. – Засветился, прямо-таки, огонёк! – фыркнула Королева Лютов. Нортон аж подскочил на стуле, чем вызвал искренний и громкий смех Белой Королевы, а после и Василисы, которая явно поняла, почему Нортон так отреагировал. – Маленькие издеватели… – пробурчал Огнев под продолжающийся смех Королев. Тем временем старший Лазарев решил спасти своего друга и продолжил читать, понимая, что если не начнёт, то и они с Мираклом засмеются. Василиса не отрывала взгляда от черно-золотых и черно-серебристых цветов. Конечно, фея права… но, кроме обрисованных ею благородных перспектив, Василису ждали отец, Елена, Марк, Норт и Дейла. – Понял, принял, хлопнул два раза, – со вздохом пробормотал Нортон-старший, – и я, конечно, в первых рядах. – А как иначе? – спросила вконец развеселившаяся Василиса, взмахивая рыжей копной волос, задевая при этом и Фэша, и Марка. Те поморщились, но ничего не сказали – знали – себе дороже. – Ты же Глава рода Огневых! Ты всегда на первом месте! – продолжала измываться Василиса. – Но не в таком же списке! – возмутился Нортон-старший. – И в этом, и в любом другом! Крепись, папочка! – поддержал сестру Норт, и они вместе расхохотались. К ним присоединились Фэш, Лисса и Миракл, а Нерейва показала ребятам большой палец. Вряд ли они будут помогать ей совершать великие дела. Вышеназванные, из тех, кто сидел в Зале, поморщились. – В общем-то, – нехотя продолжила фея, – ты можешь отказаться… можешь. Конечно, можешь. – Не надо ей такого говорить! – испуганно замотал головой Фэш. – Да согласна я. – Василиса продолжала рассматривать циферблаты за бортом лодки. Что ей надо будет сделать? Сорвать цветок? Или целый букет? Кажется, у этих часов толстые стебли… Глаза всех фей полезли на лоб. Ну, всех, кроме Лиссы. – Нельзя рвать старочасы, – пояснила фея, подслушав ее мысли. – И ничего я не подслушивала! – возразила Лисса. – Это выражение такое, – улыбнулась Василиса. – Некоторым больше двух тысяч лет… Первые из них появились, когда на Земле началась великая Эпоха Часов. – Эти цветы немного страшные, – призналась Василиса. – В них есть что-то красивое и ужасное одновременно… Ребята согласно закивали. Клементина улыбнулась: – Значит, ты все-таки согласна, несмотря на сомнения? Окончательно? Василиса быстро кивнула. Ей вдруг пришло в голову, что фея сама подозрительно медлит. – Ты очень догадлива, – грустно улыбнулась дочери Белая Королева. Даже складывалось впечатление, будто Клементина стала сомневаться, стоит ли Василисе становиться часовщицей. – Значит, судьба, – вздохнула фея. Она наклонилась над ближайшими старочасами и сорвала один из черных лепестков. – Эх… – как-то грустно вздохнула Василиса. Лепесток мгновенно скрутился в тугой жгут – точное подобие стрелы, и Клементина передала его Василисе. – Это часовая стрела? – Не совсем, – качнула головой Диана. – но вообще – да. – Это просто лепесток с цветка, – возразила фея. – Стрела еще не созрела. Но если ты пройдешь испытания и доберешься до Луны, она станет настоящей – золотой или серебряной. Иногда – бронзовой. А может остаться черной. – Цвет зависит от возможностей и внутреннего мира человека, – объяснил Миракл. – а также, показывает его характер. У Василисы стрела тёмно-золотого оттенка – вспыльчивый, но при этом добрый и справедливый характер, огромная сила. А вот стрела Дианы показывает нам, что она человек довольно миролюбивый, скрытный, спокойный, но тоже крайне сильный. – Ничего себе! – удивился Марк и почесал голову. Потом, как-то смущённо добавил: – А я думал, что чем чище золотой цвет у стрелы, тем человек сильнее… – Ребята по-доброму рассмеялись на это заявление и попросили Константина продолжить читать. – Я должна добраться до Луны?! – Так называется чудесная скала, где феи получают свои крылья, – терпеливо объяснила Клементина. – На Луне тебя встретят двое: фея Светлого Образа и фея Темных Мыслей. Василиса хитро заулыбалась. Так повелось еще с давних времен: юная фея получает один хороший подарок – от светлых фей, и один опасный – от темных фей, для равновесия возможностей. Главное – доберись до скалы, а там разберешься. – Да уж… Подарок оказался чересчур опасным, – покачал головой Нортон. Черная Королева проигнорировала слова сына. Стрела в руках Василисы дернулась и обвилась вокруг запястья левой руки. – Ты что, левша? – изумилась фея. – Стрела выбрала левую руку… – Да, – кивнула Василиса. Она перевела взгляд на Клементину и только сейчас заметила, что та сжимает свою ледяную стрелу в левой руке. – Да, мы сильно похожи… – задумчиво протянула девушка, бросая странный взгляд на отца. – удивительно, как все не догадались… – О, вы тоже левша, да? Клементина не ответила. Вместо этого она окинула Василису долгим испытующим взглядом. Василиса снова покачала головой и поймала встревоженный взгляд Лиссы. Все тактично промолчали, а Миракл переглянулся с Родионом. – Да, и еще, – произнесла фея. – Мы очень редко позволяем людям проходить посвящение на наших секретных полях, но для тебя сделаем исключение. Помни это и цени, ясно? А теперь мы попрощаемся, Василиса. Навсегда. – Не дождёшься! – заулыбалась рыжеволосая. – Почему навсегда? – растерялась Василиса. – Вы… вы думаете, что я… Ребята рассмеялись, а девушка состроила обиженную мину. – Вот глупая, конечно, ты пройдешь посвящение, оно простое. – Клементина нервно усмехнулась и посмотрела на небо. Луна спряталась за облака, подул ветер, остро запахло свежестью – как перед грозой. – Я хочу попросить тебя, – тихо, но отчетливо произнесла фея. – Никогда больше не искать встречи со мной. А теперь – прощай. – Извини, – тихо прошептала Лисса. – Я понимаю, почему ты так сказала. Ты тоже меня прости, – слабо улыбнулась Василиса, прикрывая глаза. Фэш слегка приобнял девушку, которая сразу, немного, но расслабилась. Нортон сидел выпрямившись в струнку и перебегал глазами с Лиссы на Василису, не зная, кого утешать, но видя, что у Василисы «утешатель» уже есть, поймал взгляд женщины и мягко, ободряюще ей улыбнулся. Лисса очнулась, благодарно ему кивнула и снова повернулась к дочери. – А что не подошёл? – стараясь вырвать друга из своих мыслей и мечтаний, ехидно поинтересовался Миракл. Нортон несколько раз моргнул и серьёзно, сдержанно, но весело заявил: – Будет ещё время, – в его глазах замелькали хитрые зелёные огоньки. – Вот и сохраняй такой настрой! – запальчиво зашептал ему на ухо зодчий, быстро наклонившись и сверкая глазами, – А то видите-ли расклеился он! Где это видано! – Ну всё, Тише, тише! – шикнул на него Нортон, тем не менее не сдержав улыбки и кивая зодчему на Константина, – слушай давай. – Сказал мне Нортон Огнев, который никогда никого не слушает, – фыркнул Миракл, но всё-таки повернулся к чтецу. Вокруг Клементины завихрилось серое пыльное облако, веером взметнулись мелкие черные осколки, и фея исчезла. Ладья же продолжала свой путь, оставляя позади поле таинственных цветов старочасов. Внизу по-прежнему шелестели кронами темные деревья, а между ними мерцали, переливаясь, блуждающие ночные огоньки. Как странно с ней попрощалась фея, думала девочка. Может, она обиделась? – Какая же всё-таки у тебя хорошая интуиция! – снова удивился Астариус, – другие бы на твоём месте подумали, что фея просто ненормальная! Не в обиду Лиссе, конечно… Хотя, тут такие гены! Чему я удивляюсь? – наиграно сокрушённо покачал он головой под смешки Миракла и фырканье Чёрной Королевы. Но ветер усилился, и Василиса оставила эти мысли – и так было о чем беспокоиться. «Интересно, далеко еще лететь?» Не успела она так подумать, как ладья замедлила ход и начала плавно снижаться. Ветки деревьев так и норовили хлестнуть по лицу но, в общем, приземление прошло удачно. – Да и ветки – это не страшно, – заверила друзей Василиса, – вот неправильное приземление при сальто!.. – Ну началось! – с лукавой улыбкой протянул Фэш, за что получил мигом сдувшуюся Василису. (Ну и подушкой по голове, да) Трава под ногами излучала мерцающий золотистый цвет. Василиса пригляделась и увидела много маленьких ящериц с блестящими спинками, притаившихся внизу. Неожиданно ящерки разом собрались в большую кучу, вытянулись стрелой и так легли на землю – получилась тропинка, узенькая и извилистая. Словно ручеек жидкого золота, диковинная дорожка устремилась вперед, исчезая в густой тьме леса, где-то между толстых стволов деревьев. Василиса, немного с опаской, устремилась за ящерками. – Не бойся, там ничего страшного нет, – заверила книжную Василису Диана. Она долго шла, сосредоточенно отклоняясь от веток и сучков, встречающихся на пути. Некоторые больно били по лицу и рукам, но она старалась терпеть, надеясь, что это и будет самое страшное испытание. – Мечтай! – фыркнул Фэш, – если бы самое страшное в твоей жизни были сучки и веточки, то какой же ты бы стала Королевой? – спросил парень, пряча лукавую улыбку. (И получая при этом, на этот раз, подзатыльник к слову, ага) Показалась завеса ивовых веток впереди, плотно сомкнутых между собою; золотая тропинка задрожала под ногами и пропала. Как видно, начиналось новое испытание. Диана задумчиво закивала. Василиса раздвинула ивовые ветки руками и оказалась на берегу озера. Огромная Луна закрывала полнеба. На ее жутковатом ярко-оранжевом фоне возвышался черный скалистый островок, поднимающийся прямо из середины большого озера. «А вот и скала Луна», – догадалась Василиса. Она подошла к самой кромке воды. И вдруг, нарушая зеркальную неподвижность, появились золотые и серебристые сполохи. – Только не говори мне… – начал было Нортон. Лисса только пожала плечами. – Хорошо, раз просишь – не буду! – заулыбалась женщина, вызывая смешки у Ордена Дружбы и вопросительную полуулыбку Нортона. Между ними, выныривая одна за другой, показались жуткие полупрозрачные головы с длинными и путаными зелеными волосами. – Ой не-ет! – протянула Захарра, – страшные чудовища, уберите их! – ребята только рассмеялись на это заявление. Василиса ахнула: русалки! Они подняли вверх изогнутые волнистые хвосты в знак приветствия и поплыли по кругу, образовывая своеобразный хоровод. Послышалось тихое, мелодичное и очень грустное пение – всякий, кто услышал бы его, непременно бы запечалился. Короткая трава под ногами неприятно покалывала ступни. Танец и пение русалок завораживали, но Василисе почему-то захотелось спать. – Потому, что нечего в два часа ночи по всяким полянкам с ящерками ходить! Спать надо! – пожурил девушку Фэш, явно намекая на какой-то случай, знакомый им обоим, поскольку Василиса покраснела, а Фэш в открытую усмехался. Неожиданно для всех, расхохотался Миракл. – Да уж! Прогулочка была веселой и грязной, не так ли, друзья? – надо ли говорить, что Фэш покраснел, а Василиса окончательно стала помидоркой? – И часто ты их прикрываешь? – прищурился Нортон. – Всегда! – фыркнул Миракл. На поляну выскочил белый заяц, а за ним целая стайка рыжих белочек. Был этот заяц большой, в серых пятнах и казался пугающе странным, ибо передвигался хоть и прыжками, но абсолютно по-человечески, да и в лапах держал тонкий острый сучок, похожий на шпагу. – Это не человек, – опровергла эту мысль Диара, – он просто умный и послушный. Заяц галантно поклонился Василисе, а белочки, окружив со всех сторон, принялись стаскивать с нее ночную рубашку. – Так, я не понял! – завозмущался Нортон, – а что, собственно говоря, происходит?! Это что за заяц вообще такой?! – Лисса только глаза закатила на данное высказывание. – Обряд такой! – Все в порядке… – неожиданно шепнул напуганной Василисе голосок Клементины, и девочка позволила снять с себя одежду, оставшись совершенно голой. Ребята уставились на Василису, ожидая, пока она покраснеет, но увидеть они этого не смогли, поскольку девушка сохраняла невозмутимое лицо. А белочки уже тянули рубашку к зайцу. Тот накидал поверху сухих веточек и острым сучком очертил вокруг Василисы ровный круг на земле. После странный зверь кинул на ворох одежды и веток свою шпагу, и вся груда вспыхнула тревожным синим пламенем. – Вот и переработали отходы! – весело заключил Лёша и засмеялся, заражая своим смехом друзей. Заяц подпрыгнул к костру, бесстрашно выхватил лапами горящую шпагу и поджег черту – на миг Василиса оказалась в пылающем кругу. Но не успела она испугаться, как жаркая огненная завеса сменилась прохладным водопадом. А после и вовсе пошел зерновой дождь; падающие с неба зернышки касались земли, а на их месте сразу же прорастали колоски пшеницы. Не успела Василиса как следует подивиться этому чуду, как ее обволок густой ароматный дым, будто жгли вокруг душистые травы… – Странный обряд, – честно и слегка заторможено заметил Огнев. – Это я ещё вино не пила! – с весёлой улыбкой заверила отца девушка. Но вскоре дым рассеялся, и перед кашляющей Василисой опять предстало сверкающее золотом и серебром огней озеро и высокий скалистый островок в центре, освещаемый огромной нереальной Луной. «Плыви к нам!» – неожиданно пропели русалки и начали странный танец: они синхронно уходили под воду, после чего на поверхности выныривали то их хвосты, то головы, то бледные тонкие руки. – О не-е-ет! – протянули Захарра, Гроза и Дейла. – О да-а! – с такой же интонацией ответили им Фэш, Ник и Маар. Василиса засмотрелась на них и нечаянно зашла в воду. – Плыви к островку как можно быстрее, – опять зашептал на ухо голосок Клементины. – Русалки будут тебя пугать, отговаривать, заманивать, но не слушай их, плыви дальше… Если хоть на минуту остановишься и заговоришь с ними – все, останешься в озере навсегда. – Это было правдой, к слову, – заметила Лисса. – Но не совсем. Русалкой ты бы стала всего на несколько часов, но это всё равно не очень приятно. – Знаем, проходили! – поморщились девушки Ордена Дружбы. – Когда это? – забеспокоился Нортон, но его проигнорировали. Ведь русалки – это неудавшиеся феи, и они сделают все, чтобы тебя тоже постигла неудача. И не бойся их – они не могут к тебе прикоснуться. Удачи! – Ну… С Богом! – выдохнул Ник. Чувствуя, что страх и холод вновь овладевают телом, Василиса ринулась с разбегу в воду, подняв тучу брызг. Она старалась не думать, что не очень хорошо умеет плавать. – Ой! – пискнула Лисса под строгим взглядом Нортона. Правда, растерялась она ненадолго, выпрямилась и заявила: – Боюсь, если я на тебя так смотреть каждый раз буду, то от тебя даже мокрого места не останется! – Нортон тут же сдулся, а Василиса наблюдала за родителями, пытаясь спрятать широкую улыбку и видя точно такую же заговорщицкую на лице зодчего. Русалки перестали петь. Краем глаза Василиса видела, как они провожают ее взглядами; тусклые рыбьи глаза на прозрачно-белых лицах неотрывно следили за ней сквозь мутные пряди спутанных волос. Захарру передёрнуло. – Бр-р-р… Ну и ужас… От этих молчаливых, ненавидящих взоров Василисе стало очень не по себе. Она забарахталась сильнее, но вода словно специально не хотела пропускать ее. – Да она же совсем не умеет плавать, – протянула вдруг одна из русалок и тоненько засмеялась. – Ну началось! – выдохнула Диана и сочувствуеще посмотрела на девушку, – держись! – Держусь! – заулыбалась Василиса. Жуткий смех подхватили и другие русалки, кроме того, они начали строить невероятно страшные рожи – поджилки бы затряслись и у самого смелого, а не только у неважно плавающей тринадцатилетней девочки. – А вот и нет! – напыщенно произнёс Норт. – А у тебя – в первую очередь! –весело фыркнула Василиса, вызывая у всех,включая Норта, улыбку. – Остановись!!! – рявкнула одна из русалок. – Там глубоко! – Какой ужас! – взмахнув руками, иронично протянула Захарра, – Погубишь себя! – Вот с этим я согласен, – пробурчал Нортон, косясь на дочь, которая только заулыбалась и покачала головой. – Не дождёшься, папочка! – весело заявила она. – Иди к нам, несмышленая… – Не согласен! – нахмурился Фэш. – Глупая… – Не сможешь, не успеешь… – Осуждаю! – заявил Лёша, и они с Василисой засмеялись. – Возле самой скалы намного глубже. – Одна из русалок оказалась очень близко. – Страшная черная вода… Диана замотала головой: – А вот и нет! – заметила она, – там наоборот мельче. – Прикоснись ко мне, – зашептала следующая, – дай руку… Дай же! – Не вздумай!! – воскликнули Диана и Захарра. Василиса только закатила глаза. – Мне, конечно, очень приятно, что вы так заботитесь обо мне, но разговаривать с книгой – это уже слишком, – заметила Василиса, хитро прищурившись. Ребята рассмеялись. Эта русалка осмелела настолько, что преградила Василисе путь своим крупным, пахнущим тиной хвостом. – Вот уж правда – осмелела! – изумился Фэш, – кто встанет на пути у Василисы – полетит с этого пути, – с умным видом заявил он, заставляя друзей снова зайтись смехом, а Василису покраснеть и ткнуть его в бок. Девочка вздрогнула, но не остановилась, упрямо продолжая грести руками. И русалка отступила – со злобным воем вильнула в сторону. «Вперед, вперед, – твердила про себя Василиса, борясь с желанием закрыть лицо руками, – только вперед…» – Правильно, правильно, – закивал Астариус. Смех перерос в леденящий душу вой, и Василиса поняла почему: ее ноги уткнулись в каменистое дно, берег был рядом, она почти добралась! – Фух!.. – выдохнули ребята. Когда девочка вылезла на низкий каменистый уступ, возвышающийся над водой, она почувствовала себя совершенно счастливой. Промелькнула мысль: а как же она будет возвращаться? – Да забей! – махнул рукой Лёша, – и не из такого выбиралась! – заулыбалась он. Но сейчас Василиса старалась об этом не думать. Она поднялась на дрожащие ноги и полезла дальше, ввысь. – Вот и правильно! – важно закивал Лёша. Наверху оказалась небольшая ровная площадка с нависшим сбоку черным зубом скалы. Василиса огляделась. Луна будто бы стала еще огромнее и затопила собою весь мир, но она как-то не пугала больше, а, наоборот, манила и притягивала. Где-то внизу плескались русалки, разбивая хвостами гладь озера, виднелась полоска берега с догорающим костром из Василисиной рубашки… – Долго она горела, однако! – невинно захлопал глазами Фэш, вызывая смешки. И тут появились феи – маленькие, сверкающие, крылатые фигурки. Они закружились вокруг Василисы шумной стайкой и вдруг, как одна, замерли в воздухе, почтительно склонившись в реверансах. – А почему они были такими маленькими? – не понял Лёша. – Меньшевраз, – улыбнулась Лисса. – А, ясно. Василиса обернулась и поняла причину столь глубочайшего почтения. К ней, плавно помахивая крыльями, приближались две феи. Они были одеты в длинные платья с пышными юбками, а на головах у них возвышались узкие шляпы, похожие на колпаки. С остроконечного верха этих колпаков тянулись полупрозрачные, искрящиеся шлейфы, словно ветер сорвал с неба несколько сотен звезд и пристроил их в хвосты к шляпам. – Селестина и Мендейра, – улыбнулась Диана. – Давно мы с ними не встречались, – кивнула Василиса, – надо бы свидеться, – как бы для себя сказала она. Наряд одной из фей отливал серебристо-мерцающим светом, а у другой – темнел и переливался, словно состоял из черных обсидиановых осколков. В остальном же феи были похожи, как родные сестры: большие круглые глаза и темные, колечками, волосы, тонкие, изящные руки и красивые прозрачные крылья, словно сотканные из серой, отливающей стальным блеском паутины. – Они и так сёстры, – закатила глаза Чёрная Королева. При каждом взмахе крыльев воздух озарялся россыпями мерцающих искр. – Красота, – признал Марк, – у вас там всё такое! – заулыбался парень, – таинственное, хрупкое и неповторимое… – Когда это ты романтиком заделался, Маркус? – заулыбался Миракл. Парень тоже улыбнулся и пожал плечами, но его взгляд остался каким-то тоскливо-туманным. – Эй! – шепнула ему Василиса, – у нас получится, – Марк кивнул и снова задумался. – Фея Светлого Образа, Селестина, – представилась та, что была в серебристом, и улыбнулась девочке. Василиса поклонилась, чувствуя себя донельзя неловко без одежды. Девочки захихикали, наблюдая за краснеющей Василисой. – Они и не такое видели! – одновременно фыркнули Лисса и Нерейва и удивлённо переглянулись. «Дети» снова засмеялись. – Фея Темных Мыслей, Мендейра, – иронично представилась другая и зевнула, лишь скользнув беглым взглядом по девочке. – Она классная, – возразил Маар. – Кто ж спорит-то? – удивилась Василиса и развела руками. Та поклонилась и ей, хотя эта фея чем-то напоминала Елену – те же ледяные глаза, хоть и черные, а не голубые. – Я ей обязательно передам! – рассмеялась Чёрная Королева, – она будет счастлива! – Не надо! – запротестовала Василиса, сделав испуганный взгляд. – мне ещё рано умирать! – Все феи во всех мирах… – начала было фея Светлого Образа, но другая, в темном наряде, тут же ее перебила: – Вот именно, феи! А дарить подарки и возможности той, что родилась от человека… – От Духа! – обиделся Нортон. – Дух, полудух, человек, тонкорог – какая разница? – фыркнула Чёрная Королева, – ты фир? – видя, что Нортон пытается возразить, она закатила глаза и продолжила, – вот и я не Астрагор. Молчи в тряпочку. – Все феи во всех мирах, – с нажимом повторила Селестина, – получают подарок от Феи Светлого Образа и, чтобы уравновесить его, еще один – от феи Темных Мыслей. Вы будете дарить первая? – обернулась она к напарнице. – Ой, сейчас начнётся! – весело закатила глаза Лисса. – Ну, а что ты хочешь? – пожала плечами Нерейва. – Нет уж, позвольте вы! – ехидно произнесла Мендейра и отлетела немного в сторону, делая вид, что происходящее абсолютно ее не волнует. – Ключевые слова – делая вид! – с улыбкой заметила Нерейва. Фея Селестина поморщилась, но тут же улыбнулась Василисе. – Дорога сюда не слишком напугала тебя? – спросила она ласково. Василиса помотала головой, не в силах произнести ни одного слова. – Да нет, так, чуть-чуть! – фыркнула Василиса, скрестив руки на груди и скептически посмотрев на книгу. – Может, она немая? – ехидно спросила темная фея. – Возможно, стоит одарить ее голосом прежде всего? – Ой, как я скучаю по её подколам! – заулыбалась девушка. – Так давай поменяемся! – пробормотала Захарра. Ребята на это заявление только рассмеялись. – Я обязана спросить тебя, девочка, – произнесла светлая фея, косо глянув на темную, – добровольно ли ты пришла сюда? И действительно ли хочешь пройти часовое посвящение? – Хочет-хочет! – заверили книгу ребята. – Да, если будем давать крылья всякому, – опять ввернула темная, – можно совсем очеловечиться… – Я пришла сюда добровольно, – четко произнесла Василиса. К счастью, голос не подвел. – Тогда к делу, – кивнула светлая фея. – Это к какому? – насторожился Фэш, – что это они задумали? – Василиса только закатила глаза. – Фэш, ты такой Фэш! Посвящение они решили мне провести, – фыркнула девушка, взмахнув копной рыжих волос. Благо, на ЭТОТ раз, парни успели увернуться. И вдруг, широко взмахнув тонкими руками, пропела: – В волшебную тихую ночь при Луне Творение славное выпало мне: Пусть будут отныне во веки веков Волшебные крылья в цвет мыслей и снов, Свободу полета подарят тебе, Невидимость и превосходство в борьбе… Дерево, сталь, вода и песок, Волшебное имя отдам… Василек! – Дерево, сталь, вода и песок, говоришь? – задумчиво протянул Миракл. – а где огонь? – не понял он, – тебе определённо не хватает огня в этом стихотворении. – Это просто стихотворение, – закатил глаза Нортон на слова своего друга-зодчего. – кстати, теперь все здесь знают твоё часовое имя, – ненавязчиво заметил старший Огнев, спокойно прикрыв глаза и мысленно готовясь к ругательствам. Но их, на удивление не послышалось, поэтому он сонно приоткрыл один глаз, развалившись на кресле и наблюдая за дочерью. – Из находящихся здесь, моего имени не знали только Ник, Диана, Захарра, Маар и Марк. А они мои друзья, так что я об этом не переживаю, – пожала плечами Василиса, – к тому же, – хитро улыбнулась девушка, – мы – Время, и нас ну о-о-очень сложно победить! – подмигнула она Фэшу. – Ну-ну, не зазнавайся, – так же хитро прищурился Нортон. – Кажется, кто-то говорил, что нам это не грозит! – возмутилась Василиса. – Теперь, я в этом сомневаюсь! – пожал плечами старший Огнев не скрывая, широко улыбаясь. Налетел снежный ветер, закружил Василису в белых хлопьях и поднял высоко в воздух. Она быстро-быстро завертелась на фоне слепяще-оранжевого диска далекой и в то же время такой близкой Луны. Маленькие феи-светлячки фейерверком рассыпались по небу и запели торжественно и печально, однако Василисе их песня показалась страшноватой – пожалуй, похуже, чем замогильные голоса русалок. – Серьёзно? – удивилась Диана. – Ага, – кивнула Королева, – Как… Как… – Василиса замялась, пытаясь придумать слово. – Как похоронный марш, – подсказал девушке Алексей. – Именно! – кивнула она. И тут пришла боль. Острая, пронзительная, как будто в спину вонзились две огромные стальные иглы: казалось, лопатки трещат и растягиваются. Все высшие часовщики поморщились, а Василиса передёрнула плечами. Не в силах больше сдерживаться, Василиса закричала, но голос прозвучал как-то тоненько и тоскливо – так, что она сама испугалась его… Но боль утихла так же внезапно, как и началась. – Не самое болезненное в жизни моей! – торжественно, прижав руку к сердцу, пропела рыжеволосая, состроив одухотворённое лицо и быстро-быстро заморгав, вызывая смешки и аплодисменты. Зато на Василису обрушился ледяной душ: маленькие феи-светлячки вылили на нее большой хрустальный таз воды. Лисса и Диана тихонько прыснули в кулаки, представляя реакцию девушки, и Диара только заулыбалась. Василиса завизжала, и теперь это у нее получилось очень громко, казалось, не выдержав силы ее голоса, небеса обрушатся сейчас на землю. Вот тут все и расхохотались. Василиса покраснела и обиженно надула щёки, становясь похожей на большого хомячка, тем самым вызвав новый взрыв хохота. – Ой, Василиса… Ха-ха! Ха-ха-кхм-кхм!.. – закашлялся Фэш, – ой, не могу! – Не можешь – сходи в туалет! – пробурчала она. Фэш только приобнял девушку и уткнулся носом в её макушку. – И нечего обижаться! – прошептал он, обнажая ямочки на своих щеках. – Зачем так орать? – зажала уши руками фея Темных Мыслей. – В наш век дети такие неподготовленные, незакаленные… – Ой, вот не надо! – отмахнулась Захарра, переглянувшись с Мааром. – Вот уж правда! – не удержалась от ехидного комментария Василиса, – вы столько раз нас этой ледяной водой обливали, что у нас уже к ней иммунитет! – возмутилась девушка, бросая опасливый взгляд на Чёрную Королеву, но та, неожиданно для всех, поддержала своих воспитанника и воспитанницу – весело рассмеявшись и заявив: – Правильно, так им и надо! – на что дети только состроили обиженные мины. А феи-светлячки уже несли легкое голубое платье, словно сотканное из мельчайших сапфиров, и тут же надели его на Василису. С другой стороны две малышки тащили золотую чашу с бурно плескавшейся жидкостью, будто в посудине поселился небольшой вихрь. – И что это за жидкость? – подозрительно прищурившись и вперившись взглядом в Лиссу спросил Нортон. Женщина только невинно похлопала глазами, еле сдерживая смех на пару с дочерью. Василиса прикрыла тонкой ладошкой рот, делая вид, что зевает. Впрочем, Фэш тоже не отставал, снова зарывшись в волосы девушки. И только друзья-подростки видели, как трясутся плечи Времени от беззвучного смеха. – Отпей, это даст тебе силы, – улыбнулась Селестина. – продолжил читать старший Лазарев, тоже сдерживая лукавую ухмылку. Василиса кивнула, принимая чашу, сделала большой глоток и чуть не поперхнулась – в чаше было вино, сладкое и терпкое. У Нортона Огнева сделалось такое лицо, что Миракл запереживал за его душевное состояние, тем не менее хохоча вместе со всеми. И не от факта, что рыжеволосую двенадцатилетнюю девчушку напоили вином, а от выражения лица своего лучшего друга. – Так, я что-то не понял! – завозмущался мужчина, усиленно артикулируя и размахивая руками, – вы там обалдели что ли?! – Лисса и Диара только пожали плечами продолжая смеяться, а Чёрная Королева в открытую осыпала Нортона подколками на манер «примерного папаши, который сам не переименует воспользоваться помощью алкоголя и явно покрепче, чем вино» и «сказал человек, который свою дочь чуть не отравил». К концу данного спича, старший Огнев сидел на своём кресле сложив руки на груди и сдвинув брови. Старший Лазарев хитро прищурился и, послав ехидную улыбочку своему «врагу» (которым Нортон уже не являлся), продолжил читать, не дав тому шансу высказаться. – Великие кудесники! – подлетела к ним Мендейра. – Спаивать ребенка вином?! Вот тебе и светлые… – Присоединяюсь! – буркнул Нортон. – Как будто нам интересно твоё мнение! – по-доброму фыркнули Лисса и Диара, окончательно развеселившись и дав друг другу «пять». – Это священное вино, – сердито возразила фея. – Это алкоголь! – снова возмутился Нортон. Нерейва закатила глаза. – Заткнись уже, сынок! – посоветовала она. – И послушайте, дорогая! Вы ведете себя слишком нагло и развязно! Это же торжественный момент для девочки… Она получила крылья, ее жизнь, можно сказать, полностью изменяется, а вы… так ироничны! Ребята только расхохотались на это заявление. – Есть… В Кого!.. – сквозь смех заявила Василиса, заставив засмеяться и Фэша, и Марка, которые держались из последних сил. Кстати, вы обратили внимание, до чего необычный цвет, а, дорогуша? – Я уже давно обратила на это внимание, милочка, – ехидно ответила темная. – И даже знаю, возможно, что это означает… Наверняка у девочки имеется много интересных родственников. – Нет, ну нормально вообще? – обречённо вздохнул Нортон, поднимая глаза к небу, – Великое Время, дай мне сил! – снова выдохнул он. – Даём! – переглянулись Василиса и Фэш. Нортон только закатил глаза. Василиса попыталась незаметно, не поворачивая головы, заглянуть себе за спину, но ничего не смогла увидеть. – Принесите зеркало, – заметила ее старания фея Темных Мыслей. – А то у девочки разовьется косоглазие. – И на том спасибо! – пожала плечами Василиса. Крохотные феи тут же притащили большое овальное зеркало в узорной раме из темного и светлого серебра и установили его прямо перед Василисой. Девочка заглянула в зеркальную глубину и остолбенела: у нее за спиной покачивались целых четыре огромных ярко-алых крыла – по краю верхних тянулся замысловатый узор из черных пятнышек, а на нижних, которые были немного уже, имелись два темно-синих круга, словно у бабочки-махаона. Василиса попробовала махнуть крыльями, и у нее это получилось! – Так что же ты тогда полететь нормально не смогла? – заулыбался Фэш, получив несильный толчок в бок. – Так получилось! – развеселилась девушка, видя как Фэш ойкнул и понимая, что её тычок таки достиг цели. – Так, а ты откуда знаешь про её полёт? – нахмурился Нортон, пытаясь вспомнить доклад Марка. – Учил меня именно он! – пожала плечами рыжеволосая, – так что было бы странно, если бы он не знал, – фыркнула девушка. – Они такие красивые, – выдохнула Василиса. – Как здорово! – И, спохватившись, добавила: – Спасибо… – Крылья дают большую власть, моя дорогая, – улыбнулась Селестина. – Они дарят способность летать, защищать себя в бою, а еще – становиться невидимой. Произнеси свое числовое имя, закройся крыльями, и никто не сможет увидеть тебя – ни фея, ни лют, ни часовщик… ни простой человек. А произнесешь имя в обратном порядке – вновь станешь видимой, все просто. – Только про себя говори, – как бы невзначай бросил Фэш, за что снова получил подзатыльник. Впрочем, Василиса устала, поэтому сжалилась над парнем и даже положила голову ему на плечо, вызывая у того нежную улыбку, а у Марка – весёлый смешок. Незаметно для всех, на Марка упал сугробик. Тот с удивлением уставился на Повелительницу Лютов, даже не поведя плечами – он, всё же, не чувствовал холода, да и в целом своего тела. Нерейва только качнула вуалью, но Марк разглядел, что под ней женщина улыбается. Но никто не должен знать твоего числового имени, разве самые близкие люди. Иначе, произнеся его вслух наоборот, они могут рассекретить твое пребывание в невидимом образе. Понимаешь, насколько это серьезно? Василиса согласно кивнула, раздумывая, когда можно будет попробовать полетать. – Скоро, скоро, – лукаво улыбнулся Фэшиар, хитро поблёскивая своими глазами-льдинками. – А теперь подарок, – внезапно посерьезнела фея Светлого Образа. – Подарок от Белой Королевы… При упоминании этого «подарка» Лисса поморщилась. Она сделала легкий знак рукой, феи-светлячки тут же принесли небольшую шкатулку из зеленого малахита, ее поверхность искрилась множеством рубинов. Шумно вздохнула Мендейра, недовольно качая головой: видимо, не одобряла роскоши подарка. – И это тоже, – не стала спорить Королева Лютов. Василиса приняла шкатулку, и крышка тут же отворилась. На мягком алом бархате лежал простой маленький ключик. Похожий на обыкновенный ключ от шкафа. Василиса, Норт и Лисса одновременно простонали, вспоминая, что им этот ключ принес. Остальные только подивились этой слаженности. – Это Рубиновый Ключ, моя дорогая, – тихо сказала фея. – Белая Королева дарит тебе его, согласно давнему обещанию. Лисса и Нортон переглянулись. Шкатулка чуть не выпала из Василисиных пальцев. – Ещё бы! – фыркнула Нерейва. – Это посвящение мне с самого начала не нравилось… Слишком много внимания к простой девочке… Я уверена, что-то здесь нечисто. – Верно она думала, – как-то задумчиво произнесла Диара. Проговорив столь недобрую тираду, Мендейра надула губки и довольно зло посмотрела на Василису. – Чего это она? – удивилась Лисса. – Актёрское мастерство, – с усмешкой протянула Нерейва. – Какому обещанию? – спросила девочка, стараясь не глядеть на темную фею, прямо-таки излучавшую недоброжелательность. – Ты ей понравилась, – успокоила девушку Чёрная Королева, – просто скажи спасибо своему отцу за предвзятое к тебе отношение! – ехидно поддела вмиг закатившего глаза сына Нерейва. – Уже сказала, – заверила бабушку рыжеволосая девушка. – Этого мне знать не дано, – отрывисто сказала Селестина, а Мендейра громко и недоверчиво фыркнула. – Правильно она всё думает, правильно! – заулыбалась Василиса, бросая косой взгляд на отца. – А что сразу я? – запротестовал Нортон. – Действительно! – фыркнул Миракл. – Я не хочу принимать такой ценный дар, – дрожа от волнения, очень тихо прошептала Василиса. – Вот в тот момент Мендейра и задумалась на твой счёт, – призналась Нерейва, подмигивая внучке. Но ее услышали. – Ты не имеешь права отказываться, – грустно ответила фея Светлого Образа. – Такова традиция… – Всё она знала! – заявила Захарра, всё это время переводя взгляд с Лиссы на книгу и обратно, – сто процентов! – Возможно, – уклончиво ответила девушке Белая Королева. – Теперь моя очередь дарить подарок, – сказала Мендейра и натянуто усмехнулась. У Василисы мороз по коже прошел от ее улыбки. Темная фея крутнулась на месте, сделав резкий оборот, и вытащила из складок платья что-то темное и блестящее, вспыхнувшее синим светом. Василиса в предвкушении потёрла руки. Из уст светлой феи вырвался тихий возглас. – Ты хочешь подарить Васильку… это?! Вот уж не ожидала от лютов такой щедрости! – Фея Светлого Образа явно разозлилась, мигом растеряв все свое добродушие. – Вы не имеете права так поступить! – пронзительно вскрикнула она, топнув ногой, – складки платья яростно взметнулись. – С какой это стати? – заулыбалась Нерейва, – всё мы имеем. – Вот уж правда, – буркнул Нортон. Лисса же пребывала в странной весёлости. Василиса удивилась, почему фея назвала ее Васильком, а потом вспомнила, что теперь это ее второе имя – числовое. – Мы тоже! – фыркнул Фэш. Василиса почувствовала, как плечи парня дрогнули от смешка и направила на него укоряющий взгляд. Парень только улыбнулся девушке. – А почему бы и нет? – Мендейра изящно пожала плечами. – Думаешь, только вы, светлые, такие щедрые? – Но, одаривая Василька… хм, такой вещью, ты обрекаешь ее на… – на становление Временем, – ехидно закончила фразу Селестины Королева Лютов. – Может, я и расскажу, на что обрекаю? – зло оборвала Селестину темная фея. – Правильно! – закивала вуалью женщина. Светлая фея шумно вздохнула, но потупилась и отошла назад. – Это кинжал, Стальной Зубок, – обратилась к Василисе темная. – Тебе лучше не знать, кому он принадлежал до тебя, чтобы спокойно спать по ночам. Часовое оружие, непростое, с секретами… Но главное вот что: принимая этот кинжал, ты выбираешь непростую судьбу… ты приобретаешь величайшую задачу. – Я так и знала, – застонала светлая фея. – Ну и хорошо! Вот и нечего стонать, – засмеялся Миракл. – Какую задачу? – прошептала Василиса, не в силах оторвать взгляда от удивительной, тревожно переливающейся синими огоньками стали. – Оооо!.. – одновременно протянули все сидящие в Зале. – Там такая задача… Закачаешься! – заверил девушку Фэш, и они вместе засмеялись. – Величайшую задачу, – скучающе повторила Мендейра и добавила: – Ты можешь отступиться от моего подарка, но тогда тебе придется отказаться и от всего остального: крыльев и дара светлых фей, само собой. В общем, от часового дара. – Выбор очевиден, – извиняющееся посмотрела на родителей Василиса. Те только успокаивающее кинули дочери. – Подумай, Василек, прежде чем принять решение… – торопливо произнесла Селестина, неотрывно глядя на волшебный кинжал. Крохотное оружие манило Василису, в ладонях феи кинжал казался изящным и совсем не опасным. Наоборот, хотелось поскорее взять его в руки и согреть, защитить от окружающего мира. – О-о-у, – послышались умилённые вздохи друзей. – Я возьму подарок, если так надо, – просто сказала она. – Вот и правильно! – кивнула Нерейва. Совсем маленький кинжал, не длиннее Василисиной ладони. Ручка простая, из темного полированного дерева, зато в самом клинке сияли, переливаясь, крохотные синие камушки. – Сильные часоводы! – одновременно сказали Норт с Марком и рассмеялись. – Вот и чудесно! – расплылась в улыбке темная фея. – Вижу, Стальной Зубок тебе понравился. – А что это за величайшая задача? – вновь спросила Василиса, но темная фея промолчала. – Ты и сама прекрасно в этом разобралась, – подмигнул девушке Миракл. – Теперь ты можешь попросить у меня одно желание, – кисло проговорила Селестина и вздохнула. Кажется, у нее совершенно испортилось настроение. – Белая Королева передала, что ты еще не использовала права единственного желания… Что ты хочешь? – Спасибо, – положив руку на сердце искренне сказал Ник. – Обращайся, – улыбнулась Василиса своему другу. – Не слишком ли много подарков для девочки? – зло усмехнулась Мендейра. – Так вы с Белкой ее совсем разбалуете… – А я не для себя! – хитро улыбнулась Василиса, ничуть не обидевшись. – Можешь пожелать любое, самое сокровенное, – продолжила Селестина, игнорируя фею Темных Мыслей. Захарра и Маар тихо прыснули. – Не поможет! – одновременно фыркнули они. – У меня есть одно желание, – быстро сказала Василиса. – Я хочу, чтобы мальчик, по имени Ник Лазарев, мог стать часовщиком… Можно? Ник снова послал девушке благодарный взгляд. Мендейра тут же фыркнула. – Дурочка, – не скрыла она своего разочарования. – Разочарования значит? – заулыбалась Лисса, – кто-то только что утверждал, что подарков слишком мало. Нерейва пожала плечами. – Ты могла попросить многоэтажный замок с десятком слуг для каждой комнаты. Уж поверь мне, Белая Королева все для тебя сделает… – Ну началось… – протянула Лисса, закатив глаза. Селестина раздраженно зашипела, словно рассерженная кошка. Нортон фыркнул. – Неплохое сравнение! – заявил он, на что Лисса просто кинула в него подушку. – Рубиновый Ключ – всего лишь малость, что она могла бы для тебя… – развязно продолжила фея Темных Мыслей, но закончить не успела. – Не поняла? – не скрывая улыбки выгнула бровь Нерейва. Потому как случилось невероятное: Селестина рванулась к Мендейре и, завертевшись в прыжке, со всей мощью ударила по ней серебристыми крыльями. – Ну ни фига себе! – присвистнул Ник, получая ма-аленький, но очень ощутимый сугроб за воротник. Еле увернувшись от нападения, Мендейра отчаянно взвыла, взвилась спиралью, словно длинная искрящаяся лента, и в свою очередь полоснула противницу крыльями. Маленькие феи с писком бросились врассыпную. – Ай-яй-яй! – продолжала гнуть свою линию Чёрная Королева. Василиса, зажав в правой руке Рубиновый Ключ, а в левой – Стальной Зубок, во все глаза смотрела на разразившееся в небесах сражение. От страха она не могла даже сдвинуться с места. Рубиново-малахитовая шкатулка исчезла, пропали и маленькие феи, лишь два росчерка – серебристо-белый и мерцающий черный, носились по небу, то сливаясь, то отступая друг от друга. – Уж они-то могут драться долго, при этом не вредя друг другу, – фыркнула Королева Лютов. – сёстры всё же. Внезапно пространство вокруг Василисы озарилось разноцветным сиянием – это маленькие феи вернулись. Они подхватили ее под руки и взмыли в небо, унося прочь от битвы разозлившихся фей, приобретающей все более ужасающие масштабы. – Глава за…А-а-офу… Закончена! – зевнув, сказал старший Лазарев.