Роберт
3 июня 2020 г., 14:25
Я не знал, как интерпретировать слова Пер-АПЫ о будущем. Как я и предполагал, её вариант ответа ни разу не посещал мою систему — наши мыслительные процессы были слишком разные.
Мне приходило уведомление о деятельности Дженни — сначала я думал, что она пошла в парк, но, оказалось, она просто пошла в душ, а затем легла спать.
Какое-то время я читал всякие научные книги в её лаборатории, а затем вернулся домой, где Вин де Ойл всё ещё пытался разобраться с тем делом про любовь. Я хотел спросить у него, могло ли это его дело быть «тупиком», но почему-то не спросил.
До утра я читал научные книги, принял априкатор, а затем понял, что мои мыслительные процессы всё ещё занимает желание узнать что-либо об умершем объекте Роберт. Это как-то сошлось с тем, что Пер-АПА говорила о будущем, даже учитывая, что никакого будущего у объекта Роберт нет и быть не может.
Я отправился на нижние станции. Забавно, но Пер-АПА попала в точку, сказав, что мы выбрасываем людей, как мусор. У нас, можно сказать, даже есть «свалка» — специальное помещение, куда переносят все завершённые дела и больше никогда к ним не возвращаются.
Интересно, что сказал бы Вышка, узнав, что сейчас я вбиваю объект 213Г-Ш-Ш в компьютерном поиске по этой свалке?
Какие иррациональные мысли. Если ему будет нужно, он узнает, но меня это никак не касается — мне нужно продолжать делать свою работу, даже если он решит подчеркнуть жирной линией «задатки человека» в моём резюме.
Тем не менее, я всё ещё стоял на свалке, ожидающий подтверждение поиска. Это было огромное помещение с виртуальными комнатами, в которые можно было зайти через поиск.
И я нашёл ту комнату, которая мне была нужна. Я не был уверен, что она будет активна — обычно, комнаты умерших людей пустуют, — однако я не стал отступать.
Прошёл идентификацию. Меня распознали, как Номер Один, и я почему-то слабо улыбнулся, чувствуя, как непривычно растягиваются тугие мышцы губ.
Когда я зашёл в тёмную комнату, я внезапно понял — мне было жаль погибшего человека. Чувство сожаления, практически несвойственного нашей расе, вдруг оказалось в моей системе. Наверное, я просто не привык быть Номером Два — я не успел осознать, что мои действия могут настолько влиять на объекты.
Я потянулся к выключателю, чтобы хоть как-то осветлить лабораторию мёртвого объекта. Экран «телевизора» щёлкнул, послышались загрузочные звуки.
И тут мне пришлось удивлённо замереть, как сказали бы люди.
Вместо пустого, неактивного экрана меня встретил почти ожидаемый вид: объект Роберт сидел за столом в своей кухне, перебирая таблетки.
Сначала я подумал, что это прошлые записи, поэтому тут же подбежал к панелям, проверяя все параметры. Нет, ошибки быть не могло: всё это происходило в этот момент, и объект был жив.
Я не мог поверить своей собственной системе. Объект Дженни не мог говорить о другом человеке. Это был тот же Роберт, которого я изучал, как объект, и тот же Роберт, который когда-то был боссом объекта Дженни.
Конечно, сам факт их знакомства был редкостью, но такое случалось, и не раз, поэтому я не стал концентрироваться на этом. Но теперь я совершенно ничего не понимал.
С «телевизора» послышались звуки ругани: объект Роберт уронил одну таблетку под стол.
— Осторожнее, — сказал мужской голос из другой комнаты.
Я прищурился, уверенный, что голос принадлежит психологу.
— Ты даже не видишь меня, док, — улыбнулся Роберт, доставая таблетку.
— Я живу в твоей дыре уже пару дней, так что знаю, что к чему.
— Ну, когда-нибудь мы отсюда съедем.
— Мы бы уже съехали, если бы ты не потратил все деньги на психологическое лечение.
Сам психолог вышел из ванны лишь через минуту, он насмешливо ожидал ответа своего клиента.
— К счастью, — обернулся на него Роберт, — я больше не пользуюсь услугами психолога.
На секунду у меня снова сработал этот рефлекс: достать блокнот, включить ручку и написать большими буквами, что объект — счастлив.
