Темнее ночи

      В больнице святого Мунго было тихо. В ночные часы даже целители прекращали свое движение внутри здания, отвлекаясь только на срочные случаи. В такое время все дневные звуки затихали, открывая иной мир.       Фрэнку Дэвису не спалось. И сейчас он был погружен в другой мир. Сопения соседних пациентов, расположенных за ширмами, теперь преследовали его. Он хорошо различал шуршание занавесок на окнах, когда прохладный воздух посещал комнаты больницы.       Тревожное чувство внутри не давало уснуть под эти монотонные звуки. Дэвис не мог совладать со своим организмом. А ведь за последние дни, ему действительно стало казаться, что он выкарабкается. Последние ночи он даже мог уснуть на несколько часов. Иногда даже до рассвета. Теперь же… теперь же все возвращалось.       Страх внутри сжимал его органы. Наращивая давление, он не давал нормально дышать. Дэвис не хотел звать на помощь. Он понимал сколько времени ему уделял персонал. Но их помощь была слишком краткой. Они не в силах были вылечить его. Ведь дело было в нем самом.       Ясное понимание ситуации не облегчало его состояния. А когда он услышал новый порыв ветра, то учащенное сердцебиение больно отдалось в ушах. Его руки затрясло. Что-то было не так. Дэвис прислушался и именно в этот момент он услышал глухой стук.       От неожиданности Фрэнк вздрогнул, но его былые раны дали о себе знать, заставив его издать предательский стон. Сердце было готово вылететь из груди, ведь теперь бывший директор Хогвартса точно знал, что полуночный гость придет за ним.       С неугасающим напряжением, Дэвис смотрел на штору, что разделяла его койку с коридором. В больнице все еще было темно, поэтому он не мог полагаться на зрение. Но уши тоже не ловили больше ничего опасного.       Неужели ему это показалось? Его разум все еще был слаб, и Дэвис не всегда мог отличить где правда, а где плод его воображения. Он помнил, как к нему приходили люди. И хотя он не знал, что происходило в моменты визита, он точно знал, что они также уходили ни с чем.       Штора дернулась. Это произошло так резко, что Дэвис не успел понять, как он не услышал человека за ней. Когда он взглянул на освободившийся проход, сердце его истошно затряслось.       — Нет! Нет! Нет! — тихо захрипел Фрэнк. Из-за паники его голос совсем пропал. — Это не ты! Ты не можешь быть здесь!       Но гость лишь молча продолжал свой путь. Фрэнк видел, как тот приближается, но совсем не слышал его шагов. Словно он видел кошмар наяву. Только короткий скрип стула, на котором расположился вошедший давал понять, что ужас настоящий.       Дэвис плохо видел лицо в полумраке, но его красные глаза волшебник различил отчетливо.       — Давно не виделись, Фрэнк, — Дракула улыбнулся, словно встретил давнего друга. — Не просто было проникнуть сюда.       — Это не ты! Это не можешь быть ты! — не в силах прогнать наваждение продолжал стонать Дэвис.       — Я, — коротко ответил Влад, касаясь своей ледяной рукой запястья волшебника. Фрэнк попытался вырваться, но хватка была сильной. — Успокойся, Фрэнк. Я не желал твоей смерти раньше, не желаю и теперь. Но в прошлый раз ты не стал слушать моего предложения…       Дэвис громко закашлял. Кривая улыбка с трудом проявилась на его лице. Губы дрожали, но Дэвис смог выговорить:       — Зачем? Зачем я тебе? У меня ничего нет…       — Действительно, — согласился Влад. — Посмотри на себя. Ты никому не нужен. К тебе даже не представили охрану. Но я предлагаю все изменить.       Дэвис молчал, не зная что ответить. Поэтому Влад продолжил:       — Твое тело умирает. Но разум нет. Все закончится тем, что собственная плоть погребет тебя заживо. Но я могу все исправить. Ты получишь силу, которую не чувствовал ранее. Ты станешь быстрее, а все что давит на твой рассудок уйдет.       — И стану твоим рабом… — с трудом выдавил Дэвис. Сердце с болью отзывалось в груди. Фрэнк уже с трудом чувствовал пальцы на руках.       — Я предлагаю тебе бессмертие, — покачал головой Дракула. — И работу. Ты что-нибудь слышал о дьявольских силках?       Дэвис закашлял не в силах остановиться. Он так и не смог произнести ни слова. Влад терпеливо ждал, когда приступ волшебника пройдет.       — Прости, всегда забываю насколько краток путь смертных, — произнес Дракула вставая. — У тебя осталось совсем мало времени. Решать тебе. Сгинешь в неизвестности, оставишь свое жалкое никому не нужное существование, либо же примешь дар, которого достойны лишь единицы? Ты отказался ранее, но третьего шанса уже не представится.

***

      Фадж внимательно наблюдал за тем, что творится внутри. Двери его кабинета были закрыты. А секретаршу он еще с утра оповестил, что никого не принимает. Корнелиус не хотел паники, но все же впервые за все время, он установил защитные заклинания на дверь. И все же тревожное чувство не покидало его.       Операция началась быстро. Корнелиус задействовал всех авроров. Пришлось даже вызвать многих с выходного. Каждого прибывшего в министерство встречали волшебники. План был четко выверен. Но все же сейчас, спустя всего полчаса, Фадж наблюдал панику среди своих подчиненных.       Некоторые начали сопротивляться. Не все желали активно сотрудничать. А потом кто-то узнал про сыворотку правды…       У каждого человека есть потаенные секреты, с которыми он ни за что не хочет делиться. И если эта новость просочится в прессу…       Фадж отогнал назойливые мысли. Вскоре все должно было утрястись, те кто прошел проверку помогут аврорам с допросом. Министр с неутихающей тревогой следил за образовавшейся колонной волшебников. Каждого поочередно выводили на улицу, чтобы провести проверку.       Фадж не знал, что это займет столько времени. Не смотря на позднюю ночь, он не стал спешить домой. Нет. Сначала нужно было посетить еще одно место.       Как он и думал, Альбус не спал. Условия жизни волшебника улучшились. Он теперь не был привязан к одному месту. Хотя Фадж его и ограничивал посещением только половины камеры. Корнелиус не видел в этом необходимости, но ему доставляло удовольствие знать, что он продолжает контролировать Дамблдора.       Поэтому увидев перед собой Альбуса, Фадж не сдержал улыбки. Стопка бумаг из руки министра рухнула с шумом на стол.       — Есть! — громко известил он.       Альбус не разделил его восторга. Не говоря ни слова, он принялся за бумаги. Но Фадж не сдавался:       — Подумать только! В министерстве и правда были предатели!       — Им не оставили выбора, — без радости прокомментировал Альбус, продолжая перелистывать пергамент.       — Неважно. Главное, что теперь все чисто! — не теряя восторга отчитался Фадж.       — Их убили? — Альбус отстранился от последнего пергамента.       — Устранили, при попытке бегства, — улыбка сползла с лица министра. — Вынужденная мера.       — И тебя это устраивает? — удивился Альбус, переводя взгляд на Фаджа. — Погибли люди…       — Ради общего блага, — поспешил добавить Корнелиус. — Уверяю тебя, Альбус, среди них не было невиновных. Каждый признался под сывороткой правды.       — Они все были невиновны, — покачал головой Дамблдор. — Ты не представляешь, что это такое…       — Да? Посмотри к чему привело твое малодушие, — отмахнулся от него Фадж. — Где ты оказался после своих решений?       — Раньше ты воспринимал ситуацию иначе…       — Те времена давно прошли, — отрезал Фадж, вспоминая длинные клыки Минервы.

***

      — Я не понимаю, почему мы пришли в это место? Почему мы не могли встретиться у меня?       Продолжал свою тираду Ульрих, пробираясь через слои пыли. При каждом шаге половицы под ним дрожали, и волшебник старался делать шаги как можно шире.       — Когда мы придем, вы сами все поймете, — не обращая на медленную походку Вебера, произнес Аластор.       Сам он шел впереди, не испытывая затруднений. Дом и правда был старый, но Грюм уже хорошо ориентировался в окрестностях. Они не стали подниматься выше, вместо этого Аластор повел друга Эггера в то, что раньше служило залом. Двери громко проскрипели под его напором, открывая взору остальных собравшихся.       Подоспевший Ульрих внимательно оглядел новых людей. Некоторое время он рассматривал Снейпа, стоявшего у бесполезного из-за времени окна. Затем взгляд волшебника обратился на Минерву. При виде женщины, Вебер позволил себе улыбку:       — Ульрих Вебер, — представился он.       — Минерва. Северус, — рявкнул Грюм указывая на каждого. — Нас могло быть больше, но Фадж пока не может выделить авроров. Они нужны ему, чтобы утрясти все в министерстве.       — Вы говорили с самим Фаджем? — присвистнул от удивления волшебник. — Тогда я точно не понимаю, почему мы собрались в этом месте? — озираясь по сторонам произнес Вебер.       — Дело в том, Ульрих, — глубоко вздохнув ответил Аластор, — Что тот, кто скрывается за личностью вашего друга не человек.       — Да, и кто же он? — волшебник с интересом уставился на Грюма.       — Вампир, — громко произнес Снейп.       Ульрих сделал паузу. Он оглядел каждого из присутствующих, прежде чем вернулся к Аластору. Грюм на его незаданный вопрос кивнул. На лице Вебера отразилась улыбка:       — Ну конечно! Что ж я сразу не догадался! Это же так очевидно!       — Мы не шутим, — отозвалась Минерва.       — Простите мисс… — Ульрих показательно поклонился. — Но это уже через чур. Я думал, что вы собираетесь мне помочь…       Минерва прервала его поток слов, обнажив зубы. Вебер без труда заметил хищные клыки волшебницы. Это заставило волшебника отпрянуть назад. Не придумав ничего лучше, он занял место за спиной Аластора.       — Святые…! — не успел закончить Вебер. Он тут же сделал еще пару шагов назад, вытаскивая палочку. Из-за его неуверенных движений она выпала из его рук. — Вы… все тоже?!       — Успокойтесь, Ульрих, — Аластор наклонился за палочкой волшебника. — Мы люди.       — Но она…! Как...? — не мог найти слов волшебник.       — Она с нами, — ответил Снейп.       — Теперь вы понимаете, почему мы не могли встретиться у вас? — произнес Аластор, возвращая палочку.       — Так… Если тот, кто носит имя Маркуса вампир… То как мы с ним справимся? Стравим его с ней? — Вебер опасливо указал на Минерву.       — Вы настоящий джентльмен, — с легкой улыбкой сказала Минерва. — У нас тоже есть слабости. К сожалению, я еще не знаю всех…       — Вы ведь не придете ко мне ночью из-за моих слов? — все еще выглядывая из-за плеча Грюма бросил Вебер.       — Мы не можем войти в дом без приглашения, — продолжила Минерва.       — Так в этом и есть план? Выгоним его из замка? — недоверчиво произнес Вебер, он все еще смотрел на Минерву. Но она заметила, что страха в его глазах не было.       — Приглашение нельзя отобрать, — ответила она, не сводя глаз с волшебника. — Свет делает его слабее, огонь ранит…       — И мы используем это, чтобы вытянуть его наружу, — дополнил Снейп.       — Выгоним на поле для Квиддича и сожжем эту тварь! — громко добавил Аластор.       — Но нам нужно знать, — Снейп сделал шаг вперед навстречу к Ульриху. — Вы с нами? Ввяжетесь в это дело?       Вебер вышел из-за Аластора:       — Он скорее всего уже убил Маркуса. Я сделаю все, что в моих силах. Если бы вы не пришли ко мне, я бы и так попытался сам.       Аластор похлопал волшебника по плечу, от чего тот был вынужден согнуться.       — А вы? — Снейп обратился к Минерве. — Сможете пойти против него, когда настанет время?       Макгонагалл решительно кивнула. Северусу хватило этого жеста.       — Эггер не будет ожидать нападения сразу по приезду. Вероятно, он прибудет ночью. На рассвете мы начнем атаку.       — Спасибо, Минерва, — произнес Аластор, освобождая проход. — Вам нужно возвращаться, пока другие не заметили отсутствие директора.       Макгонагалл продолжала хранить молчание. В нерешительности она вновь кивнула всем присутствующим и покинула здание. Сразу после ее ухода, Грюм принялся чертить заклинания. Он не останавливался ни на миг, пока не покрыл ими все стены и двери комнаты.       — И что это значит? — поинтересовался Вебер.       — Мы не доверяем ей, — ответил за Аластора Снейп. — Есть кое-что еще…       — Вампир может контролировать людей, — заканчивая последнее заклинание произнес Аластор. — Но они не станут нам помехой.       — У нас есть контрмеры. Но если кто-то решит встать на сторону Эггера, — Северус внимательно посмотрел на Ульриха. — Мы пользуемся только оглушающим заклятием.       — Но они же не станут нападать? — неуверенно произнес Ульрих.       — Не станут, — подтвердил Аластор. — Но не теряйте бдительности. Я знаю, вы не солдат и не привыкли к таким стычкам. Но прошу – не дайте ему выбраться через выход.       — Я думал, что вы хотите вывести его наружу? — удивился Вебер.       — Это страховка, что он не узнает о наших целях раньше времени, — вставил Снейп. — Мы загоним его на астрономическую башню.       — Там немного места, и он станет хорошей целью, — закончил за него Аластор. — Справитесь?       — Да, — твердо ответил Вебер. Аластор вновь увидел подлинное лицо волшебника. Без наигранной веселости, человек перед ним был готов на многое.       Уходя Вебер еще несколько раз оглядывался по сторонам. Но шаг его был уверенным. Страха в нем не было. А на лице играла довольная улыбка.

***

      Суматоха в министерстве на какое-то время затихла. Авроры перебирали бумаги. У них предстояло много работы. День выдался не простым, но ночь не являлась окончанием их работы. Волшебники знали, что им придется задержаться здесь и завтра. Но напряжение, витавшее весь день в воздухе, стихло.       — Ну что скажешь? — одернул один аврор другого.       — Рик! Я собирал их целый час! — волшебник разочарованно глядел на рассыпавшуюся пачку бумаг.       — Заново соберешь, у нас теперь полно времени, — весело отозвался напарник.       — Очень смешно! Ты сам то хоть закончил отчет?       — Не-а. Ты погляди вокруг! Дай насладиться моментом!       — Джек, ты не исправим, — помотал головой Рик.       — Это ведь хорошо? — серьезно спросил его волшебник. — Знаешь, я боялся, что после всего этого потерял себя. Но это ведь не так?       — Ага, Джек, ты такая же заноза в зад…       — Он ведь говорил, что подобное произойдет, — не унимался волшебник.       — Да. Все прошло даже лучше, чем планировалось, — согласился Рик.       — Значит уже скоро все изменится?       — Все уже давно изменилось. Еще с того момента, когда Скримджер отправил меня проведать тебя, — пытаясь разгрести бумаги ответил Рик. — Представляешь, что бы было, если бы мы не контролировали склад с сывороткой?       — Он бы помог нам. Я знаю, — с уверенностью сказал Джек. — Скольких мы сегодня «вычислили»? Странно, но я все еще ощущаю легкий голод.       — Вот и посчитай, — оборвал его Рик. — Фаджу нужны будут конкретные числа.       — Думаешь его тоже обратят? — не унимался Джек.       Глядя на стопку бумаг Рик моментально нашел ответ:       — Надеюсь нет!