Невеста Бога воды

      Танджиро практически заснул, когда Гию вернулся домой. Звук скользящих дверей заставил его вздрогнуть, и Гию с недоумением посмотрел на него, увидев, что его невеста ждет его с ужином который он приготовил и который давным-давно остыл. Танджиро несколько часов молча сидел в традиционной позе, но, несмотря на согнутую шею и онемевшие пальцы на ногах, он преданно поклонился и поприветствовал своего мужа.       — Я дома, — сказал Бог воды.       Танджиро улыбнулся:       — Добро пожаловать домой.       Сразу же Гию сел и напрягся, потому что знал, что собой представляют раздраженные колебания, исходящих от фальшивой улыбки Танджиро. Чувство вины осело в его животе, когда он посмотрел на блюдо, поставленное перед ним и которое он должен был съесть несколько часов назад: карри. Танджиро обычно подают ячмень или просо в сочетании с дайконом и другой зеленью. Несмотря на то, что он мог позволить себе рис и мясо в качестве невесты Бога воды, он отказался от этой роскоши, чтобы поддерживать обычную жизнь. Видя как это блюдо, на которое Танджиро потратил кропотливые часы, изучая его, оттачивая его и доводя до совершенста, остывало, у Гию остался горький привкус во рту.       — Гию-сан.       Голос Танджиро был твердым, но нежным, непреклонным, но скромным. Он полностью завладел вниманием Гию.       — Пожалуйста, — на лице Танджиро отразилось беспокойство, которое он скрывал часами, словно тонкую стену, прежде она рухнула на глазах Гию. — Пожалуйста, дайте мне знать, если вы опоздаете в следующий раз, — мягко сказал он.       После этого, на протяжении всего времени, пока Гию ел свою еду, в голове у него было удушливое молчание, и он пытался найти способ извиниться за свою невнимательность. В то время как он беспокоился о том, как извиниться, его человек улыбнулся его попыткам. Гию был настолько одержим желанием получить прощение своей невесты, что тот факт, что Танджиро простил его, был выше его понимания.

***

      Ночной Фестиваль кипел энергией и весельем. Поначалу Танджиро был полон предвкушения ночи, полной веселья и игр, но он не смог справиться с волнением и с опаской вцепился в рукав Гию.       — Простите, — пробормотал он и застенчиво посмотрел на своего мужа. — Это немного ошеломляет.       У Гию было много достоинств, и он не был грубым мужем. Поскольку Танджиро был чрезмерно возбужден от ослепляющего света и громкого смеха, Гию терпеливо проводил его сквозь толпу людей, прикрывая его рукой, пока они не сбежали и не нашли укромный уголок. Его сердце стучало в груди каждый раз, когда его любимый человек придвигался ближе и зарывался носом, ища утешения. Его эго раздулось от осознания, что Танджиро, которого он считал очень компетентным и независимым существом, прислонился к нему за поддержкой. Когда Танджиро сделал передышку, Гию с радостью принял защитную роль и начал успокаивающе гладить по спине. Бессознательно, Танджиро пошел навстречу его прикосновениям и облегченно вздохнул.       — Как неловко, — сказал он и тихо застонал, когда Гию распутил узел между лопатками. — Мм, да, прямо здесь, — сказал он, затаив дыхание, не подозревая, насколько внушительным это звучало для его мужа.       Гию сделал паузу, яростно покраснев, и насильно убрал руки. Что-то зашевелилось в душе Гию. Его самообладание дрогнуло.       — Гию-сан? — спросил Танджиро и оглянулся через плечо, еще больше соблазняя мужа своей красотой и красными глазами.       Бог воды сглотнул и обуздал своё желание, кадык на его шее качался вверх и вниз, пока он панически соображал, что делать дальше. Он прочистил горло, чтобы не поцеловать эти розовые губы, потому что если он это сделает, то не сможет гарантировать, что поцелуй не перерастет в непристойные действия. Какуши выполнили свою работу слишком хорошо. Танджиро был слишком неотразим, слишком соблазнителен, чтобы не обращать внимания на то, что Гию приходилось царапать колени, чтобы отвлечься, но теперь этот метод терял свою эффективность.       Он должен был что-то предпринять. Быстро.       Гию неожиданно встал и повернулся к своей невесте. Это действие заставило Танджиро волноваться, что он раздражал его из-за его слабости в толпе. Гию читал его, как открытую книгу, и удивленно фыркнул. Чтобы успокоить его, Бог воды погладил его по щеке, максимально соприкасаясь с ним, и поднял подбородок пальцем. Отполированные губы Танджиро блестели в свете фонаря, маня Гию прикоснуться к ним своими. Напряжение в воздухе было безошибочным.       — Останься здесь, — прошептал он достаточно громко, чтобы Танджиро услышал. — Я принесу немного еды.       Танджиро даже не заметил, что затаил дыхание, пока не заговорил:       — Вернитесь в целости и сохранности, — прошептал он.       В мгновение ока Гию убрал палец и исчез. Через несколько секунд человек залился краской, вспомнив, что только что произошло. Его серьги покачивались взад-вперед, пока он тряс головой с остаточным волнением, его нос всё ещё опьянён остатками запаха возбуждения. Его сердцебиение отказывалось успокаиваться.       Перед тем, как Танджиро ходил по кругу и наслаждался прогрессом в их отношениях, крик прервал его недолгое празднование. Возле ларька, с отчаянием на лице, громко рыдала женщина. Зрители смотрели на нее с жалостью, но владелец ларька, у которого она слонялась, кричал на неё, чтобы она убиралась и лила свои слезы где-нибудь еще.       — Это мое последнее предупреждение! — хозяин в отчаянии шагнул вперед и грубо схватил ее за предплечье. — Уходи!       Сопли и слёзы были везде. Танджиро охватила ностальгия, когда он наблюдал за разворачивающейся сценой, потому что женщина напомнила ему о Зеницу и его плаксивых наклонностях.       — Как жестоко! — Она взвизгнула и бесполезно дернула за руку. — Ты заплатишь, как только я расскажу своему мужу об этом лечении!       Недовольный хозяин не испугался её слов и поднял руку, чтобы доказать свою правоту. В результате женщина крепко зажмурилась перед ударом и завизжала, словно банши, чтобы привлечь к себе внимание. Прежде чем мужчина успел дать ей пощечину, Танджиро добрался до них со страшной скоростью, вонзив ногти в плоть мужчины, и вывернул ему руку, чтобы заставить его повиноваться. Его локоть оказался рядом с запястьем мужчины, готовый нанести удар и сломать его. Его глаза были огнем и льдом, горящими от ярости и готовыми заморозить любого противника. Его вены вздулись и напряглись, когда ярость наполнила его кровь.       — Отпусти. Её, — коротко и ясно. Его требование было кратким.       Боги и другие существа, наслаждающиеся праздником, не были заинтересованы в ссоре, поэтому Танджиро оставалось защищать женщину и себя самого. Хозяин хмыкнул от боли из-за неудобного положения его руки и собирался выкрутить руку обратно, чтобы избить мальчика, но затем он взглянул на украшение Танджиро и задохнулся от страха.       — Невеста Бога воды, — он вздрогнул и мгновенно ослабил хватку, почти заставляя Танджиро потерять равновесие и упасть.       Хозяин осторожно отступил, как будто простое присутствие Танджиро покрыло его огнем.       — Пощади меня, — промычал он, умоляя сохранить ему жизнь. Мужчина тут же вернулся в свою лавку, забыв о женщине.       Всё ещё напряженный от спора, Танджиро вскочил, когда почувствовал руку на своем плече. Он нервно развернулся на случай, если кто-то другой присоединится к драке, но рука принадлежала плачущей женщине, слезное выражение которой сменилось восхищением.       — Спасибо, что спасли меня, — поблагодарила она.       При ближайшем рассмотрении Танджиро заметил, что женщина была очень красива — черные волосы и короткая челка обрамляли все ее лицо. Её скудное красное платье подчеркивало её фигуру-песочные часы, которую Танджиро жаждал накрыть своим хаори, чтобы её грудь не вылезла наружу. Обрадованный тем, что она цела и невредима, Тандзиро выудил из потайной сумки носовой платок с рыбьим рисунком и протянул ей, чтобы она вытерла слезы.       — Мне стыдно от того, что я испачкала что-то милое, — фыркнула она, прижав пальцы к краям ткани. Она прокомментировала профессиональный, восхитительный дизайн, особенно приятное прикосновение волн, окружающих одинокую рыбу.       Танджиро успокоил её:       — Все в порядке! Я хорош в уборке — это проще простого.       — Но…       — Я всегда могу вышить больше, — сказал он, сияя от счастья.       Конечно, этот носовой платок должен был стать подарком для Гию, но Танджиро может просто сделать еще один позже. По крайней мере, носовой платок был сейчас полезен.       — Сума, — услышал он.       Танджиро наивно моргнул:       — М?       — Сума, — снова сказала женщина и наконец представилась. — Меня зовут Сума.       Улыбка Танджиро стала шире.       — Приятно познакомиться, Сума-сан, — сказал он. — Меня зовут Камадо Танджиро.       Громкий визг пронзил воздух, тревожа их обоих, но затем они заметили, что все посетители фестиваля подняли головы вверх. За звуком последовал взрыв в небе, и Танджиро, и Сума подняли головы, чтобы посмотреть на коллекцию цветов и огней.       Танджиро стало интересно, почему Гию так долго не возвращался. Он хотел посмотреть фейерверк вместе с ним.       Однако невеста не ожидала, что Сума схватит его за руку и притянет к себе:       — Помоги мне найти моего мужа, — сказала она внезапно и потащила его через Богов и зверей.       Его слова о том, что он хочет дождаться своего собственного мужа, не были услышаны, поскольку он рискованно уклонялся, натыкаясь на кого-либо, будучи слегка впечатленным ловкими ногами Сумы. Он даже случайно задел плечом опасного на вид джентльмена, но не успел остановиться и извиниться.       — Мне жаль! — Он закричал через плечо и попросил Суму идти помедленнее, совершенно не обращая внимания на злобные кинжалы, направленные в его сторону. Если бы он задержался здесь подольше, жажда крови покалывала бы под его кожу и проникала в нос острым запахом.       Этот поиск продолжался в течение десяти минут, пока молитвы Танджиро не были услышаны и скорость Сумы не снизилась. Его краткое исследование фестиваля дало Танджиро четкое представление о развлечениях и играх, которые этот фестиваль может предложить. Это был грандиозный праздник.       Танджиро похвалил бы организатора, но то, что он увидел перед собой, было выше его понимания. Хаос был совершенно нереальным. Летающие хитроумные устройства и радужные воздушные шары наводнили небо. Люди веселились на крышах с выпивкой и нектарами, в то время как артиллерийские орудия выбрасывали серпантин и блестящую пыль. Танджиро чуть не пригнулся, услышав, как они выстрелили еще раз, но вместо пороха и сажи, покрывавших его волосы, он был покрыт россыпью золота и бриллиантов.       Сума захихикала, словно была в своей стихии, кружась по лужайке перед домом, как принцесса.       Гулкий голос пронзил шум:       — Сума!       Великан спустился с балкона и, приземлившись, образовал кратер. Хотя Танджиро никогда официально не встречался с этим человеком, он инстинктивно знал, кто он такой.       — Бог праздников, — прошептал он, пока тот приближался к ним с огромной, мощной аурой, достаточно сильной, что Танджиро почувствовал себя приклеенным к земле и покорно опустил голову.       — Я везде тебя искал, — Бог схватил свою жену и положил на свое мясистое плечо. Самоуверенная улыбка украсила его красивое лицо, когда он надел инкрустированную драгоценными камнями головную повязку на ее макушку. — Ты забыла свое украшение. Хинацуру и Макио очень волнуются, знаешь?       — Тенген-сама! — Сума обняла мужа за голову и зарыдала, пересказывая ему трудности, с которыми она столкнулась, пока Танджиро доблестно не набросился и не спас её.       Должно быть, она изменила некоторые детали, потому что Тенген посмотрел на человека с мерцающими глазами и воскликнул:       — Великолепно! Драматическое спасение! Мне это нравится!       Его огромное тело было немного пугающим, особенно когда он смотрел на Танджиро сверху вниз. Тем не менее, у него было более доброе выражение лица, когда его рука похлопала его по голове и взъерошила бордовые локоны.       — Я в долгу перед тобой, — сказал он, пока Сума продолжал хвалить его.       — У Танджиро-сана золотое сердце, — хихикнула она и соскользнула с плеча Тенгена. Она прыгнула в сторону Танджиро с блеском в глазах и хитрой улыбкой. — Разве у него не самые красивые глаза? — Она мечтательно вздохнула, её пальцы коснулись его шеи, чтобы приподнять подбородок для демонстрации. — Он может стать прекрасным дополнением к гарему.       Танджиро ахнул, застигнутый врасплох, но хватка Сумы удержала его на месте. Бог праздников внимательно осмотрел его, задумчиво выпятив губы. Он скрестил руки на груди, довольный увиденным, и громко рассмеялся.       — Прекрасная идея! — он взревел.       У Танджиро внутри все сжалось.       — Не каждый день человек получает благосклонность Бога, — сказал Тенген.       Он не ошибся, подумал Танджиро, а Тенген продолжил:       — Поэтому, Камадо Танджиро, — объявил он собравшимся вокруг толпы зрителям, — я принимаю тебя в качестве своей невесты!       Раздался еще один залп пушек с конфетти, и в этот момент Танджиро усвоил два урока. Во-первых, Бог празднеств очень ярок. Во-вторых, он очень, очень облажался.