Проклятые

      — Повтори, что мы будем делать? — мрачно сощурился Цукишима, растягивая слова по слогам.       — Освежающая пробежка по зелёным холмам, — практически радостно воскликнул Куроо, взмахивая рукой в сторону стоящего на отшибе высокого, но покатистого склона.       Хмурая озабоченность на лице блондина сменилась жаждой убийства.       — Мы не будем бежать до самого конца, — клятвенно заверил его Тецуро. — Просто добежим половину до автобусной остановки, а обратно спустимся по тропе.       — Мне всё равно не нравится эта затея, — отрезал Кей. — Сама по себе пробежка уже не вызывает у меня никаких светлых чувств, а бежать ещё и по склону вверх... Как подобное вообще могло прийти в твою голову?       Тецуро усмехнулся.       Честно говоря, он делал это из лучших побуждений — бегать в их городке можно было либо по улицам, где их могли заметить, либо на школьном стадионе, где их точно бы увидели, но, конечно, учителю он всё это объяснять не будет.       — Да? А может быть, ты просто боишься, потому что ты — слабак? — поддел учителя Куроо.       Если бы глаза Цукишимы могли метать молнии, то оборотень сгорел бы на месте. Кей сжал челюсти и решительно подошёл к ухмыляющемуся брюнету.       — Если я добегу первый, завтра мы с тобой не увидимся, — сообщил ему парень.       — А если я, то время завтрашней встречи удваивается, — принял ставку Куроо, рассчитывая, что его оборотнические способности помогут ему справиться с небольшим холмиком. Он не особо занимался спортом, но оставался в хорошей форме, не иначе как потому, что в кошачьем обличии то и дело оббегал окрестности.       — На счёт три: раз, два… — Тецуро скосил глаза вбок, отмечая, как Цукишима принимает стойку для старта, и, широко улыбнувшись, рванул с места, уже на ходу выкрикивая. — Три!       — Читер! — бросил ему вдогонку Цукишима, срываясь за ним.       Куроо всегда бегал стихийно, чувствуя, как энергия бурлит в нём, так что он довольно быстро преодолел первую половину забега и, убедившись, что учитель за ним не поспевает, притормозил немного отдохнуть. Лёгкие жгло огнём — он жадно дышал, оперевшись на колени.       Похоже, кошачья и человеческая стороны находятся не совсем в том балансе, на который он рассчитывал. В правом боку страшно закололо, и Куроо засипел от боли, хватаясь за него.       В тот же самый миг с ним поравнялся спокойно пробегающий в собственном ритме блондин, замедлившийся лишь на секунду, чтобы презрительно бросить ему пару слов.       — Кто так бежит в гору? Идиот!       Брюнет рассчитывал, что сейчас Цукишима остановится и поможет ему, но не тут-то было — с упорством крейсера тот продолжил путь наверх, очевидно стараясь выиграть их маленький спор.       — Сволочь! — прошипел Куроо сквозь стиснутые зубы и, превозмогая боль, заторопился вслед за блондинистой макушкой.       Он чувствовал, как его тело всячески сопротивляется быстрому бегу, но сцепил зубы и продолжил путь вперёд. В какой-то момент они поравнялись, Кей округлил глаза и прибавил темп. Тецуро не отставал.       В итоге, оба достигли финиша одновременно и свалились на траву полностью обессиленные.       Оборотень почти не чувствовал ног, хватая ртом воздух.       — Господи, какой же ты придурок, — обречённо простонал Цукишима, растирая натруженные икры. — Как меня угораздило с тобой связаться?       — Я — твой личный мотивационный тренер, — выплюнул ответ Тецуро. — Обрати внимание, мы знакомы всего пару дней, а ты уже вон как бодро бегаешь на такие дистанции. Обычно за это благодарят.       — К чёрту благодарности! — прошипел парень. — Я удавлю тебя прямо здесь и закопаю, никто никогда не найдёт твоё тело.       — Предупреждаю, что стану призраком и буду преследовать тебя вообще всегда и везде, — парировал Куроо, наслаждаясь обескураженным выражением лица блондина. — Даже в душе. Нет, особенно в душе.       Кей буквально уронил челюсть, услышав такие нахальные слова, а затем собрался с мыслями и попытался треснуть брюнета по голове тыльной стороной ладони. Тецуро с хохотом укатился от него по траве — на несколько секунд началась шуточная драка, в результате которой более крупный оборотень с лёгкостью подмял под себя блондина.       — Сдавайся, — шутливо предложил он.       — Только через твой труп, — сощурился Цукишима, прицельно пиная его в голень.       Куроо охнул и откатился набок, переводя дух. Несколько минут они просто лежали на траве, вглядываясь в голубое небо, — такое яркое, что его синева слепила глаза.       — На самом деле, я тысячу лет не бегал, — признался брюнет, прерывая тишину. — Так что, если тебе станет легче, для меня спорт тоже в новинку.       Кей задумчиво что-то промычал, и Тецуро скосил на него взор, ловя краешком глаза золотистые отблески волос на фоне сочной зелёной травы.       — У нас были похожие условия, когда я учился на первом году старшей школы, — тихо сообщил он будто бы в пустоту, но Куроо незамедлительно прислушался к его словам. — Мы летом ездили в спортивный лагерь в Токио. За проигрыш сета у нас были различные наказания — круг перекатом, бег по холму…       — И часто вы проигрывали? — полюбопытствовал оборотень.       — Постоянно, — ехидно заметил парень. — Но нас это тогда не останавливало. Мы очень хотели попасть на национальные… Для наших семпаев это был последний шанс.       — Вот как... И вы попали? — аккуратно уточнил Тецуро, переворачиваясь со спины на грудь, опираясь на локти и вглядываясь в лицо Цукишимы, продолжавшего смотреть в небо и почти не мигающего.       Наконец, блондин нехотя сел, опуская взгляд на землю.       — Нет, мы проиграли сильной школе в последнем матче на отборочных. А потом наши семпаи ушли, и команда больше не была такой же сильной, — выдохнул он. — Я порой до сих пор думаю, что случилось бы, встреться мне в том лагере своего рода наставник или кто-то, кто мог меня научить…       Цукишима сорвал какой-то невзрачный полевой цветок и поднёс его к носу, увлечённо рассматривая соцветие.       — Все команды, с которыми мы тренировались, были сильны в атаке, — он сухо констатировал факт, облизывая сухие губы и хмурясь. — А вот если бы там был тот, кто мог дать мне основы сильного блока, возможно, мне бы удалось остановить нападающего из Шираторизавы…       — Скажи, ты ведь любил играть? — внезапно спросил у него Куроо, вглядываясь в глаза сосредоточенного парня. — Мы же говорим о волейболе, да? Он тебе нравился?       — Думаю, нравился бы больше, если бы мы в нём побеждали, — почти безразлично пожал плечами блондин, как бы невзначай избегая тёмного изучающего взгляда Тецуро.       Оборотень очень хотел задать ещё пару вопросов, но прикусил язык, понимая, как непросто сейчас Цукишиме перед ним раскрывать эту маленькую часть себя. Конечно же, тот любил играть, иначе он бы не сожалел о том злосчастном проигрыше столько лет спустя.       Брюнет задумчиво склонил голову набок, сорвал другой цветок и, ловко извернувшись, заложил его Кею за ухо. Так как тот смотрел в другую сторону, то не ожидал прикосновения и нервно дернулся, хватаясь за ухо и сжимая стебелёк тонкими длинными пальцами. Янтарные глаза мгновенно метнулись к Тецуро, рот Цукишимы полураскрылся, а щёки слегка покраснели.       — Знаешь, мне кажется, что если бы там был я, — улыбнулся ему Куроо. — То я бы научил тебя самому шикарному блоку из возможных, и вы бы вырвали себе место на национальных, а потом и завоевали первое место в турнире!       Он гордо ткнул себя кулаком в грудь, наблюдая за тем, как удивлённо вытягивается лицо учителя напротив.       — А мне кажется, что если бы там был ты, то я бы подсыпал тебе яд, а потом свалил это на твоих же товарищей по команде, — запротестовал блондин, вставая и отряхиваясь.       — Тебе бы никто не поверил! Мои сокомандники меня бы любили! Да я вообще стал бы у них капитаном! — широко раскрыл рот Куроо, возмущаясь нелестной характеристике.       — Мечтай! — ехидно фыркнул Кей. — Вставай и пошли уже домой. Полчаса истекли. И чтобы ни звука!       Тецуро вскочил на ноги и потопал следом за парнем, стряхивая со спортивного костюма — его, кстати, он одолжил у Бокуто — прилипшие травинки.       — Кстати, Цукишима… — начал говорить оборотень, но замолчал, когда блондин на него шикнул.       — Тишина! — тот грозно повернулся к нему, чуть ли не прижимая палец к губам Куроо.       — Но я хотел дать тебе пару советов по ученикам… — растерянно продолжил брюнет. Палец учителя переместился выше и ткнул его в лоб.       — Дашь завтра, а сегодня ты молчишь, всё ясно? — мрачно спросил учитель.       — Слушаю и повинуюсь, — расшаркался в реверансе Тецуро.       Остаток пути вниз они прошли не произнося ни слова. Цукишима не сподобился даже как следует попрощаться с Куроо, лишь слегка склонил голову, кивая, и отправился домой.       Оборотень хмыкнул, провожая взглядом стройную фигуру блондина, и медленно побрёл домой, подумывая вечером посетить учителя уже в обличии кота.       Когда он дошёл до дома, то как раз столкнулся с выбегающим Бокуто.       Тот, долго не раздумывая, схватил его за руку и потащил за собой.       — Бро, ты так вовремя вернулся! — возбуждённо забормотал оборотень. — Мне сейчас позвонили поставщики продуктов, оказывается, они напутали с временем доставки и привезли мороженое утром, а не вечером! А курьер всё сгрузил прямо перед магазином, оно же растает сейчас!       — Бокуто, притормози, — попытался остановить его Куроо. — Думаю, мороженое не растечётся за две секунды, которые ты потратишь на переодевание. Ты надел футболку шиворот-навыворот!       — Чёрт! — филин ругнулся сквозь зубы и прямо на улице переоделся. — Потом поменял бы, вот обязательно надо тебе всё усложнять!       — Эй, это не я придумал правила приличия! Мне они, между прочим, тоже не очень-то нравятся! — шутливо воскликнул Куроо.       Подтрунивая и пихая друг друга плечом, они добрались до магазина и начали бодро перетаскивать коробки с мороженым и другими замороженными продуктами внутрь. Котаро размашисто поставил на накладной подпись, подозрительно напоминающую брюнету отпечаток птичьей лапки, и поблагодарил доставщика.       — Думаешь, хватит мороженого? Скоро уже летние каникулы начнутся, — задумчиво пробормотал Тецуро, оглядывая коробки.       — Да только через месяц, — беззаботно махнул рукой Бокуто. — Через неделю ещё один холодильник привезут, как раз закажем побольше.       — Неловко чувствуя себя, наживаясь на школьниках, — взъерошил волосы на затылке брюнет. — Может наймём кого-нибудь из них в помощь?       — Можно, — согласился его друг. — Давай, рассказывай мне про своего учителя, пока я тут ценники клею, — высунув язык от усердия, Котаро принялся расклеивать их холодильник яркими бумажками, подписывая цены.       Куроо ловко запустил руку в одну из коробок и, игнорируя протесты друга, вытащил одну из упаковок мороженого, раскрывая её и вгрызаясь в неё зубами. Честно говоря, он не особенно любил сладкое, но для этого лакомства делал исключение. В их время такого не было.       — Теперь ты должен мне сто йен! — округлил глаза филин.       — Я у тебя бесплатно работаю грузчиком, продавцом и бухгалтером, — беззлобно огрызнулся тот. — Кто ещё кому должен, а, бро?       Бокуто поднял пустые ладони вверх, всячески демонстрируя, что он сдаётся.       — Цукишима… Оказалось, что он неплохо бегает, — фыркнул Куроо, вспоминая, как они гнались до остановки наперегонки, — и я был прав, он действительно занимался волейболом. Я даже думал, что раньше видел его на матчах, но это невозможно, — пожал плечами он. — Если прикинуть по датам, ему должно было быть около десяти лет, когда мы уехали из Мияги.       Котаро присел рядом, тоже раскрывая упаковку фруктового льда и шумно шурша ею.       — Это когда мы ходили на матчи с тем прыгучим парнишкой? — уточнил филин. — Его ещё прозвали то ли «Большой малыш», то ли как-то похоже…       — «Маленький гигант», — поправил его Тецуро. — Да, других-то развлечений у нас не было тогда. Но он и вправду высоко прыгал, да ещё и так резко… В любом случае, я уже говорил, что Цукишима кажется мне знакомым, но на улице, где мы жили, не было никаких семей с такой фамилией.       — Наверное, просто обман зрения, — пожал плечами Бокуто, — мы за эти века перезнакомились с такой кучей людей, что они у меня уже сливаются в общее пятно. Не понимаю, как ты их всех помнишь, — оборотень задумчиво помотал головой. — С другой стороны, он ведь был тогда маленьким, не факт, что ты смог бы узнать его сейчас, только если он… О.       Котаро замер на секунду, ударяя рукой с зажатым в ней фруктовым льдом по лбу. Куроо опасливо проследил за его движениями, пугаясь, что друг измажет липким соком волосы, но, к счастью, обошлось.       — О? — переспросил брюнет. — Хорошее «О» или плохое?       — Два брата, — Бокуто вскочил со стула и возбуждённо заходил по магазинчику, размахивая мороженым, — помнишь последний матч на который мы ходили? Мы ещё пропустили половину первого сета! — он остановился, потряхивая рукой с зажатым в ней лакомством, перевёл на неё взгляд и облизал лёд.       — Да, мы опоздали, потому что ты решил купить чипсов, а когда мы шли к дверям, нас снёс выбегающий ребёнок, — послушно ответил Куроо и зажал себе рот, осознавая то, что пытался донести до него друг. — Ребёнок! Светленький мальчишка в очках и с луной на капюшоне! Думаешь, это был он?       Брюнет перевёл вопросительный взгляд на Котаро.       — Очень похож! — закивал тот. — Цвет волос и очки… По росту высоковат для того возраста, но он ведь и сейчас высокий!       — А потом к нам подбежал его брат и долго извинялся… — Куроо свёл брови к переносице, напряжённо вспоминая. — Надо узнать, есть ли у Цукишимы брат.       Бокуто склонил голову к плечу, хмурясь.       — А зачем? — спросил он. — То есть, конечно, тогда мы поймём, что это точно был он, но… В общем-то это знание ничего особенного тебе не даст.       Котаро присел рядом с другом и толкнул его плечом.       — Не знаю, просто… Мне почему-то кажется, что это важно, — смущённо признался Тецуро.       — А-а-а… — понятливо протянул филин, — тогда вперёд — дерзай, покоряй и завоёвывай уже своего красавчика! — он ухмыльнулся и подмигнул оборотню. Тот закатил глаза и швырнул в него скомканной в шар упаковкой.       Они подурачились пару минут, а потом Куроо попрощался и побрёл домой. Ноги немного гудели от утренней нагрузки, и он понял — завтра, а скорее даже послезавтра, они будут болеть так, что с постели придётся сползать.       Дома Тецуро нехотя позавтракал — всё же успел немного подпортить себе аппетит мороженым — и принял душ. Ужасно хотелось спать, но вместо этого он раскрыл ноутбук и начал гуглить всякие исторические дорамы.       Строго говоря, он действительно хотел помочь учителю хоть как-то заинтересовать учеников, а что может быть для современных подростков актуальнее, чем просмотр сериала вместо скучной лекции?       Куроо аккуратно составил список подходящих фильмов и дорам и начал последовательно по ним щёлкать, просматривая по десять-пятнадцать минут каждого видео, чтобы убедиться, стоящий и достоверный материал там показывают или высокобюджетное фуфло.       Фуфла было значительно больше, так что обширный лист сократился до семи наименований. Для начала неплохо.       Он переписал всё заново, заодно добавив несколько увлекательных книг и манг, которые ему нравились и весьма точно воспроизводили быт прошлого.       Закончив с делом, брюнет взглянул на часы и поспешно разделся. Время пролетело до того быстро, что он совсем упустил из виду превращение.       Волна вибраций прошлась по телу, мгновение — и вместо человека на полу гордо восседал чёрный кот.       До возвращения учителя домой оставалось несколько часов, так что Куроо мог вздремнуть, но отчего-то он весь был наполнен радостным возбуждением и энергией, мыслями, которые мешали ему заснуть. Недолго думая, Тецуро решил прогуляться по округе, возможно, погонять голубей или сделать что-то похожее.       Хотелось активных действий или каких-нибудь шалостей.       Он привычно засеменил наружу, вдыхая ароматы распустившихся к лету цветов. За исключением более острого обоняния, слуха и другого поля зрения, более в нём не было ничего кошачьего, если не считать лапы и хвост. Его мозг продолжал функционировать как человеческий, а весна не влияла на него, подталкивая к гону, да и с местными котами он никак не общался.       Вот уж точно кот, который гуляет сам по себе.       Куроо вышел на улицу, неспешно прогуливаясь и заглядываясь на чужие дома и лужайки. Он давно заметил, что по газону возле дома всегда можно было с лёгкостью определить, кто живёт внутри. Минимум растений и дорожка — молодая семья, цветник — какая-нибудь старушка, качели или песочница — значит, здесь обитают дети.       У дома, где жила Оками-сан была разбита небольшая альпийская горка и присутствовал намёк на ландшафтный дизайн. Куроо смешливо повёл усами — он и не сомневался, что эта мадам обязательно выделится среди прочих. Несмотря на то, что она была довольно приятна в общении, Оками-сан всячески подчёркивала, что не является обыкновенной обывательницей, предпочитая держаться обособленно от остальных старожилов.       Прямо как Цукишима, невольно подумалось ему.       Ему захотелось посмотреть на блондина, на то, как тот преподаёт и ведёт себя с классом, и Тецуро еле удержал себя от того, чтобы рвануть к школе и проникнуть на её территорию.       Успеется ещё.       Он прогулялся по тихим улицам и заглянул к Бокуто.       Тот как раз обслуживал пожилую семейную пару, тихонько переругивающуюся по поводу цен и того, что стоит приготовить на ужин.       Котаро позволил им самим покопаться в ящике с яблоками и выбирать там самые спелые, а сам тем временем разминал шею. Увидев Куроо, он приветственно махнул коту, заслуживая вопросительные взгляды клиентов.       — Простите, молодой человек, вы только что поздоровались с котом? — округлила глаза женщина.       — Стараюсь быть вежливым, — согласно закивал филин.       Парочка недоумённо переглянулась, синхронно пожала плечами и продолжила поиски идеальных плодов. В этом городке всегда хватало странностей.       Куроо слегка оскалился, демонстрируя улыбку другому оборотню, и пошёл дальше. Будь тот один — он бы заглянул, но зачем давать ещё больше поводов для сплетен?       Если хорошенько подумать — вряд ли Цукишима проводит в школе целый день, верно? Он ведь учитель истории и не является классным руководителем каких-либо школьников… Что, если блондин уже освободился?       Тецуро бодро задрал хвост вверх и поспешил к зданию школы, по пути обходя кругом дом сумасшедшей с синей крышей. Бокуто может сколько угодно петь дифирамбы этой дамочке, но, на взгляд брюнета, она — та ещё истеричка.       И вообще, кто в здравом уме предпочтёт птиц котам?       Ничего личного, бро, подумал он.       Ему посчастливилось застать Цукишиму как раз в тот момент, когда блондин выходил из школьных ворот, неспешно объясняя что-то паре-тройке учеников, идущих за ним по пятам.       — Сэнсэй, — тихонько позвала его одна ученица. — А в тесте будет сегодняшний материал?       — Да, пара вопросов точно коснётся этой темы, — кивнул учитель. — Вы должны понимать, как развивалась и преобразовывалась система управления, как появилось разделение на префектуры, а для этого вам нужно хотя бы косвенно знать о междоусобных войнах в тот период времени.       — Но Цукишима-сэнсэй, — разнылся один из учеников с проколотым ухом и осветлёнными волосами. — Это же так скучно! Из всех этих войн я запомнил только про кодекс самурая.       — Конечно, остальное-то ты проспал, — саркастично заметил блондин. — В твоих снах самураи мимо не пробегали, нет?       Ребята рассмеялись, а Куроо остановился в трёх метрах от них, с любопытством разглядывая Кея. Сейчас он выглядел немного другим — серьёзный и собранный — он на голову возвышался над учениками, что-то им втолковывая. Те поглядывали на него с уважением и толикой страха, а девчонка, теребившая край кофты, то и дело стреляла в него глазками. Похоже, влюбилась.       Толика внезапного осознания, что ученики и ученицы Цукишимы весьма милые, остро кольнула Тецуро куда-то под рёбра. Во рту появился непонятный кислый привкус.       Отчего-то он не задумывался раньше, что привлекательность парня могут заметить не только отчаянные мамаши и старые девы, но и школьники. К тому же, почему он вдруг решил, что блондин — гей? Тогда, когда он лениво размышлял, что ему не стоит кадрить Цукишиму из-за своего проклятия, с чего он вообще взял, что тот на него посмотрит.       Кот поражённо уронил голову себе на грудь, панически размышляя о своих действиях. Конечно, он флиртовал с Кеем, а тот, вроде как, кокетничал в ответ. Кокетничал же?       А что, если он вовсе не рассматривал мужчин в качестве партнёров? Не говоря уже о старых, потасканных временем, оборотнях…       — Ой, смотрите, котик! — восторженно воскликнула та самая девчонка, не сводившая глаз с учителя.       Все обернулись по её указке, и Цукишима озадаченно склонил голову.       — Куро? — позвал он, сомневаясь в правильности своих предположений.       Тецуро застыл на несколько секунд, чувствуя на себе внимательные взгляды, а потом коротко мяукнул и подбежал к Кею ближе. Тот склонился и протянул к нему руки.       Да и плевать, гей он там или нет, раздражённо подумал Куроо.       Его это волновать не должно, они же просто приятели.       Он присел на задние лапы и смущённо вытянул вверх передние, позволяя блондину — уже в который раз! — взять себя на руки.       Оборотень определённо начинал к этому привыкать.       — Ой, а это ваш кот, сэнсэй? — загалдели наперебой ученики, окружая его. Тецуро демонстративно отвернулся от них, прижался мордочкой к груди Цукишимы и тихонько заурчал, чувствуя, как указательный палец парня гладит его по шёрстке на голове.       — Что-то вроде того, — признался Кей. — Хотя он, конечно, крайне самостоятельный. Я бы скорее сказал, что это я — его человек, а не наоборот.       Звучало неплохо, стоило это признать.       Куроо согласно мяукнул, всё больше ластясь к человеку.       — Погладить можно? А покормить? — расспрашивали его школьники.       — Что скажешь, Куро? Можно им тебя погладить? — мягко улыбнулся блондин.       Ох, Тецуро терпеть не мог эти грязные руки, но что поделаешь, когда тебя спрашивают, да ещё и так ласково. Он недовольно повернул мордочку к подросткам, подставляясь под их протянутые ладони, и удивлённо уставился на того самого хулигана с пирсингом, что говорил про самураев. Подросток нерешительно потянулся к коту, но во все глаза смотрел не на самого Куроо, а на своего сэнсэя, продолжавшего слегка, совсем краешками губ, улыбаться.       Да что такое, теперь на него не только девчонки, но и парни засматриваются.       Оборотень ловко извернулся в руках Цукишимы, сознательно не выпуская когти на полную длину, и полез по пиджаку парня наверх, устраиваясь у того на плече и с трудом там балансируя.       И плевать ему, что таким образом он пародировал попугая на плече у пирата.       Девчонка ахнула, а Кей хмыкнул, одной рукой придерживая кота.       — Кажется, он немного не привык к активному вниманию, — объяснил ученикам он. — Мы с Куро пойдём домой, а вы возвращайтесь к клубной деятельности. Если будут ещё вопросы по тесту или материалу, подходите завтра к учительской после шестого урока.       Ребята разбрелись по своим внеклассным занятиям, а они с Цукишимой отправились домой. Лишь тот парень с осветлёнными волосами остался неловко стоять на месте, провожая их взглядом. Куроо обернулся на него, грозно глядя на подростка.       Забудь о нём, придурок.       — Куро, тебе так точно удобно? — уточнил Кей, поглаживая нагретый солнцем кошачий бок.       Вообще-то было не очень, но Тецуро мужественно мяукнул, сползая вниз и держась за блондина преимущественно передними лапами, а задними упираясь тому в спину.       — Как скажешь, — рассмеялся учитель и направился прямиком к своей квартире.       Когда они зашли внутрь, Куроо мягко спрыгнул на пол, позволяя блондину спокойно переодеться.       Цукишима скинул с себя обувь и пиджак, оставил портфель в коридоре, а сам отправился мыть руки.       В квартире ничего особенно не изменилось, пока Тецуро отсутствовал, — всё то же холостяцкое жильё. Эта мысль принесла оборотню невесомое облегчение. Он направился вслед за парнем и, зайдя в ванную комнату, на несколько секунд завис, наблюдая, как Кей закатывает рукава рубашки, оголяя запястья и предплечья, чтобы умыться.       Его кожа была такой же бледной, как и на лице, если не бледнее. Руки покрывали золотистые, почти невидимые волоски, но мышцы и сухожилия так явно прослеживались, что Куроо осознал, как ошибочны его представления о силе Цукишимы.       Да, он не похож на качка, но он определённо из той породы стройных и жилистых людей, чьи мышцы красиво очерчиваются, стоит им слегка напрячь тело.       Кей был очень красив в неярком свете ванной.       — Пойдём поедим? — предложил учитель. — Ты любишь карри?       Куроо хрипло мявкнул в ответ и пошёл за ним, уже самостоятельно запрыгивая на подоконник с помощью близстоящей табуретки.       Блондин ловко разогревал еду на плите, а оборотень задумчиво поглядывал на него, вдыхая приятный запах специй, щекочущий ноздри.       Приправы кошкам тоже нельзя, но он-то оборотень. Да и повкуснее будет.       Когда они сели есть, Тецуро избрал такую позу, чтобы можно было краем глаза подсматривать за парнем. Цукишима ел неторопливо и весьма аккуратно, наверняка, именно поэтому он не переодевался первым делом в домашнюю одежду, заходя с улицы. Выверенная точность движений и врождённая педантичность помогали ему не испачкаться.       Когда Куроо съел свою порцию и облизывался, наводя кошачий марафет, то услышал лёгкую вибрацию и мурлыкнул, привлекая внимание учителя.       — Ах да, телефон, — пробормотал тот, поднимаясь и направляясь за жужжащим аппаратом. — Да-да? Ах, привет, Ямагучи, — вежливо поздоровался он. — И долго ты будешь звонить мне каждый день с проверкой? Ты что, миллионер?       Тот же парень, что звонил в прошлый раз, осознал Куроо. Может, это и есть брат?       — Всё в порядке, не считая учеников, что могут кого угодно довести до нервного срыва. Вспомни Хинату и Кагеяму, а теперь умножь на десять, да, — Цукишима хмыкнул, — нет, я не один дома, я с котом, он вернулся, — Кей перевёл взгляд на Тецуро, нелепо застывшего с поднятой для умывания лапой. — Что ещё значит «мой характер могут вынести только животные», Ямагучи? Я начинаю подозревать, что ты совсем перестал меня бояться… Расскажи лучше, как вы сходили на выставку с Ячи-сан?       Невидимый собеседник начал что-то рассказывать, пока учитель лениво водил вилкой по тарелке. Оборотень не сомневался, что тот слушает внимательно, но не задаёт вопросы, давая человеку на том конце провода высказаться.       — Поцеловал её в щёку? Очень развратно с твоей стороны, — хихикнул блондин, прикрывая рот ладонью. — В общем, я рад, что теперь вы пойдёте на второе свидание, да. Можешь даже поцеловать её в другую щёку, вы ведь всего почти пятнадцать лет друг друга знаете. Глядишь, лет через десять дойдёшь до поцелуя в губы.       Куроо фыркнул, укладываясь на подоконник и вальяжно растягиваясь там. Какой забавный этот его друг или брат. Наверняка, брат. Кто ещё будет звонить каждый день?       — Нет, вообще-то я общаюсь, — возмутился Цукишима. — У меня даже появился своего рода приятель… Не буду рассказывать тебе все подробности нашего знакомства, иначе мне захочется разыскать его и убить, очень жестоко и весьма кроваво, но он вроде… Ничего.       Тецуро навострил уши, прищуриваясь. Что ещё за приятель? Может ли Кей говорить про него?       — Самомнение, как у Великого Короля, на голове бедлам, а что там царит в самой голове, я даже думать не хочу, — блондин прервал свой монолог, ахая, — что значит «совершенно мой типаж»? Нет уж, расскажи, — потребовал он, замолкая на несколько секунд. — Тендо тут совершенно ни при чём, это было давно, к тому же, мы не встречались, сколько можно объяснять!       Оборотень внимательно наблюдал за покрасневшим и спорящим с Ямагучи блондином. Тот определённо говорил о нём, если только не встретил кого-то ещё с бардаком на голове.       Его типаж, значит?       Он подавил радостное хихиканье, вовремя вспоминая, что коты смеяться не могут, и довольно потянулся всем телом.       Вскоре учитель вежливо завершил разговор и раздражённо выдохнул.       — Если мне нравятся те, кто способны бросить мне вызов, это ещё не значит, что у меня есть какой-то определённый типаж, — пробормотал он себе под нос почти неслышно, но Куроо услышал и тихо согласно мурлыкнул, не в силах сдержаться.       Лично ему всегда приходились по душе сильные и волевые личности, так что в этом он разделял мнение парня.       Цукишима доел, на скорую руку помыл посуду и прибрался на кухне, стряхивая невидимые крошки со стола и не откладывая лёгкую уборку в долгий ящик. После этого нехитрого ритуала он последовал в спальню, на ходу расстёгивая рубашку. Куроо пошёл за ним в небольшом отдалении, страстно борясь с желанием подглядеть за переодевающимся парнем.       По правде говоря, он уже видел краем глаза обнажавшегося блондина в тот самый первый их совместный вечер, но тогда он не обратил на него особого внимания. Сейчас же он чувствовал себя самым настоящим вуайеристом, потому что теперь-то он знал Цукишиму, видел его и грустным, и радостным, узнавая больше о характере строптивого учителя, так что в этот момент вид раздевавшегося Кея был для него значительно интимнее.       Это не было наблюдением за чужим человеком, скидывающим футболку на пляже… Речь шла о Цукишиме, в какой-то степени его друге, и он должен уважать его личное пространство.       Куроо поспешно скрутился в клубок на футоне, отворачиваясь от учителя и впитывая в себя звуки скользнувших по полу брюк и звякнувшей пряжки ремня.       Его воображение разыгралось вдоволь, подкидывая в голову картинки бледного тела, так что он упёрся лбом в матрас, стараясь успокоиться и вдыхая одуряющий травяной аромат.       — Спишь, Куро? — тихонько спросил у него блондин, поглаживая его по голове и ведя рукой вниз — до самого хвоста.       Тецуро поднял голову, урча и подставляясь рукам парня.       — Сегодня ты снова убежишь от меня, хм? — протянул Кей насмешливо.       Оборотень раскрыл глаза и утвердительно мяукнул.       Пару секунд они смотрели друг на друга, человек и кот, чувствуя, как воздух вокруг становится гуще.       — И ладно, — прошептал Цукишима. — Главное — возвращайся.