Темнее ночи

      Аластор Грюм сидел на улице, прислонившись к одной из стен школы. Мимо него изредка пробегали школьники. Никто не решался идти размеренным шагом рядом с опасно выглядящем волшебником. И хотя в таком положении казалось, что Грюм спал, детей это ничуть не успокаивало.       Не смотря на слегка склоненную голову, Аластор бодрствовал. Артефакт, что крепился в его глазнице метался из стороны в сторону. Но большую часть его внимание было сосредоточено на одном объекте.       Магический предмет не поражали болезни и не было у него износа. Поэтому даже находясь достаточно далеко, Грюм прекрасно видел Маркуса Эггера. Его строгий костюм и темные очки делали профессора хорошей мишенью для слежки.       Аластор не мог слышать, о чем говорил Эггер, но хорошо видел с кем он вел диалог. Однако и это ничего не принесло волшебнику. Маркус что-то обсудил с одним из учеников, затем бросил короткое слово завхозу, видимо оно означало приветствие, после чего покинул обзор.       Грюм выждал несколько минут прежде чем подняться и продолжить наблюдение. Вокруг стало немноголюдно. Дети разбежались, что означало начало занятий. Это заставило Аластора помедлить. Было бы подозрительно появиться слишком рано в замке, если он имел неосторожность вызвать тревогу у Эггера.       Поэтому Аластор пошел в обход замка по длинному маршруту. Завернув за угол, до него донесся крик женщины. Магический глаз моментально повернулся в сторону шума вылавливая возможные угрозы.       — Давай Трэвис! Дети в твои годы уже самостоятельно могут отбить бладжер на скорости бега!       Приближаясь, Грюм видел, как Роланда Хуч отчитывает школьника. Мальчик стоял в нерешительности, его метла подрагивала у него в руках, с трудом поднимаясь на пару дюймов над травой. С виду казалось, что он просто стоит с обычным инструментом Филча.       Позади мальчика стояли его однокурсники. На их лицах не было и тени улыбки. Очевидно Трэвис был не единственным, кто не угодил своими талантами Роланду. Женщина выхватила метлу из рук ребенка и бросила ее на траву.       — Метла! — громко продиктовала она и волшебный предмет яростно, словно хотел отомстить за такое обращение над собой, ударил ей в раскрытую ладонь. Но Роланда даже не заметила этого. — В чем сложности, Трэвис? — не унималась она. Женщина бросила метлу под ноги мальчику.       Она не сводила глаз с ребенка, еще больше заставляя того нервничать.       — Еще раз, — настойчиво произнесла волшебница.       Трэвис вытянул дрожащую руку вперед, но Аластор уже знал результат. Мальчик был слишком взволнован и испуган. Он с трудом различил слова ребенка, которые заставили лишь покачнуться волшебный предмет.       — Прекрасно! — громко озвучила Хуч, начав расхаживать вокруг детей. Взгляд ее устремился в небо, а руки поднялись над головой, — Просто прекрасно! Посмотрите на это небо! С таким старанием это максимум чего вы добьетесь. Три круга вокруг замка! Вперед!       Услышав команду дети послушно побежали прочь. Они бы сделали что угодно, лишь бы быть подальше от разгневанного преподавателя.       — Не слишком сурово? — произнес за спиной волшебницы Грюм.       Роланда быстро обернулась. Увидев кто перед ней, на лице волшебницы заиграла улыбка:       — Я думала вы то оцените. Слышала, как вы тренировали авроров в свое время.       Аластор кивнул:       — Авроров. Вряд ли большинство из них, — волшебник указал в сторону убегающих детей, — Решат связать свою судьбу с министерством.       — Из этой школы выйдут либо лучшие летуны, либо бегуны, мистер Грюм, — коротко озвучила свои планы Роланда.

***

      Часы занятий кончились. В классе было пусто. Но Дракула не спешил покидать свое место. На столе была раскрыта книга, но вампир не вникал в ее суть. Она была скорее оправданием, если случайный смертный застигнет его здесь.       Мысли же древнего существа были в другом месте. Он пока не знал, что ему предстоит делать с новоприбывшим человеком министерства. Его прошлая задумка потерпела крах. А ведь Дэвис не казался волевым человеком. Тем не менее в последний момент он смог повернуть ситуацию в другое русло. Теперь же перед ним стояла задача посерьезнее…       Влад отвлекся от раздумий. Он все еще не поднимал глаз с мелкого текста книги. Однако чувства его были направлены вперед. Он слышал сердцебиение. Сладкий звук наполнил его чуткие уши. С каждым неторопливым шагом оно усиливалось.       Слушая сотни разных сердец в замке, вампир стал в большинстве случаев различать, какое чувство вызывало трепет важного органа смертных. В данном случае он уловил волнение. Не страх. По шуму сердце было небольшим. Влад дождался, когда его обладатель пересечет порог, чтобы увидеть гостя.       К его удивлению сердце человека замедлилось. Обычно дети возраста вошедшего, испытывали потаенный страх при приближении к вампиру. Сердце маленького волшебника было этому чувству неподвластно.       Влад с нескрываемым интересом рассматривал мальчика. Разлохмаченные волосы ничуть не смущали смертного. Темные как ночь, они лезли ребенку в глаза. И доставляли бы неудобство, если бы не очки. За круглыми очками Дракула столкнулся с пронзительными зеленными глазами. Мальчик не отвел взгляда. Встретившись взглядом, он начал говорить:       — Мистер Эггер…       Мальчик запнулся, не зная, как продолжить. Влад не стал ему помогать, ожидая продолжения.       — Извините, что отвлекаю вас, — продолжил маленький волшебник.       Очевидно он репетировал свою речь перед приходом. Поэтому Влад решил разбавить заготовленные слова:       — Совсем нет. Мистер… ?       — Поттер. Гарри Поттер, — с некоторым удивлением отчеканил мальчик.       — Да, верно. Мистер Поттер. Это же вас похитил в прошлом году Квиррелл? — наконец вспомнил Дракула.       Лицо мальчика поблекло. Без слов он мог лишь кивнуть. Смутное волнение возникло внутри вампира. Его разум продолжал набирать темп, и теперь Дракула к своему удивлению вспомнил, что и сам когда-то мог чувствовать подобное. И хотя он по-прежнему видел в вошедшем лишь ценный ресурс крови, это позволило подобрать нужные слова:       — Я бы не стал себя так корить за это, — отозвался Влад. — На вашем месте мог бы оказаться любой.       Мальчик хмыкнул:       — Не уверен.       — Мистер Поттер, важно не то, что Квиррелл выбрал именно вас. Важно, что именно вы выжили, — на последнем слова Влад резко замолчал. Он допустил ошибку. Никто не знал, что Квиррелл погиб.       Но мальчик не обратил на это внимание. Мысли его текли в другом направлении:       — Вы ведь не знаете, как меня называли на первом курсе? — глядя на непонимающие глаза преподавателя, Гарри продолжил, — Мальчик, который выжил.       — Тогда я не вижу причин для такого беспокойства, — с улыбкой отметил Влад. — Твоя слава возросла. Многие дети могут лишь мечтать об этом. Не каждому под силу выжить при встрече с опасным волшебником.       — В этом и дело. Многие боятся, что я выжил не случайно. Что тот, кого нельзя называть намеренно не тронул меня…       — Потому что ты выжил при первой вашей встрече? — Влад вспомнил как перебирал все заметки о Волдеморте. Он как раз дошел до истории с Гарри Поттером, когда дела пришлось отложить из-за проверок министерства.       — Да. Мистер Эггер, я мало что помню, что было там перед зеркалом… Вы были там… Может быть… Если вы… Расскажите, что случилось…       Дракула отрицательно покачал головой:       — Прости Гарри, я мало что могу сказать, — мысли Влада усиленно сменяли одна другую. Он совсем позабыл о проблеме Грюма. Все это сейчас вдруг стало неважным. — Но вот ты можешь.

***

      Аластор ощущал, как его ногу ломит. За окнами лил ночной дождь и это было реакцией его организма. Пока боль не отвлекала на себя его мысли, волшебник мог мириться с предательством собственного тела.       Расхаживая в темноте по замку, он вновь искал встречи. Дневное общение с Роландой Хуч заставило его взглянуть на Хогвартс иначе. Он с трудом узнавал школу.       Да, это были все те дети, все та же суматоха вокруг днем, но все же было все не так… В ночи, когда большинство обитателей замка спало, разница с воспоминаниями возрастала… Аластор смотрел на стены и не видел в них того же тепла что раньше. Быть может играло его воображение. В школе должен быть директор. И Грюм понимал кто им обязан быть.       Маг обернулся на другую стену. Свет палочки скользнул по портретам и Аластор с удивлением обнаружил, что их жители не спят. Рисованные личности пытались скрыть это. Как только свет упал на стену, они принялись отворачиваться и даже делать вид, что дремлют.       Аластор приметил одного старика, который не смог изобразить сон вовремя. Грюм как раз застал его, поворачивающимся к дереву на картине.       — Следишь за мной? — задал он вопрос старику.       Но картинная личность продолжала играть свою игру. Он уже неумело показывал сопение под огромным дубом. Грюм прикоснулся палочкой к холсту.       — Не хочешь говорить? Я ведь вижу, что ты не спишь!       — Прошу, дайте поспать! — раздался голос из соседней картины.       Не успел Аластор ответить, как голос поддержала картина снизу. И сбоку, и с соседней стены.       — Да что это такое! — вопили разом картины. Их голос разрастался, намереваясь перерасти в крик.       — Спокойно! — рявкнул в ответ Грюм. — Я ухожу!       Аластор на некоторое время задержал взгляд на старике, который теперь выглядывал из-под черной ткани на голове.       — Ну ничего, мы еще поговорим, — еле слышно произнес волшебник.

***

      Дракула вновь и вновь перечитывал старые вырезки из газет. Их было не так много. И большинство статей повторяли одно и тоже. Наткнувшись на очередной номер ушедшего десятилетия, он едва сдержался чтобы не разорвать его в клочья.       И снова никакой полезной информации. Люди любили слова. Красивые слова. И зачатую кроме красоты в них ничего больше не наблюдалось. Ни единой информации, которая пролила бы свет на волшебника, с которым он встретился в прошлом году.       Гарри Поттер был одним из возможных ключей к разгадке. Но, как и газеты, он не спешил раскрывать свои тайны. Влад правильно рассудил, что магия, оставшаяся в теле Минервы поможет ему с разумом ребенка. С разумом, который решил все скрыть даже от своего владельца.       Но даже детский разум был способен строить изощренные лабиринты, сквозь которые было не так просто пробраться. Дети хаотичны. Но Мальчику довелось пережить больше других. И это замедляло процесс. Дракула не был уверен, что Минерва сможет пробраться через закоулки сознания ребенка и найти необходимую информацию.       Да и теперь Влад не был уверен, что Гарри Поттер содержал хоть что-то полезное. Если волшебники могли врываться в чужой разум, что мешало им и выдирать из него воспоминания? Но, к сожалению, это было единственное, что имел Дракула. И то, что они смогли достать хоть что-то, внушало надежду.       Разум Поттера то и дело цеплялся за двух детей школы. Минерва показала Владу, как те затрудняли пребывание мальчика здесь. В любой другой момент времени, вампира не заинтересовала бы подобная игра смертных. Но теперь все становилось иначе. Ему был нужен Поттер. Во всяком случае пока.       В дверь постучали. Влад знал кто пришел. Он ждал старика. Аргус Филч явился известить, что двое детей: Винсент Крэбб и Грегори Гойл — приступили к отработке. Клыки вампира непроизвольно увеличились в размерах. Наступало его любимое время. Время охоты.