Поезд

— Это ты положил? Это ты положил, я тебя спрашиваю?! — сам не понимая, что он творит, Джон подлетел к Бенни и ухватил его за воротник джинсовой куртки, прижимая к входной двери купе. — Н…нет… — заикаясь произнёс Бенни. — Я н…н…н…ничего не к…к…клал. — Говори внятней! — рявкнул Джон и с силой тряхнул Бенни, всё больше вжимая его спиной в дверь. Парень зажмурился, но почти сразу снова распахнул испуганные глаза. — Не клал! — выкрикнул Бенни. И тут же вновь принялся испуганно лепетать: — П…п…правда, не т…т…трогал н…ничего. — А кто? Кто? Отвечай! — Джон ещё раз встряхнул Бенни, пытаясь выбить из него хоть что-нибудь. Внутренний голос уже практически верещал, что надо остановиться, но Джон не мог. Сейчас он не смог бы отпустить Бенни, даже под дулом пистолета. — Я н…не знаю. Джон, п…п…пусти п…п…пожалуйста. — Бенни ухватился бинтованными руками за руки Джона, пытаясь ослабить его хватку. К счастью Бенни, Джон уже сам понял, что совершает глупость. Логично, блин, что Бенни не мог этого сделать. Откуда ему знать про тот кошмар, что он видел ночью? Об этом не знает никто, кроме самого Джона. Джон разжал руки и поправил Бенни воротник. Тот всё ещё тяжело дышал и смотрел на Джона из-под полузакрытых век, отчего его взгляд стал очень жалобным и напуганным. Джон стыдливо потупился и отпрянул назад. — Прости. Не знаю, что на меня нашло… — пробормотал Харви, начиная судорожно хлопать по своим карманам в поисках пачки сигарет. — Бывает. — Бенни попытался улыбнуться, но вышло натянуто. — Я… Я сейчас. — Джон всё же нащупал сигареты и пулей вылетел из купе в не менее душный коридор. Солнце палило до невозможности. Из-за большого количества окон в коридоре, тут было очень жарко, поэтому Джон поспешил выйти в тамбур. Проходя мимо купе Майлза и Эммы, он постарался максимально не обращать на него внимания. Однако, один его глаз всё же скосился в ту сторону. Дверь снова была приоткрыта. Кажется, они даже не удосуживаются её закрывать. Через небольшую щель Джон смог увидеть Эмму, которая стояла к нему спиной и о чём-то говорила с братом. О чём именно — он не слышал. Самого Майлза он тоже не видел, но иногда до него доносились его короткие ответы, а один раз даже сдержанный смех. — Немного там осталось, на три раза хватит. — Всё же расслышал Джон голос Эммы. Невольно он затормозил, прислушиваясь к разговору. — Этого мало. Мы не успеем доехать к этому времени, — недовольно произнёс ей в ответ Майлз, которого Джон по-прежнему не видел из-за спины Эммы. — Я тебе его откуда возьму? — Эмма сложила руки на груди. Наконец, Майлз показался из-за сестры. Он пригладил рукой свои непослушные вихры и сел на кушетку, подогнув одну ногу под себя. — Будем экономить. Сегодня вечером используем два пакетика, а третий на чёрный день, — немного подумав, сказал Майлз. Слушать дальше Джон не стал: ему и так всё было понятно. Эта парочка — самые настоящие наркоманы, которые прикрываются великим искусством. Он уже встречал подобных ранее. Как правило, ничем хорошим это не заканчивалось. Джон вышел в прохладный тамбур. Здесь было спокойней, чем во всём вагоне. Может, потому что тут был свежий воздух. Может, дело в отсутствии деревянных стен: уж слишком они вгоняли в какую-то тоску. Сигаретой он затянулся почти сразу же, как вышел. Он, собственно, за этим сюда и шёл. Помнится, ему все говорили, что курение до хорошего не доводит. Как же! Сигарета — лучшее болеутоляющее. Вместе с дымом выдыхаешь грусть, тоску, боль и раздражение. Выходит вообще всё лишнее, а нужное постепенно расходится по полочкам мозга. А как же эти надписи на пачках сигарет? Типа, «курение убивает», «курение вредит вашему здоровью»… Получается, что люди же ни в чём не виноваты — это всё курение. Курение убивает, грабит и насилует. Джон выпустил горьковатую струйку дыма, которая поднялась наверх и скрылась где-то в маленьком окошке. Он внимательно проследил за тем, как с кончика сигаретки на пол упал тлеющий уголёк. Вот так вот и живёт — с одной стороны сигареты уголёк, а с другой дурачок. — Курите? — раздался позади него тихий женский голос. Не оборачиваясь, Джон хотел ответить «Да», но вместо этого издал какой-то гаркающий звук, не кстати закашлявшись. Сколько курит, а всё не научился. Аккуратные шаги сзади заставили его экстренно перестать кашлять и всё же обернуться. — Всё нормально? — обеспокоено спросила женщина. Весь её вид говорил, что она тут абсолютно случайно: растерянные глаза, бледная от испуга кожа, небрежно уложенные в хвост коричневые волосы, резкие движения. — Да, — кивнул Джон и снова затянулся. — Вы закурить хотели? — Нет, я не курю. — Женщина помотала головой и отступила от него на шаг, поняв, что с ним всё нормально. — Просто тут на одного мужчину накричали, что он пил. Скорее всего, курить тоже нельзя. — Бред, — фыркнул Джон. — В тамбуре всегда разрешалось. — А вы так часто ездите в поездах? — ехидно спросила женщина, заправляя выпавшую прядь волос за ухо. — Второй раз. И то, тогда я ещё не курил. — Джон выкинул окурок в окошко и потянулся за ещё одной сигаретой, но женщина вдруг резко схватила его за запястье и отодвинула руку от кармана. — Не надо. Ты же ещё молодой, красивый. Не порть своё будущее, — почти жалобно попросила она. Джон недоумённо моргнул, но руку всё же на всякий случай убрал. Практика показывает, что с местными обитателями лучше не связываться. Женщина отпустила его и пару секунд молча смотрела в окошко, куда Джон недавно выпускал дым. А потом, будто опомнившись, нервно передёрнула плечами и поспешила уйти из тамбура в соседний вагон. — Стойте! — неожиданно, даже для себя, позвал её Джон. Женщина остановилась и вопросительно посмотрела на него. — Как вас зовут? — Мэг, — тихо ответила она. — Я Джон. Приятно познакомиться. — Джон попытался улыбнуться, но Мэг этого уже не увидела: зашла обратно в вагон. Джон выдохнул и всё-таки полез за ещё одной сигаретой. Нет, так жить точно нельзя. Надо бросать курить. Ну, а пока — ещё одну.

* * *

Шон и Агата больше ни о чём не говорили. Агата что-то читала у себя на планшете, а Шон скучающе смотрел в окошко и периодически отхлёбывал алкоголь из горлышка бутылки. Он сразу предупредил Агату, что, возможно, может начать буянить, но она только отмахнулась, сказав, что и ни таких видела. Её право. Шону уже насрать, честно говоря, что будет с этой Агатой. Ему и на себя-то уже насрать, что уж про других говорить. В дверь внезапно постучались. Агата и Шон оторвались от своих занятия и оба посмотрели в сторону двери, но ни один из них с места не дёрнулся. Стук повторился. А потом раздался бодрый голос парня: — Тут кто-нибудь есть? Я хотел бы попросить помощи. — Что случилось? — откликнулась Агата. Она всё же поднялась с кровати и подошла к двери, однако открывать всё равно не спешила. — Я репетирую танец, для выступления. Мне нужны зрители. Не посмотрите? — по голосу парня было слышно, что он явно в предвкушении. — А… — Агата кинула на Шона быстрый взгляд. — Конечно. Без проблем. Не обращая внимания на недовольное ворчание Шона, Агата щёлкнула замком и открыла дверь. В проёме показался улыбающийся парень в чёрной курточке и белой рубашке под ней. Кивнув ей, он заглянул в купе, обнаруживая там ещё и Шона. — Я Джеки. Ну так… Пойдём…те? — немного неуверенно позвал он. — Мистер О’Нил? — почему-то официально обратилась к Шону Агата, прежде чем выйти вслед за Джеки. Вообще, идея сходить куда-нибудь развеяться — не такая уж и плохая. В конце концов, ему ехать ещё несколько суток точно. Если всё время сидеть на одном месте, то можно сойти с ума. — Иду, иду… — пробормотал в ответ Шон и натянул на ноги чёрные тапочки. Он надеялся, что этот танец стоит того, чтобы он его посмотрел.

* * *

Джон вернулся в своё купе не сразу. Его внимание привлекла довольно-таки странная компания, состоящая из взрослого пьяного мужчины (по перегару, разлетающегося за километр, было понятно), хрупкой невысокой девушки в красной клетчатой юбке и уже ему знакомого Джеки. Они шли в другой вагон, Джеки что-то весело и бурно им рассказывал, а девушка улыбалась и изредка что-то ему отвечала. Алкоголик же и вовсе шёл молча, угрюмо смотря себе под ноги. Харви прошёл бы мимо, но его очень некстати заметил Джеки и принялся усердно махать ему рукой. — Джон, привет! Слышишь меня? — звал его Джеки. Появилась хмурая мысль о том, что можно было бы и впрямь сделать вид, что не слышит, но Джон этого не сделал. — Привет, Джеки. Что происходит? — спросил Джон, выразительно окидывая взглядом всю их компанию. — Мистер Хьюз хочет показать нам свой танец, — вместо Джеки, ответила девушка. Джеки энергично закивал. — Да. Пойдёшь с нами? — подмигнул Джону танцор. — Я устал немного. Хотел бы полежать… — вяло отмахнулся Джон. Если честно, желания идти и смотреть на неумелые танцы Джеки у него не было от слова совсем. Хотелось просто прийти в свою мини-комнатку и завалиться спать до следующего утра. И пофиг, что сейчас только обед: хотелось спать. — Оу… Конечно, хорошо. Заходи потом, как-нибудь. — Джеки всё равно улыбался, но было заметно, что он всё равно расстроился. Джон неловко улыбнулся в ответ и, развернувшись, побрёл в свою сторону, про себя прося прощения у всех богов танцев. К счастью, больше на его пути никто не встретился, кроме молчаливой уборщицы. Дабы не доставлять ей никаких хлопот в виде грязной обуви, Джон разулся, взял в руки тапочки и пошёл дальше босиком по мокрому деревянному полу. Уборщица только косо на него посмотрела, но ничего не сказала. Кажется, он сам становится странным, для этого места.

* * *

В купе по-прежнему был Бенни. Он забрался на кровать с ногами и что-то читал, лениво крутя в одной руке кубик рубика. Не говоря ни слова, Джон прошёл к себе, стараясь даже не смотреть в сторону соседа. Ему всё ещё было стыдно за то, как накинулся на него. Бенни, к счастью, тоже не спешил общаться, только подозрительно косился иногда. Наконец, он не выдержал и громко захлопнул книгу. — Куда ходил? — слишком резко спросил он. — Покурить. — Пожал плечами Джон. — А что? — Просто, я подумал, что ты пошёл к проводнице, — смущённо произнёс Бенни. — Зачем? — тупо моргнул Джон. Сейчас он ощущал себя самым тупым человеком на планете. — Ну… Чтобы меня переселили… — ещё тише пояснил Бенни. Он снова открыл книгу и спрятал лицо в страницах, отгораживаясь от мира и Джона. Джон пару секунд просто сидел и смотрел на обложку книги. «Бесконечный рейс» — было написано на ней. Ирония судьбы или просто совпадение, кто его знает. — Я спать, — зачем-то сообщил Джон, поудобнее укладываясь на подушку. — Отдыхай, — согласно кивнул Бенни. — Я буду тихо. Харви прикрыл глаза. Как это обычно бывает, стоит хоть на секунду расслабиться и в голову сразу же начинают лезть непрошенные мысли. Всё никак Джон не мог отпустить видение во время паралича, этот странный карандаш, разговор Майлза и Эммы. Все мысли слились в один несвязный поток бредовой конвейерной ленты, из-за которой загудела голова. А потом Джон всё же уснул беспокойным сном…

* * *

… — Джон! Джон, проснись, скорее! — шептал напуганный голос прямо над ухом Джона. Чьи-то руки аккуратно толкали его, пытаясь разбудить. И у них это получилось: Джон распахнул глаза и резко сел, щурясь от внезапной темноты. Неужели он так долго спал?.. … Прямо рядом с ним стоял Бенни, который почему-то стал выше, чем был ранее. Джон приподнял голову, чтобы суметь заглянуть ему в глаза. — Бенни? — хрипло позвал он. Бенни внезапно отшатнулся от него, прикрывая рукой глаза и принялся свободной рукой рвать на себе футболку… … Джон попытался встать, но всё тело будто онемело. Даже взгляд отвести не получалось. С ужасом он наблюдал, как Бенни разодрал на себе белую ткань и кинул обрывки на пол. Светлая кожа на животе стала стремительно краснеть и темнеть, будто её чем-то обжигали. — Джон! Джон, что ты сидишь?! Помоги мне! — кричал Бенни так громко, что у Джона заложило уши. — Я не… Я не могу… — выдавил из себя Харви, но Бенни его будто не слышал. Он упал на колени и закричал ещё громче… … Руки Бенни тоже покраснели и обуглились, на лице стали появляться волдыри. Стало невыносимо жарко. — Бенни! — Джон всё же смог вытянуть руку и коснуться плеча Бенни, отчего тот хрипло закашлялся и упал на бок, поджав колени к груди… … — Это всё ты, — дрожащим голосом тихо произнёс Бенни. Его сильно трясло, а вся одежда напрочь сгорела, оголяя покрасневшее тело, которое с каждой секундой становилось всё уродливее и уродливее. — Бенни… — Джон свесил ноги с постели и попытался встать, но ноги не слушались. Вместо этого, он смог поднять руку, в которой была зажата маленькая спичка. — Джон… Джон, не надо… Пожалуйста… — зашептал Бенни, с животным страхом глядя на него… … Джон против воли шаркнул спичкой по деревянному столу и на её кончике загорелся яркий огонёк. — Нет… Нет… — Джон ухватился второй рукой за первую, пытаясь её остановить, но тут же отпустил её. — Джон, не надо! Джон! — хрипло кричал Бенни, периодически сбиваясь на сильный кашель. — Я не могу! — чуть не плача, выкрикнул Джон. Его пальцы сами разжались, и горящая спичка упала на скорченное тело Бенни… … Вспыхнул огонь. Джон в ужасе отполз подальше на кровать и прижал колени к груди. — Джон! Джон! ДЖОН!!! — кричал Бенни, неестественно выгибаясь в огне. Единственное, что по-прежнему оставалось нетронутым — это его глаза…

* * *

— Джон! Джон! — чья-то рука сильно ударила Джона по щеке, отчего он вскрикнул и подскочил с кровати, чуть не столкнувшись лбом с Бенни. В купе и правда уже было темнее, но не настолько, как это было пару секунд назад. — Ч…что это было…? — тяжело дыша, Джон вытер рукавом длинной футболки лоб и уставился на перепуганного Бенни. — Ты кричал во сне, — ответил он. — Кричал? — сглотнул Джон. — Что я кричал? Бенни отошёл назад и медленно присел на свою кушетку. Судя по часто вздымающейся груди, он ни на шутку перепугался. Ответил Бенни не сразу, что-то про себя обдумывая. За это время Джон успел вспомнить весь сон в подробностях и заново пережить то состояние, в котором был там. — Моё имя. Ты кричал моё имя, — всё же выдавил из себя Бенни.