Чат

С сессией было покончено, и все студенты могли облегченно выдохнуть. Се Лянь не был исключением, однако его настроение все же было чуть более приподнятым, чем у других. Близился его день рождения. Цинсюань, никогда не забывающий о таких вещах, заранее начал пытаться выяснить, что подарить другу. Цинсюань лучший <З [фотография] Цинсюань лучший <З Се Лянь, глянь на этого щеночка!! Разве не чудо? Цинсюань лучший <З [фотография] Цинсюань лучший <З А вот этот котенок? По-моему, он просто замечательный Не прошло и минуты, как появилось еще одно сообщение. Цинсюань лучший <З Забудь, он укусил меня за нос. Парень продолжал присылать фотографии самых разных животных, начиная от хомяков и заканчивая хорьками, и Се Лянь, тяжело вздохнув, ответил.

Сяньлэ Они все очень милые! Как жаль, что арендодатель запрещает держать животных в квартире…

Таким образом, вопрос подарка оказался закрыт. На пару часов. Цинсюань лучший <З [фотография] [фотография] [фотография] [фотография] Цинсюань лучший <З У моей бабушки сломался смартфон. Помоги выбрать новый :( На всех фотографиях были дорогие телефоны последних моделей. Се Лянь, в отличие от своего друга отлично помнящий что и когда тот говорил, подыгрывать ему не собирался.

Сяньлэ Ты мне позавчера рассказывал, что твоя бабушка не смогла разобраться, как пользоваться смартфоном, и поэтому снова перешла на кнопочную модель. У нее получилось? :)

В конце концов Цинсюань сдался и, позвонив другу, прямо спросил, что тот хочет на день рождения. — Просто посидеть где-нибудь с друзьями. Просто. Посидеть. С. Друзьями. Цинсюань, будучи самым большим фанатом подарков и различных сюрпризов, пребывал в депрессии. Однако он услышал в ответе кое-что, за что еще можно было зацепиться. — Где-нибудь? То есть, ты еще не определился? — спросил он и получил утвердительный ответ, заставивший воспылать духом. — Тогда позволь мне все организовать! Ты же знаешь, я эксперт в подобных вопросах. К тому же, у меня есть… И он начал перечислять все плюсы своей идеи. Под таким неистовым напором Се Лянь уступил, позволив Цинсюаню сделать то, что он хочет. Накануне дня рождения его друг позвонил еще раз и сказал, что все под контролем: если бы парни беседовали не по телефону, он бы наверняка подмигнул. Перед тем, как завершить звонок, Цинсюань сказал, что сегодня Се Лянь получит сюрприз. Сюрприз этот прибыл ночью, за две минуты до наступления нового дня. Открыв дверь, Се Лянь потерял дар речи. Перед ним стоял Сань Лан, держа в руках какую-то коробку, перевязанную ярко-красной лентой, и улыбался лишь уголками губ. Ты не заметишь, как я вернусь. — С днем рождения, гэгэ, — произнес он и вместо слов благодарности в ответ оказался заключен в объятия. Се Лянь говорил ему, чтобы тот даже не думал о том, чтобы дарить ему хоть что-либо: раз он ничего не приготовил, будет справедливым, если и сам останется без подарка. Тем более, что ему от Хуа Чэна ничего, кроме самого Хуа Чэна, не нужно. Обниматься при встрече уже вошло в привычку, равно как и целовать желанные губы, вдыхать приятный, едва уловимый запах любимого человека — единственный и неповторимый. — Ну как, поступил? — оторвавшись от Сань Лана, спросил парень, потому что действительно переживал. Он задавал этот вопрос уже несколько раз в чате, получая от Хуа Чэна лишь «скоро скажу». Теперь же, увидев, что тот кивнул и шире улыбнулся, Се Лянь почувствовал, как с плеч спал тяжеленный груз, а увидев чемодан, стоящий за парнем, не мог сдержать счастливой улыбки. Чуть погодя внимание Се Ляня переключилось на коробку, которую Хуа Чэн убрал в сторону, прежде чем обнять парня. — Сань Лан, а это что? — он кивнул на внешне ничем не примечательный предмет. — Подарок от Цинсюаня. Мне его передал курьер. Все дело было в том, что Цинсюань заранее знал о приезде Хуа Чэна. Как ни странно, ему об этом рассказал Мин И, отказавшись что-либо объяснять, поэтому Цинсюань решил просто сообщить курьеру отличительные приметы Сань Лана. Так подарок в итоге оказался у него. — Зная Цинсюаня, лучше обращаться с коробкой поосторожнее. Мало ли, вдруг там что-то хрупкое, — произнес Се Лянь, беря неожиданно тяжелый подарок в руки. Он весил не слишком много, но все же больше, чем парень ожидал. Хуа Чэн внимательно проследил за тем, как именинник поднимает коробку, слегка трясет и хмурится, не понимая, что внутри. — Гэгэ, посмотришь? — Можем вместе взглянуть, раз уж Цинсюань попросил передать его тебе. Когда Сань Лан все-таки разулся, оставив чемодан в прихожей, парни пошли на кухню, где Се Лянь озадаченно поставил коробку на стол. Он волновался: мысли Цинсюаня всегда были для него загадкой, а его подарки — огромной неожиданностью. Именинник аккуратно развязывал бантик на коробке, в то время как Хуа Чэн, скрестив руки на груди, с легким прищуром смотрел на подарок. Как оказалось, Се Лянь волновался не зря. Он широко открытыми глазами взглянул на содержимое, прежде чем вновь закрыть коробку, быстро положив ладони сверху, и перевел не менее шокированный взгляд на весело хмыкнувшего Хуа Чэна. — Сань Лан… — Гэгэ, там была небольшая записка, — в отличие от Се Ляня, парень сохранял спокойствие, однако искрящиеся весельем глаза выдавали его настоящие чувства с головой. Се Лянь, шумно сглотнув, снова открыл коробку и взял записку в руки. «С днем рождения! Все свои пожелания скажу завтра, а пока держи подарок. По-моему, в нем все самое необходимое, наслаждайся <З» Парень раз за разом пробегался глазами по тексту, пока не услышал низкий смешок у уха. Сань Лан, стоявший за Се Лянем и почти упершийся подбородком в его плечо, тоже прочитал записку. — В чем-то он прав. Здесь действительно все самое необходимое. — Сань Лан! — возмущенно воскликнул покрасневший Се Лянь. Убирая записку в сторону, он еще раз неверяще взглянул в переполненную презервативами и различными смазками коробку. — И что с этим делать? — тихо спросил он самого себя, однако ему ответил Сань Лан: — У нас достаточно времени, чтобы опробовать все. Се Лянь, думавший, что не сможет смутиться еще сильнее, обернулся, покраснев до самых кончиков ушей. Несмотря на внешнее спокойствие, в глазах Хуа Чэна плясали чертята, а в уголках губ виднелась улыбка, которую тот тщетно пытался подавить. — Сейчас? — Се Лянь наклонился чуть ближе к парню, пытаясь найти ответ в озорном взгляде. Он давно задумывался над тем, чтобы заняться сексом с Хуа Чэном, но никак не мог решиться сделать первый шаг, в то время как его парень терпеливо ждал, когда Се Лянь будет готов. — Когда захочешь, — Сань Лан тоже приблизился: теперь они соприкасались носами. Стоило Се Ляню шумно выдохнуть, как Хуа Чэн первым сократил оставшуюся дистанцию, притягивая парня за талию к себе и целуя. Этот поцелуй отличался от предыдущего: он вышел медленным и тягучим, но оттого не менее приятным. Сань Лан провел языком по губам Се Ляня, выбивая из того тихий прерывистый вздох, и углубил поцелуй. Се Лянь скрестил руки за шеей Хуа Чэна, прильнув еще ближе, и растворился в ощущениях. Он играл с языком Сань Лана, иногда прерываясь, чтобы зацеловать чужие губы, и сам не заметил, как его, приподняв за бедра, усадили на кухонный стол. Хуа Чэн встал между его ног и оперся руками о поверхность стола, а Се Лянь переместил руки к нему на грудь, ладонью почувствовав по-настоящему бешеное сердцебиение. Когда Сань Лан стал посасывать язык, Се Лянь, не контролируя себя, тихо простонал и скрестил ноги за парнем, из-за чего Хуа Чэн, толкнувшийся в чужой пах, на мгновение замер, после чего издал низкий смешок и улыбнулся. — Гэгэ, мне нужно в душ после поезда, — прошептал на ухо, легко касаясь того губами, отчего у Се Ляня по телу пробежали мурашки. — Иди, — также шепотом ответил парень, и Сань Лан прикусил его мочку, прежде чем уйти, напоследок бросив короткое «я быстро». Оставшись в одиночестве, Се Лянь заметил, что простого поцелуя ему хватило, чтобы возбудиться, и бросил еще один взгляд на коробку. В конце концов, рано или поздно придется использовать ее содержимое, верно? Вернувшийся Хуа Чэн обнаружил стоящего к нему спиной Се Ляня, сосредоточенно читающего что-то на одной из смазок. Рядом с коробкой лежало несколько презервативов, которые парень то ли забраковал, то ли, напротив, выбрал. Сань Лан подошел поближе, и Се Лянь, услышав шаги и почувствовав, как его парень заправляет мешающую прядку за ухо, после этого перемещая руки на его талию, улыбнулся, оборачиваясь. Хуа Чэн, одетый в простую, местами мокрую из-за влажного тела футболку и свободные штаны, пах его любимым ягодным гелем для душа. Се Лянь, запрокинув голову назад, коснулся носом его шеи; руки на талии сместились на живот и были сцеплены в замок. — Выбрал? — низкий голос настолько близко звучал еще приятнее, чем обычно. Се Лянь в ответ промычал, слегка нервно передавая Сань Лану смазку, и тот с интересом стал читать название. — Вишневая? — Она лежала выше всех, — ответил покрасневший парень, и Хуа Чэн бросил взгляд на коробку, заметив, что помимо этой все остальные на поверхности были без каких-либо запахов, а вот пониже находились смазки с самыми разными ароматами. Се Лянь нервничал, и его нервозность была видна невооруженным взглядом. Сань Лан, заметив это, стал медленно целовать его шею, касаясь горячими губами чувствительной кожи и заставляя Се Ляня сильнее сжать пальцами стол. — Сань Лан… — тихо начал парень, и в этот момент Хуа Чэн оставил засос, выбивая из постепенно обмякающего в чужих руках Се Ляня шумный вздох. — Я недавно прочитал, что секс в первый раз редко когда может быть приятным, — Сань Лан заскользил языком по шее, и у неопытного парня мир ушел из-под ног — только крепко держащие руки не позволили ему упасть. — Гэгэ, не переживай. Я не сделаю тебе больно, — всего несколько слов смогли успокоить Се Ляня, и он убрал лишние мысли из головы, полностью отдаваясь ласкам Хуа Чэна, скользнувшего теплыми ладонями под домашние штаны. Когда Сань Лан коснулся полувозбужденного члена, Се Лянь мелко вздрогнул. Еще никто не трогал его там, а сам он даже не помнит, когда в последний раз мастурбировал. Чувствовать чужие прикосновения было непривычно, но то, как Хуа Чэн сначала дразняще проводил пальцами по всей длине, а после этого взял член в руку, быстро заставило Се Ляня сфокусироваться на новых ощущениях. Хуа Чэн дрочил ему не слишком быстро, иногда обводя большим пальцем головку и касаясь уздечки, но даже так постепенно нарастающее возбуждение вскоре стало почти невыносимым, и Се Лянь, почувствовавший это, не смог не подумать о том, как чувствует себя долго сдерживающийся Сань Лан. Стоило ему слегка толкнуться назад, как он отчетливо почувствовал возбуждение Хуа Чэна, упирающееся ему в зад. — Гэгэ, наклонись вперед. Се Лянь послушался, ложась грудью на стол, и повернул голову, чтобы посмотреть на Сань Лана: его и без того темные глаза потемнели еще сильнее, а жаждущий, почти хищный блеск показался Се Ляню настолько завораживающим, что он не мог не испытывать сожаления, что они не дошли до этого еще в самый первый раз. Хуа Чэн приспустил штаны любовника, заставив того в очередной раз покраснеть и отвести взгляд, и потянулся за выбранной вишневой смазкой. Он вылил гель на пальцы и развел ягодицы в стороны. — Постарайся расслабиться, — его голос звучал хрипло от возбуждения, и Се Лянь, услышав это, кивнул, пытаясь сделать так, как ему сказали. Почувствовав, как в него входит палец, он инстинктивно попытался отдалиться, но Сань Лан одной рукой удержал его на месте. — Гэгэ, потерпи, иначе потом будет больно. Се Лянь видел, как подготавливали пассивов в порно, но никто не делал это так тщательно и медленно, как делал это Хуа Чэн. К одному пальцу вскоре присоединился второй, а затем и третий, и Се Лянь с каждым разом чувствовал все больше дискомфорта — идея заняться сексом больше не казалась ему такой привлекательной; теперь он и вовсе не понимал, что в этом может быть приятного. Так продолжалось до того момента, пока он не услышал шорох одежды за спиной — Сань Лан снял свои штаны. Се Лянь вновь обернулся, на этот раз увидев как любовник открывает презерватив и раскатывает его по всей длине, и лишь в эту секунду парень заметил размер чужого члена. Пожалуй, Сань Лан все сделал правильно, и долгая подготовка действительно того стоила. Хуа Чэн вновь взял смазку, на этот раз выливая ее на член, и приставил его к Се Ляню. В следующую секунду тот почувствовал сильную боль и от неожиданности вскрикнул. Услышав это, Сань Лан остановился и стал зацеловывать чужой затылок, беря в руку обмякший член и снова начиная надрачивать. Се Ляню потребовалось время, чтобы более-менее расслабиться и привыкнуть к ощущениям, и только после того, как он кивнул, Хуа Чэн продолжил входить. Когда член был внутри на всю длину, Сань Лан еще раз прервался. На этот раз Се Лянь не повернул голову, но Хуа Чэн все же заметил скопившиеся у него в уголках глаз слезы и, наклонившись ближе к любимому, начал их сцеловывать. Се Лянь первым потянулся за поцелуем, и Сань Лан, сплетясь с ним языками, начал двигаться. Первые неторопливые толчки не приносили ничего, кроме боли, и парень мог лишь мычать, однако вскоре Хуа Чэн сменил медленный темп на более быстрый, и спустя пару минут Се Лянь, наконец, почувствовал то, о чем писали на сайтах — наслаждение. Стоило Сань Лану задеть простату, как Се Лянь вскрикнул на этот раз не от боли, и, застеснявшись, поспешил закрыть рот ладонью, но Хуа Чэн ему не позволил, отводя руку в сторону и накрывая ее своей. Однако Се Лянь все равно пытался сдерживаться, прикусывая губу и тихо мыча. Поначалу тишину квартиры нарушали лишь хлюпающие звуки и шумное сбивчивое дыхание, но стоило Сань Лану задеть простату, как к ним прибавлялись громкие стоны, и в эти моменты Се Лянь, не отдавая отчета в своих действиях, начинал подмахивать бедрами, лишь бы любовник не останавливался. Он стонал чужое имя, хватался за стол и позволял трахать себя так, как хотелось Хуа Чэну — быстро и размашисто. Через некоторое время Сань Лан развернул парня, вновь усаживая на стол, и сразу вошел на всю длину. У Се Ляня от ощущений потемнело в глазах, и он запрокинул голову, открывая Хуа Чэну доступ к шее с одним алеющим засосом. Сань Лан вновь впился в нее, кусая нежную кожу и зализывая, оставляя все новые следы и с каждой секундой все больше теряя над собой контроль. Се Лянь прижимал любовника ближе к себе, скользил руками по спине и царапал ее короткими ногтями под тканью так и не снятой футболки. Он поджимал пальцы на ногах от наслаждения, стонал в чужие губы и слушал сбитое дыхание с низкими рыками. Стол ходил ходуном — казалось, еще немного, и развалится, — но Хуа Чэн лишь наращивал темп. Стоило ему еще раз коснуться вновь вставшего члена Се Ляня, как тот, мелко задрожав, излился себе на живот, неосознанно сжимая Сань Лана в себе. Хуа Чэн, до крови прикусив губу, толкнулся еще несколько раз, прежде чем выйти из Се Ляня и, быстро сняв презерватив, кончить ему на живот. Обоим парням потребовалось время, чтобы прийти в норму и восстановить сбившееся дыхание, и только после этого Се Лянь, быстро прокрутив в памяти произошедшее, почувствовал прилив счастья и улыбнулся, притягивая Сань Лана ближе к себе и целуя. — Действительно полезный подарок, — сказал он, получая в ответ веселый смешок.