Озеро истлевшей пустоты

Конечно в бред, что наплел ему и Чимин (хотя по сути сам понял Чон), поверить сложно, да и вообще можно сразу прямиком в психушку этого человека отправлять. Но Чонгук верит. Сам не знает почему, но верит. Он даже в некотором смысле рад, что у него фактически есть бесплатный телохранитель, хотя стоило бы бояться, что под боком бомба замедленного действия и лучший губитель жизней всех веков. Утро наступает быстро, Чонгук даже не успевает отдохнуть. Назойливый будильник въедается в мозг, пробуя его по чайной ложечке, словно пытается устроить альфе долгую и жестокую смерть. Солнце проходит сквозь шторы мелкими лезвиями и идёт в наступление, терзая лицо Чона светлыми и тёплыми ножами. Как бы Чонгук не хотел отдохнуть, как бы ещё не хотел поспать, но он должен идти. У него работа, хотя и по интернету, но Чонгук уже в поисках нормальной постоянной работы, и то, что Чимин сейчас слишком забавно рассматривает гудящий телефон ещё ничего не отменяет. Альфа рукой ищет телефон на прикроватной тумбочке и проводит пальцем в правую сторону. У Чимина глаза на лоб вылазят, когда он видит, что этот странный для него прибор больше не вибрирует и не издает странных звуков. — Как вы это делаете? — удивлённо спрашивает омежка и тычет пальцами в экран. В итоге там проявляются какие-то точки, что походу сильно начинают интересовать Чимина, а потом чонгук обнаруживает, что было слишком много неудачных попыток ввести пароль и теперь его телефон заблокирован на несколько часов. Чонгук закатывает глаза и выходит из спальни в ванную, но приходиться возвращаться обратно в коридор, попутно выталкивая Чимина из ванной. — Но… — только и успевает сказать омежка. Чонгук его из озера вытащил, от страданий избавил, в другой мир привел, и теперь Чимин обязан ему жизнью, но как он может оберегать того, кто сам этого не хочет? Все 15 минут Пак чуть с ума не сходит под дверью, а Чонгук всё не выходит. Чимин пальцы грызёт, а Чонгук не выходит. Чимин локти кусает, а Чонгук не выходит. Наконец дверь открывается и из ванной выходит совсем свежий и окончательно проснувшийся Гук. Он одет в черные джинсы и такого же цвета худи. Хотя кого это интересует. Чимин бросается на него с объятиями, а альфа продолжает стоят по середине коридора в недоумении. — Господин, я так переживал за вас. Я уже думал, что что-то случилось. — лепечет омежка и зарывается носиком в шейку альфы, а тот плавится, в первые в жизни плавится от таких невинных прикосновений, и, если бы это был не Чимин, Чон бы завалил его уже на кровать. Но это ведь Пак Чимин — самое милое, невинное, безобидное и опасное существо в мире, поэтому он не смеет его даже и пальцем трогать, чтобы случайно не осквернить это чудо. — Тогда просто надо было постучать и спросить все ли в порядке. Я бы тебе ответил. — говорит Чонгук, когда уже пришел в себя и немного приобнимает омежку, но совсем легонько и осторожно. Чимин кивает и что-то бормочет, кажется даже всхлипывает, но потом улыбается и отстраняется от Чонгука, который уже шаркает тапками на кухню. Чонгук одинокий, и это факт. Он всегда был одиноким несмотря на количество друзей и на их, так скажем, качество. Веселая компания это хорошо, но иногда хочется в мягкие и теплые объятия, как например сегодня подарил ему Чимин. Чонгук не понимает, почему на душе вдруг становится так хорошо и трепетно, а в животе что-то приятно бурлит. Бурлит так же, как и суп в кастрюле напротив Чонгука. Спустя несколько лет самостоятельной жизни альфа и готовить уже научился. И ещё и довольно вкусно. Чимин стоит около подоконника и смотрит на улицу, где машины снуют туда-сюда, а люди куда-то спешат. Где у каждого есть своё дело, где каждый думает сам за себя. Смотрит на улицу, где совсем не спокойно, и вообще вряд ли хоть один из этих людей знает что такое покой. Глаза Пака широкие, большие, они впитывают в себя каждое движение на улице, поглощая, изучая, делая какие-то выводы, и Чонгук по сгоревшей каше рядом с супом, понимает, что засмотрелся. — Твою мать! — Чонгук быстро выключает газ и бежит к окну, открывая форточку, чтобы проветрить кухню. — Что такое, хён? — Взволнованно говорит Чимин, наблюдая за бегающим по всей кухне Чонгуком. — Каша сгорела — шипит альфа и выбрасывает её в мусор, а затем замачивает кастрюлю в мойке. — И что теперь делать? — Суп есть — слегка нервно посмеивается Чон и наливает в миску горячий суп. Как только миска оказалась перед омежкой, тот расширил глаза, обнюхивая непонятную ему жидкость, что паркет. — Осторожно, горячий. — предупреждает Чон, изогнув бровь, потому что не понимал, что делает Чимин. Тот кивает и берёт в руки ложку. — Ты никогда не ел суп? — Чимин машет головой, в Чон понимает, что этого ребёнка ещё и есть нужно учить, так как, похоже, кроме каши он ничего не ел. С горем пополам покормив его, Чонгук включает ему по телевизору дораму, которую по его мнению должен видеть каждый. Тот послушно сидит на диване и очень удивляется когда в телевизоре показывают людей. Он вскрикивает и подскакивает на кровати, пугая Чона. — Из надо вытащить оттуда, их надо спасти, как они там помещаются??! Чонгук хохочет и подходит к Чимину, ставя руку на его плечо и усаживая обратно на диван. — Это просто запись. Там никого нет. Это видео. — Видео? — Да, такая дорама. Просто смотри, ладно? Потом скажешь, понравилось ли тебе, ладно? Чимин кивает и заинтересовано рассматривает экран. Заняв омежку, альфа идёт в свой кабинет и как всегда плюхается в своё любимое кресло. Наушники он сегодня предпочитает не надевать, так как мало что может случиться, а он и не услышит. В общем, в следующие несколько часов Чонгук погружается с головой в мир бесконечных строчек программирования. Он делает сайт на заказ, и ему надо успеть к концу недели. И вроде сначала всё идёт хорошо, а потом его мысли занимает Пак. «А что было бы если он попался в плохие руки?» «А почему именно я его встретил?» «А что будет дальше?» «Мне его содержать?» «Всю жизнь? А вдруг у меня появится омега, что тогда? *» «А вдруг семья?» «Может, мне его чему-то обучить и устроить на работу?» Чонгук вздыхает и откидывается на спинку потирая глаза. Он бросает усталый взгляд на часы и видит что уже почти вечер. Он с утра просидел здесь. В доме подозрительно тихо и Чонгук также тихонько бредёт в комнату. Он не хочет напугать Чимина или разбудить это чудо, поэтому идёт совсем тихо и заглядывает в комнату лишь одним глазком. Чимин сидит на диване и даже нет намека на сон. Его спина ровная, а ноги сложены позе лотоса. Он касается пальцами своих губ и заворожено смотрит в экран. Чонгук становиться интересно, что так взволновало омежку, но экрана ему не видно.

У Чимина

Омежка не понимал много чего, не понимал много слов, бывали такие разговоры, что он вообще ничего не понимал, но спустя столько времени и столько серий, он уже много чего начал понимать. Единственное, что ему было непонятно, так это почему после слов <я тебя люблю> герои касались своими губ чужих. Рот — для того чтобы есть. И другого применения Чимин не знал и не понимал. И до сих пор это было ему непонятно. Он подумал, что, может, Чонгук ему об этом расскажет, но когда это повторилось, Чимину захотелось и попробовать тоже. Он коснулся своих губ пальцами, а затем заметил как главные герои начинают раздеваться. Почему это было так красиво снято? Когда они ходили в ванную например, то они так красиво не раздевались. Тем более, почему они помогают друг другу это делать? В следующие минуты Чимин вообще ничего не понимал, но он старался разобраться, как и со всем остальным. Чонгуку пришлось ещё немного подвинуться, чтобы увидеть экран, но когда он увидел, что там показывают, быстро подбежал и выключил телевизор. Чимин моргал и ничего не понимал, смотря на Чонгука. — Хён? И это <хё>… Чонгук уже знает, что за вопрос его ждёт, поэтому решает сменить тему. — Пора кушать. Ты любишь сладенькое? И это помогает, Чимин быстро кивает и начинает рассказывать что не знал что такое сладкое, но благодаря дораме теперь знает. Чонгук облегчённо выдыхает и кормит Чимина чаем и конфетами, которые очень нравятся Чимину.

***

На следующий день Чонгук решает, что надо бы взять Чимина с собой в магазин и прикупить ему каких то вещичек, раз он уже живёт с Чонгуком. У Чимина глаза разбегаются от всего что он видит, и Чонгук уже устал объяснять значение всего, что только существует в этом магазине. — Чимин, может тебе купить эти джинсы? — альфа указывает на синие джинсы, что, кажется, как раз бы были по размеру Чимину. Тот рассматривает какие-то галстуки и Чон закатывает глаза, беря вешалку с этими джинсами. Дальше он выбрал пару толстовок разного цвета. — Чимин, иди в примерочную… — омежка хлопает глазами, смотря на альфу. –пошли за мной. Чонгук ведёт Чимина к кабинкам и заходит с ним в одну. — Одень это, а когда закончишь, откроешь шторку. Ясно? — Омежка кивает и альфа выходит из примерочной. Чимин долго не выходит, а альфа уже начинает переживать. Нога нервно топает по полу, а взгляд бегает по магазину. Вдруг он слышит как шторка открывается и переводит взгляд на Чимина. Джинсы действительно оказались как раз, словно на Чимина, Чон раньше почему-то не замечал, какая классная задница у парня. Штаны Чонгука были больше на Чимине, поэтому и видно не было, но сейчас… Увидев несколько взглядов на Чимине, он затолкал его обратно в кабинку, прижимая к стене и ставя одну руку на стену, возле его головы.