Black Mirror

Питер подставляет голову под горячие струи воды и немного морщится, когда жидкость обжигает розовую кожу. Вода успокаивает, и капли, стучащие по макушке и запутывающиеся в кудряшках, будто бы помогают настроиться на нужную волну. В душе всегда рассуждается легче. Тони хочет обменять его обратно. И это довольно очевидный факт, можно сказать, правильный. Так и должно быть. Но черт, детская обида так и разъедает грудную клетку. Питеру совсем не хочется возвращаться в ту вселенную — а кто желает жить в мире, где каждый день становится попыткой выживания, попыткой не сломаться? Этим Старком можно управлять, давить на него, да вообще сделать вид, что доверяет ему, и прожить всю жизнь счастливо, купаясь в деньгах и любви хорошем отношении к себе. Коварный план раскручивается в голове, развивается, вызывает желание его реализовать. Питер усмехается, выключая воду. Сама мысль о том, что ему дан шанс поменяться с Тони ролями, подмять его под себя, пользоваться им, вызывает мандраж с предвкушением. Паркер вылезает из ванны и обтирается полотенцем. Сначала нужно будет притвориться, что он расслабился и начал верить Старку. Можно будет даже его поцеловать, потом переспать. Затем неплохо бы заявить об этих отношениях на весь мир — это точно привяжет к нему Тони, хотя бы потому, что ему будет невыгодно бросать Паучка из-за желтой прессы… хм, а что если обвинить его в изнасиловании, или домогательствах, или развращении несовершеннолетних? Питеру было шестнадцать, когда все началось, если он состроит грустную мордашку, журналисты ему точно поверят. Питер раздумывает над тем, что стоит привести в действие, пока надевает футболку и домашние штаны. Да, план практически идеален. Он отомстит за все, что Тони сделал, и нужно начать выполнять его прямо сейчас. Паркер выходит из ванной и направляется в лабораторию — наверняка Старк еще там — в это время продумывая новые детали и возможные решения. Он даже чуть не оступается на лестнице, потому что так увлекается своими мыслями, что шагает через одну ступеньку. Подходя ближе к лаборатории, Паучок уже слышит знакомые голоса, в одном из которых узнает Стрэнджа, на секунду начинает злиться, что Тони там не один, но потом, вздохнув, одним движением открывает дверь.

***

— Тони Старк. Ну что, поговорим о параллельных вселенных? На лице отражения Старка — чистой воды изумление. Сам Тони тоже не ожидал, что звонок вообще сможет случиться, да и тот факт, что он смотрит на самого себя, совершающего другие действия, изрядно создает путаницу, как и то, что параллельные вселенные пересеклись. По черному зеркалу то и дело проходят волны, и Тони старается зафиксировать эту деталь в голове как напоминание, что он сейчас видит не самого себя, а совершенно другого человека. — Что за чертовщина происходит? — наконец произносит тот Старк, поправляя свой красный галстук. Он нервничает, мнется, и Тони даже не сразу понимает, что это все же его «темное» альтер-эго: сейчас он совсем не выглядит злым, хмурым или хотя бы высокомерным, да еще и двигается точно так же, зеркаля движения самого Тони — то повернет голову одновременно с ним, то взмахнет рукой, то почешет нос… Они молчат еще некоторое время. Тони нервно потирает руки, хаотично думая, с чего начать. Мозг постепенно начинает привыкать к тому, что он говорит «сам с собой». Честно говоря, Старк думал, что это займет гораздо больше времени. Может, он спокойно к этому относится, потому что уже знаком с параллельными вселенными (и даже покалечил себя в одной из них)? — Как у тебя получилось это провернуть? — вновь доносится из-за стекла. Тони поднимает взгляд; Старк тоже смотрит прямо на него, стараясь держаться ровно. «Честно говоря, сам в шоке» думает, почесав затылок. — Пришла странная, но на редкость гениальная идея позвонить через Пятницу в это зеркало, — говорит вслух, пожав плечами, будто бы это была обыденная вещь. На лице того Тони снова происходит борьба. Старк на всякий случай делает шаг назад. Все-таки, когда он стоит близко и смотрит прямо на «себя», становится как минимум неуютно и возникают мысли о раздвоении личности. Как у Загадочника в «Готэме». Между прочим, он тоже разговаривал со своей второй личностью через зеркало… — Значит, ты тоже в курсе всего происходящего, знаешь насчет обмена Питерами… наверное, и со Стрэнджем общался? «А вот это уже определенно странно» быстро размышляет Старк, пытаясь привыкнуть к тому, что тот голос совершенно звучит точно так же, как его собственный. «Что-то происходит в обоих вселенных, а что-то нет… Почему?» — Да. Это интересно, — повторяет вслух, — получается, что некоторые события происходят во всех вселенных, параллельно… — Но некоторые отличаются, как твой звонок мне или как Паучки, — спустя минуту отвечает. «Видимо, сигнал идет долго». — Да и я, судя по всему, на тебя не похож. Он чешет бородку, и Тони вздрагивает. Такой обыденный жест, который Старк сам частенько повторяет, давит на сознание. Сходство очевидно, и уже не получается представить, что он говорит с незнакомцем, чужим человеком, хотя его лицо сейчас выглядит по-обычному… ожесточенным. Хмурым. Мрачным. «Питер» тут же вспоминает Тони, поэтому настороженно спрашивает: — Кстати, где Питер? Я надеюсь, что с ним все хорошо? Лицо того Старка буквально через полминуты изменяется: сначала он кривится, а потом расплывается в ехидной улыбке. — Ты так волнуешься за него, это настолько мило, что меня сейчас стошнит, — ядовито выплевывает, приправив это все долей сарказма, и почему-то не смотрит на зеркало. По спине Тони пробегает холодок ужаса. — Не бойся, Старк, — так приторно, будто обращается к маленькому ребенку, — я его и пальцем не тронул… может, тронул, но лишь чуть-чуть. Тони приоткрывает рот в немом страхе. А затем на его резко накатывает такая ярость, что он чуть ли не до крови расцарапывает себе ладони, когда сильно сжимает руки в кулаки. — Энтони Эдвард Старк! — высокомерно, так официально, потому что знает, что Тони, как и ему самому, такое обращение никогда не нравилось. — Если ты попробуешь сделать что-то с Питером, я клянусь, что тебе не поздоровится! — Старается говорить твердо, чувственно, проникновенно, так, чтобы до того Старка дошло, что шутить об этом плохо, но, похоже, тому все нипочем. — Ага, и что ты сделаешь? — Кажется, ему доставляет удовольствие злить Старка: его темные глаза мрачно блестят, когда он поднимает свой взгляд, что заметно даже на черном стекле. — Напомню, что мы сейчас находимся по разную сторону баррикад… вернее сказать, зеркала? И не факт, что мы вообще сможем снова починить этот портал, чтобы поменять Питеров местами. Тони глубоко вздыхает, чтобы успокоиться, но это не помогает. Слишком больно думать, что с Паркером может что-то случиться, а желание его увидеть переходит все границы. — Я постараюсь делать все возможное для этого. И повторю свой вопрос: где Питер? — Делает шаг вперед, оказавшись почти вплотную к зеркалу, будто бы может заглянуть за его край и увидеть там Паучка. Даже все мысли о том, что он разговаривает сам с собой, забываются: сейчас мир сужается до одного единственного человека — Питера Паркера. — Да не знаю я, — внезапно признается, поведя плечами, будто ему все равно. Тони подавляет грозный рык. — Я оставил его где-то на окраине города. Он вернется, я уверен. — Ты сделал что?! — Ненависть переливается через край, и Старк, не контролируя себя, несколько раз стучит по зеркалу, будто это поможет достучаться до того Тони, даже не задумываясь о том, что оно может разбиться. Тот Старк вздрагивает, смотрит прямо на него и морщится. — Так, давай будем сохранять нейтралитет, не будем кипятиться и подумаем, почему ты смог со мной связаться, — так резко меняет тему, что брови Тони ползут наверх. В голову приходит легкая мысль «это вообще нормально, хотеть набить лицо самому себе?». — Я коснулся стекла, но не поменялся с тобой местами. Может, нам нужно сделать это одновременно? Тони некоторое время молчит, наблюдая, как по зеркалу проходят черные волны, и стараясь собрать эмоции в кучу. — Практика без теории? Это не в моих правилах. — Старается говорить ровно и по делу. — Нужно изучить вопрос, прежде чем действовать. Кто знает, может, мы коснемся стекла, и нас правда поменяет местами, но обратно поменяться мы уже не сможем? — А как еще нам действовать? Можно подумать, что кто-то из нас разбирается в вопросе параллельных вселенных, — фыркает, покачав головой, и картинка будто бы заедает из-за помех, — поэтому нам только и остается, что действовать. — Я сейчас вызову Стрэнджа, — подумав, отвечает Тони. — Он обещал помочь с этим, вот он и разберется. — Прежде чем тот Старк успевает что-то сказать, он подходит к столу и берет с него телефон, в то время как из зеркала слышится вялый протест. — О да, я слышал, что у тебя с ним какие-то терки. — Тони вновь появляется перед зеркалом, ухмыляясь. — Питер рассказывал. Но из-за твоих с ним отношений я не собираюсь подставляться и действовать наобум. Оказывается, злить самого себя — довольно увлекательно. Наблюдая за кислой миной Тони, Старк подносит телефон к уху, после того как набирает номер Стрэнджа, рассеянно вслушиваясь в гудки. Потом чертыхается, набирает номер снова, бормоча проклятья, затем раздраженно убирает его в карман. — Недоступен. Черт бы его побрал… Надеюсь, скоро прослушает автоответчик. — Тони шумно выдыхает. Видимо, про своего Питера он сейчас ничего не узнает. — Кстати, а тебе совсем неинтересно, как тут… твой Питер поживает? — с неким любопытством спрашивает, уставившись на Тони. Через минуту он усмехается. — Ничуть. Зачем мне заботиться о нем, когда под боком есть еще один замечательный малыш, такой послушный, правильный… — Тони кусает губу, стараясь не поддаваться на такую провокацию, а в душе ему становится жалко Питера: неужели Старку действительно плевать на него? — Нет, правда, он мне больше нравится, я даже подумываю оставить его здесь насовсем… — Прекрати. Хватит пытаться вывести меня на конфликт. Тони едва ли держится. Понимает, что глубоко внутри не прочь поспорить и поругаться с тем Старком, но что-то подсказывает ему это не делать — может, мысль о том, что он из-за этого может навредить Питеру, а может, просто желание сохранить с ним нормальные отношения, чтобы побыстрее разобраться с этой проблемой. Старк в зеркале хочет что-то сказать, но резко закрывает рот, смотрит куда-то в сторону, а затем улыбается во все тридцать два зуба как Чеширский кот. — А вот и он — виновник нашей ссоры, — медленно протягивает, поманив кого-то рукой. Сердце Тони пропускает удар. — Питер, иди, поздоровайся со своим Старком. — Питер? — изумленно переспрашивает, коснувшись стекла. — Питер, ты здесь? — Ви… по… делае… тони… — Картинка на зеркале вновь начинает заедать, звук тоже прерывается из-за помех. — Что? Тони? Питер? Я вас не слышу? — отчаянно восклицает, постучав по зеркалу. — Что со связью? Пятница? Питер? Ты слышишь меня? — Связь прервана, сэр, — металлическим голосом отвечает ИИ. — Что? Нет! Нет-нет-нет! — огорченно взвывает Тони, вновь стуча по стеклу, по которому в последний раз проходит черная волна. Он мог увидеть Питера. Он почти его увидел. Он почти убедился, что с ним все хорошо… — Можешь связаться еще раз? — Сбой канала. Я не могу совершить звонок. Тони выругивается, устало протирает глаза и зарывается руками в волосы. Почему канал связи был прерван? Не потому ли, что появился Питер? Так много вопросов и так мало ответов… Телефон в кармане начинает гудеть, Старк достает его, всматривается в белые буквы, складывающиеся в «Стрэндж», и внезапно осознает, насколько он устал. Сонливость накатывает сплошной волной, да и желание выпить чего покрепче зудит под кожей, так что Тони прилагает нечеловеческие усилия, чтобы нажать на зеленую трубку и приложить телефон к уху. — Стрэндж? Да. У нас тут прорыв. Я смог связаться с той вселенной. Приходи.

***

Когда Питер все-таки входит в комнату, Тони и Стивен активно что-то обсуждают. Их лица выглядят напряженными, но они звучат довольно спокойно, хотя из-за двери Паркеру казалось, что герои серьезно спорят. Старк замечает его практически сразу, а вот Стрэндж стоит к нему спиной и продолжает разглагольствовать: — … думаю, присутствие этого Питера также может повлиять на взаимодействие вселенных, поэтому ему следует держаться подальше, пока мы не поймем, в чем дело. — Обсуждаете меня за моей спиной? — враждебно осведомляется, когда маг разворачивается и тоже уставляется на него. — Я сам решу, отчего мне держаться подальше, а от чего нет! — Выдерживает паузу. — О чем вы вообще говорите? — У меня получилось выйти на связь со Старком той вселенной, — терпеливо поясняет Тони. Его лицо озаряется при появлении Паучка, и тот злорадно понимает, что он рад его видеть. — Что-то вроде Фейстайма, только через это зеркало, — неопределенный взмах руки в сторону черного стекла, — а не через экран мобильника. Почти увидел Питера, — тут его голос становится невхарактерно нежным. Питер сердито сопит. — Только вот при появлении Паркера связь оборвалась, — заканчивает Стивен, потерев ладони. — Еще не точно, но скорее всего так. Поэтому, во избежание подобных происшествий, тебе стоит держаться от зеркала подальше. — Это нечестно! — хмурится, сжав кулаки, всеми силами показывая свое недовольство. — Я тоже хочу участвовать! — Возможно, все пройдет куда быстрее, чем тебе кажется, — довольно миролюбиво замечает Стивен, хотя в его глазах мелькает изумление: вот уж кто точно еще не привык к изменениям в характере Паучка. — Нам просто нужно связаться одновременно со Стрэнджем той вселенной. Мы с ним договоримся о дальнейших действиях. — Так свяжись с ним сейчас! — говорит Паркер довольно повелительным тоном. Брови Старка взлетают наверх, и Паучок мысленно дает себе подзатыльник. Чтобы им управлять, нужно быть больше похожим на того Питера, значит, говорить менее резко и дружелюбно. — В смысле, почему бы тебе не поговорить с ним прямо сейчас? — Я бы с радостью, — как-то неохотно отвечает, глубоко вздохнув, — потому что меня заинтересовал тот факт, что в параллельных вселенных события разнятся, но… — Но? — подает голос Тони. — Меня ждут ученики. У меня с ними урок. Вонг патрулирует храм, они совсем одни, а они ведь еще совсем дети, за ними нужно постоянно… — Мне кажется, ты слишком сильно их опекаешь, — усмехается Старк, но, заметив взгляд Стивена, немного стушевывается. — Что? Ты правда постоянно о них говоришь, а теперь еще и ставишь на первое место, хотя ранее говорил о крупном нарушении правил параллельных вселенных. — Что поделать, — театрально разводит руками, фыркнув, однако за долей сарказма Питер слышит какую-то грусть и даже беспокойство, — я впервые взялся кого-то обучать, да и то три тысячи раз сомневался, стоит ли это того. Не хочу, чтобы мое окончательное решение вышло боком. Питер хочет настоять на том, чтобы маг связался с той вселенной сейчас, пусть и не очень представляет, как это будет происходить, однако Тони вяло машет рукой, как бы показывая, что его бесполезно уговаривать. Стивен насмешливо кивает, мол, спасибо, что разрешили уйти, и уже через секунду пропадает, оставляя Тони и Питера наедине. Паучок поворачивается к Старку, вспоминая, зачем вообще сюда пришел. Некоторое время они неловко смотрят друг на друга. — Ты вроде сказал, что устал и собираешься пойти спать, — наконец выдавливает Тони. Питер разглядывает его: Старк явно сказал это из вежливости, но его глаза прямо-таки кричат, умоляют о том, чтобы он не уходил подольше. — Я просто, — с трудом подбирает нужные слова и старается растянуть губы в самой искренней улыбке, — подумал и решил пойти тебе навстречу. — В смысле? — нервничает, хмурится, украдкой приглаживает волосы рукой. Питер жадно уставляется на него, однако одергивает себя. — Наладить нашу… связь? — «Об отношениях пока еще рано говорить, чтобы он ничего не заподозрил». — Ты как-то говорил о десятом эпизоде Звездных Войн в каком-то там кинотеатре, — едва ли сдерживается, чтобы не поморщиться, — может, все-таки сходим его посмотреть вместе? Паркер правда старается говорить непринужденно, скрывать ухмылку и невинно хлопать ресницами, но Старк, кажется, все равно жутко впечатлился его речью. — Ты… в этом уверен? — подозрительно осведомляется, тут же добавив: — Я не хочу, чтобы ты делал что-то против своей воли. «Какое благородство» бубнит себе под нос, а вслух произносит: — Да. Почему бы и нет? Как ты там говорил, Тайка Вайтити должен поднять вселенную с колен, верно? Я хочу это видеть. Тони молчит. Полминуты озадаченно смотрит на Питера, пытающегося держать дружелюбную маску на своем лице, потом его взгляд начинает бегать, а сам он ведет плечами. — Сейчас уже поздно для походов в кино. Я не уверен, что кинотеатры вообще работают… — Мне не хочется спать. Я уверен, что хоть где-то эпизод сейчас крутят. — Хорошо, хочешь, мы посмотрим его здесь? — Тони тоже улыбается, и Питер чувствует себя дураком. Дураком, потому что понимает, что сейчас они оба буквально соревнуются в своем двуличии. «Но почему Старк это делает?» удивляется про себя, а потом резко осознает. — Без труда скопирую данные, Пятница подсоединится к телевизору в гостиной, и нам не надо будет никуда уйти, чтобы посмотреть премьеру. — Ты… не хочешь, чтобы люди видели нас вместе, — разочарованно закатывает глаза. — Да, — просто отвечает Тони, не решаясь больше продолжать этот цирк. Примирительно вскидывает руки, виновато уставившись в пол. — Извини. — Почему? — сейчас Паучок уже не скрывает своей злости. — Ты же сам сказал, что готов!.. — Я не передумал. Я готов. Вот только в тот момент, когда я давал тебе обещание, я думал, что разговариваю со своим Питером. — Старк мягко улыбается. — И я намерен исполнить его, когда верну его обратно. Не пойми меня неправильно, Пит, — тут же добавляет, когда видит, что Паркер насупился, — я не знаю, как вести себя с тобой, поэтому решил не торопиться. Паучку хочется как следует ему врезать, но он сдерживается. «Подлец, хитрый, безжалостный, ненавистный!» так и читается на его лице, поэтому он поспешно отворачивается, стараясь успокоиться. Как его разговорить? И ведь не подкопаешься, ведь Тони звучит так искренне, а сам мечтает избавиться от этого Питера как можно скорее… — Ладно, посмотрим здесь, — наконец говорит севшим голосом, повернувшись к нему. — Отлично! — Старк сияет. — Скажу Пятнице подключиться к какому-то кинотеатру, и… — Нет, десятый эпизод лучше потом в кинотеатре посмотрю, — надувает губы, — давай лучше какой-то из старых выберем. — Пятый? — немного подумав, предлагает Тони. — Третий, — в свою очередь твердо заявляет Питер. — Эх, молодежь, все время забываете классику и отдаете предпочтение современным спецэффектам? — грустно качает головой и смеется. Против воли на лице Паркера тоже расцветает улыбка. — Вообще-то третий эпизод самый лучший из трилогии приквелов! — возмущенно начинает спорить. — И дело не в спецэффектах, а в истории Энакина Скайуокера, наконец-то показывают его превращение в Дарт Вейдера, а та битва между ним и Оби-Ваном… — Ладно-ладно, понял, будем смотреть Месть Ситхов, я не против. Главное, что не сиквелы. — Главное, что не сиквелы, — почти одновременно с ним повторяет Питер. Они замирают, удивленно глядя друг на друга. Потом Тони отмирает первым. — Пойдем, юный ситх. Будем наблюдать падение Республики и радоваться этому. В этом диалоге было что-то такое до одури легкое, светлое… нормальное. Так разговаривают совершенно обычные люди. Когда Питер идет вслед за Старком в гостиную, он только и думает о том, что они не такие уж и разные (и дело не только в Звездный Войнах). Тони и тот Паучок похожи. Счастливы вместе. Несмотря на всю супергероику, проводят время, как и все остальные люди на земле, за просмотром фильмов или за каким-то совместным занятием. Это так непривычно. В своей вселенной Питер и Старк делали что-то вместе, когда последний его вынуждал… Может, поэтому в груди Паркера сейчас появляется чувство удовлетворения и тепло. Они раскладывают диван и садятся на него, после того как Тони включает большой плазменный телевизор и находит нужный фильм. Начинается привычная заставка с желтыми буквами на фоне космоса, и Старк присаживается рядом. Немного ворочается, не зная, как лучше устроиться, закидывает руку на спинку дивана и замирает, так и не решившись пододвинуться ближе к Питеру. Тот видит это, усмехается про себя, но ничего не говорит. Паркер смотрит фильм лишь краем глаза — все равно он знает его практически наизусть — а сам как бы невзначай пододвигается все ближе и ближе к Старку. Тот, кажется, этого не замечает, потому что полностью поглощен происходящим на экране, то и дело отпуская легкие шуточки и саркастические комментарии вроде тех, что Мейс Винду слишком уж похож на Фьюри своей внешностью*. Когда Паркер, осмелев, кладет голову ему на плечо, Тони вздрагивает, напрягается, однако затем постепенно расслабляется на радость Паучку, даже легонько приобнимает его левой рукой и замирает уже в такой позе. Питер не замечает, как ему тоже становится спокойно, хорошо в такой уютной тихой атмосфере, прерываемой лишь звуками сражения Палпатина с джедаями. Грудная клетка Старка размеренно поднимается и опускается в такт ровному дыханию, из-за чего Паркер совсем млеет, чувствуя сладкую сонливость и томление в грудной клетке, и это ему совсем не нравится, поэтому он решает действовать: поднимает голову, упорно глядя на Старка, и, когда тот замечает его взгляд и поворачивается к нему, подается вперед, аккуратно касаясь его губ своими губами. Поцелуй выходит странным. Паучок решает не давить на Тони, поэтому целует легко, неторопливо, но Старк не отвечает на поцелуй, просто замирает на месте, как статуя. Нетерпеливо выдохнув, Питер приникает к его губам сильнее, увеличивает напор, однако Тони, встрепенувшись, внезапно отворачивается. — В чем дело? — изумленно спрашивает Паркер, не отодвигаясь от Старка. Тот рассеянно смотрит в телевизор, а уголок его губ опускается вниз. — Ты сейчас пропустишь все самое интересное, не отвлекайся, — непонятным тоном говорит, усмехаясь. «Не хочет торопиться? Что ж, это понятно… значит, мне удалось как-то задеть его» довольно думает Паучок, снова положив голову ему на плечо и наслаждаясь тем, как дыхание Старка шевелит волосы на его макушке. В душе — какое-то тянучее теплое чувство, словно она наполнена растопленным маршмэллоу. И, пусть Паркер старается охладить его колючим льдом, в какой-то момент он сдается, поддается сантиментам — и засыпает. Проваливается в сладкий сон еще до того, как происходит финальная битва Скайуокера и Кеноби. Тони относит его в спальню на руках.

***

— У меня не было другого выхода, этот Бейн хотел застрелить Питера, а Пятница сказала, что риск превышает восемьдесят пять процентов, — как заведенный, уже в сотый раз повторяет Старк. — У твоего Паучка есть регенерация, забыл? А в твои обязанности входит защита мирных людей, а не их убийство, — цедит Росс, опираясь руками на стол. — Хочешь, чтобы героев опять заставили подписать что-то вроде Заковианского договора? — Этого не повторится, — твердо заявляет, нервно потерев шею. Фьюри ухмыляется, и Тони из-за взвинченного состояния вспыхивает. — А ты что улыбаешься? Забыл, кто чуть не скормил подростка Беку и поверил во всю эту чушь про параллельные вселенные? «Бек», с каким-то равнодушием вспоминает Тони. «Интересно, он вообще сейчас жив?» — Это была моя ошибка, которая сейчас исправлена. Квентин умер в тюрьме, — Николас склоняет голову на бок, — вернее, его кто-то убил. Тело опознали. Правда потом тело куда-то делось, вроде как его украли, но… — Напомни мне, кто лично доставил Мистерио в тюрьму? — Старк касается уха, как бы показывая, что он весь во внимании. — Я не слышу своего имени. — Оставьте эти детские перепалки на потом, — жестко прерывает Росс, накручивая на палец свои длинные белые усы. — Как там Мстители, Старк? Не собираетесь вновь собрать команду вместе? Тони сжимает зубы — генерал специально бьет по больному, давит на старую мозоль. Старк вспоминает Стива, ушедшего в прошлое, Наташу, пожертвовавшую собой, Таноса… В груди все сжимается, и он молится, чтобы сейчас не началась паническая атака, потому что, даже когда он закрывает глаза, на обратной стороне век огненной печатью выжжены воспоминания о смерти Паучка, Перчатке, его собственной гибели, не раз приходившей во сне. Вместе с этим накатывает раскаяние. Он ни разу не навестил старого Стива, даже на могилу Романофф не приходил, и все из-за этого нервного расстройства. А следовало бы. Следовало бы связаться с Баки, Сэмом, которые заняты поимкой Земо, узнать, как дела у Ванды и Клинта, позвонить профессору Халку… а он не может. Не может и не хочет о них думать. Потому что сейчас все мысли возвращаются к параллельным вселенным, зеркалу и Питеру. — Это не у меня нужно спрашивать, — наконец выдавливает, стараясь сделать вид, будто его этот вопрос ни коем образом не задел. — Я в строю. Питер в строю, — слегка запинается, понимая, что врет высокопоставленному лицу, — об остальных мне ничего не известно. Если вопросов больше нет… — Просто будь аккуратнее, Старк! — говорит Фьюри ему вслед. — Аналогично, — бурчит себе под нос, громко хлопнув дверью на прощание. «Эта эмоциональная мясорубка скоро меня доконает», отрешенно думает он. «Спасаю людей — им не нравится. Не спасаю — тоже не нравится. Защищаю Питера — злятся. И это вся благодарность за спасение мира?» При мысли о Паркере в груди что-то взволнованно колышется. Кажется, он понял, что Тони не сделает ему ничего плохого, расслабился и даже уже не дергается каждый раз, когда Старк оказывается рядом в радиусе метра. Они смотрели Звездные Войны вместе, и Тони чувствовал себя почти счастливо, почти обычно… до тех пор, пока Паучок не полез целоваться и Старк не понял, что они творят. — Опять, — говорит сам себе, когда замечает, что вновь с грустью думает о том, что Паркеров придется поменять местами обратно. — Нет, это невыносимо! Когда Старк садится в машину, поданную Хэппи, и делает знак, что тот может трогаться, он бездумно смотрит в экран мобильника. То ли машина едет так неровно, то ли у Тони начали подрагивать пальцы, но картинка перед глазами плывет, поэтому он устало откидывается на спинку сидения. Слишком много всего навалилось за последнее время. Слишком мало сна. Слишком много алкоголя и кофеина. Если бы здесь был его Питер, он бы обязательно пожурил его и сказал, что ему нужно следить за своим здоровьем. — Я могу тебя поздравить? — слышится глухой голос Хогана. Тони вздрагивает. — С чем? — Ну, — тот смущается, — с тем, что вы официально вместе? — Ага… Погоди, что? — Он вскрикивает так внезапно, что Хэппи от неожиданности выворачивает руль вправо, и машину начинает заносить, однако он быстро приводит ее в прежнее положение и притормаживает. — Что ты сказал? Гарольд хмурится, полностью останавливая машину. Некоторое время копается в кармане, достает телефон, что-то там листает, потом показывает ленту. — Если честно, я давно жду, когда вы это сделаете. Мэй ставила на то, что вы объявите это на каком-то интервью, а я — на то, что ты сделаешь это на своем аккаунте на Фейсбуке. Но вы удивили нас обоих, — он слегка смеется, а потом замечает состояние Старка, граничащее с истерикой. — Что-то не так? Тони не отвечает, ошалело уставившись в экран старенького мобильника Хэппи.

***

Питер чувствует себя превосходно, щедро насыпая в чашку несколько ложек растворимого кофе. Он проснулся, когда Тони уже ушел по делам, и подумал, что сейчас самое время привести свой план в исполнение. Официальный аккаунт Человека-Паука в голубом приложении с белой птичкой — в его вселенной эту страницу вели пиар-менеджеры, нанятые Старком, а здесь, видимо, Тони позволил Питеру вести ее самому. Ну и отлично. Вышло даже проще, чем он думал. Тот Питер часто твитит что-то о своей жизни (не раскрывая своего имени, разумеется, только подробности дел Человека-Паука), так что один маленький твит о его отношениях со Старком не выбивается из общей картины. Буквально минута на размышления, пять секунд на то, чтобы напечатать «я и мистер Старк встречаемся» — и дело сделано! Паркеру кажется, что кофе сегодня определенно очень вкусный, необычно ароматный, даже корица не портит все впечатление от напитка. Теперь весь мир узнает об их отношениях (ведь на аккаунт подписаны три миллиона человек). Тони позлится, но потом успокоится. Интересно, а как быстро Старк увидит этот пост… Паучок даже не успевает додумать — потому что дверь на кухню открывается так громко и внезапно, что он чуть ли не подпрыгивает от испуга. Гораздо страшнее становится, когда он видит разозленное лицо Тони, в глазах которого вспыхивают молнии, прямо перед собой. На какой-то момент Питер даже с ужасом думает, что перед ним стоит его Старк, из другой вселенной. — Какого хрена, Питер? — шипит он, хватая Паркера за локоть, в прочем, сжимая не слишком сильно, словно боится поранить, только для того чтобы встряхнуть парня. — Что ты творишь?! — Ты… это о чем? — как можно невиннее спрашивает, хлопнув ресницами. — Я не понимаю… — Все ты прекрасно понимаешь, Паучок, — Тони еще раз его встряхивает, — я говорю о твоем твите, на котором за час набралось три тысячи и один ретвит! — Оу… — Паркер делает вид, что до него дошло только что. — А что в этом такого? — Что такого? — Старк раздраженно стучит пальцами по раковине, потом отбирает из рук Питера кофе и делает жадный глоток. — Например то, что мы только позавчера обсуждали, что я собираюсь заявить о наших отношениях только после того, как верну своего Паркера, хм? Скажи, чего ты добивался?! «А он быстро обо всем узнал» удовлетворенно думает, состроив грустную мордашку. — Я просто подумал… зачем скрываться? В той вселенной все знают о наших отношениях, — хитрит, бессовестно начиная лгать прямо в глаза Старку. — Я тебе не верю, — скрещивает руки на груди, однако звучит не так уж и убежденно. — Честно-честно. — А зачем скрываться? Ты правда задаешь этот вопрос? — Он хмурится. — Может, потому что наши отношения не очень одобряются обществом, потому что я старше тебя… где-то в два раза? Черт возьми, Питер, — медленно выдыхает, — ты понимаешь, к чему мог привести твой твит? Меньшее из зол — количество фанфиков про нас увеличится вдвое! — Ты что, читал фанфики про нас? — искренне изумляется Питер, засмеявшись. — Мы с тем Паркером… напились как-то раз слишком сильно, он показал фанфики Мишель, и все как-то свелось к фанфикам про нас… — Тони качает головой. — Нет, там были какие-то неплохие истории, вроде той, где ты служил Гидре, и мне пришлось тебя спасать, но все пошло не по плану и… О чем я вообще сейчас говорю? — начинает кипятиться, поняв, что Паучок просто заговаривает ему зубы. — Ты подумал о последствиях? «Еще как» злорадно усмехается Питер, но ничего не говорит. — Я понял, что совершил ошибку, Тони, — жалобно выдыхает, изобразив на лице муку. — Мне стыдно… но я просто хотел быть поближе к тебе! Я… — он делает шаг навстречу, но Старк одновременно с ним делает шаг назад. — Твое счастье, что я быстро сообразил, как исправить ситуацию, — говорит он, доставая свой телефон из кармана. Сердце Паучка пропускает удар. — Как? — старается, чтобы в его голосе не была слышна досада. Тони мило улыбается, водя пальцем по экрану. — У Железного Человека тоже есть Твиттер. Его веду не я, а Пеппер, но взломать пароль было проще пареной репы. — Если ты ведешь Твиттер, значит, ты все-таки беспокоишься о своем имидже и любишь себя рекламировать? — подозрительно спрашивает Паркер. Тот качает головой, поднося телефон к лицу Питера. — Это была идея Поттс. Раз уж у Человека-Паука есть аккаунт, почему бы и мне его не завести? Паркер выхватывает телефон из его рук и с жадностью всматривается в экран. Он видит свой твит «я и мистер Старк встречаемся» с кучей комментариев, а под ним самый главный — ответ Железного Человека «не советую путать мечты с реальностью, детка» с каким-то противным смайликом в конце. — Немного скомкано, но после того, как с твоей страницы я напишу что-то вроде «тихо, мистер Старк, пусть думают, что мой пост — правда», — Тони мастерски копирует голос Питера, — то даже официального заявления не придется делать. Хотя шипперы все равно порадуются. В душе Паучка зияет такая дыра, наполненная разочарованием, что это, видимо, отразилось на его лице, потому что Старк присаживается на стул, подпирает голову рукой и вздыхает. — Пит, я не верю, что в твоей вселенной вы со Старком заявили о своих отношениях. Насколько я знаю, он заботится о своем имидже, а отношения с тобой, если это так можно назвать, ему бы точно навредили. Поэтому я хочу услышать правду. Чего ты добиваешься? «Умный, зараза… Вот связался на свою голову с гением, а теперь расхлебывать!» раздраженно думает Паркер, кусая губу. Ни один из его «коварных» планов не был приведен в исполнение… неужели этот Тони правда такой крепкий орешек? — Да, думаю, нам стоит это обсудить, — согласно произносит он, устраиваясь рядом. Около раковины остывает кофе, который уже не кажется таким вкусным.