Чат

Репетиции начались. Поначалу проблем было, естественно, много: некоторых студентов оказалось трудно организовать, некоторые опаздывали — в частности, это был Пэй Мин, у которого постоянно появлялись какие-либо дела, — а некоторые постоянно путались в своих репликах и запинались. Терпению Се Ляня не было предела, и он спокойно поправлял тех, кто ошибался; собирал тех, кто отбился от могучей кучки в столовой вуза. Правда, с Пэй Мином ничего сделать нельзя было, и его приходы на пятнадцать-двадцать минут позже оставалось только терпеть: все же его появление в спектакле было ближе к середине, да и роль не была ключевой. Цинсюань же активничал еще сильнее обычного и вообще с сумасшедшим энтузиазмом брался за все, что было необходимо: буквально на пальцах объяснял, кому где стоять и с каким лицом смотреть в закат. Но больше всего активность Цинсюаня сказывалась на его соц. сетях: посты лились рекой. Вот вам фотография с репетиции, вот еще одна, еще пять и еще пятнадцать. Хотите видео? Не хотите? А вот вам и видео, где Се Лянь, как курица-наседка, объясняет какой-то смущенной и неловкой студентке, как она должна предлагать маньтоу проходящему мимо Му Цину. У студентки от одного взгляда на последнего волосы вставали дыбом, кожа становилась белее мела, а руки с воображаемой маньтоу тряслись хуже, чем у наркомана с многолетним стажем. Поначалу Цинсюань выкладывал видео только к себе в профиль. Теперь же он скидывал их в беседу вопреки возражениям Се Ляня, который как минимум на двух из них был в главной роли. В ответ на его потуги Цинсюань лишь злобно хихикал и нажимал на кнопку «отправить», наблюдая, как киснет лицо друга. Се Лянь переживал, что Хуа Чэн когда-нибудь откроет беседу и увидит это. Успокаивало только то, что, как сам Сань Лан сказал ему, он редко читает то, что там пишут: не хватает свободного времени, которое он обычно тратит на переписки с Се Лянем. Однако в том, что он рано или поздно сделает это, парень совсем не сомневался. На четвертый день так и случилось. Веселый Цинсюань, чье приподнятое настроение невозможно испортить, выложил видео, где Се Лянь показывает Фэн Синю, что женщины — не страшные существа, способные убить одним лишь дыханием, и стоит рядом с Наньгун Цзе, терпеливо объясняя ему, что сцена с поцелуем действительно необходима. Он чуть приближается к девушке — так, что между ними расстояние меньше, чем в раскрытую ладонь — и задумчиво читает текст, а потом отодвигается и говорит своему другу: «На этом моменте вы целуетесь. Не обязательно долго, не обязательно с языком, но обязательно чувственно». Затем Цинсюань переводит камеру на позеленевшего от ужаса Фэн Синя, озадаченного Му Цина и улыбающегося Пэй Мина. Первый медленно осматривает Наньгун Цзе изучающим взглядом, потом смотрит на Се Ляня и отрицательно качает головой. На этом запись обрывается, однако Се Лянь, погруженный в работу, не замечает тихо хихикающего у стеночки Цинсюаня, а потому продолжает терпеливо беседовать с замедляющим работу Фэн Синем. Тот твердо отказывается еще несколько раз, и Се Ляню ничего не остается, кроме как с превеликим сожалением изменить сцену с поцелуем на крепкие объятия: теперь Фэн Синю придется поцеловаться лишь раз — в самом конце спектакля. Цинсюань цокает языком, но не слишком возникает: даже без одного поцелуя их работа обречена на успех. Таким образом, они кое-как отрепетировали около одной пятой спектакля. Замученный Се Лянь устало сел прямо на пол помещения, когда все студенты разошлись: они оказались теми еще энергетическими вампирами. Ему необходимо было восстановить хоть немного сил, чтобы кое-как дойти до дома. Он достал телефон и первым делом привычно открыл беседу с Хуа Чэном, написавшим ему шесть новых сообщений. Се Лянь, перепугавшись, что что-то случилось — обычно Сань Лан писал максимум три, зная, что у него дела, — быстро нажал на диалог и принялся читать. Хуа Чэн Удачи на репетиции Хуа Чэн Цинсюань лучший <З: [Видеозапись] Се Лянь включил видео, заранее не думая ни о чем хорошем и в то же время очень плохом: все-таки Сань Лан переслал сообщение Цинсюаня. На нем не происходило ничего интересного, и снято оно было несколько дней назад, когда Се Лянь показывал, как передавать маньтоу. Хуа Чэн Гэгэ, ты тут еще красивее, чем на фотографии. Такой милый, когда что-то объясняешь, хаха Хуа Чэн И голос у тебя очень приятный Сердце в груди вновь бешено забилось: в последнее время он все чаще стал замечать, что его чувства к Сань Лану перерастают дружеские и приближаются к отметке «влюбленность». Если Се Лянь с самого начала радовался его сообщениям и ощущал приятное тепло, разливающееся по телу, то теперь это чувство усилилось в сто крат: он не мог дождаться, когда сможет написать ему и получить в ответ сообщение с привычным улыбчивым смайликом; когда Хуа Чэн расскажет ему очередную дурацкую историю из своего вуза или внимательно выслушает что-то веселое и не очень из прошлого Се Ляня, чем тот, всецело доверяя, делится с ним. Однако следующие сообщения заставили его напрячься. Хуа Чэн Цинсюань лучший <З: [Видеозапись] Хуа Чэн А вот теперь у меня есть несколько вопросов :) На этой видеозаписи происходит то, чего Се Лянь предположить не мог: он почти касается губ Наньгун Цзе, смотрит на нее несколько секунд — для парня эти секунды, почему-то, показались долгими часами, — после чего переключает внимание на текст и отстраняется, а дальше Цинсюань уже не снимает его. Сейчас, спустя много времени с того момента, Се Лянь чувствует, что ему стыдно: он, ни разу не целовавшись в свои девятнадцать, так близко приблизился к губам Наньгун. Правда, тогда он думал лишь о том, чтобы переубедить Фэн Синя, поэтому ситуация не казалась ему чем-то ужасным, зато теперь в его голове медленно, но верно появлялся апокалипсис, а мысли, напротив, словно заменили на пустыню с одиноко пересекающим ее перекати-полем.

Сяньлэ Сань Лан, я сейчас все тебе объясню

Ответ пришел мгновенно: Хуа Чэн Давай, гэгэ, я все еще жду

Сяньлэ Фэн Синь — мой друг, вы с ним уже успели пообщаться. Он был выбран на главную роль, как ты знаешь. И в спектакле есть… точнее было две сцены с поцелуем, но суть в том, что он панически боится всех женщин еще со средней школы. И я пытался показать ему, что в них нет ничего страшного

Хуа Чэн Для этого необходимо было почти целовать ее?

Сяньлэ Нет, что ты! Вовсе нет, просто в тот момент я не нашел ничего лучше, кроме как сделать это на собственном примере

Се Лянь почувствовал себя ужасно неловко и буравил сообщения тяжелым взглядом. И только спустя минуту у него появилась догадка, которая породила огонек надежды в душе.

Сяньлэ Быть не может… Сань Лан, ты ревнуешь?

На этот раз ответ все-таки пришлось подождать, и за время ожидания Се Лянь почувствовал, как у него почему-то заболела голова: быть может, это из-за духоты в зале, из которого он все еще не ушел. Подумав об этом, он поднялся, собрал свои вещи и пошел на выход, прямиком к свежему воздуху. Едва оказавшись на улице, он вдохнул полной грудью и медленно пошел в сторону своего дома. Телефон в руках завибрировал, и Се Лянь остановился. Хуа Чэн Да. Всего одно короткое слово заставило его вновь почувствовать прилив сил, и до дома он уже не плелся, а вполне себе шагал с счастливой улыбкой по уши влюбленного дурака.

***

Спустя две недели с небольшим они добрались до сцены со вторым поцелуем. И Фэн Синь снова отказался, не сумев перебороть свой страх: это было ожидаемо. В этот день Пэй Мин пришел без опозданий, поэтому стал свидетелем очередной сцены капризности Фэн Синя. В отличие от Се Ляня и Цинсюаня, он не отличался выдающимся терпением, а посему высказал собственное недовольство прямо в лицо главному герою спектакля: — Ну вот скажи мне, что сложного в том, чтобы взять и поцеловать ее? Посмотри, — он показал рукой на Наньгун, — она высокая, стройная, красивая. Почти идеальная девушка, а ты противишься. Вот был бы я на твоем месте… — Так, блять, будь, — Фэн Синь мгновенно вспылил. Он не любил, когда его отчитывали, и позволял делать это только Се Ляню. — Стоп-стоп-стоп, — вмешался Цинсюань, выставляя перед собой руки и чувствуя, что еще немного, и скандала не миновать. — Давайте все решим без агрессии, — он мило улыбнулся, после чего обратился к Фэн Синю: — Я уверен, есть кто-то, кого ты все-таки можешь поцеловать. Мы можем заменить Наньгун в этой сцене, все равно ее лицо будет частично скрыто красным свадебным покрывалом. Так…кем из присутствующих ты хотел бы заменить Наньгун? Взгляд Фэн Синя скользнул по всем, но остановился только на одном человеке. Он посмотрел на него со слабым испугом и какой-то фантомной надеждой в глазах; тот человек же смотрел шокировано и отчасти зло. Проследив за взглядом, Цинсюань удивленно ахнул. — Му Цин?! — Я отказываюсь! — тут же произнес Му Цин, скрестив руки на груди и отвернувшись от Фэн Синя. — Хо-о-о, — протянул Пэй Мин, улыбнувшись и будто задумчиво потерев подбородок. — Так значит, наш главный герой влюблен вовсе не в прекрасную девушку, а в имперского писаря. Какой неожиданный поворот событий. — Ничего подобного! — Фэн Синь разозлился еще сильнее. Он посмотрел на Му Цина не потому, что хотел его поцеловать, а потому, что просто привык в случае чего смотреть на него. По крайней мере, он был в этом уверен. — И что мы будем делать? Не хватало того, чтобы еще и такую важную сцену вырезали, — Пэй Мин присел на стоящий позади него стул и закинул ногу на ногу, выжидающе смотря на сценаристов. Цинсюань и Се Лянь переглянулись и пришли к определенному выводу: ситуация тупиковая. Разве люди, смотрящие спектакль — а в особенности те, кто будет сидеть в первом ряду, — не заметят подмены? Да еще и какой: девушку будет играть парень! — К счастью для вас, у меня есть идея. Мы с ним поменяемся ролями, — мужчина мило улыбнулся и взглянул на хмурого Фэн Синя. — Я без проблем поцелую девушку хоть двести раз, если это будет необходимо. Цель Пэй Мина была до невозможности проста: сыграв главную роль, он получит еще больше женского внимания, которое так ему необходимо, чтобы усмирять свое бешеное либидо. Се Лянь задумался. С одной стороны, решение это было хорошим: Пэй Мин уже более-менее знаком с репликами главного героя и действительно не испытывает ничего похожего на страх Фэн Синя. Напротив, он славится репутацией похитителя женских сердец: каждая третья девушка в институте побывала в его постели, так что необходимой харизмы ему не занимать. С другой стороны, Пэй Мин был человеком непостоянным и достаточно тяжелым: один раз он приходит вовремя, второй — опаздывает на половину репетиции, заставляя всех остальных ждать его великую персону. За неимением других вариантов Се Лянь все-таки принял решение в пользу Пэй Мина. — Хорошо. С завтрашнего дня вы меняетесь ролями. В конце концов, до праздника еще целый месяц.