Шанс на искупление

Пламя костра таинственно мерцало в ночной темноте, отражаясь в серебристых глазах куноичи. Вокруг было тихо и спокойно, а лес практически полностью растворился в полумраке, отчего казалось, что поляну окружает непроницаемая чёрная дымка. И лишь огонь, потрескивающий в центре, отгонял темноту и холод, оберегая покой четырёх шиноби. С того момента, как Шисуи получил сообщение от Ёширо, прошли уже целые сутки. За это время его команда пересекла треть территории страны Земли, так что от места назначения их отделяло всего несколько сотен километров. Бежать им приходилось почти без отдыха, и даже о сытном обеде ненадолго пришлось забыть, заменяя его военными пилюлями. Это была настоящая гонка со временем, проиграть в которой они не могли. Поэтому ночь была единственной возможностью хоть немного поспать, чтобы восстановить утраченные силы. Наблюдая за всполохами огня, Мира тихонько сидела на земле, обняв руками колени. Сейчас была её очередь охранять сон остальных, так что девушка внимательно прислушивалась к окружающим звукам, готовая в любой момент применить свою защитную технику. Время от времени она с любопытством поглядывала на спящих товарищей, рассматривая их лица или вслушиваясь в ровное дыхание. Однако чем дольше она сидела, тем чаще замечала за собой очевидную правду — на одном человеке её взгляд задерживался слишком долго. Поначалу Мира не придавала значение всем этим маленьким изменениям, которые происходили в её душе. Да и с чего бы им взяться? Вчерашний день не был увлекательным и напоминал, скорее, бесконечный марафон с короткими передышками и однообразным пейзажем, состоящим из гор и деревьев. Однако именно этот монотонный день стал катализатором всему. На одной из передышек она просто забылась. Позволила себе неосторожное воспоминание — лишь воспоминание о том, как Итачи крепко держал её за руку и какой теплой была его ладонь в тот момент… Но это было роковой ошибкой. Мира уже не могла смотреть на семпая, как раньше. Теперь она украдкой изучала каждые его черты, словно узнавая напарника заново. Его длинные тёмные волосы, собранные в низкий хвост. Спокойное, почти бесстрастное лицо. И глаза, притягивающие к себе не хуже любого магнита. Всё, что так долго казалось ей совершенно обычным, начинало приобретать значение. Была бы она глупой или недалёкой, то, наверное, без труда убедила бы себя в том, что ничего не происходит. Но что-то происходило, и с каждым разом игнорировать это становилось всё сложнее. Хватило лишь одной навязчивой мысли, чтобы она как вирус распространилась по телу, завладевая разумом девушки: «Меня тянет к нему и тянет так сильно, что я просто не могу сопротивляться». Вот уж чего она точно не могла ожидать. Конечно, Мира и не надеялась, что её первое задание в роли АНБУ окажется простым, но она даже представить не могла, что всё осложнится таким нелепым обстоятельством. «И как теперь быть? — глядя на безмятежно спящего у костра Итачи, думала она. — Я же не могу заставить себя отключить эмоции… или всё-таки могу?» Девушка вновь отвернулась к огню. Сейчас она ощущала себя зверем, загнанным в ловушку, потому что сбежать было просто некуда. Она могла рассчитывать только на свою выдержку и надеяться, что в скором времени все эти глупости вылетят из её головы. Но что-то подсказывало — дальше будет только хуже. «Нужно просто потерпеть, — тяжело вздохнув, успокаивала себя Мира. — Я ведь шиноби. А шиноби должны сдерживать свои чувства». Внезапно, краем глаза она уловила шевеление у костра. Затем Итачи вздрогнул ещё раз, вынуждая девушку настороженно повернуться в его сторону. Дыхание напарника стало учащаться, а между бровями залегла крошечная складка, отображая внутреннюю тревогу, что творилась в его голове. Всё это происходило настолько тихо и незаметно, что Мира могла и не увидеть, если бы сидела чуть подальше. Не прошло и полминуты, как Итачи резко распахнул глаза, замерев в тишине. К его лицу почти сразу вернулось привычное спокойствие, а сбитое дыхание потихоньку выровнялось. Он не спеша переместился в сидячее положение и с задумчивым видом опустил глаза к огню, казалось, даже не замечая, что за ним внимательно наблюдают. Выждав несколько секунд, девушка тихонько обратилась к напарнику: — Хотите воды? Ответ последовал не сразу, но, получив короткое «да», Мира торопливо протянула ему полную бутыль. Только после этого Итачи, наконец, повернулся, глядя на неё спокойным и каким-то изучающим взглядом. В тот момент девушка больше всего опасалась, что он может обо всём догадаться. Догадаться о её странной тяге, которая так не вовремя возникла, меняя привычный ход вещей. Она, как могла, держала эмоции под контролем. Но эти тёмные глаза, без труда разрушали её выдержку. — Который час? — принимая воду из её рук, негромко спросил Итачи. — Около трёх, — ответила Мира, стараясь не выдать волнения. — Вы ещё можете поспать. Учиха на это лишь промолчал и с отстранённым видом поднёс бутыль ко рту, делая размеренные глотки. И как же девушка пожалела, что не отвернулась прежде, чем застала эту гипнотизирующую картину. Ей стоило огромных усилий отвести глаза к костру, но в груди всё ещё осталось жгучее и разъедающее чувство. Решив хоть немного отвлечься, куноичи осторожно порылась в поясной сумке, вытаскивая на свет маленькую плитку шоколада. Честно говоря, от вкуса военных пилюль уже потихоньку начинало воротить, так что, ощутив аромат своего любимого лакомства, девушка довольно улыбнулась. Однако прежде, чем она успела поднести первый кусочек ко рту, Мира боковым зрением поймала на себе пристальный взгляд напарника. Испытывая лёгкое смущение, она невозмутимо посмотрела на Итачи и протянула ему разделённый на квадратики шоколад. — Угощайтесь, — дружелюбно проговорила девушка, чувствуя, как сердце непослушно ускоряет темп. — Спасибо, — ответил он, принимая сладость. Такое простое слово, но как же сильно оно подействовало на Миру, заполняя её душу теплом. Однако нельзя было и дальше поддаваться эмоциям. Чтобы вырваться из этой ловушки, ей придётся хорошенько поработать над собственной выдержкой, ведь она не могла позволить себе перейти черту. — Где ты это взяла? — неожиданно спросил Итачи, отвлекая напарницу от раздумий. — На празднике, ещё прошлым вечером, — отозвалась куноичи. На её лице проскользнула лёгкая улыбка, когда она заметила, с каким сдержанным удовольствием Учиха поглощал шоколад. — Не знала, что вы тоже любите сладкое. — Это так удивительно? — вскинув бровь, поинтересовался он. — Вовсе нет, — покачала головой девушка. — Но, будь на вашем месте капитан, он бы, наверное, скривился. — Да, Шисуи такое не любит, — с усмешкой согласился Итачи. Он посмотрел на Миру привычным долгим взглядом, будто намеренно вынуждая испытать неловкость. И всё же она упрямо не отводила глаз, желая доказать себе, что выдержит любые испытания. Пусть это будет для неё своеобразной «дополнительной» миссией. Но, как и в любой миссии, главное — дойти до конца и не провалиться.

***

С самого рассвета команда уже была на ногах, продолжая свою отчаянную гонку. Их день шёл в привычном темпе: бег сменялся недолгим отдыхом, а отдых — снова бе́гом. И только одна странность не давала Учихе покоя. Странность, которая не была очевидной, но которую он всё равно замечал. Больше не было сияющего взгляда в серебристых глазах. Не было светлой и радостной улыбки на губах девушки. Вместо них — лёгкая сдержанность как в словах, так и в действиях. Словно она пыталась отстранить от себя напарника, действуя почти неуловимо. Итачи это не нравилось. Его раздражал сам факт того, что он замечал эти незначительные перемены в её поведении. А учитывая, что Мира была всё время рядом, он просто не мог занять своё сознание чем-то другим. Каждый раз, как они останавливались, чтобы перевести дыхание, попить или сверить своё местоположение с картой, Учиха был вынужден осторожно наблюдать за её эмоциями. Он лишь хотел понять, действительно ли что-то изменилось или же ему только кажется, и фантазия играет с ним злую шутку. Но это дурацкое, назойливое чувство всё никак не уходило. В конце концов, он решил просто игнорировать его и перестать копаться в собственных мыслях. У него и без этого хватало забот. К вечеру, когда солнце стало опускаться ниже, а вся команда уже была на пределе возможностей, Шисуи внёс небольшие коррективы в их общий план, останавливаясь посреди леса. — Дальше не пойдём, — объявил он, оборачиваясь к подчинённым. — Нам надо хорошенько отдохнуть перед завтрашним днём. Иначе такими темпами мы просто выдохнемся. Спорить никто не стал, да и, по правде говоря, особого желания двигаться дальше не было. — Роши, ты со мной. Здесь неподалёку есть озеро, попробуем наловить рыбы. Мира, Итачи, на вас разведение костра, — Шисуи одобрительно подмигнул своему другу, вынуждая того нахмуриться. После этого одна половина команды удалилась, оставляя другую в лёгком напряжении. И всё же что-то изменилось. Итачи буквально ощущал барьер, который напарница выставила между ними. Неплотный прозрачный барьер, сквозь который можно было видеть, но вот протянуть руку для прикосновения было уже нельзя. Мира всё ещё вела себя дружелюбно и мило, однако прежней теплоты в её глазах просто не было. «Мне всё равно. Это лишь миссия», — твёрдо произносил в своей голове Учиха. Но кого он обманывал? Ему не было всё равно. Его это чертовски злило! Однако он не собирался выставлять это напоказ, проявляя неуместную слабость. Раз уж напарнице стало неуютно в его компании — пусть так. Нужно было просто смириться и не делать из этого трагедию. — Пойдём в ту сторону? — предложила девушка, указывая на запад. — Хорошо, — бесстрастно согласился он. По лесу они шли в полной тишине, собирая хворост и лишь изредка бросая друг на друга короткие взгляды. Казалось, Мира вообще не хотела находиться рядом с ним. Стоило Итачи хоть немного сократить между ними расстояние, и девушка тут же отходила в сторону, делая вид, что нашла «отличную ветку для костра». Это было даже забавно, хоть и действовало Учихе на нервы. В какой-то момент он подумал, что привяжет к себе напарницу верёвкой, если она и дальше продолжит убегать от него. Но здравый смысл твердил, что он не имеет права вторгаться в её личное пространство. Если бы он только мог вычистить из головы эти глупые навязчивые мысли. — Надо же, тут есть ягоды! — внезапно сообщила Мира, подходя к широкому кусту. — Идите сюда, семпай. Услышав привычное обращение, Итачи едва не позволил себе улыбку, но решил всё же воздержаться. Он оставил собранный хворост на земле и с интересом подошёл к куноичи, которая вовсю уплетала найденное лакомство. Понаблюдав за этой картиной какое-то время, Учиха серьёзным и ровным тоном произнёс: — Они ядовиты. Мира так и застыла с ягодами в руке, осознавая услышанное. Повернувшись к напарнику, она непонимающе посмотрела ему в глаза, прежде чем произнести с замешательством: — Это же просто малина. — Разве? — переспросил Итачи, внимательно глядя на неё. — Конечно… — Боюсь, что нет, — всё также спокойно продолжил он. Несколько секунд куноичи молча стояла в ступоре, пока её взгляд потихоньку терял уверенность. Выбросив злополучную «отраву», она с молниеносной скоростью достала из поясной сумки походную аптечку, а по её лицу было видно, что ещё чуть-чуть, и она начнёт паниковать. — Сколько у меня времени? — дрожащим голосом уточнила она. — Семпай, вы меня слы…? Договорить она так и не смогла. Прямо на её глазах Итачи невозмутимо поедал «ядовитые» ягоды, даже не обращая внимание на изумлённую девушку. — Похоже, я ошибся, — спокойно проговорил напарник, и в этот момент уголок его губ слегка приподнялся. — Вы… вы шутите? Я же… у меня чуть инфаркт не случился, а вам весело? — Извини, — сдерживая усмешку, мягко произнёс Итачи. — Хотел увидеть твою реакцию. Мира ошеломлённо вскинула брови, не веря тому, что услышала, однако злости в её взгляде не было. Наоборот. Когда минутное замешательство прошло, девушка просто не смогла пересилить рвущуюся наружу улыбку и тут же засмеялась, прикрывая ладонью глаза. В этот момент Итачи мысленно праздновал свою маленькую победу. Он всегда добивался желаемого, даже если приходилось делать то, что ему совсем не свойственно. Но это определённо стоило результата. Он получил то, что хотел: реальные, неприкрытые эмоции. Хотя он даже не рассчитывал, что сможет увидеть смех и беззаботную улыбку. — У меня, наверно, было ужасно перепуганное лицо, — успокоившись, проговорила Мира и с притворным недовольством посмотрела на семпая. — Как же вы могли так подло пошутить надо мной? — Больше не повторится, — искренне заверил Итачи. — Обещаю. Это было так странно. Кажется, впервые в жизни он позволил себе выйти из «скорлупы». Сделать то, о чём бы никогда не подумал в своей прошлой реальности. Но сейчас ему это казалось как никогда правильным.

***

Ночь подкралась незаметно, накрывая всё вокруг тёмной пеленой. После плотного ужина, состоящего из запечённой на огне двухметровой рыбы, Мира ушла ненадолго погулять, оставляя товарищей «обсуждать свои мужские дела». Команде это показалось странным, но никто не стал придавать этому особого значение. Может быть, ей просто нужно было побыть наедине. — Ты какой-то задумчивый с самого утра, — обращаясь к своему другу, проговорил Шисуи. — Всё ещё беспокоишься по поводу встречи с информатором? — Или с очередным предателем, — хмуро предположил Роши, глядя на капитана. На самом деле Итачи терзали совсем другие мысли, которым было не место в его голове. Ненадолго их получалось отогнать, но они всё равно возвращались, как назойливые насекомые, не желающие улетать. Шисуи был слишком проницательным. Он хорошо чувствовал изменения в душе своего друга, хоть и не мог понять, с чем они были связаны. А Итачи даже под пытками не стал бы выкладывать ему правду. Правду, которую он и сам не до конца понимал, но которую стойко ощущал каждой клеточкой своего тела. — Пойду, прогуляюсь, — отрешённо произнёс младший Учиха, вставая с земли. — Ладно, — с нотками удивления ответил капитан. — Только не пропадай надолго. — Хорошо. Покинув общий лагерь, Итачи мрачно побрёл по лесу, не особо задумываясь, куда идти. Он надеялся, что сможет очистить разум и, наконец, сосредоточиться на миссии. Чем ближе они подбирались к врагу, тем внимательнее нужно было смотреть по сторонам. Зная, как действуют преступные организации, Итачи хорошо понимал, что члены Сейги не позволят застигнуть себя врасплох. У них наверняка всё продумано на десять шагов вперёд, так что команде Шисуи нужно быть впереди как минимум на одиннадцать. А эти глупые мысли могли всё испортить… Откуда-то слева послышалось странное шелестение, которое мгновенно привлекло слух Итачи. Активировав Шаринган, он беззвучной походкой стал продвигаться к тому месту через плотные заросли деревьев, попутно доставая кунаи. Ещё несколько шагов, и Учиха обнаружил перед собой то, чего ожидал увидеть меньше всего. На берегу озера в свете нарастающей луны его напарница неторопливо снимала одежду, видимо, собираясь поплавать. Синяя туника уже была сброшена на землю, так что Мира оставалась только в чёрной майке АНБУ и неплотных облегающих штанах. Итачи стоял всего в нескольких десятках метров от неё, скрытый за густыми ветвями. Затаившись в тени, он словно в трансе наблюдал за этой откровенной картиной, не в силах заставить себя отвернуться. Девушка изящно стянула с себя майку, оголяя ровную кожу спины. Учиха мог видеть каждый изгиб её тела, буквально впитывая глазами всё то, что ему открывалось. Затем на землю отправились и штаны, позволяя рассмотреть её стройные и сильные ноги. Когда взгляд Итачи остановился на нижнем белье, укрывающем собой округлую часть бёдер, он с силой прикусил изнутри губу, отгоняя от себя наваждение. Сжав кулаки, он в мгновение ока покинул злополучное место, испытывая необъяснимую ярость. И только оказавшись достаточно далеко от озера, Учиха, наконец, заметил на своих штанах отчётливо виднеющийся бугорок. «Проклятье!» — мысленно выругался он, чувствуя, с какой бешеной скоростью колотится сердце, вынуждая прерывисто дышать. Такого с ним не случалось, пожалуй, никогда. Обычно шиноби хорошо контролировали такие вот «случайности», не позволяя чувствам взять над собой контроль. Но Итачи оплошал. Дал волю давно забытым желаниям, совершенно не думая о последствиях. Поддался собственной слабости, как озабоченный мальчишка. Прикрыв глаза и прислонившись спиной к стволу дерева, он потихоньку приходил в себя, давая разуму и чувствам успокоиться. Что же заставило его потерять контроль? Ответ был вполне очевиден. Когда медленно умираешь в течение долгих лет, испытывая боль и закашливаясь собственной кровью — меньше всего хочется думать о низменных потребностях. Да, было время, когда он позволял себе случайные связи. Вначале из интереса, потом — из обыкновенного желания уйти от реальности и снять напряжение. Но в последние пару лет даже это перестало его интересовать. Мучительная боль — вот, что занимало его мысли каждую минуту каждого проклятого дня. Пока однажды Саске не свершил свою месть, а судьба не заставила Итачи вернуться уже в другом, более светлом мире. Но сейчас никакой боли он не испытывал. Его организм был полностью здоров, а значит, ничто не мешало проявлению естественной реакции. Но, чёрт возьми, как же не вовремя она возникла! По крайней мере, теперь Учиха мог спокойно дать объяснение своим странным мыслям — обыкновенное порочное желание. И дело даже не в самой напарнице. Просто она оказалась рядом с ним не в то время и не в том месте. Сильная, красивая и не заслуживающая того, чтобы Итачи поступил с ней мерзко. Разумеется, он не и станет. Не в его правилах потакать своим глупым желаниям, которые сейчас были не к месту. После нескольких терпеливых и глубоких вдохов Учиха, наконец, избавился от эрекции, но злость на собственную слабость так и не прошла. Придётся привыкать к тому, что отныне чувства будут стремиться завладеть его разумом. И эта миссия явно ещё доставит ему проблем.