Lets Play again

Спасибо за отзывы, хоть их ничтожно мало. 30 seconds to mars - hurricane POV Гарри - Тьфу… Ты же сам понимаешь… Что я тебе ничего не скажу, - если я не могу выследить Эр, это не значит, что я не могу выследить Джека. - Скажешь-скажешь, как миленький. Поднимайся, размазня. Видел бы ты себя – насколько ты жалок. Бедный-бедный Джек… Вот нелепая комичная ситуация: ты наставил меня на «правильный путь», а сам не можешь мне сказать одну, всего лишь одну вещь – не больше, не меньше. Твоя логика просто зашкаливает. Я сразу уйду. Только скажи мне адрес, - тот лишь сплюнул кровь. - Хахахахаха, - он засмеялся хриплым смехом, - Гораздо комичнее будет, если Эр узнает кто меня так отметелил… - Я не удержался, врезал ему прямо в рыло так, что он согнулся пополам. - Олдридж, оценивай ситуацию. В нынешней – я, определенно, доминирую. Хотя…Я всегда доминирую. Рот, только по делу открывай. - Стайлс, у тебя ведь огромные связи, тьфу, - снова кровь, - а времени ну совсем в обрез. Неужели некому было вытрясти из меня правду?! Как я удостоился такой великой чести? - С одной стороны - ты мне помог, а с другой – ты меня жутко бесишь. Почему я никого не нанял для этого? Не знаю. Самому противно руки об тебя марать, но, черт бы тебя побрал, это до эйфории приятно… Да и кто мог подумать, что ты будешь молчать?, - снова удар. Он скорчился на полу. Не думал, что такой слабак. - Мда, Стайлс. Я думал ты только чтобы кадрить первых попавшихся юбок качаешься. Впечатляет. - Ну не всем же быть такими слабыми как ты, Олдридж. Честно? Мне надоело с тобой трепаться, - удар, - Одного я просто не могу понять… Почему ты не можешь мне сказать. Я вроде зубы тебе не трогал, в чем проблема, а? - О, ты не знаешь и никогда не узнаешь… - Да неужели? Мне позвонить специалистам?! Они не я. Я с тобой очень осторожно, они не будут медлить. И нет, они тебя не убьют. Но заставят тебя молчать на… полтинник другой лет уж точно. Сказать мне правду – в твоих же интересах. - Мечтай Стайлс. - Ладно. Только скажи: почему ты не можешь мне сказать её адрес. - … Эр прекрасно жилось и без тебя. А ты…Ты ведь не способен на какие-либо отношения, как таковые. Да и она в принципе тоже… - я задумался – правдой ли это может быть? -… Джек. Зачем врать? Мне? – удар, - когда ты в такой неприятной уж точно ситуации?! Просто скажи, и все. - И у кого ты научился так видеть людей насквозь?… Ах, да! Малышка Эр… - Малышка?! Вот уж от кого не ожи… Подожди… Ахахаха, нет. Господи, да неужели?! Я не верю. Ты… Эр… Так вот что имел ввиду Уолдерс, когда говорил мне, что Эр «тот еще лакомый кусочек»… А ведь она даже не подозревает, что её лучший друг… влюблен в нее саму. Как эпично… А ведь еще и Найл. Господи, да за что мне все это?! Какого хуя всем так нужна Эр!?…. - А ты у себя спроси… …Неожиданно в входную дверь квартиры начали сильно стучать. Я запаниковал, но быстро взял себя в руки. Оттащив Джека подальше я закрыл сильно ему рот рукой, чтобы не вякал лишнего. - Джек, это я. Открой, - и я с ужасом понял, что… это Эр?! Олдридж начал вырываться, пытаться что-то кричать, но у него практически ничего не выходило. - Так Джек. Будь хорошим мальчиком. Скажи, что ты в душе и не можешь открыть дверь., - шепотом я прошептал ему. - …Эр, ты? Я в душе и не могу открыть. Может, ты зайдешь позже или я к тебе? -Эм, ладно хорошо. Я в академию, а позже к папе. Странно, - послышались тихие удаляющиеся шаги за дверью. «К папе» значит. - Ну что ж, Джек. Мне пора наведаться к папочке Эр. Если бы ты мне сказал сам, я бы тебя отблагодарил. Так что обойдешься обыденным «прощай»… И кстати… Лучше забудь все, что сейчас произошло, если конечно, тебе жизнь дорога… Эм, бывай,… в общем, - и я вышел за дверь, оставив Джека наедине с его позором. Где моя совесть?! Сдохла, давно уже. Прилетев к дому отца Эрлин, я постучался и спустя минуту мне открыл дверь сам Берт Фишер… -Здравствуйте, вы наверное знаете меня, я Гарри. Эр пригласила меня сюда, я так понимаю, её еще нет дома? Вы не против – я подожду её у вас? - А, собственно кто ты такой моей дочери, чтобы я открывал тебе дверь и впускал в свой дом?... - … Эрлин вам не говорила?! Я ее парень. POV Эрлин: The Fray – Be Still …«Мы не выносим людей с теми же недостатками, что и у нас» Оскар Уайльд. После двух длинных лекций я уже с чистой душой шла домой к отцу. Все эти гребанные дни я не мучала себя этим дурацким ванилизмом, а-ля суицид/сижу с чашкой кофе на подоконнике и думаю о нем/уже пролила все слезы/моя жизнь кончена(нужное подчеркнуть). Нет. Я всего лишь перестала быть собой. Из меня как будто выжали все эмоции. Единственное, что я чувствовала это разочарование. На любое происшествие и не важно: позитивное или негативное я реагировала одинаково, а вернее – вообще не реагировала. Я стала машиной, роботом, который только и умеет перебирать пальцами по клавишам. Не смотря на полное отс.утствие мозга у Анжелы, я начинаю понимать, что так и есть, она была права. Кто я без Гарри? Даже не так. Что я без него? Я в жизни не думала, что способна любить, чувствовать, как сухо становится во рту, как гребанные бабочки начинают порхать в желудке, как в низу живота завязывается комок нервов, как подкашиваются ноги от одного взгляда. Одного взгляда исключительно Гарри. Никогда не думала, что от разлуки с человеком может быть так плохо, плохо морально. Если меня ударят, я, вряд ли почувствую, потому что моя моральная боль гораздо сильнее любой физической. А ведь с другой стороны, как я могу доверять Гарри? Зачем он пришел в академию? Для чего, не я же тому причина? Я не понимаю смысла, его намерений, но и уже прекратила попытки понять. Я знаю одно: я не хочу быть пешкой в его игре. Совершенно ясно, что для него все игра – не больше, не меньше. Игра, которую он выигрывает, и всегда выигрывал, стоило мне только посмотреть ему в глаза. Я сама себя обманывала и обманываю до сих пор, что могу ему противостоять, но, не судьба. Он как инфекция, как вирус, от которого, увы, невозможно найти противоядие. Зачем вообще меня выбрали сниматься в этом гребанном клипе, за что? …Бывает так, что человек, который может спасти тебя, топит. Кому-то в такой ситуации хочется плакать, кому-то от безысходности смеяться, а мне не хочется ничего, и с каждым прожитым днем, я становлюсь все безразличнее и безразличнее ко всему и всем, что пугает отца, пугает Джека, меня, в конце концов. Огромное внимание всех к моей скромной персоне больше не раздражает меня, его как будто для меня и не существовало. На улице, да везде где только можно, меня поджидают папарацци, репортеры, интервьюеры… А я спокойно прохожу мимо с чистой душой, не глядя ни на кого, и показывая средний палец прямо в камеры. Возможно, я обманывала саму себя, говоря всем и себе в том числе, что я ни к кому ничего не чувствую. Но проходя мимо включенного телевизора, услышав абсолютно случайно имя «Гарри Стайлс» меня начинало пробивать в приятную дрожь от одной мысли о нем, как бы это не противоречило моим выводам. Так текла моя нынешняя жизнь. Никак. Скучно, безразлично, одиноко. С каждым днем я все яснее осознаю, что я давно уже проиграла эту игру, в самом начале. Я слепо верила, что смогу, попытаюсь выиграть, но, увы, теперь я ухожу с поля битвы с позором, не начав сражаться. Почему? Потому что у меня наконец-то открылись глаза. . И поэтому я поняла, что самый лучший способ не разочаровываться - ничего ни от кого не ждать. Я не хочу быть «одной из», но и никогда не смогу стать «единственной»… Возможно я ошибаюсь, но я устала. Устала так, что разбираться не хочу и не собираюсь. Все что мне нужно это покой, который я нахожу в музыке, только в ней. …Я шла по тихой улице, там где, вероятно, я не смогу встретить людей тычащих мне в лицо камерами. Погода была под стать моему настроению – никакая: пасмурно, накрыпывал мелкий дождь, дул сильный ветер. Что же говорить – конец ноября. Я шла к отцу домой, посильнее укутавшись в огромный шерстяной шарф, уже представляя, как вдыхаю аромат малинового чая. Я не заметила, как быстро оказалась на веранде у дома, замечтавшись. Не спеша открывая дверь своим ключом, я услышала мужской смех, подумав, что Джек уже с папой, как обычно делятся анекдотами, попивая кофе. -Эр? Это ты, малышка? – Папа. - Да, привет, Пап, - после долгого молчания я ответила, снимая сапоги и пальто, - Сегодня мне разгребать ноты новые, скоро очередное прослушивание. Я бы сейчас убила за чашку чая. -Конечно, детка. Проходи, я хотел с тобой поговорить. -Па, не начинай – хорошо? Все в порядке. – я ответила, когда уже прошла на кухню. Папа выглядел более, чем просто по-домашнему. С чашкой эспрессо и в фартуке, который я ему подарила на прошлогодний день рожденья. Я даже улыбнулась от нахлынувших воспоминаний. -Что я вижу?! Это улыбка? – он засмеялся и сделал из моих щек «хомяка», - Нет, не об этом. Ты, конечно, взрослая, совершеннолетняя, в конце-то концов. Но может, я имею право знать, что у тебя есть молодой человек, - я нахмурилась. - Ты о чем? У меня нет никого, правда. С чего ты это взял? – Папа лишь коварно улыбнулся. -Хм, ладно. Иди, оставь рюкзак в своей комнате и приходи пить чай. Только не задерживайся и не пугайся никого, - не пугайся?! Слова отца меня насторожили, и я не спеша стала подниматься по винтовой лестнице. Войдя в свою комнату, я кинула рюкзак на пол и, параллельно включая телевизор на каком-то канале, плюхнулась на кровать: «… Всемирно известный участник бойз-бенда Гарри Стайлс и студентка Лондонской академии музыки и театра Эролайн Берт Фишер пара? Гарри уже заявлял во многих интервью, что они просто хорошие друзья, но умалчивает о шокирующих снимках в его пент-хаузе. Эролайн скрывается от папарацци и интервьюеров. Так ли все глад…». Я просто выключила телевизор и, закрыв глаза, судорожно сделала глубокий вздох. - …Устала от всего? – я резко сжала руками плед на кровати. Мне не нужно было поворачиваться, чтобы узнать, кто стоит за моей спиной. -Здравствуй, Гарри, - я прошептала в ответ, не поворачиваясь. -Здравствуй, Эр. Рад тебя видеть. - Не взаимно. Я говорила тебе оставить меня в покое, - на это я лишь услышала тихий горький смешок. - Я бы и рад, но не могу. Не выходит. Я был готов забывать, но явно не тебя. -Неужели ты настолько меня хочешь, что не можешь найти мне замену? Оглянись. Любая готова стать подстилкой для тебя. Я не понимаю. - А главное ты отказываешься понимать, - он медленно стал обходить кровать, пока не оказался лицом к лицу со мной. Простая черная футболка, джинсы. Волосы взъерошены, усталый потрепанный вид, потухшие глаза. Если он таков, то я в два раза хуже. В глаза я смотреть ему просто не могу. Только потому, что это убьет меня. Я не смогу мыслить здраво. Я нервно поджала губы. -Что тебе нужно? – он медленно сел на большое кресло, стоящее напротив моей кровати, и ответил. -… Шанс, мне нужен один шанс…. Я медленно подошла к окну, смотря на погоду, в догадках: что же ответить? Хотя, кого я обманываю? Я уже знала ответ. За окном был не маленький грибной дождик, а огромный ливень. Деревья чуть ли не до земли наклоняются от сильных порывов ветра. Людей на улицах вообще нет. Я шарахнулась от окна, как только прогремела гроза. Я прекрасно слышала, как в ту же секунду скрипнуло кресло, что означало только одно. Гарри слишком резко встал с него. Но когда я снова встала на место возле окна и продолжила наблюдать за погодой, я услышала как он сел обратно. -В наше время это чертовски много, Гарри… -Но… Мы ведь можем быть друзьями… - Ага. Друзьями с преимуществами, которые спят друг с другом. Оригинально. Интересно, сколько у тебя таких «подруг»?! И вообще как ты можешь мне такое говорить? После всего, что ты мне наговорил на премьере.. – разозлившись, я повернулась к нему лицом и остолбенела. Глаза, как предсказуемо. Гарри уже не сидел в кресле. Он стоял прямо за моей спиной все это время. Стоял очень близко, между нами было дюймов пять. Погода с каждой секундой становилась все хуже: молнии очень ярко сверкали, порой озаряя мою комнату. И мне становилось все хуже от того, что я, наконец, начинала чувствовать. Меня прорвало. За гребанные три с половиной недели я стала чувствовать эту гребанную боль сполна. Я стала смотреть в пол, приложив левую руку к лицу. В полнейшем шоке я ощутила еле заметную влажную дорожку на щеке. - Эр. Ты пугаешь меня. Мне кажется, что ты ничего не чувствуешь. Ни ко мне, причем тут я вообще. Ты ни к кому ничего не чувствуешь, - он резко поднял мое лицо за подбородок, чтобы я смотрела ему в глаза. Мгновение, и в его глазах отразился страх и шок, -Это слеза? Почему? Не я ведь тому причина. - Я не знаю, Гарри. Почему-то. Ты скорее всего ошибаешься. Ты этому причина. Ты.. не должен видеть это, - я резко убрала его руку от моего лица. -Эрлин, Слезы – не признак слабости. Это признак того, что в тебе еще есть душа. - Хватит сопли мне по стенке размазывать! Слёзы - это та жидкость, которая выливается из глаз, когда выжимают душу. Зачем ты сюда пришел?!– я отбежала к двери, но не рискнула выйти. - Я ответил. Не повышай тон на меня!- он стал медленно ко мне подходить, как кот к своей мыши. - Нет, стой на месте. Сохраняй дистанцию, хорошо? Не хочу повтора прошлой нашей встречи. В чем твоя проблема? Говори и уходи. -Моя проблема в том, что ты ее решение. - Что?... Да сколько можно…. -Эр, детка? Что вы там так разорались?! Идите, чай пейте, - спасибо, Папа. Спас от очередного нервного срыва. Я громко топнула и зарычала, подняв голову к потолку от переизбытка явно негативных эмоций, услышав тихий, но чертовски бесящий смешок Гарри. Не посмотрев на него, я вышла из комнаты и стала спускаться по лестнице. Конечно, он шел за мной. - Что-то вы долго, - улыбнулся папа и подмигнул мне, жестом приглашая нас за стол. На что я лишь закатила глаза. -… Ну? И давно вы встречаетесь? - прервал неловкое молчание папа. Я поперхнулась чаем, Гарри, из серии: «а я че? Я ни че» как бы невзначай поднял глаза к потолку. Клянусь, если он еще и засвистит, я возьму кухонный нож и… И как поплывет, в общем. - Папа. Мы. Не встречаемся, - четко проговорила я, акцентировав на «не». - Оу. Ясно. Просто Гарри мне сказал… - Гарри много чего всем говорит, - перебила отца я. Мгновенно на улице грянул такой гром, что чай в чашках затрясся. Все гребанное чаепитие мы сидели, не проронив не слова – просто не о чем было говорить, или, возможно, от всей неловкости ситуации мы сидели молча. До этого момента. - Эм, мистер Фишер? Уже так позно. Я припарковал свою машину в метрах ста от вашего дома, так как не нашел мест на вашей стоянке. Боюсь, пока я буду идти к ней… В общем, я, наверное и не дойду из-за этого шторма.. - Я все понял. Конечно, ты можешь переночевать здесь. Эр, ты ведь не против? - Конечно я против, Па, - я ответила, состроив самое милое выражение лица, на которое только была способна. - Ну вот и славно. Эрлин приведет тебя в комнату для гостей, - улыбнулся всем отец, на что я снова закатила глаза. Я вышла из-за стола и пошла по направлению к гостевой комнате, которая была по иронии судьбы в двух шагах от моей. Гарри шел за мной как за своей мамочкой. Доставая из шкафа чистые простыню и пододеяльник я резко повернулась лицом к Гарри, который стоял у меня прямо за спиной. - Надеюсь, что у тебя хватит фантазии разобраться, где простыня, а где пододеяльник, - сказала я ему, вручая в руки чистое белье. - Не волнуйся, с этим проблем не будет. Как ты узнала, что я стою за тобой? – на этот вопрос я лишь усмехнулась и оставила его одного в комнате. - Горячую пышногрудую блондинку с попой Минаж и ногами Рианны тебе в сон, Гарри, - прокричала я ему, возле входа в свою комнату. - Не думаю, что именно это мне нужно, - он ответил спустя некоторое время. Birdy – Skinny Love Я переоделась в свою любимую пижаму, взяла с полки Пауло Коэльо и легла в кровать. Каждую ночь я закрываю дверь от своей комнаты на ключ. Это глупая привычка с детства: где бы я ни была, пусть даже одна в своей квартире, я все равно закроюсь. Но сегодня. Сегодня я не знаю, что со мной происходит. Я не закрылась, и даже не хотела закрываться. Я знала, что уже слишком поздно читать – второй час ночи, но я знала и другое: как только Гарри рядом, я автоматически теряю сон и задыхаюсь в своих мыслях. Отец запретил мне пить снотворное, поэтому я беру любую интересную мне книгу и пытаюсь найти в ней что-то новое, что я и сделала сегодня. Чего и стоило ожидать, мне совсем не спалось. Мысли настолько стали лезть в голову, что я просто не могла отвлечь себя даже книгой. Так я и лежала в полной темноте. Я не знаю, сколько прошло времени. Много, определенно очень много. Часа два так точно. Сон – это для слабаков, в голове только эта фраза. Неожиданно в дверь в комнату скрипнула и в комнату кто-то вошел. Я лишь перевернулась к стене и притворилась спящей, успев пожалеть, что не заперла дверь. Хотя, наверное, я на это и надеялась. - Спишь? – спросил вошедший. Определенно это был Гарри. Папа бы никогда не вошел ко мне ночью, да еще и без стука, если я не прошу. Я не ответила ни слова. Может, не захотела, а скорей всего просто не смогла - старалась избежать проблем. А дождь все так же поливал как из ведра. Он медленно подошел. После я почувствовала, как прогнулась кровать из-за того, что он сел на нее. - Знаешь? Нас очень забавно называют. Если бы ты заходила в твиттер хоть иногда, то увидела, что мы очень и очень популярны. -Мы?! Нет никаких мы. - Я знал, что ты не спишь. - Как? - Чувствовал, интуиция. Я читаю тебя, как открытую книгу, Эр. Нашу пару называют Эрри. Прямо как Перри, только без П, - от одних этих слов я расплываюсь в улыбке. - Может, ты дашь мне поспать? -Сразу, как ответишь мне честно на один вопрос, - он, наконец, нарушает тишину. В знак согласия я молчу, не зная поймет ли он. Это вроде моего теста. -Хорошо… Ты… Ты скучала по мне? – это последнее, что я ожидала. Я несколько раз моргаю, чтобы прийти в себя. -Ну так что? – он спрашивает. - Да, - бормочу я в ответ. - Да что? – нетерпеливо спрашивает он снова, будто очень сильно нуждается в моем ответе. - Я скучала по тебе, - я громко сглатываю, в ожидании худшей реакции. Но он лишь облегченно вздыхает. - Теперь я могу вернуться ко сну? – притворно хнычу я, хотя спать совсем не хотелось. - Конечно, - отвечает он спустя некоторое время, - если я только буду спать здесь, вместе с тобой. -Нет. - Как хочешь, тогда я не дам тебе заснуть…. - Ладно, но! Без. Рукоприкладства, - на это он лишь тихо засмеялся. Гарри поднялся с кровати и подошел к креслу, на котором лежали подушки, и взял одну из них. В комнате было не очень темно из-за лунного света, пробивающегося через шифоновые шторы, поэтому я тайно могла наблюдать за его действиями. Когда он повернулся ко мне лицом, я резко повернулась снова к стене, чтобы он не заметил. Только сейчас я поняла, что Гарри голый, в одних боксерах. Я не знаю почему, но от этих мыслей у меня разлилось тепло по всему телу. Секундами позже я почувствовала что-то мягкое у моей спины, и мне стало ясно, зачем Гарри брал подушку. Он поставил её в качестве барьера между нами, а сам лег на вторую половину кровати. - Теперь можешь спать, - спиной чувствую, как он ухмыляется, и я улыбаюсь в ответ. Ничего не могу с собой поделать. В сон меня совсем не клонило, поэтому я просто смотрела на стену, боясь развернуться и наблюдать за Гарри. Через несколько минут, я чувствую, как Гарри убирает между нами подушку и оборачивает вокруг меня руку, подтягивая ближе к своей груди. Я не двигаюсь и не показываю того, что не сплю. Я просто слишком наслаждаюсь нахлынувшими чувствами. - Я тоже по тебе скучал, Эр, - он шепчет мне в волосы. Я улыбаюсь, зная, что он не может видеть меня. Чувствую, как он касается моей мочки уха губами и внутри меня все переворачивается. Я боюсь сорваться, как у него в доме в прошлый раз. Но насколько мне все бы это нравилось, я засыпаю, понимая, что все еще сильнее запуталось.