МИР ПЕСКА И ПЕПЛА

      Хилл сквозь крепкий, больше похожий на краткосрочную потерю сознания, сон, почувствовал лёгкое прикосновение пальчиков жены. Всё как-то слишком навалилось: нападение тварей и работа с его последствиями; свадьба Дейва и Мэй… Никто в городе больше не чувствовал себя в безопасности, но в этом мире такое состояние было скорее обычным, чем каким-то исключением. Робу до безумия хотелось вырвать из груди это противное, зудящее беспокойство за жизнь и благополучие Тесс, но никак не выходило.       Наверное, с этим просто нужно свыкнуться. Раньше Хиллу приходилось заботиться только о себе и Аресе, но теперь… его жизнь стала такой красочной. Важной. Особенной.       Тесс делала её таковой, и он не хотел ничего менять.       В Стае то и дело заходили разговоры о новой вылазке, и Роб впервые не хотел покидать дом. Место, которое ранее воспринималось им как необходимое временное убежище.       До встречи с Тесс он считал дни до момента, когда он и Дейв погрузятся в машину и отправятся навстречу опасностям умирающего мира. Изнывал от скуки и раздражения. Но отныне всё изменилось…       Маленькая ладошка жены провела по его заросшей бородой щеке, и Роб улыбнулся, приоткрыв один глаз, чего в принципе можно было бы и не делать. В комнате царила кромешная темнота, а стены дома содрогались от порывов ветра. Метель разыгралась не на шутку. — Не спишь? Шум будит? — Нет…       Щеки коснулось дыхание девушки, а затем она с нежностью поцеловала уже заживающую рану от пулевого ранения. — Болит? — Ни капли, — с легкостью соврал Роб.       Тем более, почти правда. Саднило, конечно, но Волк испытывал на себе ранения посерьезнее царапины от пули. — Прости меня. — Пуговка, да забудь уже. Серьёзно. Я в полном порядке. Особенно сейчас. — Камин потух… — Волк услышал в голосе жены улыбку. — Да, заметил, — рассмеялся Роб, притягивая к себе девушку. — Сейчас займусь.       На самом деле, до одури не хотелось покидать тёплую кровать и общество жены, но, если пустить на самотек, утро для них не наступит. Они рискуют замёрзнуть в объятиях друг друга. С каждым днём и без того суровый климат становился всё хуже. Маленький домик Хиллов трещал от «объятий» мороза; наверное, стоит позаботиться о дополнительном утеплении.       Нехотя выпустив из рук Тесс, Роб быстро вскочил с кровати, не давая себе даже малейшего шанса передумать. Зажёг свечу и принялся спешно натягивать на себя одежду, стуча зубами от холода. Неужели так размяк от супружеской жизни? Раньше, казалось, он не был так чувствителен к смене температур. — Может, возьмем Ареса в дом?       В полутьме Тесс казалась гигантским коконом из одеял, и Роб невольно рассмеялся. — Пожалуй. Вряд ли мохнатому уютно там. Схожу.       Девушка откинулась на уже успевшие остыть подушки и вздрогнула, когда ледяная ткань соприкоснулась с обнаженной кожей. Неуютно повела плечами и натянула одеяло до самых глаз, стараясь, чтобы даже драгоценное теплое дыхание не пропадало зря.       Муж вернулся довольно скоро и принялся за камин. Арес топтался внизу, цокая когтями и стряхивая льдинки с шерсти. Тесс улыбнулась: такие уютные звуки. Теперь они все вместе… — Роб? — М? — Волк не отвлекался от растопки, и огонь уже весело затрещал, освещая комнату. — Что будет дальше?       Хилл, радуясь тому, что сидит к жене спиной, скорчил недовольное лицо и закатил глаза к потолку. Этого разговора следовало ожидать. Но почему-то сегодня так не хотелось говорить на эту тему. Но её не избежать. Подкинув ещё несколько искусственных пластин сухого горючего, Роб разделся и залез под одеяло. — Дальше всё будет отлично. — Но твари ведь вновь могут напасть. Они… ты раньше видел нечто подобное? Кто они? — Понятия не имею, — вздохнул Хилл, откинув голову на подушку и с хмурым видом разглядывая пляшущие под потолком тени. — Ну, а… может, кто видел? — Осторожно уточнила Тесс. — Нет. Трупы тварей тщательно изучают, но пока ни один из Стаи не сталкивался с подобными монстрами.       Они замолчали, думая каждый о своем, а затем девушка пододвинулась к мужу, обвивая его талию руками и уткнувшись лицом в шею. — Мне страшно. — Я… — Роб поморщился, будто испытал физическую боль от подобного признания. — Никому не позволю тебя обидеть. Слышишь? — Но тебя может не быть рядом. Как тогда… — Это что, такой способ заставить меня взять тебя с собой на вылазку? — Невольно улыбнулся Роб. — Вылазку? А что, она планируется? Ты не говорил… — Забудь. — Хилл поцеловал её в лоб, поглаживая по спине. — Ты на такие интриги не способна. Всё время забываю, что моя жена единственная в своем роде.       Получив лёгкий тычок под ребра, рассмеялся громче. — Так что с вылазкой? — Пока планируется. И да, если всё решится, то ты едешь со мной. — Правда? — Тесс приподнялась на локтях, с недоверием посмотрев на мужа. — Да, — вздохнул Роб. — Так я хотя бы не свихнусь от страха. Ну или свихнусь, но чуть медленнее.       Он посмотрел на девушку и с нежностью убрал прядь волос в сторону. Провел пальцами по плечу, спустился к груди и легонько сжал. Тесс издала судорожный вздох и подалась вперед. Их губы встретились, и на несколько сладких мгновений весь чертов мир перестал существовать. — Я хочу тебя, пуговка, — шепнул Роб, спускаясь поцелуями к её шее. Несмотря на то, что его маленькая Лега давно освоилась во взрослом мире женатой пары, Волк помнил о своих ошибках. Поэтому всегда говорил вслух о своих желаниях, позволяя девушке решать, хочет ли она того же. Впрочем, следовало признать, что Тесс обожала заниматься с ним сексом столь же сильно, как и он с ней. И даже умудрялась его удивлять. Правда, все импровизации были немного неуклюжими, но Робу всё равно нравилось. Он был достаточно опытен, чтобы сгладить все углы и слишком любил жену, чтобы не умиляться её желанию его радовать. — Я тоже, — тихо всхлипнула Тесс, изгибаясь в его руках. — Отлично, — невнятно пробормотал Хилл и мгновенно оказался сверху. — Нет, не так…       Маленькая ладошка жены уперлась в его грудь. Тяжело и часто дыша от возбуждения, Роб тем не менее улыбнулся. Эту игру он любил. — Дай угадаю, пуговка… сзади? — Да, — с придыханием ответила Тесс и, Роб не сомневался, при этом покраснела.       Может, и освоилась, но всё равно осталась всё той же девочкой, которой он её встретил. Наивной, светлой и непорочной. — Понравилось, значит, — проурчал он, ловко переворачивая девушку на животик. — Очень.       Они постепенно осваивали новые позы, и эта была их последним экспериментом. Робу больше нравилось видеть лицо Тесс, но ещё больше он любил делать ее счастливой. И если динамичный, немного грубый секс входит в список вещей, делающих её таковой, Волк был рад стараться. Тем более, что он и в его счастливом списке главенствовал. Пальцы Роба аккуратно проникли в Тесс, и девушка издала первый стон удовольствия. Неторопливо лаская, он медленно наматывал её волосы на кулак. Как только Хилл убедился, что не доставит любимой дискомфорта, его тело устремилось ей навстречу. От первого, пока ещё медленного движения мужа Тесс довольно застонала. Губы Роба мазнули по её плечу, и он выпрямился. Потянул девушку за волосы, вынуждая выгнуться следом за собой. Мысли спутались моментально, стоило только их телам соединиться. — Люблю, — прорычал Роб и резко подался вперед.

***

      Хилл проснулся и с удовольствием потянулся, разминая тело. От одного воспоминания о событиях прошлой ночи кожа покрывалась мурашками удовольствия. Волк чувствовал себя влюбленным подростком рядом с женой и, черт возьми, не хотел ничего менять. Кстати о жене… Роб сразу почувствовал отсутствие Тесс. В комнате будто даже краски поблекли, она стала серой, унылой… обычной. Такой, какой была всё это время до…       Быстро натянув одежду, Хилл сбежал вниз, ведомый тихим разговором на кухне. За столом, обхватив руками чашку, сидел Шон и улыбался так, словно не сомневался, что Роб будет рад его визиту. Что весьма странно, поскольку Волк никак не показывал своей заинтересованности в приеме гостей.       Хилл хмуро уставился на Дитя Неба. — Доброго времени суток, братишка. — Такое уж оно доброе, чеканашка? — Прищурился Роб. — Чего явился? — Это я его пригласила. — Тесс с ласковой улыбкой погладила мужа по лицу и сунула в руки кружку с горячим напитком, настоянным на травах, которые выращивала мать Дейва. — Зачем? — Искренне удивился Хилл. — Ему негде жить.       Отпив из кружки, Роб поперхнулся и с ожесточением закашлялся, со злостью глядя на Шона. Того, казалось, никак не трогало подобное недружелюбие со стороны хозяина дома. — Ты обещал, что мы решим вопрос с домом для Шона, — гнула свое Тесс. — Но не так же, блять! У нас… мне тут… я против, нахер!!! — Пока не подыщем что-то более подходящее, — взмолилась жена, уставившись на него своими глазами-океанами.       У Хилла даже голова немного закружилась (без шуток!), пока он в них смотрел. И воздуха не хватало, как при погружении на глубину. — Люди шепчутся и не относятся к нему серьезно. — С чего бы им так себя вести?! — Ехидно воскликнул Волк. — Любимый, пожалуйста. Это Я прошу тебя.       Роб знал, что проиграет. С самого начала разговора знал. Наверное, и Шон предполагал, что не стоит даже голос подавать в свою защиту — ведь за него это отлично сделает Тесс. Лега не оставила мужу шансов, и он нехотя кивнул. — Я вернусь с обхода, и мы что-нибудь решим с его местом для сна. В конце концов, Арес подвинется.       Волколак, всё это время лежащий на подстилке у самодельной каменной печи, навострил уши и приоткрыл один глаз. Кажется, ему тоже не улыбалась перспектива подобного соседства.       Тесс одарила Роба многообещающей улыбкой, и горечь поражения стала чуть поприятнее. — Пока ты не ушел, мы хотели бы кое-что тебе рассказать. Да, Шон? — Мне не нравится этот тон. И вообще подача, — напрягся Хилл.       Шон, судя по всему, тоже не очень-то горел желанием что-то там рассказать и впервые за все время их разговора сменился в лице. Волк с удивлением заметил на лице Дитя неба внутреннюю борьбу. — Шон? — наивно было полагать, что Тесс отстанет.       Его малышка шла до победного конца, раз уж решила. А задумала она это, видимо, не сегодня. Подготовилась. — Я хотел бы рассказать тебе о том месте, куда мы шли, пока… пока нас… — Шон вздохнул, справляясь с тяжелыми воспоминаниями.       А у Роба неприятно заныли зубы. Может, это потому, с какой силой он стиснул их, чтобы не разразиться ругательствами. — Знаю, ты не веришь в новый мир. И в лучшую жизнь… — А с чего ты взял, что моя плоха? — … но шанс есть. Я знаю! Я уверен! — с жаром закончил Шон. — Это бред! Никакого города света или что-там, нахрен, ты выдумал, не существует! Это сказочка для дебилов, типа тебя! — РОБ! — Я не намерен слушать эту херню?! — Хилл повернулся к жене, но та даже не вздрогнула, несмотря на строгий тон. — Ты ведь понимаешь, что скоро зима завоюет эту часть мира. Знаешь и чувствуешь. Я видел, как ты на днях обходил дом. Думал, как утеплить его сильнее? Вот только это не поможет! — Черта с два! — Не поможет, — с безапелляционной уверенностью заверил Шон. — Через сотню, может, пару сотен дней, никто в Стае не проснется. Холод заберет свое. Те твари… это лишь предвестники. Вскоре мир изменится, и в нем нам нет места. Пора искать новый дом.       Роб беспомощно посмотрел на жену и вздрогнул, видя в её глазах веру в каждое сказанное слово. И страх. Такой всепоглощающий, что ему самому стало жутко и невыносимо слушать продолжение. — Я ухожу!       С грохотом опустив чашку на стол, Хилл выскочил из дома в метель, на ходу натягивая куртку. Тесс и Шон переглянулись. — Не хочешь пройтись к Дейву и Мэй? — Внезапно предложила девушка.       Со скорбным выражением на лице, Дитя Неба встал со стула. — Мэй поверит нам, вот увидишь! Встанет на нашу сторону! — Увещевала Лега, спешно надевая верхнюю одежду. — Не в Мэй дело, сестренка. Нам надо убедить Волков. Как ни крути, ни ты, ни она здесь ничего не решаете.