Невеста Бога воды

      Мурата был готов дать Танджиро пространство и время, чтобы восстановиться после его срыва, но мальчик был крепче, чем гвозди и сильнее, чем бетон. Он забыл, что Танджиро не был изящной или слабоумной невестой; в конце концов, он был человеком, который завоевал любовь Гию.       На следующий день Танджиро вернулся к своим обязанностям старшего сына. Его семья заработала приличную сумму в обмен на благородную жертву Танджиро, но большую часть своего богатства они потратили на оплату медицинских услуг и лекарств, чтобы вылечить болезнь Танджиро, которая стоила каждую монету. Воздействие жертвы Танджиро было видно, когда мальчик смотрел, как его братья и сестры играют на улице, их лица сияли здоровее благодаря пище, которую они могут себе позволить. Даже Незуко купила более красивое кимоно, чтобы заменить её изношенное и потрепанное. В течение многих лет Танджиро издалека наблюдал, как его младшая сестра изо всех сил пытается исправить износ, чиня свою одежду с величайшей осторожностью, но теперь он может обеспечить свою семью.       Однако не всё, что блестит — золото. Его жизнерадостность противоречила затянувшейся боли, пустоте божественной связи, которая больше не резонировала в его душе, словно бы Гию соскоблил след своей сущности. Той ночью, когда дождь не прекратился и чуть не затопил деревню, он почувствовал, как божественная связь постепенно ослабевает, пока она не станет тусклой и слабой. Любое напоминание о Гию, будь то капли дождя на его щеках или река, которая текла по дорожке, висело над его головой, как темное мрачное облако.       Он пытался обобщить свои приключения в царстве Богов для своей семьи, поражая их вновь обретенным знанием, но всякий раз, когда его братья и сестры упоминали Бога воды, чтобы проверить, хорошо ли он относится к их брату, улыбка Танджиро колебалась, почти давая им неправильное впечатление. Конечно, он исправил это недоразумение и дал им понять, что очень скучает по своему мужу, что было частичной правдой.       — Не говорите людям об истинной причине, почему вы здесь. Пусть думают, что вы пришли погостить. Никогда не рассказывайте им об искажении, — наставлял Мурата наедине. — Включая вашу семью и друзей.       — Почему? — Спросил Танджиро.       Мурата отполировал свой меч до тех пор, пока его сланцево-голубой оттенок не стал блестящим и приятным. — Потому что истории очень сильны, — повторил он слова его бабушки. — Их убеждения и страхи могут привести нас к гибели.       Как грустно, думал он, что у него никогда не будет возможности должным образом представить мужа своей семье.       — Ну, — его бессмертный спутник указал на недостаток. — Даже если бы искажения не существовало, вы бы не захотели представить своим предкам дракона, который больше, чем эта деревня.       Ах да, это тоже верно.       Сначала Танджиро спросил, почему Мурата должен следовать за ним в царство смертных, потому что искажение затрагивает только Богов, а не людей. Но не смотря на то, Танджиро был в безопасности, у него возникло подозрение, когда он увидел небольшую толпу, собравшуюся снаружи во время ужина. Младшие дети, включая Рокуту, окружили своего брата и держали его с самым яростным выражением лица, как будто они знали больше, чем казалось. Прежде чем Танджиро убрал руки и повернулся лицом к толпе, отец сделал ему знак остаться и пошел вместо него. Мужчины и женщины одинаково держали факелы, оружие и сельскохозяйственные орудия, такие как топорики и мотыги, но его отца это зрелище не волновало, он стоял неподвижно. Короткий меч, который он держал сбоку, свидетельствовал о его намерении защитить свою семью. Он не смотрел на грубых нарушителей, любезно нарушивших его прекрасный ужин.       — Что привело вас сюда?       Один человек с передовой группы вышел вперед. Если Танджиро правильно помнил, однажды он очистил имя этого человека, когда женщина обвинила его в том, что он разбил ее тарелки.       — Танджуро-сан, — сказал он с уважением к отцу. — Мои извинения, но, пожалуйста, приведите вашего сына. Мы должны казнить его за невыполнение долга в качестве невесты Бога воды.       Дети услышали его требование и крепче вцепились в брата.       — Вы принимаете поспешное решение, — утверждал его отец, и не давал им войти как вкопанный.       Танджиро зажал нос, когда едкий запах серы, смешанный с дымом, вспыхнул в воздухе и заполнил его ноздри, почти задушив. Его отец, от которого обычно пахло свежими сосновыми шишками и ягодами, разозлился.       — Мой сын просто гостит, — сказал он человеку. — Вскоре Танджиро вернется в царство Богов и воссоединится с Гию-сама. Нет необходимости прибегать к насилию.       Его спокойный ответ разжигал пламя несогласия.       — Танджуро-сан, — прорычал лидер и схватил его за запястье, — не оскверняй волю Богов.       Танджиро чуть не стошнило от волны враждебности, захлестнувшей его чувства своим отвратительным, гнилостным запахом. Он был дураком. Он ничему не научился из предупреждений Шинобу? Невест, вернувшихся в свою деревню, называли мерзостями, заслуживающими смерти и часто расчленяли, чтобы они служили напоминанием всем будущим невестам. Даже если Танджиро поручился за себя, его слово противоречило многолетним традициям и ценностям.       Его деревня, должно быть, терпела его существование по крайней мере один день в знак уважения к его семье из-за их заслуг перед общиной, но они, наконец, достигли своего предела.       — Стоп! — Вскрикнул он, вырываясь из рук братьев и сестер. Он не может тащить за собой свою семью.       Прежде чем отец заломил ему руку за спину и усилил напряжение, Мурата мгновенно материализовался перед ними и разрядил обстановку. Несмотря на его простую внешность, жители деревни были напуганы его внезапным появлением, незнакомым с чужаком, который только что ворвался в их драку.       — Мурата-са...       Танджуро остановился. Он не узнает этого человека. Человек, защищающий свою семью, не был тем же самым нелепым человеком, который попал в беду за то, что тайком положил себе в рот пельмени, или наказан за то, что подглядывал за Гию с Танджиро. Нет, этот человек был совершенно другим, потому что теперь он источал определенную ауру, которая холодила его кости и вызывала мурашки по коже.       — Что вы делаете?       Танджиро никогда не видел его таким разъяренным, но это был Мурата, правая рука Гию. Если ему доверили защищать невесту своего господина, то он будет выполнять эту задачу усердно, несмотря на последствия. Это был приказ его господина, поэтому его слово было законом.       Этот человек не знал о внезапном падении температуры и имел наглость указать на Танджиро.       — Этот мальчик должен умереть за свои грехи. Бог воды недоволен своей невестой, поэтому он вышвырнул его вон. И теперь из-за него мы будем страдать годами засухи!       Хор согласия поддержал его претензии, но крики толпы немедленно прекратились, как только Мурата покрутил пальцем. В одно мгновение голова мужчины оказалась заключенной в водную сферу и застряла там без кислорода. Человек трепетал и царапал свое горло, крича о помощи, но толпа могла только остановиться и смотреть на демонстрацию силы, в то время как он продолжал издавать булькающие звуки. Его пытка продолжалась бы дольше, если бы не вмешался Танджиро.       Темноволосый мальчик бросился на помощь мужчине и повернулся, чтобы посмотреть на своего друга. Он тонул.       — Мурата-сан, - его голос дрожал, — пожалуйста.       Через секунду водяной пузырь лопнул, полностью пропитав верхнюю часть тела мужчины, но это было наименьшей из его забот, когда он опустился на четвереньки и начал хватать ртом воздух. Танджиро медленно потер спину, когда он кашлянул еще воды.       — Чудо, — пробормотал кто-то.       — Воля Богов, — сказал другой.       Люди смотрели на Мурату с осмотрительностью и благоговением. Некоторые даже поклонились, карабкаясь на пол, чтобы поблагодарить его за его милость, включая человека, которого он почти утопил, потому что то, что он сделал, было доказательством, в которое они должны были поверить.       — Послушайте, — Мурата утверждал свое божественное положение. Его голос звенел у них в ушах. — Вы, ребята, были благословлены, потому что Гию-сама выбрал Камадо Танджиро своим фаворитом. И от всего своего доброго сердца он дал вам возможность поприветствовать свою любимую невесту, — Мурата нахмурился. — Это не то обращение, на которое он рассчитывал. - Если вы тронете хотя бы волос на его голове, я клянусь вам, — он повысил голос, — что вы, люди, не останетесь невредимыми, и бедствие, даже большее, чем Великий Потоп, уничтожит вас, — он огляделся в поисках какого-нибудь противника. — Я ясно выразился?       И снова Танджиро вспомнил о другом мире, в котором жил Гию, о том, как его смерть отделяла их друг от друга. Видя, как жители деревни держатся за каждое слово Мураты, он задался вопросом, было ли решение Гию выкинуть его из царства Богов верным. Он ожидал, что дети испугаются его спутника, но благодарность взяла верх над страхом. Вместо того чтобы отшатнуться, младшие дети обняли его и поблагодарили его за спасение старшего брата.       Хотя поначалу Танджиро был потрясен, он пришел к выводу, что именно это отличает человека и божественное существо.       — Я пошел против правил, — простонал Мурата. — Тьфу, я знаю, что зашел слишком далеко, но эти люди никогда бы не поверили мне, если бы я этого не сделал.       Танджиро улыбнулся. Мурата, которого он знал, вернулся.       Позже Танджиро узнал, что это было необычно для божественного существа жить среди смертных и иметь прямой контакт с ними. В совете было принято единодушно не делать этого, но Гию дал ему явное разрешение использовать свои небесные силы. Где-то на небесах Бог воды всё ещё защищал свою невесту и поставил под угрозу собственную репутацию.       — Это был приказ, — сказал Танджиро, — но ты все равно это сделал.       — Ну…       — Спасибо, — сказал он Мурате. — Ты не только мой друг, ты сделал больше, чем я мог себе представить. Для будущих поколений, начиная с сегодняшнего дня, я буду рассказывать истории о тебе. Обещаю.       Это была его клятва. Это было его обещание. Слово Бога вечно, и когда Танджиро говорил, Мурата безоговорочно верил, что его слово имеет такой же вес, как и слово Бога.       Как будто мальчик сам был Богом.

***

      Когда его братья и сестры собрались, чтобы услышать его рассказы перед сном, Танджиро вспомнил одно драгоценное воспоминание.       — Какая твоя любимая история? — он спросил свою бабушку, когда практиковал Танец Бога Солнца.       Меньше всего он ожидал услышать в ответ:       — Твои истории, малыш.       Он склонил голову набок, сбитый с толку ее ответом, который заставил бабушку вздохнуть и она поманила его к себе на колени.       — Раньше ты создавал свои собственные истории, — сказала она внуку. Иногда она записывала их в дневник, чтобы родители с гордостью его читали. — Но я была эгоистичной. Я заставила тебя запомнить истории Богов. Из-за этого ты перестал рассказывать мне свои оригинальные истории. — Её аромат был пронизан сожалением. — Мне было бы очень приятно, — она ​​с тоской уставилась на небо, — если бы ты рассказал мне еще одну историю, прежде чем я умру.       Танджиро посмотрел на своих братьев и сестер, и Мурату с нежной улыбкой, и начал рассказывать новую историю.