Темнее ночи

      Дракула медленно поднимался по ступеням. Он старался замедлять свое тело, осаждать все внутри, чтобы показаться хромым. Его раны давно затянулись, оставив лишь поверхностные повреждения. Северус Снейп был прав, никто из волшебников не восстанавливался настолько быстро.       Конечно дело было и в крови. Теперь он получал ее с избытком. Министерство оказалось удачным шагом для продвижения вперед. Поток магов, которыми он мог питаться был неисчислим. Дело начинало развиваться за пределами одного государства. Последнее он намеревался претворить в жизнь поскорее.       Влад снова осадил себя. На последней ступени, он готов был подпрыгнуть лишь бы поскорее начать. Но все же вампир терпеливо продолжил игру. Его трость стучала по деревянному настилу, а в груди копилось странное чувство, готовое разодрать его на мелкие кусочки. Даже сейчас у него не было времени выяснить, что с ним происходило из-за питания кровью волшебников.       Фадж закончил свою речь. И Влад ощутил на себе ненавистные вспышки света. Волшебники любили фотографии. Им обязательно было запечатлеть крохи своих жизней на бумаге. Можно ли было найти более ненадежный способ?       Дракула усмехнулся сам себе. Он ведь и сам некоторое время тянул свои воспоминания из подобного недолговечного дневника. Руки его легли на трибуну. Влад всячески изображал, что использует ее в качестве опоры. Но голос он контролировать не мог. Голос его выдавал силу сверхъестественного существа.       — Я бы хотел поблагодарить гоблинов и управление по связям с гоблинами за предоставленную возможность раз и навсегда приблизить падение Волдеморта…       Дракула читал отрепетированную речь. Некоторых слов в ней он до конца не понимал, но знал, что волшебники Англии ждали от него этих фраз. И он дал им их. С каждым его словом он обретал все большую власть и влияние. Некогда он читал о мальчике, который выжил. Теперь же, смог добиться если не большей, то как минимум подобной славы.       Вампир сжал ладонь в кулак. И он продолжит наращивать свое могущество. Глаза его сверкнули на краткий миг красным огнем. Но Влад смог увести взгляд от толпы, прежде чем случайный фотограф смог бы заметить неладное. Дракула потянулся к груди, в надежде унять волнение внутри.       Он смог привлечь на свою сторону немало пророков. Множество из них прибыли из-за границы. План был рискованным. Но необходимо было действовать пока его не обнаружили. Нужно было занять видящих будущее волшебников. Возможно потом он воспользуется услугами самых преданных из них, чтобы разузнать тайну магической крови…       Но сейчас они несли ему победу. Именно пророки навели его на банк Гринготтс. Они не выдали ничего конкретного, но курс был задан. Имея в услужении министра магии было легко заставить его дать все, чтобы задобрить чуждую расу существ. И вот, он пожинал плоды. Гоблины сами принесли ему частицу Волдеморта.       Влад поднял древний артефакт, что стоял на столике рядом:       — То, что вы видите сейчас – чаша Пенелопы Пуффендуй! Волдеморт проклял ее! Но и в этом его слабость!       Потребовалось немало сил и времени, чтобы понять каким образом темный волшебник смог достичь бессмертия. Его методы были удивительными даже для магического мира.       — Крестраж! — громко произнес Влад, сотрясая воздух чашей. — И мы уничтожим его сегодня! А после найдем и уничтожим все остальные части Волдеморта!

***

      — Никогда не думал, что буду прятаться в магазине, — глядя через стекло на косой переулок ворчал Аластор.       Вебер с тяжелым вздохом поставил ящик на пол. Дыхание волшебника было сбивчивым. Дрожащими руками он вытер лоб.       — Последний, — выдал он.       — Почему твой друг не снял чары внизу? — с таким же вздохом присел рядом на ящик Снейп.       — Потому что я не хотел, чтобы меня обнесли в первый же день, — вмешался торговец лавки. — Вид его был лучше остальных волшебников, словно он только что не перетаскивал с остальными все свои запасы из подвала. — Чары внизу установил еще мой отец. Так легко их не убрать.       — А ничего что вы будете варить прямо у всех под носом? — обратился к ним Аластор, отворачиваясь от большого стекла.       Торговец недовольно взглянул на Грюма. Их знакомство изначально не задалось. Аластор не только проверял волшебника на каждом шагу, но и даже не пытался хоть как-то помочь им в начинаниях.       — Мистер Грюм, — резким тоном обратился хозяин лавки, — Если бы я ждал непрошенных гостей, то воспользовался бы способом полегче.       — Мистер Ходж, — поднялся Снейп, — Прошу простить моего друга. Мы в последнее время не привыкли к доверию.       Волшебник коротко кивнул, принимая извинения:       — Только благодаря общей цели я терплю вас здесь, — торговец резко взмахнул палочкой и стекла лавки помутнели. Он вытянул часы из нагрудного кармана. Некоторое время Ходж изучал их, словно впервые их увидел.       — И все же, я не до конца понимаю, как вы встретились? — Аластор указал на отдыхающего на ящиках Ульриха. — Как могут два незнакомых человека вдруг начать охоту на вампиров?       — Серьезно? Опять? Сколько раз мы должны рассказывать все вновь и вновь? — застонал Вебер.       — У меня есть на это причины. Ты поджег Хогвартс, — громче произнес Аластор.       — А ты не смог добить того, кто украл личность моего друга! — Вебер поднялся на ноги и невольно потянулся за палочкой.       — Все вышло бы иначе, если бы ты держался установленного плана! — снова повысил голос Аластор, также потянувшись за палочкой.       — Господа! — громко известил Ходж, — У нас мало времени. Разборки можно устроить и позже.       — Занимайтесь, — махнул рукой Аластор. — Но я за вами слежу, — волшебник не забыл указать палочкой на Вебера и Ходжа.       Ходж только покачал головой, принимаясь снимать заклятья с ящиков.       — Мистер Снейп, — обратился он к волшебнику, — Вы можете начать с этих, — маг указал на ящики у стены.       Аластор демонстративно уселся на стул у витрины, чтобы не упускать из виду ни одного из волшебников.

***

      Дрожащей рукой Вебер растянул пергамент на столе. Северус быстро помог ему, подставив под один край стакан с горящей свечой внутри. Грязный палец Ульриха прошелся по длинной улице, нарисованной на бумаге. Пока не уткнулся в тупик.       — Здесь! — указал он громко.       Грюм без интереса взглянул на карту. Ходж стоял рядом и также не горел желанием участвовать в обсуждении. Но Ульриха это не волновало, он продолжал изъяснять свои мысли:       — Мы начнем отсюда. Сложнее всего пробраться через волшебников. На нашей стороне то, что они не будут ожидать нашего появления.       — Ты тщательно подготовился, — заметил Аластор, не сводя глаз с Вебера.       Ульрих, недобро покосился на волшебника:       — Ума не приложу, как мы могли сработаться в Хогвартсе. Ты бы мог помочь, а не подозревать в комнате каждого на кого у тебя упадет взгляд.       — Ты делаешь свою работу, я свою, — спокойно ответил Грюм.       — Мы бы могли справиться быстрее, если бы ты решил хоть чуточку помочь, — не унимался Ульрих. — Думаешь легко варить эту дрянь неделями напролет, когда на тебя так глазеют?       — Давайте вернемся к плану, — устало протер лоб Северус. В магазине было слишком душно. Да и за все время пребывания здесь, маленькое помещение уже не походило на торговую лавку. Потолок был безнадежно испорчен. Весь в копоти от котлов, он представлял собой черное беззвездное небо. Только запах гари от стен нарушало картину. На полу виднелись несмываемые пятна от пролитых ингредиентов. Никто не удосужился провести здесь чистку хотя бы простейшими чарами.       — Сюда, — продолжил Вебер, погрузившись в карту. — Произойти может все что угодно. Действовать нужно быстро. Мы не знаем, что творится снаружи. Сколько людей под влиянием…       Ульрих вновь ткнул в карту. Рядом с его пальцем упала капля крови. Вебер казалось даже не заметил кровотечение носа.       — Водоочистные сооружения маглов обслуживают четверть города. Эту воду пьют и волшебники…       — С тобой что-то не так, — произнес Грюм все также не смотря на карту.       Вебер постарался не слушать его продолжая разговор. Но Аластор вновь его перебил:       — Тебя трясет.       — Простудился наверное, — отмахнулся Ульрих.       — Это не болезнь, — покачал головой Грюм. — Ты проклят.       Фраза заставила замереть всех. Вебер тщетно пытался найти поддержку от остальных в комнате. Его плечи опустились, и он тихо произнес:       — Это неважно. Я должен отомстить.       — Во что ты вляпался? — Грюм окончательно потерял интерес к плану.       — Как думаешь я смог выбраться с Хогвартса? — огрызнулся Вебер. — Ты хотел знать как мы встретились, — он указал на Ходжа, стоящего рядом с Аластором. — Я умираю. А он сумел продлить мое существование.       — И ты решил рассказать об этом только сейчас… Что за проклятье? — пропустил мимо ушей объяснения Аластор.       — Не важно, — Вебер невольно потянулся к кольцу. Он смог задержать свою руку на полпути. Но не был уверен, что Грюм не заметил его намерений. — Я рассказал свой план. Это все что у меня есть. Выступаю на рассвете. Уговаривать никого не буду.       Некоторое время Грюм продолжал осматривать волшебника. Он проводил его взглядом до стула, на который тот уселся.       — Думаю Вебер прав, — озвучил свои мысли Снейп. — У нас мало вариантов как поступить и с каждым днем их все меньше.       — Не нравится он мне, — произнес Аластор, не сводя глаз с волшебника.       — Тебе никто не нравится, — внезапно отозвался Ходж.       За стеклами сгущалась поздняя ночь. Но Аластор не мог уснуть. Расположившись у витрины, он не сводил глаз с присутствующих. Все спали. По крайней мере делали такой вид.       Грюм по-прежнему следил за Вебером. Он не мог унять своего интереса. Уже не первый раз он видел странности этого волшебника.       Однако внимание его привлек не Ульрих. Кое-кто из волшебников также не терзался оковами сна. Владелец торговой лавки медленно вытянул руку вверх.       Он словно за что-то ухватился вытянутой конечностью, ведомое странной силой тело мага поднялось вверх. Ходж не издал ни звука. Аластор продолжал делать вид, что спит, усиленно наблюдая за действиями пробудившегося хозяина лавки.       Ходж не двигался. Некоторое время, он подобно Аластору изучал всех присутствующих. На долгое время его взгляд погрузился на беспокойную фигуру Вебера. В темноте блеснуло лезвие ножа. Грюм приготовился к возможной атаке, но Ходж направил нож на свою руку. Он что-то подковырнул у себя на коже. На лице волшебника не было ни единой эмоции. Словно он работал с протезом, а не с собственной плотью.       В том же молчании, маг направился в дальний конец магазина. Грюм знал куда тот направляется. Оттуда был только один ход. В подземное помещение, служившее складом. Стараясь также не шуметь, он поднялся со своего места.       Сколько бы Аластор не прислушивался к звукам внизу, он ничего не мог уловить. Ходж был предельно тих. Не выдержав, Грюм коснулся ручки двери, которая разделяла его с хозяином магазина. Она легко поддалась, пропуская волшебника вниз.       Ходж двигался в темноте. Не имея ни одного источника света, Грюм мог лишь догадываться чем занимается волшебник. Он услышал странный стон. А затем тьма ушла.       — Не спите? — произнес Ходж. В руке его сияла палочка. И она же послужила сигналом для заранее заготовленных чар. Аластор услышал позади звук запираемой двери. Он был не один раз в подвале и хорошо его исследовал. Достаточно, чтобы понять, что волшебник привел его в другое место.       — Мы не в Косом переулке? — скорее констатировал, чем спросил Аластор. Стены лишились былого изящества и теперь выглядели как грубо отесанная скала. Комната стала заметно больше, за спиной волшебника что перенес его сюда продолжалась мгла.       — Нет, — подтвердил с улыбкой Ходж.       — Неплохо, — оглядываясь по сторонам произнес Грюм. — Довольно сложная магия.       — Спасибо, я много готовился. Ты так сосредоточился на Вебере, что упустил что кроется у тебя под носом, — Ходж растянул улыбку показывая пожелтевшие зубы.       Аластор направил палочку и магические веревки, взявшиеся из воздуха, связали фигуру Ходжа.       — Расточительное использование магии, мог бы так не стараться, — упрекнул его Грюм. Подойдя ближе, он оттянул одну из веревок, чтобы дать возможность пленнику говорить.       — Я лишь перевозчик, — засмеялся тот.       Аластор усилил поток света, чтобы полностью осветить помещение. Оно и правда было намного больше. С потолков дальше свисали огромные крюки. Цепи на них отблескивали от заклинания Аластора. Указывая, что их установили здесь недавно. Но внимание волшебника привлекли не они.       На огромных острых крюках висели и туши. Некогда сияющие, теперь они отдавали лишь белым светом. Слабо напоминающем об их былом величии.       — Это единороги? — удивился Грюм. — Ах ты чертов…       Волшебник не договорил. Он наконец увидел, что находилось в окончании стены. Маленькая фигура ребенка была подвешена, как и туши перед ним. Кровь капала с его ран, а посиневшие руки не давали уверенности что мальчик все еще жив. И хуже всего, Аластор узнал ребенка.       Медленно он продвигался вперед, чтобы убедиться в своем зрении. Но оно не обманывало. Драко Малфой висел среди туш животных, ожидая, когда и его распотрошат. До Малфоя оставалось пара шагов. Аластор уже проверил отсутствие заклинаний на его теле и уже был готов снять бедного ребенка, как тот открыл глаза. Налитые кровью, они смотрели с нескрываемой яростью на волшебника. А затем свет в странном помещении погас.