Lets Play again

30 seconds to mars - Stronger Казалось – волшебное утро. Сквозь шифоновые занавески виднелось голубое, как не странно, ясное небо. И первое о чем я подумала – это вчерашний день: тошнотворная погода днем, необходимость малинового чая, папа, который вечно пытается мне помочь, но не понимает как, и Гарри. До вчера, я просто была в живом сне, но сегодня что-то изменилось. Мне часто говорили, что для такого «творческого» человека как я, не свойственен цинизм. Но, Боже упаси, я - самый ярый циник и скептик к тому же в мире. Мне говорили, что эти качества мешают эмоциям, «раскрытию души». В целом это мешает всему, чем я люблю заниматься, а также моим мыслям. Но я рада. Чертовски рада, что эти качества во мне существуют. Ведь не будь их у меня – я бы вешалась на Гарри как любая другая. Я не могла бы смириться ни с какой-либо потерей. А вообще – это очень спорный вопрос. Почему-то – было холодно. Вторая половина кровати была пуста, часы показывали только без пяти восемь, что заставило меня сомневаться в объективности и скептицизме своего характера. Ведь я могла и выдумать все события произошедшие вчера: скандал, свою лояльность по отношению к Гарри, хоть я и не оставила ему ни единого шанса, папин стеб и многое другое. Мечтательность – не моя черта. Мне говорили – иди в юристы. Сиди в сером унылом кабинете, печатай на компьютере, считай хорошо столбиком, носи серый деловой костюм – ведь скептицизм, а тем более цинизм – незаменимые качества офисного работника. Сколько же там во мне этих сущностей? Сама не знаю. Я, медленно поднимаясь и садясь на кровати, сделала глубокий вздох, с ужасом подумав опять, что все это мог быть мой сон. Мечтательный, девичий, совершенно мне не свойственный сказочный сон. Накинув на себя легких атласный халат, я побрела в душевую, проходя мимо огромных окон. А ведь на улице, по-настоящему творилось что-то сказочное: было ясно, что дотронувшись до оконного стекла, чувствовался морозный холод; все покрывал серебряный иней; и опавшие листья танцевали под вальс сороковых. И все-таки: Лондон – столица магии и волшебства. А теперь давайте. Скажите, что я циник. Приняв горячий душ, я вышла из ванной в чистом белье и халате босиком. Полы все равно с подогревом. Я долго не могла понять это чувство, преследовавшее меня все утро – чувство разочарования и потери. Хотелось вновь заснуть и проснуться в том сне, если конечно он не был реальностью. Еще одной глупой чертой моего характера являлся мазохизм. Я собственноручно грызла себя эмоциями, сомнениями, от которых вполне могла бы закрыться. Спускаясь с лестницы, я услышала шум на кухне, подумав, что отец встал и собирается, наконец, в Швейцарию, в командировку. Остановившись у двери в кухню, откуда и исходил шум, я прислушалась. -Черт побери, где в этом чертовом доме чертова кофеварка?! – не похоже на лексикон отца. Войдя тихо на кухню, я увидела там Гарри, испустив глубокий вздох. Прощайте сомнения. -Обернись на девяносто градусов вправо и все увидишь, - конечно. Я пыталась сохранять спокойствие от переполняющей меня радости, не понятно почему. Я облокотилась на дверной косяк, скрестив руки, внимательно наблюдая за его действиями. Вместо того, чтобы сделать как я сказала, он повернулся в мою сторону с горящими глазами, которые свидетельствовали о его «неземном» счастье. Это я заметила всего на мгновение, потому как, увидев мое безразличное ко всему выражение лица, он стал совершенно обыденным, тоже никаким. Если он хочет посоревноваться со мной в похеризме, то пусть прямо сейчас сдается, ибо шансов у него нет. -Доброе утро, Эр, - как не странно, но у него вполне хорошо получалось. На долю секунды мне даже показалось, что это его реальное состояние сейчас. Не знаю - сколько прошло времени. Секунда, две минуты? Я лишь смотрела в пол. Сказать нечего..На самом деле есть. Но если я начну, я не остановлюсь. Да и думать не о чем. Не верилось, что после трех недель он вдруг здесь. Стоит передо мной. Просит о шансе. Слишком сказочно. Осмелившись на него посмотреть, я увидела перед собой чашку свежего капучино. Сам он уже стоял, облокотившись на кухонный стол, попивая свой еспрессо. Вздохнув, я осмелилась взять кофе в руки, грея пальцы о чашку. Затянувшееся молчание прервал Гарри. - Тупик какой-то.. - Так и есть. - Зачем ты пряталась от меня. Ты ведь знала, что рано или поздно я все равно тебя найду. - Хаха, Гарри – это смешно. Думаешь, после все, что ты мне наговорил после премьеры, я думала, что ты будешь меня искать? Да, я пряталась от всякой желтой прессы, но на этом все. И еще – как тяжело ходить среди людей и притворятся не погибшим. Странно вот что, я, конечно, не ожидала твоего вчерашнего прихода, но..Ай, да ладно. - Эр, что? Сказала А – говори Б. -Ты всю жизнь как в детском саду? – он лишь посмотрел на меня серьезным выжидательным взглядом. - Просто весь день я как будто чего-то боялась. Видимо, твоего прихода, - не знаю, почему я сказала этот бред, но мне катастрофически необходимо продолжать диалог. Я с легкостью могла бы указать ему на входную дверь, но не сделала этого. Вместо того, чтобы выставить его – я хватаюсь за соломинки - иголки в стоге сена. Зачем? Этот вопрос и так преследует меня последнее время. Избавьте меня от ответа. - Как ты узнал, что я здесь? - Да разве это так важно? -Если не хочешь говорить, так бы сразу и сказал, - молчание. Уж лучше мы бы орали на друг друга. Невыносимое молчание.. -Ты помнишь, что произошло вчера? – он спросил. Этот вопрос показался мне крайне смешным. Конечно, я помню. - Ах да! Кажется, припоминаю: ты заявился в мой дом без предупреждения, соврал моему отцу, о том кем мы являемся на самом деле, мне продолжать? - Эр, я не об этом. Я о том, что произошло ночью, - от одних этих слов у меня вспотели ладони. Я прекрасно понимала, о чем он говорит. Но он об этом не узнает. - А что произошло ночью?! – видимо, моя актерская игра на данный момент просто ужасна. Я, с дрожью в голосе, соврала?! Все повторяется. Спустя несколько минут послышались негромкие шаги, долгий зевок, и это мог быть некто иной , как папа, который только что оказался с нами. В этой злополучной кухне. - Я опять все пропустил? – улыбка не покидала его лицо. Он как был веселый вчера – таким и остался, - Но это нечего: вчера, когда вы двое спали сладким непробудным сном - мне не спалось. И я включил телевизор и знаете, что я там увидел? Вас! –никто, ни я ,ни Гарри, не среагировали на эту новость. Просто репортажи про нас стали уже в порядке вещей - наша своеобразная, каждодневная традиция. -Эм, ладно давайте завтракать, блины? – конечно, папа из кожи вон вылезет, но сделает Гарри приятно. Это далеко не просто блины. А папины ФИРМЕННЫЕ блины. И да, мой отец обожает готовить. Спустя полчаса, которые я потратила на уборку кровати и тому подобного, уже чувствовался их божественный запах. Спускаясь вниз, я уже слышала мужской смех. Гарри отлично заменяет папе Джека. Но вовсе не заменяет его мне. Скорее все по-другому. Обстановка на кухне стояла довольно раскрепощенная, даже какая-то домашняя. Но для меня все было как на иголках. Я чувствовала себя неловко перед отцом, мне не была понятна его реакция на «нас» с Гарри и вообще. Но что я могла сделать?! Я молча ела свои блины без малейшего намека на аппетит – конечно, они были, как всегда, божественные, но когда я смотрела на Гарри – у меня пропадал аппетит от того, что я бездействую. Нет, не поэтому. Я бездействую, потому, что не знаю, как мне поступить. Да я вообще не уверенна, что мне стоит что-то решать. Гарри сказал, что ему нужен шанс, своим молчанием я имела в виду отказ, но правда ли это? Я прекрасно знала и знаю, что в скором времени он потребует моего ответа, и вот на этом самом ключевом моменте, что я отвечу? Если да, то потеряю всю гордость и так легко смерюсь с прошлым. Если нет, то.. А вообще стоит ли мой отказ этого? Хотя, с одной стороны этот вопрос абсолютно абсурден – я не особо хочу быть расчлененной его «не все дома» фанатками и окончательно уничтоженной модестом группы. А с другой - смогу ли я без него? Вопрос, на который у меня нет ответа. - Эрлин, с тобой все хорошо? Сидишь как на похоронах, - не производно вздрогнув после этого слова, я как будто пробудилась. Похороны. Сразу вспомнилась мамина смерть, - Да, как же иначе?- легко отделалась. Папа смотрел с неким присущим легким беспокойством, а Гарри. Его лицо надо было видеть: страх, застывший в глазах всего на долю секунды, который я еле смогла уловить, неуклюже резко сменился на безразличное серьезное выражение лица. Моя последующая реакция не заставила себя долго ждать: я резко стала смотреть на содержимое своей тарелки, и поджала губы, чтобы он не смог увидеть быстрорастущую улыбку на моем лице. Краем глаза я уловила его довольную ухмылку, словно он в чем-то сильно преуспел. Быстро прикинув, что к чему, я поняла, что меня, меня! – Эролайн Фишер жестоко развели ради какой-то улыбки. И я на это повелась. - Хей, ребят – полегче, полегче. У меня тут не лаборатория. Химию тут не разводите,- вот сейчас я начала весьма палевно краснеть, и никак не могла это контролировать. Папа, такой папа, - Но на этом ведь сюрпризы не заканчиваются – я вам не закончил рассказывать про вас же. Так вот, может мне кто-нибудь из здесь присутствующих объяснит кто такие «Эрри»?-…я поперхнулась чаем и «херзнаетчемеще» и стала сильно бить себе в грудь. В любом мультике в этой ситуации у меня бы возникла светящаяся лампочка над головой, но мы живем в реальном мире, поэтому в голове зародилось не блестящая, но предельно хитрая идея. Но только я хотела позорно выбежать из-за стола, как кто-то железной хваткой схватил меня за левую кисть под столом. Определенно это был Гарри, правда я не понимала почему. Посмотрев ему в глаза, я увидела неподдельный гнев. И самое ужасное, что я почувствовала себя какой-то жалкой и ущемленной, потому как я не была в состоянии ничего предпринять. Почему? Пожалуй, и на этот вопрос я не знаю ответа.. Гарри взял всю эту весьма неприятную ситуацию под контроль и повернулся к моему отцу, также сильно сжимая мою руку под столом. Он поймал меня, а я не в силах убежать. - Эрри – это мы, - начал объяснять он, - Хаха, это я уже понял, - с громким смехом ответил папа, - Во что же вы вляпались?! А? – не переставая смеяться, продолжал папа. Неожиданно у Гарри зазвонил телефон, он посмотрел на экран и немедленно перевел свой многозначительный взгляд на меня. Не переставая смотреть на меня, он обратился к моему отцу, - Прошу меня извинить, - сильно напрягая скулы, сказал он и вышел из-за стола, в самый последний момент опустив мою руку. Машинально я приложила ее к губам, опять же – не понимая почему. Как только Гарри скрылся из виду, за столом повисло долгожданное мной молчание. Было слышно, как он с кем-то спорил. Мое любопытство не заставило себя долго ждать. Я вышла из-за стола и побрела к источнику шума – Гарри. Конечно, то, как он схватил мою руку под столом, его гнев и этот многозначительный взгляд – все вызывало у меня легкие выбросы адреналина. Сложно представить, а тем более сознаться в этом - но я боялась его, но, тем не менее, пошла к нему. Облокотившись, он держался одной рукой за переносицу. Я не была удивлена, так как не раз заставала его в таком положении. Я держалась на расстоянии от него, потому что чего-то боялась. И нет. Я не пряталась, просто держалась подальше. -Эр? Какого черта ты сказала мне, что не помнишь, что было вчера ночью?! – сердце просто на всего ушло в пятки. Сглотнув комок в горле, я ответила. - С чего ты решил, что я тебя обманываю? -«Эрри» - ты знала об этом. Я сказал тебе ночью. Ты поступила так же как в прошлый раз, возле бассейна. Ты убегаешь от разговора принципиально, только потому, что не хочешь. -Но никто не вправе заставить ме… - постепенно я переходила на крик. Он перебил меня. - Неужели? – сейчас он пугал меня почти в два раза больше, чем прежде. Брови опущены и сведены, от этого образовались морщины на переносице, голос изменился до неузнаваемости, что делало его еще более агрессивным. - Гарри, по-моему, тебе давно пора лечится. Посмотри на себя? – конечно. В который раз утверждаю, что лучшая защита – это нападение... Да, я утверждаю. Но сейчас – это огромная ошибка. Взгляд поистине пугающий - жесткий и пристальный, ноздри расширены, сверкающие глаза метают молнии, скулы напряжены. -Да? А ты уверена? – меня всегда удивляла и покоряла его тактика. Даже сейчас, когда я загнана в угол в прямом и переносном смыслах – я могу восхищаться им. Его поведением. Как он профессионально контролирует свой гнев .Потрясающе. Что я должна ответить? Он не требует это напрямую, но всем видом показывает, что все движется к своему эпичному финалу, либо же к новому началу, будущему. Он смотрит мне в глаза, не так как раньше, по-другому. Создается впечатление, что не он просит у меня шанса - он делает мне одолжение. Это я. Я умоляю его, прошу о шансе. Все потому, что Гарри – жуткий собственник. Проблема в том, что мы чертовски похожи. Я просто не могу ему уступить, дело принципа. Вскинув решительно голову вверх и заглянув в его глаза, я нашла в себе силы ответить. - Да, я уверенна. -Очень смело. Но зачем? – он стал кружить медленно вокруг меня. И самое удивительное – он был спокоен, безразличен. Разве что иногда его глаза встречали инстинктивно мои оголенные ключицы, -Зачем я тут? Для чего? Я.. Да я могу вырваться из этого чертового дома и найти тысячу таких как ты, - укол, как током ударило. Я проявила себя. Чего же еще я добиваюсь. Доминирования. Где-то внутри меня что-то кричало «Остановись!». Но нет. «Дело принципа». -Меня что-то держит. Твой ответ.. Не говори мне да, не говори мне нет, - он остановился сзади меня и стал дышать мне в шею. Манипулятор. - Ты требуешь невозможного - ты и я, это слишком нереально, – знаменитости. Такие предсказуемые. Теряют голову, ищут музу, головокружительный роман длительностью месяц максимум, пишут песню, которая зажигает фанатские сердца и уходят, бросают, втаптывают в грязь, а может еще хуже, - нет. Пару минут все было неподвижно, будто мы все потерялись, вне времени. Неожиданно резко, послышался режущий ветер на уровне глаз, он замахнулся. Удар. Я не видела, страх ослепил меня, я не боялась удара, я боялась того, что будет после него, но не боли физической. Оглушительно внезапно его удар пришёлся на стену, миллиметрами левее моего уха. Не успев вскрикнуть, я лишь приоткрыла рот, а он прижался своим любом к моему. Он слышал мой рваный вдох, когда внезапно прикоснулся губами к горлу, целуя его и продвигаясь всё выше. Я увидела заметное удивление на его лице, когда, дойдя до губ, я сама впилась в его рот, сразу же раздвигая губы языком и приглушённо застонав, когда наши языки соприкоснулись. Мне не было в новинку это тягучее чувство внизу живота, но оно было особенным, и, к моему глубочайшему шоку, я не могла остановить себя. Он целовал меня медленно, растягивая удовольствие, проводя языком по нёбу, по ряду зубов, проводя им вдоль моего языка и вновь вырывая из меня стон. Гарри чуть прикусил мою губу, слыша мой возмущённый возглас, и почти сразу же зализывая укус, как бы извиняясь. Все выглядело так, словно это происходит в последний раз. Этого никогда не будет. - Просто объясни мне в чем проблема? Почему? – медленно шепотом проговорил он, с рванными вдохами. - Ты мое море, я так боюсь в тебе утонуть.. И он ушел. Резкий звук трения шин об мокрый асфальт. Стук дождя о черепицу. И снова Здравствуй, реальный сон.