Дочь льда и сын огня

      Тень от старого дуба скрывала Джерара, как мантией. Он прислонился к шершавой коре, скрестив руки на груди, карие глаза прищурены в наблюдении. Его цель — розоволосый вихрь по имени Нацу Драгнил — копошился на крыше самого высокого дома в лагере. «С одной стороны, отрада — сегодня не придется пачкать руки кровью каких-нибудь троллей по приказу хозяина, – пронеслось в голове юноши с темно-красной меткой у виска. — С другой… черт подери, слежка за этим вечным двигателем глупостей — занятие унизительное.» — Он презрительно фыркнул, глядя, как Нацу что-то яростно тянет вместе с брюнетом. — «Чем этот вечный двигатель нелепостей умудрился покорить её сердце? Ума не приложу.»       Вздох, тяжелый и вымученный, вырвался из его груди. «"Наблюдать за Нацу Драгнилом». Фраза звучит как приговор к скучной казни. Что может быть отвратительнее возни вокруг этого огненного щенка?» — Но тут углы его губ непроизвольно дрогнули, смягчая жесткие черты лица. Он откинул голову, устремив взгляд в лазурь неба, и мечтательная улыбка озарила его лицо, словно луч солнца сквозь тучи. — «Но сегодня… сегодня особенный день. Джувия приедет. Скоро я снова увижу её. Услышу её голос…» Сердце учащенно забилось. «Моя нынешняя миссия — наблюдать за ней, отслеживать её прогресс. Надеюсь, Акнология будет копить силы вечность, а я за это время найду способ…» - Его мысли оборвались, лицо вновь омрачилось. — »…способ разорвать эти цепи. А пока… пока придется глотать желчь, видя, как она будет коротать время в обществе этого прилипалы Драгнила. Он же как репейник — прицепился раз, и не оторвешь без боли.» — Джерар стиснул зубы, мысленно представляя Нацу рядом с Джувией. — «Ладно… я выдержу. Ради неё. Так вот, моя синевласка должна прибыть со минуты на минуту.» — Его взгляд стал аналитичным, цепким. — «Интересно, в курсе ли огненный болван и его компания? Почему они выбрали именно сегодня для своих идиотских экспериментов на крыше?»       С этими мыслями наблюдатель выглянул из-за ствола. Его взметнулся вверх, на крышу дома, где разворачивался абсурдный спектакль. «Не знаю, зачем им понадобилось карабкаться на эту крышу, и знать не хочу, – мысленно процедил он с отвращением. — Но если этот розоволосый идиот сверзится вниз и размажется, выгребать придется мне. Иначе Джувия… увидит вместо друга кровавое месиво, и её глаза наполнятся той болью, которую я поклялся больше никогда не видеть.» — Ответственность тяжким грузом легла на плечи.       Краем глаза он уловил движение — высокая фигура с гривой пламенеющих алых волос, несомненно, Эрик Скарлет, этот вечно озабоченный порядком «вожатый», нервно прохаживался у въезда, сверяясь с блокнотом. Джерар молнией рванул вверх, ловко взобравшись на толстую ветку и растворившись в густой листве. Сверху обзор был лучше.       Эрик действительно был похож на заводного. Он метался, сверял часы с записями в блокноте. — Встретить у ворот… Показать дорогу к домикам… Представить Игнилу… — поглядывая на дорогу. Но его планы рухнули в одно мгновение, когда взгляд скользнул вверх. Лицо Эрика побелело. — Опять этот Драгнил! — прошипел он и, бросив блокнот, помчался прочь, явно за подмогой к единственному, кто мог усмирить этот ураган — Игнилу. «Идиоты конченые, – мысленно констатировал Джерар, с раздражением потирая переносицу. — Бедолага Эрик. Почти жаль парня. Вечно он разгребает последствия их «гениальных» идей.»       На крыше тем временем царил хаос. Люк Хартфилия, бледный как полотно, сидел верхом на гигантской рогатке, привязанный к ней ремнями. На спине у него трепетали искусственные белоснежные крылья — подарок Алисы, призванный помочь смертному парить. Но сейчас они выглядели скорее крыльями ангела смерти. — Люк, ты успел составить завещание? — съязвил Грей, прислонившись к дымоходу и наблюдая за бледным лицом друга. — Серьезно, чувак, завещай свое тело на опыты науке. Пригодишься. — Грей, фильтруй слова, — раздался ровный, лишенный эмоций голос. Алиса Вайт, её белоснежные волосы, собранные в узел алой лентой, казалось, светились в солнечных лучах. Алые глаза спокойны, как всегда. Она легко стукнула брюнета по затылку. — С ним всё будет в порядке. Статистика неудачных запусков в нашем клане минимальна. Это стандартная процедура для начинающих летунов среди ангельских неофитов. — Нашла, кого сравнивать! — огрызнулся Грей, потирая макушку. — Ты — ангел. У тебя крылья настоящие и божественная прочность! А он — смертный мешок с костями! Одно неловкое движение — и фарш. «Опять они завели свою дурацкую пластинку», — мысленно застонал Нацу, стоявший позади Люка и готовый дергать веревку. Он видел, как дрожат руки блондина, вцепившиеся в края рогатки, как холодный пот стекал по его вискам. Люк напоминал загнанного зверька. Нацу знал — друг бы отказался от этой безумной затеи, но… Алиса предложила. А для Люка слово Алисы было законом. Он готов был на всё, лишь бы доказать ей, что он не просто богатый мажор, а что-то стоящее. — Люк, ты точно уверен в этом? — обеспокоенно спросил Нацу, касаясь плеча дрожащего парня. — Тебя трясет, будто в лихорадке. Может, передумаем? — Я… я в полном порядке! — Люк обернулся, выдавив нервную, натянутую улыбку и показав большой палец. Голос его предательски дребезжал. — Всё… всё отлично. Просто адреналин! — Вероятность критического отказа системы составляет менее 0,001%, — монотонно констатировала Алиса, поправляя свою алую юбку. Её лицо оставалось невозмутимым. — В случае нештатной ситуации я вмешаюсь. Ты под надежной защитой. «Алиса… она и правда ангел. Не только по происхождению», – пронеслось в голове Люка. При мысли о ней кровь прилила к его щекам, нервная дрожь чуть утихла, сменившись теплым чувством обожания. Её присутствие, её вера в него — вот что давало силы. — Нацу, Грей, осторожнее, — запинаясь, пробормотал Люк, отрывая взгляд от Алисы и глядя на друзей, готовых натягивать резину. — Плавно… это же мой первый полет, понимаете? — Расслабься, чувак, это просто шуточки, — вздохнул Грей, но напряжение в его позе не исчезло. Он бросил взгляд на дорогу… и замер. По ней, пыля, приближался внедорожник. Тот самый. — ШУХЕР! — дикий вопль сорвался с его губ. Бросив веревку, он метнулся к лестнице, исчезая с крыши с нечеловеческой скоростью. — Что?! — Ровное выражение лица Алисы дрогнуло. Её алые глаза чуть расширились — максимум удивления, на что она была способна. Она сделала шаг вперед, но было поздно. Дикий крик Грея оглушил Нацу. Он вздрогнул, как от удара током, и неосознанно рванулся назад. Его нога ступила на влажную от росы черепицу. С криком «Ой!» он поехал вниз, отчаянно замахав руками. Инстинктивно он схватился за свисающую веревку рогатки, перекувырнулся в воздухе и повис над бездной, болтая ногами. — Уф! — выдохнул он, уцепившись мертвой хваткой.       Резкий рывок едва не сбросил Люка с его «катапульты». Его подхватили сильные, но удивительно нежные руки Алисы. Её алые глаза мгновенно оценили ситуацию: веревка была натянута до предела. Если Нацу сорвется или отпустит — Люка выстрелит не просто вдаль, а, возможно, за пределы лагеря. — Подтягивай! — завопил Нацу, глядя вниз на крышу внедорожника, который как раз под ним и остановился. — Вытащи меня, быстрее! Сейчас я рухну прямо на них!       Алиса подошла к краю, её бесстрастный взгляд скользнул по висящему Нацу, по тугой веревке, к перекошенному от ужаса Люку. — Физиологические различия, Нацу. Ты — мужчина, я — женщина. Моя мышечная масса недостаточна, — констатировала она с убийственной логикой. — Потребуется время. — Она сложила руки рупором у рта, её голос, громкий, но лишенный паники, прокатился по крыше: — Грей! Код красный! Требуется немедленное вмешательство! Ликвидируй последствия! — О-оу… — донесся снизу растерянный голос. Грей, прижавшись спиной к стене дома, лишь выглянул из-за угла и замер, не решаясь выдать себя. — Неплохой старт для новой жизни, ничего не скажешь, — усмехнулся Джерар, удобнее устроившись на ветке. Циничное удовольствие от происходящего смешивалось с досадой. «Вот так её встретят…»       Дверца внедорожника распахнулась. Первым вышел парень, выглядевший не старше семнадцати, с ослепительно белыми волосами, собранными в низкий хвост у шеи. Его темно-синие глаза, зеркало глаз Джувии, окинули лагерь оценивающим, чуть грустным взглядом. Хару Локсар, несмотря на юношескую внешность, двигался с достоинством и легкой усталостью человека, познавшего горе. Он был одет в простую белую рубашку и черные брюки.       Он обошёл машину и галантно открыл заднюю дверцу, подав руку. Из салона выпорхнула девушка. Джувия Локсар. Короткие, неровно остриженные синие волосы были частично скрыты черным платком с изящными белыми узорами снежинок, повязанным как бандана, оставляя открытым лицо со шрамом. Её чёрное платье без рукавов, чуть выше колен, подчеркивало хрупкость фигуры и бледность кожи. На ногах — простые сандалии. Её темно-синие глаза, широко распахнутые, жадно впитывали все вокруг.       Вслед за ней вышла Касуми. Её голубые волосы сияли в высоком хвосте, челка игриво спадала на половину лица. Яркая бирюзовая майка с принтом и голубая юбка контрастировали с готическим стилем сестры. Её голубые глаза светились чистым восторгом. — Ух ты! — воскликнули они практически хором, их голоса слились в едином порыве изумления и восхищения.       Их реакция была понятна. Лагерь «Хвост Феи» не был забытой богом глухоманью. Это был оживший эскиз из сказки — миниатюрная, утопающая в зелени деревушка. Аккуратные, словно игрушечные, домики из светлого дерева или теплого камня, одно- и двухэтажные, с цветными ставнями и черепичными крышами, были рассыпаны среди буйной растительности. Повсюду цвели невиданные цветы — огромные, переливающиеся всеми цветами радуги, испускающие едва уловимый серебристый свет. Дороги, выложенные гладким, чуть теплым камнем, вились меж изумрудных газонов. Высокие, древние деревья с могучими кронами шелестели листвой, усыпанной не то цветами, не то крошечными светлячками. Воздух был прозрачен, напоен ароматами хвои, цветущих садов и… магии. Чувствовалось спокойствие и безопасность. «Мне… мне уже нравится это место, – пронеслось в голове Джувии, пока отец помогал Касуми. Её пальцы непроизвольно сжали край платья. — Оно такое… цельное. Живое и дышащее. Как будто каждая травинка, каждый камешек поет свою часть гармонии.» - Она подняла лицо к небу, глубоко вдохнув. - «Это чувство… Словно я наконец-то вернулась. Не в дом, а… Домой. В свой настоящий, давно забытый, но такой родной очаг.» — Неожиданная волна тепла и принадлежности смыла остатки тревоги. - «Свежий воздух без выхлопов, пение незнакомых птиц, буйство красок и жизни… Никаких толп, криков, враждебных взглядов… И главное — свобода. Возможность быть собой, не пряча льда в душе и на кончиках пальцев. Это… это прекрасно!» — На её обычно серьезном лице расцвела редкая, светлая улыбка. — Спасибо, папочка! — Касуми вмиг обвила руками шею отца. Её голубой хвост раскачивался в такт болтающимся в воздухе ногам, словно она снова была маленькой девочкой. Голубые глаза сияли чистой радостью. — Это просто… невероятно! Лучшего подарка я и представить не могла! — Ага, — Джувия повернулась к отцу, и на её обычно сдержанном лице расцвела улыбка.       Её синие глаза сейчас светились тем же восторгом, что и у сестры. — Спасибо, пап. Спасибо, что привёз нас сюда. — Её голос, тихий и мелодичный, звучал искренней благодарностью. Пальцы непроизвольно коснулись края черного платка с белоснежными снежинками — символа её новой, но древней принадлежности. — Всегда пожалуйста, мои принцессы, — Хару обнял обеих дочерей, его голос, низкий и теплый, вибрировал от счастья. В его темно-синих глазах, зеркале глаз старшей дочери, светилась глубокая нежность и облегчение. Радость смешивалась с привычной горечью утраты. «Жаль, Инесса не видит этого…» - Мысль о могиле жены, оставшейся далеко, на миг омрачила его взгляд. — «Надо будет подумать о переносе…» — Он крепче сжал плечи девушек, отгоняя печаль. — Теперь это наш дом. — Он произнес последнее слово с особой силой, подчеркивая значимость момента, его взгляд блуждал по цветущим лугам и сказочным домикам, впитывая красоту и обещание мира. — Наша крепость. Наше начало.       Он отпустил их, и его юношеское лицо приняло задумчивое выражение. Он повернулся спиной к девушкам, поднеся руку к подбородку, белые пряди хвоста колыхнулись на спине. — Осталось только разобраться… — он окинул взглядом раскинувшуюся перед ним мини-деревню, — в какой же стороне спрятан наш собственный уголок в этом раю?       Именно в этот момент из-за угла ближайшего домика, выложенного теплым камнем, осторожно высунулась взъерошенная темная голова. Грей. Его ярко-зеленые глаза дико метались, пока не встретились с широко распахнутыми голубыми глазами Касуми. Брюнет мгновенно покраснел до корней волос, будто его ударили по лицу. Он резко тряхнул головой, словно стряхивая оцепенение, и начал отчаянно махать руками, шевеля губами беззвучно, но ясно артикулируя: «Отвлеките его! Срочно!» — Кажется, тот парень… хочет нам что-то сообщить, — прошептала Касуми, её голос был полон чистого любопытства, без тени тревоги. Она наклонила голову, пытаясь разгадать его пантомиму.       Джувия же мгновенно поняла. Её синие глаза метнулись к отцу, затем обратно к Грею. «Попытка не пытка, – пронеслось у неё в голове с характерной для неё ироничной рациональностью, несмотря на юный возраст. — «Лучше глупая отмазка, чем разбитый череп этого идиота на нашей машине.» — Пап! — её голос прозвучал чуть громче обычного. Она дёрнула Хару за рукав его белой рубашки. Когда он обернулся с вопросительным поднятием брови, Джувия положила руку на совершенно плоский живот и сделала страдальческое лицо, насколько это позволяло её обычно сдержанное выражение. — Потом осмотримся, ладно? Давай сначала… поедим. — Она намеренно сделала паузу, глядя ему прямо в глаза. — Мы с Касуми… просто умираем от голода. — Для убедительности она локтем аккуратно ткнула сестру в бок. — Да, Касу? Касуми вздрогнула, вырванная из наблюдения за жестикулирующим брюнетом. — Да? А… да! Точно! — Она поспешно кивнула, хватаясь за спасательную соломинку, хотя явно не до конца понимала контекст. — Желудок урчит, как разъяренный тролль!       Хару хлопнул себя ладонью по лбу с такой силой, что его белый хвост подпрыгнул. — Господи, вот я слепой! — воскликнул он с неловкой, но искренней улыбкой. — Несколько часов в дороге, и я даже не подумал, что мои девочки могут проголодаться! Простите, дурак старый. — Несмотря на юношескую внешность, в его жестах и интонациях читалась отеческая забота и легкая вина. — Подождите здесь, всего минутку! Я разыщу Игнила, он точно знает, где тут можно подкрепиться. Должно быть кафе или столовая для новичков. — Он бросил последний ободряющий взгляд на дочерей и быстрым шагом направился вглубь лагеря, его белая рубашка мелькала среди зелени. «Фух… – мысленно выдохнула Джувия, её плечи слегка опустились. Она незаметно провела ладонью по лбу под платком, смахивая несуществующую испарину. — «Пронесло. Похоже, мы только что спасли жизнь этому… висящему розоволосому воплощению хаоса.» — Она повернулась к углу, откуда выглядывал Грей. Поймав его взгляд, синеволосая девушка едва заметно улыбнулась — уголки губ дрогнули — и подняла вверх большой палец: «Молодец, держись».       Брюнет ответил тем же жестом, его лицо все еще было алым. — Огромное спасибо! Я в долгу! — прошипел он, бросив быстрый, почти завороженный взгляд на всё ещё слегка ошарашенную Касуми, и мгновенно юркнул обратно за угол, словно его и не было.       Джувия перевела взгляд на сестру, её бровь поползла вверх, создавая выражение чистого, неподделенного удивления. — Я только сейчас сообразила… — начала она, голос был полон недоумения. — Почему этот парень был… без рубашки? В таком виде бегать по лагерю… странновато. — А? — Касуми окончательно оторвалась от созерцания угла и уставилась на сестру. — Рубашка? Да какая разница! — Она махнула рукой, её голубые глаза снова загорелись азартом, устремляясь вверх, на крышу. — Меня куда больше волнует, что они там, наверху, вообще затеяли! И почему он болтается на веревке как марионетка? — Какие еще парни? — Джувия нахмурилась, её бледное лицо выразило полное непонимание. Она последовала за взглядом сестры. Голова запрокинулась… и её темно-синие глаза расширились до невероятных размеров, отражая абсурдную картину: Нацу Драгнил, её лучший друг, висел в воздухе над крышей, отчаянно болтая ногами, как перевернутый жук. «Что за… – мысль Джувии застыла на полуслове. — Я думала, такие сюрреалистичные сцены — удел дешевых комедийных аниме! Серьезно, какого черта он там забыл?!» — Осознание, что это он, вызвало странную смесь удивления, досады и… теплой волны узнавания. — «Нацу… всё такой же.»       Тем временем Грей, благополучно добравшийся до чердака большого дома, высунулся из слухового окна. Его рука, сильная и цепкая, схватила запястье Нацу. — Держись! — прошипел он, напрягая мышцы спины и рук. С трудом, но он втянул розоволосого парня внутрь, на пыльные половицы чердака. Нацу рухнул на пол, отдуваясь. — Фу-ух! Спасибо, Грей! Ты настоящий друг! — Нацу сиял, слезы облегчения блестели на ресницах. Он вскочил и хлопнул брюнета по плечу, совершенно забыв о веревке, все еще зажатой в его другой руке. Пальцы разжались…       На крыше Алиса методично проверяла ремни на Люке, который сидел на рогатке, бледный, но старающийся улыбаться. — Люк, перед запуском необходимо зафиксировать… — её ровный голос был прерван. Веревка, выскользнувшая из руки Нацу, со свистом ушла в механизм рогатки. Пружины с грохотом распрямились.       ЩЕЛЧОК! — А-А-А-А-А-А-А-А! — Люка выстрелило вперед, как пробку из шампанского. Искусственные крылья трепыхались, срываясь и оставляя за ним шлейф белых перьев. Он превратился в стремительно уменьшающуюся точку, несущуюся к горизонту. — …страховочные ремни, — закончила Вайт, её алые глаза проводили летящую точку без тени паники. Она лишь слегка приподняла бровь, выражая нечто, похожее на легкое разочарование. Сложив ладони у груди, она покачала головой, и в этом жесте была вековая усталость от глупости смертных. — Эх. Прогресс явно требует больше времени, чем предполагалось.       Затем её тело окутал мягкий свет. На спине распустились огромные белоснежные крылья, ослепительно сияя. Один мощный взмах — и ангел взмыл в воздух, устремляясь вслед за улетающим Люком с невозмутимой скоростью.       Нацу, высунувшийся из чердачного окна, чтобы проверить обстановку, облегченно выдохнул: — Уф… Кажется, пронесл… — Его голос замер на полуслове. Внизу, у входа в дом, стоял Игнил. Янтарные глаза, хранящие мудрость веков, смотрели прямо на него. Взгляд был спокоен, но в этой тишине читалась сталь. — Нацу, — произнес Игнил. Его голос сейчас звучал ровно, без повышения тона, но от этого становился только весомее.       Розоволосый маг вздрогнул, как заяц перед волком, и мгновенно скрылся в темноте чердака, словно его и не было. — …о, — тихо закончил Нацу своё прерванное предложение, уже внутри, предчувствуя неминуемую расплату.       Дверь в чердачное помещение скрипнула. На пороге, залитый светом с лестницы, стоял Игнил. — Нацу, — повторил он, шагнув внутрь. Янтарные глаза замерли на фигуре паренька. — Нам нужно поговорить. Сейчас же.       Хару остановился на пороге уютного деревянного домика, его белые волосы мягко колыхнулись на легком ветерке. Он обернулся к дочерям, в его темно-синих глазах светилась теплая отеческая гордость и обещание нового начала. Легкая улыбка тронула его черты. — Вот он, — его голос звучал мягко, но весомо, — наш новый дом. Ваша крепость, ваше убежище. — Он широким жестом показал на открытую дверь. — Входите, девочки, располагайтесь как дома. Считайте каждый угол своим. — Его взгляд стал чуть серьезнее. — Я скоро вернусь. Мне нужно… уладить кое-какие неотложные дела с Игнилом. — Легко, с отеческой нежностью, он потрепал Касуми по ее высокому голубому хвосту, а Джувию — по платку, скрывающему синие пряди. — Не разнесите его сразу, ладно? — добавил он с теплой иронией, прежде чем развернуться и зашагать прочь. — Пока, папа! — хором откликнулись сестры, энергично махая ему вслед. Касуми даже подпрыгнула на месте, ее голубые глаза сияли. Джувия помахала чуть сдержаннее, но улыбка не сходила с ее губ.       Когда фигура отца скрылась из виду, Касуми резко повернулась к сестре, схватив ее за руки. Ее глаза горели, как два сапфира под солнцем. — Джув! Ты думаешь о том же, о чем и я? — прошептала она, ее голос дрожал от предвкушения. — О том, что можно прямо сейчас?       Синеволосая девушка встретила ее взгляд, и в ее темно-синих глазах вспыхнул ответный огонек. Она кивнула, улыбка стала шире, почти озорной. — Ага. Без сомнений. — Обустройство! — выкрикнули они в унисон, как по команде. Схватив свои сумки, они влетели в дом, дверь захлопнулась за ними с гулким эхом. — Верхний этаж мой! — крикнула Джувия, уже мчась вверх по деревянной лестнице. Она чувствовала прилив чистой, детской радости. Она пронеслась по недлинному, светлому коридору второго этажа и остановилась перед дверью с изящной табличкой: «Джувия Локсар». Сердце екнуло. Она толкнула дверь… и замерла на пороге, широко распахнув глаза.       Комната. Ее комната. Просторная, залитая мягким светом из большого окна. Она была пуста, но не безжизненна. Стояли только самые необходимые вещи: крепкая деревянная кровать с белоснежным покрывалом, просторный шкаф, письменный стол у окна и прикроватная тумбочка. Пахло деревом, свежестью и… свободой. — Я… — Джувия задохнулась от восторга. — Я точно попала в лучшую версию Рая! — вырвалось у нее громко, и она, забыв про сдержанность, с разбегу прыгнула на кровать. Пружины весело подбросили ее вверх. Она упала на спину, смеясь, ее смех, чистый и звонкий, заполнил комнату. Она смотрела в светло-голубой потолок, и на душе было необычайно легко. «Мое пространство. Мои правила.» — Она села, оглядывая стены с видом полководца, планирующего битву. Пальцы уперлись в подбородок. — Решено! — объявила она пустой комнате. — Здесь — гигантский плакат с Леди Марией из Bloodborne… Тут — полка с фотографиями мамы, папы, Касу… Там — священное место для ноута и манги… Тут — тумба для расчески и украшений… А здесь… — ее взгляд упал на свободный угол…       Дзынь-дзынь!       Пронзительный звук дверного звонка внизу заставил Джувию вздрогнуть, как от удара током. Детская радость мгновенно испарилась, сменившись знакомым холодком тревоги в груди. «Соседи… Уже? – пронеслось в голове с паникой. — Так быстро? Блин, я даже не успела толком зайти! Ни плакатов, ни фото… Я выгляжу как пришелец в этом пустом пространстве!» — Она нервно поправила платок, сгладила несуществующие складки на черном платье. «Платок на месте… Платье не мятое… Волосы… вроде ничего не торчит. – Она сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в руках. — Ладно. Придется идти. Касу там, она не даст меня в обиду.» — Мысль о сестре придала немного уверенности, как и смутная надежда, что Наоми может скоро подъехать. — Пожалуйста, пусть они будут нормальными… Пожалуйста, пусть они не смотрят как на диковинку… — шептала она, как заклинание, спускаясь по лестнице. Она неосознанно обхватила себя руками за плечи, будто пытаясь стать меньше, незаметнее. «Просто соседи. Просто знакомство. Они здесь все такие же… особенные. Никто не будет тыкать пальцем. Никто…»       Достигнув первой ступеньки снизу, она замерла. Сердце колотилось где-то в горле. Она медленно подняла взгляд…       И застыла.       В дверном проеме, залитый светом, стоял высокий юноша с огненно-алыми волосами, собранными в хвост. На нем была не просто броня, а стильные красно-черные доспехи на руках и корпус, поверх темной футболки. Его золотистые глаза были дружелюбны, он что-то оживленно говорил Касуми, которая смотрела на него с открытым любопытством. Рядом с ним стоял брюнет в темной футболке — тот самый Грей, теперь одетый. И… третий.       Третий был мальчик с ярко-розовой, небрежно взъерошенной чёлкой. Серые глаза, знакомые до боли, широко смотрели прямо на нее. Нацу Драгнил. Он стоял чуть впереди, его лицо светилось такой знакомой, неуемной энергией и… изумлением, смешанным с радостным шоком.       Алый парень заметил Джувию. Его дружелюбная улыбка стала еще шире. — Приветствую! — его голос был громким и доброжелательным. — Добро пожаловать в… — но Джувия уже не слышала продолжения.       Весь мир сузился до розовых волос и серых глаз. Воздух вокруг Джувии похолодел на градус. Время замедлилось. Она стояла, прижавшись спиной к стене лестницы, не в силах пошевелиться. Единственная мысль пронеслась в оцепеневшем сознании, холодная и ясная: «Нацу… Он… здесь. Прямо здесь.»