Невеста Бога воды

      — Этот танец для вас, — мечтал Танджиро. — Мой последний подарок для вас…       Он увидел красивого мужчину, который возвышался над ним с длинными лучистыми волосами и тёмным ярко выраженным шрамом, но, несмотря на его рост, мужчина наклонился достаточно близко, чтобы их лбы соприкасались. Его чёлка мягко коснулась его кожи, и Танджиро покраснел, потому что чувствовал себя нехорошо, находясь вместе неуместной близости.       Однако он как-то выпалил:        — Я буду дорожить этим танцем и всем, что вы мне дали. Я буду танцевать, пока не смогу остановиться, пока мой последний вздох не заберёт меня…       Было произнесено больше слов, но Танджиро проснулся прежде, чем смог вспомнить. На этот раз слёзы, которые он пролил, не принадлежали ему.

***

      — Идёт дождь, — заметил Танджиро, наблюдая, как капли дождя покрывают землю в третий раз на этой неделе. — Ему больно.       Резкая боль беспокойства поразила его.       — Тогда тренируйтесь усерднее, чтобы вы могли быстрее воссоединиться с ним, — ответил Мурата и тоже спрятал свои тревоги, расслабившись, чтобы ударить Танджиро. Отвлекающие факторы только помешают его прогрессу. — Подвиньте бёдра вперед, — проинструктировал он, снова чувствуя себя неадекватным учителем. Урокодаки был бы лучшим самосовершенствующимся.       И Зеницу, и Мурата не были инструкторами по фехтованию, но, по крайней мере, они привили основы и подготовили тело Танджиро к более строгим тренировкам. Они натренировали его до мозга костей, одновременно оттачивая свои навыки фехтования, потому что в конечном итоге они могут столкнуться с искажением, которое свирепствовало в царстве Богов. В конце концов, не только люди были в опасности       — Я завидую, — изнемогал Зеницу, покачиваясь на земле, его икры горели интенсивно. — Твоя выносливость действительно хороша, Танджиро, — скулил он.       — В самом деле? — Танджиро сделал паузу на середине удара, что было роковой ошибкой, когда Мурата ударил его посохом по ребрам       Воздух покинул его легкие, и он закричал, свернувшись клубком, застонав от пульсирующей боли. Обязательно появится противный синяк.       — Будьте внимательней! — Ругал Мурата. — Сделайте еще 500 повторов. И Зеницу-сан! — Он повернулся к нему с острым взглядом. — Перестаньте целовать землю и возвращайся к работе!       Очевидно, его первоначальный страх встретить принца Бога грома прошел. В ответ Зеницу перевернулся и пожаловался на то, что он большой хулиган, но, несмотря на сопротивление, он вернулся к работе, когда появилась Незуко, скорее всего, с намерением произвести на неё впечатление. Тем не менее, его замечания никогда не покидали голову Танджиро, когда он начал повторение.       Позже, когда наступил закат и ознаменовал конец дня, Мурата расширил наблюдение Зеницу.       — У вас нет исключительного таланта, — резюмировал он прямо в погоне, — но ваша выносливость компенсирует эту нехватку.       Обычный человек отказался бы от кропотливой тренировки и непрерывной рабочей нагрузки, но Танджиро продолжал пахать, выполняя кажущиеся невозможными задачи Мураты, как послушная собака.       — Это довольно страшно. В этом маленьком человеческом теле хранится много энергии, — сказал он. — Это ненормально.       Первый день тренировок Танджиро был заполнен препятствиями, в том числе задачей спуститься с горы, изрешеченной опасными ловушками и скрытыми снарядами, ожидающими, чтобы вырубить его. Тем не менее, его навыки улучшались с геометрической прогрессией.       — Я думаю, это благодаря тому странному танцу, который вы исполняли.       Наряду с тренировками, Танджиро каждый вечер преданно исполнял танец бога солнца, готовясь к наступающему новому году. Поскольку он был невестой Бога воды, то чувствовал, что было бы неуместно или неуважительно практиковать танец в пределах владений Бога воды, поэтому он был немного раздражен, когда попытался танцевать. Давняя традиция его семьи была обогащена историей и гордостью, и его отец сказал ему, что его предки использовали этот танец, чтобы отогнать злых духов и очистить испорченные души. Жители деревни никогда не понимали непреклонного решения семьи Камадо исполнять такой напряженный танец всю ночь, но всякий раз, когда была такая ​​возможность, люди смотрели издали с благоговением. Его замечательная красота была хорошо известна.       — Танец бога солнца? — спросил Танджиро. Он выпятил губы и обдумал его воздействие. — Я думаю, это имеет смысл, поскольку это повлияет на вашу выносливость.       — Нет, — возразил Мурата, сплетая пальцы вместе с запорным выражением лица. — Дело не только в этом.       Танджиро моргнул от уверенности в его голосе и внезапности его ответа.       — Как так?       Мурата поднял голову и посмотрел в глаза Танджиро, глаза человека, чья семья была благословлена ​​одним из сильнейших богов.       — Нет никаких записей о танцах, посвященных Ёриичи-сама, — сказал он.       Танец был обычной формой выражения своей благодарности Богам, которые обычно встречались на фестивалях и свадьбах, но танец Бога солнца, танец, который передавался из поколения в поколение, выходил за пределы благодарности. Когда Мурата испытал этот танец на себе, он не мог не изумиться уровню силы, которую Танджиро проявил, вращаясь вертикально, чтобы продемонстрировать второе движение.       — Нормальные люди не могут исполнить такой сложный танец. Обратная реакция после выполнения нескольких последовательных вращений заставила бы вас упасть в обморок, — пояснил он.       В его рассуждениях была правда. Когда Танджиро только начал, его колени подогнулись, и он несколько дней ходил, как новорожденный олененок.       — Этот танец укрепит ваши кости и увеличит ваши лечебные способности — добавил он. — Вы бы умерли, если бы эта стрела попала в вас, но ваше тело стало сильным сосудом, чтобы противостоять такой опасной для жизни ране.       Хотя Танджиро и не говорил об этом, он также понимал, что его отец уже умер. Мальчику напомнили не принимать вещи как должное. Бог солнца доброжелательно подарил своей семье ценное владение, подарок, достойный могучих воинов вместо семейства угольных горелок.       Несмотря на нетерпение, Танджиро сопротивлялся желанию прорваться сквозь царство богов и сосредоточился на своем неуклонном продвижении к мастерству владения мечом. Клинок Ничирин, как он узнал, считался одним из самых сильных орудий для защиты, поэтому, если он докажет Гию, что может владеть клинком, то, возможно, Бог воды может доверять ему, чтобы защитить себя. План не был надежным, но стимулов было достаточно, чтобы побудить Танджиро проснуться до рассвета и начать свои тренировки.

***

      — Кстати, — однажды спросил Танджиро Зеницу во время обеда. — Как я собираюсь вернуться в царство Богов? Ворота закрыты.       Вопреки пожеланиям Мураты, Танджиро упрямо отправился обратно ко входу в храм Бога воды во время своей первой недели возвращения домой. К его ужасу, жрица, которую он встретил, пропала, а остальная часть имущества была закрыта. Связь с царством Богов была прервана. Вторым вариантом Танджиро было преднамеренно утопить себя в озере, но его безрассудство вызвало у Мураты и Незуко сердечный приступ, когда они увидели, что он нырнул и не всплыл на поверхность. Эти двое объединились и вытащили его из воды с самыми страшными лицами, которые он когда-либо видел. Таким образом, ему было запрещено даже смотреть на озеро, если он не умолял о смерти.       Узнав о том, что Зеницу был полубогом и частью гарема Тенгена, Танджиро, естественно, предположил, что Бог празднеств — это ключ к возвращению, но его друг сразу же отверг эту идею. Когда он спросил почему, блондин поджал губы.       — Танджиро, — Зеницу осторожно посмотрел на него и изысканно подошел к нему. — Ты, вероятно, слишком глуп, чтобы заметить, но отношения Гию-сама с другими Богами не самые лучшие.       Мурата поморщился.       Беспокойство Зеницу усилилось, когда мальчик с бордовыми волосами моргнул со скромной улыбкой, явно не обращая внимания на его слова. Он вздохнул. Не было никакого окольного способа сказать правду.       — Танджиро, ты же знаешь, — он поморщился, — что никому не нравится Бог воды, верно?       — Э?! — Воскликнул Танджиро. Его палочки для еды и ячмень были забыты, когда он приблизился. — Но почему? Гию-сан хороший!       По личному опыту, Зеницу был абсолютно напуган его присутствием, особенно его нервирующим взглядом, так как они напоминали ему пару мертвых рыбьих глаз. Его страх еще больше укрепился, когда деревня навлекла на себя его гнев после убийства невесты и была должным образом наказана. Дождь похоронил деревню до основания, пока потоки воды не достигли крыш и не обрушились на людей нескончаемым градом. Он вспомнил, как дрожал издалека, наблюдая, как рептилия бога воды возвращается на небеса и оставляет деревню в руинах. Однако это было справедливо с точки зрения Бога, который горевал веками.       — Гию-сама всегда отклонял приглашения Тенген-сама на его фестивали, — сказал Зеницу. — Также он был настолько близок к тому, — продемонстрировал он, почти сжимая пальцы, — чтобы спровоцировать войну во время ночного фестиваля.       Защищая честь своего мужа, Танджиро раздражённо скрестил руки.       — Это была самозащита. Тенген-сама собирался похитить меня как свою невесту.       Глаз Зеницу дрогнул от раздражения. Любовь слепа.       — В любом случае, у Бога воды больше врагов, чем друзей, — сказал он, — поэтому я считаю, что лучшим выбором для нас является Богиня любви.       Зная Мицури, она была бы рада быть вовлеченной в их дела, и воссоединение влюбленных было как раз по её части. Танджиро оживился, когда он услышал её имя и был взволнован, что он собирался встретиться с Богиней снова после её помощи на Ночном фестивале. Он был благодарен за её вмешательство, но так и не получил возможность посетить её владения. Его память была нечеткой из-за феромонов, которые тормозили его мыслительные функции, но он знал, что она была ценным союзником. Когда он выразил свой энтузиазм, Зеницу с осторожностью бросил на ветер.       — Я знаю, что она богиня любви, но ты должен быть осторожен, — предупредил он. — Потому что она святое существо.       Богиня любви часто соперничала за свои способности, и её популярность продолжала расти, потому что люди были непостоянными существами с непостоянными сердцами. Многие молились в её святилищах, и некоторые из её самых набожных почитателей надеялись, что богиня сравнится с ними в совершенстве. Однако их желания не исполнялись бесплатно, и часто их чувства подвергались сомнению ради развлечения. Зеницу знал об этом, потому что он искушала многих богов исполнять её приказы с помощью этого метода.       — Будь осторожен, Танджиро, — повторил он. — Потому что она, как известно, любит свои игры.       Его опасения стали реальностью, когда они увидели, что она ждет у входа в свое святилище, ожидая их прибытия с выпечкой и чаем.       — Я ждала тебя, — сказала она с блеском в глазах и радостной улыбкой, пока слуги проводили их внутрь.       Быстро понюхав, Танджиро почувствовал запах испеченного хлеба и корицы, и его желудок протестующе заурчал, пытаясь ощутить источник этого соблазнительного запаха. У него потекли слюнки при мысли о том, как он будет кусать золотисто-коричневые вафли, которые она преподнесла собравшимся. Он только что закончил свое обучение и спарринг против Мураты и Зеницу без вреда для рёбер, так что вафли были бы отличной наградой. Хотя все пытались убедить его отдохнуть ещё один день, он был слишком взволнован, чтобы ждать. Уже взволнованный, он жаждал снова увидеть Гию, уткнуться носом в его грудь, как мурлыкающий котенок, и спать на ней каждую ночь, сколько душе угодно. Он хотел услышать знакомую дрожь его голоса, его сладкие стоны всякий раз, когда Танджиро будил его бодрствующим или душил его объятиями.       — Я могу вернуть тебя в царство Богов, — сказала она Танджиро, — Но за это нужно заплатить цену.       Она сделала глоток своего изысканного чая и оценила его реакцию под своими ресницами. Танджиро почувствовал, как Зеницу напрягся, но его не смутили её смелые слова. Он кивнул, давая ей разрешение продолжить.       — Это будет испытание, — начала она с кривой улыбкой, потому что веселье только началось. — Во-первых, я наложу на тебя чары, так что для всех остальных, кроме меня, ты будешь неузнаваем       Следовательно, Танджиро будет замаскирован под другую кожу, под другое имя, но не под другим сердцем.       — Далее, тебе запрещено говорить на протяжении всего теста, включая любые случаи, которые дадут Гию и кому-либо еще намек на твою личность.       Это был большой приказ Танджиро из-за его бодрой и разговорчивой натуры. Его часто заставали болтающим с первым встречным, но он не был дураком и принимал её требования с прикушенным языком и решительным выражением лица.       — Ты будешь следовать моим указаниям, как только я познакомлю тебя с Гию, — закончила она. — Выслушав мои условия, ты готов вернуться?       Как и ожидалось, если он потерпит неудачу, его выгонят и запретят возвращаться в царство Богов, но если ему это удастся, он останется. Его кровь стала горячей, а дыхание ускорилось. Он может представить себе, как Мурата и Зеницу умоляли его не соглашаться на её требования, что есть альтернатива вернуться в царство богов, но эти пути были более трудными и отнимали много времени.       Танджиро больше не хочет ждать. Он не хочет, чтобы его нерешительность утащила его назад. Его колебания стоили ему времени, времени, которое он мог бы провести рядом с Гию.       — Тебе не обязательно это делать, — Мицури дала шанс отказаться. — Что бы ты ни выбрал, я поддерживаю тебя.       Возможно, кому-то другому ее невинно звучащий тон показался бы обманчивым, как будто коварная душа обитала в ее теле и получала удовольствие от того, что ставила людей на распутье. Возможно, так оно и было, и ей хотелось отвлечься от своей скучной жизни, хотя она была одним из самых добрых богов, которых он когда-либо встречал.       — Спасибо, — сказал он за её действия на Ночном фестивале и за оказанную ей услугу.       В конце концов, Танджиро все еще интерпретировал свои действия как искреннюю форму помощи.       — Я принимаю ваши условия, — ответил он, игнорируя ужас Зеницу. — Моя судьба в ваших руках.       Мицури хихикнула. Её глаза искривились от удовольствия.       — Нет, это не так, — сказала она и сжала его руки. — Твоя судьба всегда принадлежала тебе.       Поскольку Зеницу не разрешили войти в царство Богов, Танджиро крепко обнял его перед уходом. В свою очередь, Зеницу пожелал ему удачи, рыдая в его плечо и поощряя его к победе.       — Или я не прощу тебя за то, что ты помешал мне провести время с Незуко-чан, — фыркнул он, заставив Танджиро смеяться над его глупой угрозой.       С другой стороны, Мурата был в тупике, потому что он не мог участвовать и мог разрушить целостность теста. Поэтому Мицури пригласила его временно остаться в ее владениях, пока испытание Танджиро не будет закончено.       — Думаю, я не могу быть здесь и поддержать вас, — шутил он беззаботно.       — Ты придурок, — выдохнул Танджиро. — Это было нарочно?       — Нет, — ухмыльнулся Мурата. — Честно говоря, это было неподходящее время с моей стороны.       В их прощании не было слёз, потому что все, включая Незуко и его семью, верили, что невеста бога воды воссоединится со своим мужем. Тем не менее, препятствия уже были установлены, и Танджиро собирался увидеться с ним в качестве незнакомца.       — Это будет сложнее, чем я думал, — подумал Танджиро, снова приближаясь к Гию через много месяцев, потому что Гию, которого он встретил впервые, отличался от Гию, которого он встретил прямо сейчас.