Темнее ночи

      Минерва внимательно следила за каждым действием Северуса Снейпа. Волшебник возился со своими инструментами заняв сразу два стола. То и дело в его колбах что-то взрывалось или с громким шумом начинало бурлить. Но зельевар всегда поспевал вовремя, перебегая от одного раствора к другому.       За все то время, когда они находились в классе по зельеварению, Минерва не покинула своего места. Она послушно сидела на стуле. В то время как в десяти шагах справа от нее расположился Аластор Грюм. Его палочка была направлена на живот вампира. Волшебник был готов в любую минуту пустить оружие в ход.       Со стороны Снейпа послышался звук стекла. Макгонагалл отчетливо слышала звук жидкости, набирающийся в сосуд. Наконец, зельевар обернулся.       — Готова? — спросил он, как будто у нее был выбор.       Минерва косо посмотрела на незнакомое зелье в его руке. Затем взгляд ее прошел выше. Она заметила ободранное плечо волшебника. Кровь давно запеклась, но все еще выглядела аппетитно. Если бы перед отъездом Влад предусмотрительно не устроил охоту, Макгонагалл не была уверена, что у нее хватило бы сил здесь сидеть.       — Болит? — произнесла она, стараясь увести свои мысли в безопасную зону.       Северус молча покачал головой. Он словно только сейчас заметил собственное плечо. Коротким движением, волшебник кое-как спрятал рану за мантией.       — Я должна сожалеть об этом. Но мне все равно, — продолжила волшебница. — Ты уверен, что оно подействует? То, что зелье помогло тебе, не означает, что оно подойдет и мне. Я ведь уже не че…       — Если бы оно не действовало, мы были бы уже мертвы, — перебил ее Северус. — В том флаконе, что я дал Аластору, помимо чеснока было и оно.       — Раньше ты вел себя осторожнее, — подал голос Грюм. В его тоне не было агрессии, даже наоборот, Снейп заметил в нем одобрение.       — Ситуация требует решительных мер, — ответил Северус протягивая зелье Минерве.       Оба волшебника внимательно следили за движениями Макгонагалл. Она не стала медлить. Закрыв глаза, волшебница вылила зелье в рот. Она с трудом сдержала позывы организма. Жидкость казалась самым отвратительным, что она пробовала в своей жизни. Ей потребовалось не мало сил, чтобы не выплюнуть все на пол.       Но и достигнув живота, зелье продолжало терзать организм женщины. Правда теперь с этим было легче справиться.       — И это все? Я не чувствую изменений, — через некоторое время произнесла Минерва.       — Ты жаждешь нашей крови? — спросил ее Снейп.       — Постоянно, — призналась Минерва.       — Но тем не менее ты можешь держать себя в руках?       Минерва неуверенно кивнула.       — Значит зелье действует, — заключил Снейп. — Но ради всеобщей безопасности тебе нужно пить его каждый день. Это временное решение. Когда мы решим главную проблему, мы найдем способ вернуть тебя в прежнее состояние.       — А это возможно?       — Нет, — отрезал Аластор.       — Никто не думал об этом ранее. Но мы обязательно найдем способ, — хмуро взглянул на него Снейп.

***

      Сон Сивиллы Трелони был беспокойным. Она часто дышала и ворочалась в постели. В комнате было душно, но волшебница не могла перебороть себя и подняться. Ее словно била лихорадка. Горло саднило, а со лба тек пот.       Сивилла издала громкий стон. Он вышел из ее горла с хрипом. Это было не первый раз. С силой она сжала кулаки, в которых ощутила помятую простынь. Ткань была мокрой от пота.       Но не только тело страдало неизвестным недугом. Голова горела. И хотя глаза волшебницы были закрыты, она видела множество картин перед собой. Изображения сменялись так быстро, что она не понимала, что хочет ей показать собственный разум. Все это напоминало безумную карусель, выхода из которой не было.       Прорицательница была готова на что угодно, лишь бы прекратить странные мучения. Кое-как она нашла в себе силы перевернуться на бок. Все ее суставы сразу отозвались острой болью, заставив ее застонать снова.       Сивилла хотела что-то сказать, но ее губы лишь обессилено дрожали. Не было возможности ни для слов, ни для магии. Ей потребовалось собрать все силы, чтобы разжать кулаки.       И сразу волшебница ощутила слабость по всему телу. Пальцы ее дрожали, они скрючивались по собственной дикой воле. Тяжелые ноги упали на пол. Холодный пол теперь казался куском льда.       Трелони с радостью бы упала на этот айсберг. Чтобы замерзнуть и устранить это болезненное наваждение. Но, к своему удивлению, ей удалось подняться.       Дрожа всем телом, волшебница сделала пару неуверенных шагов. Ее сильно качало. А крошечных сил не хватало, чтобы распрямиться в полный рост. Кривыми шагами, чуть не падая на каждом из них, она добралась до столика возле кровати.       Диадема на нем блестела в полумраке неестественно ярко. Сивилла уже не понимала, что происходит. Ее руки сами потянулись к подарку. Металл украшения должен был быть холодным, но ее руки горели от прикосновения к предмету. Дрожь ушла. Озарение пришло мгновенно. Диадема должна быть только на одном месте. Там, для чего она была создана.       С новой уверенной мыслью, Сивилла одела украшение.

***

      Ветхие полы скрипели под каждым шагом волшебников. Пока Аластор проверял стены на возможные скрытые заклинания, Снейп принялся ломать старые стулья.       — Вы что, хотите разжечь костер прямо здесь? — с интересом посмотрела на действия мага Минерва.       — На открытом пространстве есть опасность, что нас заметят, — рявкнул Аластор, продолжая водить палочкой.       — А здесь мы можем просто на всего сгореть, — с легкой улыбкой произнесла Минерва.       Снейп не стал отвечать. Очистив себя от пыли, он взмахом палочки заставил обломки воспламениться.       — Все готово, — громко известил Северус и бросил в костер порошок.       Пламя резко уменьшилось, а его цвет стал бледно-желтым. Аластор тоже прекратил свои дела и приблизился к огню. Очень скоро из костра стали проступать очертания лица.       — Ваша паранойя, Аластор, не знает границ, — раздался голос Фаджа из костра. — Но если вы сделали это для Альбуса, то ваш план удался. Мне пришлось выделить ему более просторные апартаменты с камином.       — Дамблдор здесь? — оживился Грюм.       — Здравствуй, Аластор, — на миг в огне проявилось лицо старого волшебника.       — Боюсь если бы мы связались с вами прежним способом, то вы бы не увидели наши доказательства, — подал голос Снейп.       — Доказательства? Я надеюсь что-то стоящее? — Фадж произнес фразу с таким энтузиазмом, что часть углей выпала из костра.       — Стоящее, — улыбнулся Аластор. — Альбус, тебе тоже стоит взглянуть.       Пламя костра покачнулось. Оно еще больше уменьшилось, но распространилось в ширь. Теперь из огня выглядывали оба лица волшебников. Минерва сделала шаг вперед:       — Добрый вечер, Альбус.       И хотя ей не приятно было смотреть на огонь, волшебница не отводила взгляд.       — Я не понимаю… — начал Фадж.       Но Минерва не дала ему закончить. Она еще больше приблизилась к огню, чувствуя его опасный жар. Макгонагалл широко раскрыла рот, а ее клыки с готовностью увеличились для атаки.       Изображение министра дрогнуло. На мгновение Фадж отдернулся от огня.       — Она… Она и правда…? — раздался приглушенный голос Корнелиуса.       — Вампир, — подтвердил Аластор, загораживая Минерву. — Полагаю теперь мы можем обсудить дальнейшие действия?       Фадж на некоторое время замолк. Его изображение в огне не менялось. Четкости не хватало, чтобы понять, что именно делает министр. Но было видно, что Корнелиус находился в растерянности.       — Минерва, это правда ты? — волшебники услышали голос Дамблдора.       Женщина вновь приблизилась к огню. Теперь она двигалась более осторожно, словно отражение Альбуса было опаснее пламени, в котором оно находилось.       — Да, — коротко произнесла она, опустив голову. — И нет, — в поисках ответа она взглянула на свои руки.       — Мне так жаль, Минерва, — с нескрываемой горечью произнес Альбус.       — Хотела бы я разделить с вами это чувство, — отозвалась волшебница. — Я помню ощущения своего тела. Помню, что должна чувствовать, но… Сейчас все выглядит иначе…       — Ты ничего не чувствуешь? — Альбус приблизился еще ближе, стараясь рассмотреть своего заместителя.       — Голод, — ответ пришел мгновенно. Но Минерва не остановилась, — Иногда злость… Радость… Те же чувства… Но я помню… Они не такие, как раньше. Не по тем причинам…       — С утра я вышлю всех авроров, которые присутствуют в министерстве, — образ Фаджа вновь сменил Альбуса. — Это и правда серьезная проблема. Благодарю вас за работу, Аластор.       — Не все так просто, — твердо произнес Снейп. — Как вы помните, я был под контролем Эггера.       — Да-да, можете варить свое зелье, — махнул рукой министр.       — Дело не в этом, — Снейп пытался совладать с собственными мыслями. Он уже неоднократно думал об этом, — Мы уже обсуждали это с Аластором. Эггер часто покидает замок. У нас нет гарантии, что в министерстве нет его шпионов.       Известие заставило Фаджа замереть.       — Мы бы знали, — воспротивился он.       — Как вы знали о вампирах в Хогвартсе? — невесело усмехнулся Аластор. — Мы ведь так и не поняли почему он отпустил Келли обратно. Он единственный из директоров, кто вернулся без последствий…       — Мне нужен рецепт вашего зелья, — не желая продолжать тему, Фадж обратился к Снейпу.       — Разумеется, но варка потребует времени, — с готовностью ответил Северус.       — А времени у нас немного, — дополнил Аластор. — В министерстве могут быть как подконтрольные, так и обращенные.       — Вампиры? — удивленно воскликнул Фадж. Теперь новости о кровососущих созданиях он воспринимал предельно серьезно.       — Мы выяснили что зелье действует и на вампиров, — Аластор указал на Минерву. — Используйте сыворотку правды. Устройте допрос каждого в здании.       — Полагаю лучше сделать это днем? — неуверенно предположил Фадж. — Мы истратим все запасы в министерстве…       — И будьте осторожны. Мы не знаем насколько далеко зашел наш противник, — согласно кивнул Аластор.