like the sun

Под закрытыми глазами — образы яркие.

А средь кислорода жертва задыхается,

Вспоминая до искусанных губ ночи жаркие,

Сдерживая плач, что прорваться пытается.

Не забудет фразы, над ухом звучавшие.

В голову эта мразь так врывается…

Хватает обрывки с ним исчезавшие.

Хоть и боль постепенно кончается.

      Тихий скрежет из скважины раздаётся по всему гаражу. Родной скрип двери навевает рание радостные воспоминания. В углу тёмного помещения стоит что-то накрытое пылящимся чехлом. Несколько шагов, и с помощью лёгкого движения руки ткань падает на холодный бетон. Старенький Kawasaki ZRX девяностых, который уже успели починить, почти год не показывал своей мощи, а сейчас скучает без хозяина. Худые пальцы касаются топливного бака, стирая пыль. Убирая руку, Тэхён цепляет взглядом гравировку «hope».       Надежда и погубила.       Некогда любимый всеми знакомыми зверь стал убийцей, которого никто видеть теперь не хочет. Но Тэхён продолжает незаметно приходить к нему в гараж, поглаживать руль мотоцикла, со слезами нажимать на когда-то несработавший рычаг заднего тормоза. Он помогает не забывать Хосока. Пусть в груди щемит, пусть глаза становятся мокрыми, пусть в горле ком стоит, пусть кричать жутко хочется, но вот, перед ним сидит на мотоцикле улыбающийся парень с непослушными рыжими волосами, он кивает на свободный край сиденья и тянется, чтобы обнять.       А потом исчезает.       — Солнце, — дрожащий голос разрезает тишину, — зачем же ты оставил меня в этой темноте? — парень оседает на пол рядом с мотоциклом и откидывается спиной на него, делая шумный вдох.       Под закрытыми глазами образы яркие. Образ любимого человека. Это всё уже в привычку вошло, но сейчас что-то не так. Тэхёну в голову на секунду пришёл Чонгук, а на душе легче стало. Чон словно подал лучик надежды. И час назад же растоптал всё к чёртовой матери своим «…не смогу встретиться».       Эмоциональные качели. Да, Тэхён слышал об этом. Они словно с каждой секундой всё сильнее раскачивались. То он улыбается, разговаривая с Юнги, то сбегает от него. То наконец-то приходит на пары с хорошим настроением, то его угрызает совесть и он пытается догнать Намджуна. То любит всей душой, то стоит у могилы.       Нет-нет, это не эмоциональные качели. Это жизнь. А Тэхён просто слабый человек, что вечно свои проблемы ставит выше чужих. Так ведь? Да, верно.       За стеной послышался шорох и парень вздрогнул. Неужто хозяин дома вернулся? Опешив, Тэхён накрыл чехлом мотоцикл и прикрыл себя. Если его сейчас здесь найдут, то проблем он не оберётся. Потому что он не простил. И не простит же. Или?..       — … или я зря тут недвижимость продаю? — открыв дверь из жилого помещения, в гараж заходит смеющийся высокий парень, что по телефону с кем-то разговаривает. — Ладно-ладно, надеюсь, что не зря билет в один конец взял, — включив тусклый свет, он ищет что-то по комнате, попутно расстёгивая верхние пуговицы на неудобной рубашке. — Там же больше нет претендентов на моё местечко? — улыбаясь, парень облегчённо выдыхает, хватая с полки недавно приобретённую бутылочку любимого рома. Тэхён помнит.       Дальше разговор уже не слышно, свет выключили, дверь закрыли. Оставили Тэхёна с роем вопросов и мыслей в голове.       Недвижимость. Продаю? Билет. В один конец?       Он надеется, что Намджун шутит.

***

      Знакомство с Юнги было… странным? Как и говорил Намджун — он показался реальным занудой. Нет, серьёзно. Стоит такой в строгом костюме, поправляя галстук, разговаривает с кем-то по телефону:       — Мистер Уилсон, — спокойный голос раздавался по улице у входа в бар, — я не собираюсь эту дискуссию растягивать на неопределённое количество времени, — проверяя часы на левой руке. — Звоню лишь сообщить, что завтра — последний срок, решать Вам, — монотонно продолжает он и, кинув что-то на прощание, замечает, как в нескольких шагах от него стоит Намджун, а рядом парень чуть младше их.       Но он только показался занудой, а когда, округлив глаза, Юнги взглянул на футболку Чонгука, оба поняли, что это судьба.       — Мы подружимся, — засовывая смартфон в карман брюк, Юнги приподнимает уголки губ и всё ещё оценивает логотип его любимой группы — клоун, разводящий руки, и надпись «Lacrimosa».       — Не сомневался, — смеётся Намджун.       Посидев немного в баре, парни всё же разговорились не только на тему музыкальных вкусов. Время летело, и Юнги предложил продолжить у него, но Намджун сразу этот вариант откинул, ведь квартирка-то поменьше его дома, а ещё стены тонкие и соседи паниковать начнут, когда Юнги сто процентов захочет организовать караоке. А это Намджун уже проходил. Поэтому все дружно отправились дальше веселиться домой к Киму.       Из-за алкоголя в крови им трудней удалось достичь пункта назначения, Намджун подбадривал и вёл друзей за собой. Ведь сказал, что живёт недалеко, пару метров, ага.       Они, конечно же, дошли. Хозяин дома сопроводил их на второй этаж, а сам пошёл на поиски алкоголя, закусок. Оставив парней, он заметил пропущенный звонок и перезванивает.       Идя за Юнги, Чонгук попадает в просторную, уютную гостиницу. Почти всю площадь на полу занимает белый и пушистый ковёр, в дальней стене находится небольшой камин, а рядом с ним туалетный столик, окружённый кожаными чёрными креслами и диваном с кучей подушек. На стенах можно заметить пару картин в стиле андеграунд, виниловые пластинки и гитару. Последнее показалось страннее всего, ведь хозяин дома точно не тот, кто увлекается музыкой, да и искусство в целом.       Это атмосфера не совсем подходит Намджуну, словно не его дом и не он его обустраивал. Чонгук замечает книжный шкаф, на полках которого стоят несколько книг.       — Да он фанат Джона Гришэма, — усмехается Чонгук, подойдя ближе и осматривая маленькую колонну из книг «Адвокат», «Золотой дождь» и «Камера». — Ух ты, вся серия про Микки Холлера… «Линкольн для адвоката», — хмурит брови Чон и держит в руках одну из книг Майкла Коннелли. Ему знакомы эти книги, ведь когда-то отец ему подобное навязывал.       — Намджун собирался поступать на юридический, так загорелся этой идеей, — Юнги улыбается, но в глазах мелькает досада что ли. — Но судьба распорядилась не так, как он этого хотел, — парень упал на диван и, раскинув руки по спинке дивана, наблюдает за Чонгуком.       Переведя внимание на верхнюю полку, Чон очень сильно удивился.       — Клод Моне? — тихо спросил брюнет и тянется за книгой, к которой давно никто не притрагивался, видимо.       — А, это Тэхёна, — отвечает парень, поправляя отросшую чёлку, что из-за ветра на улице теперь неровно лежит. — Ну, знакомого Намджуна, — поясняет Юнги, так как Чонгук понятия не имеет, о ком идёт речь.       Чонгук же слышит это имя впервые.       «Ким Тэхён».       «Чтобы ты потом не говорил всем подряд, что твой портрет рисовал Леонардо да Винчи».       — Тэхёна?       — Ага.       В этот момент слышатся шаги со стороны лестницы, а после появляется силуэт Намджуна, который пытается засунуть в карман брюк смартфон, попутно удержать в руках и бутылку рома, и тарелку фруктов.

***

      Тэхёну сложно дались последние несколько часов. Но он отпустил свои чувства и уверен, что примет любое решение Намджуна. Во-первых, сколько можно голову забивать мыслями о том, как всё плохо? Во-вторых, пора бы смириться.       Открыв дверь в квартиру, Тэхён не включает свет, он, не снимая обувь, первым делом идёт на кухню. Переливая из фильтра в стакан воду, парень слышит за спиной мягкие шажки и мурлыканье. Сердце начинает биться чуть спокойнее. Он выпивает залпом весь стакан и грузом падает на стул у обеденного стола. Глаза быстро привыкают к темноте, Тэхён осматривает свою мрачную и пустую кухню. Хочется побыть сейчас в одиночестве, но точно не в этой квартире. От неё так и веет воспоминаниями давними. Так и веет счастьем вперемешку с болью.       Если Тэхён решил всё забыть и решил смириться со всем происходящим, то стоит избавиться от вещей, которые бросают обратно в прошлое, окунают с головой.       Парень так и засыпает, сидя на кухне в верхней одежде.       Руки совести, душившие его на протяжении долгого времени, медленно ослабевают хватку на шее и скрываются в темноте. Правда, багровые следы остались. Их вылечит только время.       Но никто не говорил, что будет легко.       Никто не говорил, что багровые следы могут душить воспоминаниями.       На них раз глянешь и пропадёшь. Голову забьют, и не заметишь.       Протяжная вибрация на смартфоне Тэхёна вылавливает из дрёмы и оповещает о входящем звонке. Русоволосый ориентируется быстро и проводит пальцем по экрану, отвечая на звонок.       — Тэ, — сонный и вялый голос доносится из динамика. — Тэхён… — жалобно тянет. Юнги иногда в алкогольном опьянении заглядывал к Тэхёну, говоря о том, какой Ким классный. В этот раз, видимо, доползти до входной двери оказалось непосильной задачей.       — Где же ты? — словно скулит. — Нам нужно поговорить, — Тэхён, конечно же, предполагал, что Юнги захочет обсудить произошедшее сегодня утром, но не так. Не так быстро. Не в таком состоянии. — Тэхён-а… Я принёс биографию Моне, что ты оставил у Джуна, — пока Ким подбирал слова, Юнги продолжал нести всё, что приходит на ум. — Скажи что-нибудь, пожалуйста, — речь была немного неразборчива, но посыл был ясен.       — Юнги, ты где? — вопросом на вопрос.       — Я забыл пароль от твоего подъезда.       Неудивительно.       Тэхён сбрасывает звонок и спешит на лестничную клетку. Вроде взрослый человек, а следить за ним нужно. Пьяный парень сидел у железной двери в подъезд и рассматривал граффити. Настоящий преподаватель графики. Он сразу не замечает Тэхёна, что появляется рядом, скрестив руки.       — Будешь дальше любоваться уличными произведениями или зайдёшь? — говорит Ким, замечая в открытом рюкзаке Юнги, который лежал рядом с ним, книгу. — Всё-таки реально принёс, — дополняет.       Без слов Юнги встаёт и подходит ближе к Тэхёну. Улыбка на лице профессора кажется глуповатой, но такой искренней. Киму приходится приподнять голову, чтобы посмотреть в глаза парня напротив, что стоит практически вплотную. От него несёт алкоголем, а зрачки расширены. Тэхён чувствует давление и упирается ладонями в грудь Юнги.       Как-то всё неправильно. И Тэхён хотел бы это прекратить, но сейчас он боится сказать прямо. В действительности просто Юнги слегка напугал Тэхёна своими действиями. Непривычно его видеть таким. Даже раньше после приличного количества выпитого алкоголя он себя не вёл так непосредственно.       — Я не хотел тебя обижать, — шепчет Юнги и опирается рукой о стену слева от них двоих, чтобы не упасть. — Ты мне важен очень, — он чуть наклонятся к лицу Тэхёна, но Ким всё твёрже упирался ладонями в грудь парня. — Знаю, тебе на меня всё равно, — Юнги кладёт голову на плечо Тэхёна и вздрагивает, тихо усмехнувшись.       — Прости, — поджимает губы Тэхён и опускает руки. Но не обнимает. Мин может воспринять по-другому.       Ему не нужно объяснять, Юнги же знает, что они максимум друзья. Как он мог рассчитывать на что-то после смерти Хосока? Как он вообще посмел думать о таком после смерти друга? Да ему самому противно.       Мин отстраняется, пятится назад, шатаясь. Он берёт в руки рюкзак и достаёт книгу, а после, держа рюкзак коленом, наспех застёгивает его и откидывает на плечо. Не одаривая вниманием Тэхёна, он спокойно предаёт в руки книгу и спускается со ступеньки у подъезда.       — Не извиняйся, — остановившись спиной к Киму, Юнги с заботой в голосе произносит. И уходит, так и не обернувшись.       Потому что его слёзы никогда никто не видел. Не должен.       Не имеет право Юнги показывать такое, ведь он тот самый человек, от которого ждут помощи, а не который нуждается. Но ничего страшного. Юнги же говорил, что будет оберегать, ждать столько, сколько потребуется. Он на всё готов, потому что любит.       Не обязательно быть любимым, можно просто любить.       А Тэхён стоит с книгой в руках и пытается прийти в себя. Не из-за поведения Юнги. Из книги выпал стикер для заметок, на котором от руки что-то было написано.       «Я нашёл пылящуюся её на полке в гостиной у Намджуна. Уговорил Юнги вернуть её хозяину. При встрече отблагодаришь как-нибудь. Чон Чонгук с пленительным взглядом».       Теперь Тэхён не знает, чего хочет больше: спросить Юнги о его чувствах, спросить Намджуна о продаже дома или спросить Чонгука, какого чёрта происходит. Это совсем не смешно, потому что Ким не успевает переваривать информацию, которая со скоростью света настигает Тэхёна.       Он бежит по ступенькам на свой этаж. Открывает дверь в свою квартиру. Скидывает с себя ветровку и без рук снимает кроссовки. Парень быстрым шагом направляется в свою комнату. Падает на кровать и достаёт телефон. Включает музыку.       Cause everything will be okay.       Он пишет первое сообщение в их с Чонгуком диалоге.       «Если я куплю мороженое, то мы квиты?»       If I stay.       I never thought I would survive on my own.       «Если ты согласишься сходить со мной в кино и купить гору попкорна с тем самым мороженым, то мы квиты. Так уж и быть».       Тэхён согласился. Его больше интересует Чонгук, чем проблемы из прошлой жизни. Тем более он давно не был в кинотеатре. И в долгу оставаться не особо хотелось.