Страх разрушает

— Палермо! Что с ней, Палермо, ответь мне! — Серхио кричал в рацию, у него всё сжалось внутри, опять… опять она могла погибнуть, он снова не был рядом. Сам не осознавая, он начал плакать, валяться по полу, кричать, бить бетон кулаками, разбивая руки в кровь. Палермо не отвечал… Прошло уже три минуты, но никто не подходил к рации. Серхио хотел бежать в банк, ему было плевать схватят его или нет, одна мысль не покидала голову, что может не увидеть Ракель в последний раз, так же, как не увидел Андресса. Он уже поднялся с пола, утирая слезы, хотел выдвигаться в банк, как вдруг, послышался голос Палермо. — Профессор! Она жива, но ранение серьёзное. Плюс за нами хвост, мы постараемся отстреливаться, но нас надолго не хватит, придумай что-нибудь, как их отвлечь, мы постараемся приехать на базу, приготовь кровь, только надо понять какая у неё группа. — Вторая положительная… — тихо ответил Серхио, — где вы едете? — По Гран-Виа. — Палермо, прямо сейчас сворачивайте в любой узкий переулок. Открывайте люк и высыпайте золото из одного мешка. — Принято, Профессор. — Куда ей попали? — В ногу, но это не так страшно, самое опасное - это грудной отдел спины, вроде, позвонки не повреждены, и по предварительному осмотру, до лёгкого пуля не дошла, мы ввели ей морфин, но морфин это только обезбол, он не достанет пулю. — Они стреляли в спину? — Да. — Ублюдки! Так нельзя делать. Я их всех на пики насажу. Каждый погибнет от моей руки… — тут его прервали. — Любимый… — тихим и скрипящим голосом прошептала Ракель. — Я жива, пожалуйста, не беспокойся, это не первое ранение в моей жизни. — Лиссабон, тебе нельзя разговаривать, — гладя её по голове сказал Хельсинки, — молчи. — Ракель, я люблю тебя, только не отвечай, пожалуйста, — он положил рацию и надел наушники для связи с Шакиром. — Шакир, срочно, высылай всех, кто есть на машинах, пусть перекрывают все проезды на улицу Эстрелла. Прямо сейчас! Бегом! — Работаем, Профессор! — в этот же момент Серхио побежал к другому столу, на котором стоял ещё один компьютер, он надел наушники и начал пытаться выйти с кем-то на связь. — Якоб! — Привет, Серхио. — У меня очень мало времени, знаешь, где находится ливневый коллектор? — Да. — Бери все инструменты, которые у тебя есть, всё оборудование, тебе придётся делать операцию. — Насколько серьёзную? — Удаление пули из грудного отдела спины и ноги. — Хорошо, готовь чистое место, я сейчас соберу всё, что есть, и приеду. — Сколько у тебя времени уйдет на операцию? — От сорока минут до трех часов, зависит от степени повреждения. — Хорошо жду, — он встал со стула, его руки тряслись. Подойдя обратно к главному монитору, он упал на стул, доставая из стола таблетки. Это были очень сильные успокоительные, он выдавил четыре таблетки и принял их, даже не налив воды. — Профессор? — Да, Шакир? — Мы перекрываем улицы. — Отлично. — Палермо! Слышишь меня? — Да, Профессор. — Сколько за вами машин? — Три. — Высыпайте золото. — Денвер, люк! В один момент спокойная улочка Мадрида, стала самой дорогой, потому что на дорогу высыпалось десять килограмм золота в виде маленьких шариков, которые было удобно собирать. Люди воспользовались этой возможностью, они начали выбегать из домов, выпрыгивать из окон, даже полицейские, выполняющие свой долг, не смогли удержаться. Деньгами можно купить почти всех, но золотом, можно выкупить весь мир, любую информацию. — Они отстали, Профессор. — Сейчас доезжайте до дома номер семь, бросайте там машину, затем зайдите во двор, там стоит грузовик синего цвета, пересаживайтесь в него, как можно быстрее, а Ра… Лиссабон вместе с Рио и Стокгольм пусть едут на сером пикапе, который припаркован рядом. Рио, ты слышишь меня? — Да, Профессор. — Как только выйдите из полицейской машины, бегом садитесь в пикап и сразу едьте в коллектор, даже если остановят грузовик, вы не останавливаетесь. Понял, Рио? — Да, Профессор. — А если их остановят, они растеряются, давайте я поеду с ними, Профессор, - сказала Токио, держа за руку Лиссабон, — плюс я, как никто другой знаю анатомию, если вдруг состояние Лиссабон ухудшится, я смогу оказать первую помощь. — Ладно, Токио, ты тоже с ними. Они доехали до места назначения. Токио побежала заводить пикап, а Рио взял на руки Ракель. По её спине и ноге стекала кровь, повязка, которую наложили пять минут назад, была уже мокрой, а она была почти без сознания, только периодически открывала глаза, но не понимала, что происходит вокруг. Её аккуратно положили в салон автомобиля и в эту же секунду пикап ринулся в сторону коллектора, пока остальные перекладывали золото. — Профессор, это Стокгольм, мы едем. — Как Лиссабон? — Кровь продолжает идти, у неё жар, и периодически она теряет сознание, — сказала Токио. — Токио, она будет жить? — Да. Она ещё вас переживёт, Профессор, — конечно, Токио понимала, что это не так, что если Ракель не оказать помощь в ближайшие двадцать минут, то через несколько часов Мариви останется без дочери, Паула без матери, а Серхио потеряет последнего настолько близкого человека, так теперь ещё и не одного, но только об этом ещё никто не знала, даже сама Ракель.