Темнее ночи

      «Тайны, секреты, заговоры - эти слова плотно вплетены в мою жизнь. Я пользовался ими в смертной жизни. Не оставили они меня и в бессмертии»       Скорым шагом Влад преодолевал холодное пространство замка. Вернув утраченное, вампир смог восполнить силы. Но это были не все изменения за прошедшие дни.       Старик оказался гораздо полезнее, чем предполагал ранее Влад. И должно быть это был подарок судьбы, что Аргус Филч оказался в нужное время в нужном месте. Старый прислужник замка оказался не только кратким источником пищи, но и обладателем важного для вампира статуса. Полномочия смертного не ограничивались одними прикосновениями к чужому имуществу, он также раздавал указания провинившимся ученикам.       Влад еще не разобрался что должен сделать маленький волшебник, чтобы его можно было без подозрений отправить в подвалы школы. Дети на его уроках не проявляли активности, лишь только иногда они сводили с ума своими учащенными биениями сердец. И одновременно с этим граф с удивлением слушал эти звуки. Он привык ощущать топот сердца из-за страха, паники, ярости... Но маленькие смертные на его занятии не обладали ни одним из этих чувств.       Все менялось ночью. Когда Аргусу приводили очередных провинившихся, все в сознании вампира становилось на свои места. Граф старательно собирал крохи живительной силы детей. Постоянный приток пищи значительно отдалил его животные инстинкты. Влад снова мыслил ясно. Как в прежние времена.       Но причина была и в том, что кровь волшебников сильно отличалась. Как впервые Дракула почувствовал кровь мага, чье имя он отнял, так и сейчас красная жидкость имела необычный вкус. Различие с кровью смертных было слишком большим. Что-то было в ней другое. И это что-то меняло его.       Влад не знал хорошо это или плохо. Он никогда не сталкивался с чем-то подобным. Когда он впервые попробовал кровь Маркуса Эггера, то не ощутил воздействия крови в себе. Все изменилось, когда Дракула полностью перешел на рацион, состоящий из одних волшебников. Странное чувство, что Влад чувствовал в груди в первый вечер в Хогвартсе, никуда не пропало. Наоборот, с каждым новым глотком, с каждым новым укусом, граф чувствовал, что что-то, казалось бы инородное, в его мертвом теле распространяется дальше. Оно придавала силы, бодрости его существу, даже жажда погасала быстрее. Влад не помнил, когда он «спал» такое же короткое время, как сейчас. Впадая в «сон» на закате, он пробуждался до полнолуния.       Если бы инородное ощущение касалось только его живота, то старый вампир принял бы это за насыщение. Но нет, вечный голод не покидал его не смотря на все чудеса в последнее время. А неизвестное изменение распространялось по телу дальше. Пару дней назад оно достигло рук. Графа не покидало желание вонзить свои пальцы сквозь проклятую плоть и разорвать грудь, чтобы взглянуть, что же новое образуется в его существе. Но каждый раз он откладывал свои намерения.       Влад уперся в дверь. Он достиг своей цели. Лишь один стук понадобился, чтобы преграда мгновенно рассеялась. Аргус Филч рывком отворил дверь и с нескрываемым восторгом смотрел на прибывшего:       — Хозяин, — завхоз сам не заметил, как это слово слетело с его губ, — Ваш ужин готов! Я отвел его разбирать мою подсобку.       Потирая руки, во весь рот улыбался Аргус. Его глаза блестели, как у упитанного кота. А волосы на голове начинали обретать некогда утраченную густоту. Даже седина не так сильно выражалась на голове старика. Но Дракуле не был интересен изменившийся вид его слуги.       — Его? Он один? — лишь спросил Влад, не проявляя ни одной эмоции.       Аргус виновато покосился. Словно это был укор, направленный в его сторону.       — Да, господин. Дети стали лучше учиться в последнее время... Они боятся отработок...       Влад коротко кивнул. Очередная проблема на его нелегком пути. Наивно было полагать, что дети постоянно будут приходить сюда в одном и том же количестве. Их было много поначалу. Когда только Влад узрел возможность питания здесь.       Дракула демонстративно развернулся и прошел несколько шагов. Позади себя он слышал короткие и поспешные шаги своего приспешника. Влад остановился, не произнося ни слова. Он знал, что произойдет дальше и наслаждался каждой секундой.       — Хозяин... — робко, словно общаясь со строгим учителем, произнес Филч.       Улыбка Влада не заставила себя долго ждать. Смертные, испробовавшие его кровь, ощущали жажду подобную его собственной. Они были готовы пойти на все, чтобы получить кровь вновь, чтобы ощутить ее вкус снова. И хоть со временем их жажда могла угаснуть, но люди были слишком скованы своими чувствами, чтобы противостоять желанию. Дракула не стал больше играть со стариком. Он резко развернулся, одновременно сделав короткий разрез на своей руке. Пара капель упала на пол. Филч не в силах был ждать больше. Он кинулся к заветному сокровищу, слизывая кровь прямо с пола.       Дракула не стал любоваться зрелищем. В отличие от своего подданого он не так сильно жаждал крови и видеть отражение некогда собственной жажды он не желал. Однако каждый глоток крови, что вампир совершал в этом замке, было сродни подарку. Влад не играл с судьбой, а пользовался каждым мигом ее благодушия.       Игра с провинившемся волшебником сильнее позабавила графа. Он вновь старался не показывать своего облика перед смертным, опасаясь, что внушение могло со временем ослабнуть. Даже если бы маленький маг опомнился позже, все что он мог припомнить только неясный образ, тень, мелькнувшую перед глазами.       И вновь чужеродное ощущение после глотка крови волшебника разносилось по существу вампира. Влад не мог точно быть уверен, касалось изменение только тела или оно затрагивало нечто большее. Дракула не был уверен, что это яд. Да и если бы это было так, то это был самый сладкий яд в его существовании.       Мысли графа развеялись по прибытию к месту обитания Аргуса Филча. Их порядок разрушил весьма знакомый голос:       — Меня не интересуют причины вашего изменившегося поведения, и мне без разницы, что все вокруг только и делают, что радуются вашему бодрому виду, мистер Филч, — хоть голос Снейпа и был спокоен, Влад ощущал напряжение в теле мага. — Вы, наверное, забыли обещание данное Альбусу Дамблдору...?       — Нет, нет, мистер Снейп, ни в коем случае!       Хотя с такого расстояния холодные стены и меняли интонацию и тон голоса, Влад все же уловил неподдельный страх Аргуса. Еще бы! Старик из-за всех сил держался за свое место ранее, а теперь его мания Хогвартсом была лишь средством, чтобы остаться рядом со своим хозяином.       Северус продолжал свою речь, не обращая внимания на слова старика:       — Пытки, издевательства и другие наказания вашей молодости остались в прошлом!       — Смею вас заверить, что ничего подобного я не делаю, мистер Снейп, — снова пустился в оправдания Аргус.       На этот раз Северус его услышал, либо сделал вид, удержав паузу перед новым ответом:       — Завтра я лично проконтролирую какие поручения вы раздаете детям.       Влад внимательно следил за волшебником. Даже после того, как разговор закончился граф последовал за Северусом. Один вопрос мучил графа: «Почему завтра, почему не сейчас? Что могло так отвлечь мага, преподавателя, что он решил отбросить свои обязанности на потом?».       Опасаясь что портреты могут выдать его, Влад держал максимально возможную дистанцию. Особенно сложно это было возле лестниц замка.       Удивительная магия учебного строения завела его не туда. Граф слышал сердце Снейпа этажом выше, хотя следовал за ним тем же путем. Ему потребовалось несколько раз спуститься и подняться обратно, чтобы услышать, что Северус возвращается. Новая загадка завлекла древнего вампира еще сильнее. Влад лишь мгновением оценил высоту, с которой ему предстоит упасть в случае ошибки, после чего одним рывком перепрыгнул через перила лестницы.       Цепкими пальцами граф успел ухватиться за края, повиснув прямо под лестницей. Все было бы проще, если бы он не старался не навредить древнему материалу здания. Не теряя ни секунды, Влад в такт шагам Снейпа перебирал руками под лестницей, направляясь все выше и выше к недоступному ранее входу на третий этаж.       Северус спустился раньше. Влад слышал, как удаляется стук его сердца. Очередным рывком левой руки, вампир перенес свое тело выше в пространстве. Мягкий стук его подошвы о пол - был единственный звук, который Влад издал в пустом пространстве на всем протяжении пути.       На заветном этаже графа встретила только невзрачная деревянная дверь. То, что Северус посещал именно это место у Влада не было сомнений. Остальные двери легко открывались под кратким прикосновением его руки. Деревянная дверь напротив, которая выглядела более ветхой, выдерживала и более прямые намерения вампира. Влад помнил об обещании данным волшебнице Макгонагалл и не хотел, чтобы старая постройка разлетелась в щепки. К сожалению, замок казался крепче материала на котором держался.       Дракула бы так и ушел, если бы не услышал шум цепей за преградой. Должно быть дверь хорошо блокировала большую часть звуков, раз шум сердца не доносился из-за нее. Влад постучал в дверь, чтобы снова услышать цепь. Там кто-то был. И этот кто-то на цепи.       Широкая улыбка поселилась на лице вампира. Он не смог сдержать восторга, вслух озвучив свои мысли:       — Интересно, как отнесется к этому директор, узнай, что один из его преподавателей посадил кого-то на цепь в школе!       В ответ на слова графа цепь зазвенела сильнее. «Конечно, узнику не терпится обо всем самому рассказать о злодеяниях своего пленителя!», - проникся ситуацией Влад. Это стоило того, чтобы нарушить обещание.       — Отойдите от двери, я вас вызволю отсюда!       Кажется, так говорили смертные, когда спасали жертв из лап Дракулы. Влад усмехнулся. Он и представить не мог, что когда-нибудь окажется на обратной стороне. Три шага позволили набрать большую скорость, а плечо без усилий прошло сквозь доски двери. Глядя на разнесенную преграду, Влад надеялся, что это не выглядело чем-то невероятным для смертного.       Правда очень скоро вампир позабыл о вопросах невероятного в мире людей. Цепь звенела громче, заметно громче. А стук сердца никак не мог принадлежать человеку, даже будь он таким же большим как Рубеус Хагрид.       Дверь была заколдована. Иначе объяснить как такой шум он не услышал ранее Влад не мог. Цепь действительно не держала человека, полувеликана или великана. Она держала огромное существо. Трехголовый пес, с легкостью тащил за собой много килограммовую цепь, в бешенном ритме направляясь к вампиру. Влад был готов в любую секунду избежать удара, но все равно остался на месте. Его взгляд приковал не монстр, а средство его удержания.       Удары массивных лап о пол быстро сменились толчком. Зверь прыгнул. Все три морды существа разинулись в надежде урвать лакомый кусочек бедняги, что забрел сюда. В кратком полете они бились друг с другом за право взять лучшую долю. Но цепь натянулась и полет монстра завершился, не успев толком и начаться.       Подобно обычной собаке трехголовое существо не смущало цепь на шеях. Оно отчаянно хватало воздух возле спокойного лица Дракулы. Пару раз оно пыталось задеть вампира когтями, но граф не замечал тщетных попыток. Он с интересом рассматривал зверя. Его держали здесь специально. Цепь выдержала, а значит его пленитель знал, что делает.

***

      Влад с удовольствием занимал предложенное ему место. Он так и не прикоснулся к чашке чая, хотя, не переставая держал ее на протяжении всего разговора в руках. Ситуация его забавляла. Особенно радовал вампира вид Северуса Снейпа. Волшебник стоял в углу, пытаясь стереть графа упорным взглядом.       Но теперь Влада это не волновало. Он вернулся к человеку, что предоставил ему такой прием:       — То есть зверь не опасен? — спокойно повторил вопрос Дракула, хотя сам прекрасно понимал, что он видел часом ранее.       — Абсолютно, — улыбнулся Дамблдор, словно этот жест смог бы успокоить любого, кто столкнулся бы с трехголовой собакой-переростком в школе.       Хотя, чем больше Влад всматривался в лицо старика, тем больше убеждался, что так скорее оно и есть. Директор не выражал и тени беспокойства, а его тон и реакция к происходящему вселяли уверенность, что все это в порядке вещей. Влад бы и поверил, что так оно и есть, если бы директор не продолжил.       — Мистер Эггер, я сожалею, что вы столкнулись с подобным в стенах нашей школы, но надеюсь произошедшее не покинет пределов Хогвартса.       Снова та же улыбка, только смысл другой. Теперь мимика директора так и просила согласиться на все, что ее обладатель произносит. Влад не стал сопротивляться порыву, ведь он получил, что хотел - Северус получит несколько новых хлопот из-за того, что недоглядел, как преподаватель случайно нашел их с директором тайну. Возможно, эти хлопоты отвлекут волшебника от надзора за делами самого графа.       — Разумеется, мистер Дамблдор. Но вы могли меня предупредить о ваших питомцах в стенах замка, — также добродушно улыбнулся Влад. — Но меня больше волнует почему, собственно, он находится в здании школы? Разве зверь, как и любое другое дитя природы, не нуждается в более открытом пространстве?       — Вы правы, мистер Эггер, — Дамблдор издал легкий вздох, словно содержать огромное чудовище в школе было против его воли. — Он здесь временно. Как только он окрепнет, мы вернем его в Запретный лес.       — Окрепнет? — Влад повернулся к Снейпу не за ответом, а чтобы убедиться, что тот все так же молча располагался у стены.       — Запретный лес служит обиталищем для многих существ, мы не просто так не пускаем туда детей.       Владу потребовалось время, чтобы осознать услышанное. Директор ему не мешал. Когда же Дракула поднялся с дивана, Дамблдор задал последний вопрос:       — Мистер Эггер, почему вы не воспользовались заклинанием, чтобы открыть дверь, а решили выбить ее?       Влад внимательно посмотрел на директора. Он не мог придумать достаточное оправдание своему поступку. Сказать, что слышал цепи? Обычный человек не уловит звук. Соврать что-нибудь? Нет. Теперь Дракула имел нечто большее чем ложь:       — Мистер Дамблдор, надеюсь вы не станете держать зверя в школе слишком долго. Что было бы, если бы вместо меня на него наткнулись дети?       Изменившееся выражение лица Альбуса порадовало Влада. Неважно насколько близко этому человеку было чувство стыда за собственные поступки, не менее родным для него оказалось сострадание. Так и не ответив на вопрос директора, граф удалился. Улыбка не спадала с лица Дракулы на всем протяжении пути обратно, его оковы в Хогвартсе начинали спадать.