Песнь ворона

      Крик, наполненный ужасом, раздался только один раз. Но этого было достаточно, чтобы Лилу и Скорпиус сразу же бросились в сторону, откуда он исходил, а именно в женский туалет. Не сговариваясь, они одновременно ворвались в уборную с волшебными палочками наготове. То, что слизеринцы там увидели, не произвело никакого впечатления на Скорпиуса и, даже разочаровало, тогда как Лилу с трудом сдерживала крик ужаса. Ей казалось, что она снова очутилась в своём кошмаре.       В женском туалете не было никого, кроме Анны Риверс. Она была закутана в полотенце и напугана, но не более. Странным было лишь то, что она с широко распахнутыми глазами смотрела в зеркало. Смекнув, в чем дело, Скорпиус уже хотел было развернуться, чтобы увидеть то, на чье отражение уставилась Риверс, но не успел. Почувствовав на своём запястье ледяные пальцы Поттер, Малфой оглянулся на девушку. Она так же, как и Анна смотрела в ту сторону, где находились зеркала, но не в их отражения, а куда-то над ними.       Лилу сделала несколько шагов в сторону умывальников, всё ещё держа Малфоя за руку. Толи её пугало то, что он может обернуться раньше времени, толи страшилась того, что можеть вновь очутиться в этом кошмаре…        Лилу боялась взглянуть в зеркало, но ещё больше она боялась того, что может произойти, если она этого не сделает. Отогнав страшные воспоминания, Поттер осмелилась ещё на один шаг вперёд и, подняв взгляд, взглянула в отражение. Два ярко-оранжевых глаза смотрели прямо на неё. Ей казалось, что она снова спит, но, увы, сейчас это был вовсе не сон, а реальность. Поттер была в этом почти уверена…       Девушка смотрела прямо в глаза этой твари, а тварь делала тоже самое… Не отрывая от неё взгляда, Лилу незаметно ото всех поудобнее схватила рукоять кинжала, что всё это время прятала в складках своей будничной мантии. Лишь Скорпиусу удалось разгадать тактику девушки. Анна, даже не глядя на них, больше интуитивно, чем осознанно, пятилась назад. Страх затуманил её разум на столько, что она не сразу поняла, что врезалась спиной в душевую кабинку и, стеклянные баночки с мылом и шампунем полетели на пол. Они вдребезги разбились о каменные плиты пола.        Тварь, до недавнего времени сосредоточенная только на глазах Поттер, издала страшный рёв. Громкий звук, созданный случайным движением Риверс, словно отрезвил её и та, встрепенувшись, двинулась прямо на источник шума. Анна всё ещё пребывала в шоке, что не могла осознать той опасности, которая надвигалась на неё с огромной скоростью...       – Prohibere!       Скорпиус не знал заклинания, что выкрикнула Поттер, но оно явно сработало. Тварь не исчезла и не была уничтожена, но её движения стали заторможенными, словно в замедленном магловском кино. Но, увы, заклинания хватило не более, чем на десять секунд. После тварь быстро вернула себе ловкость и скорость. Каких-то десять секунд для Анны были ничто, чтоб осознать происходящее вокруг, но для Лилу и Скорпиуса – более, чем достаточно, чтобы атаковать тварь с разных сторон наисильнейшими заклинаниями, которые им были только известны. Два разных луча встретились друг с другом, создавая яркий взрыв с дымом непонятного цвета. Но несмотря на мощь атаки, ни один из лучей не достиг цели. Тварь уже успела улизнуть.       Пока Поттер и Малфой искали сущность неизвестного происхождения, Анна старалась не думать о том, что произошло. Она чувствовала, что к её спине на мгновение приблизилась сама смерть…       Всем своим существом ощущая мёртвое дыхание позади себя, Анне хватило сил лишь на то, чтобы прошептать одно единственное слово. Сама того не понимая, девушка впервые обратилась не к духам, а к живому человеку:       – Лилу…       Одно короткое слово, очень тихое, иной раз даже никто не заметить то, что кто-то что-то сказал... Но этого хватило на то, чтобы привлечь внимание нужного человека. Анна уже чувствовала на своем плече ледяные пальцы твари, как секундой позже всё вокруг покрылось синим пламенем, холодным на ощупь, но обжигающе ярким. Риверс испугалась, сжалась в комок и, осев на пол, зажмурила глаза, чтобы ничего не видеть. Но она всё слышала. Совсем рядом с ней раздался мерзкий вопль, а после – хлюпанье. Ещё вспышка, вторая (даже сквозь закрытые веки проникал свет), послышался взрыв, а после – удар об стену… Тварь снова зарычала, но это уже было больше похоже на визг боли. Анна успела сосчитать удары своего сердца, прежде чем открыть глаза. Их было ровно семь. Обычно люди считали до десяти глубоких вздохов, но Анне не хватало на это терпения. Оставаться в неизвестности было страшно. Поэтому, сосчитав несколько ударов главной мышцы тела, Анна вздохнула полной грудью, а на выдохе открыла глаза. Она увидела расплывчатый силуэт блондина и рыжей девчонки, а вдали что-то тлеющее… ***       – Что это, бладжер тебя тресни, было?!?       Анна никак не могла успокоиться. После того, что она пережила, её ещё минут пять трясло, а после прорвало по полной. Она не рыдала, нет. Она злилась! И если Поттер была новенькой и знала Анну каких-то пару недель, то Малфоя удивило поведение девушки, которая как раз-таки славилась на всю школу своей выдержкой. Даже ему, повидавшему немало девчачьих истерик, было непривычно видеть подобную реакцию, тем более от одной из самых уравновешенных учениц Хогвартса. Забини в гневе была не так страшна, как сейчас Риверс…       Скорпиус уже собирался прибегнуть к отчаянным мерам успокоения девушки, как Лилу неожиданно произнесла:       – Иной.       – Что?, – переспросила Анна. Гневная истерика девушки тут же начала сходить на нет.       – Тварь потустороннего мира. Что-то вроде инфернала, такое же мёртвое, но…       Лилу замялась, не сумев закончить предложение. Это насторожило Малфоя. Девушка явно что-то не договаривала…       – Когда-то этих существ, нет… Тех, кто создал этих существ породили волшебники. А дальше всё пошло по наклонной и сейчас то, что ты видела – многовековой результат последствий того, что по незнанию сделали наши предки.       – Как это?, – удивилась Анна, – Само по себе ничего не бывает. Даже если это результат неудачного эксперимента, то без магической подпитки оно рано или поздно истлело бы, перестало существовать. А эта тварь была бодра и полна сил! И, если мёртвые восстают, то ими кто-то управляет, так?       Анна посмотрела на Скорпиуса, пытаясь найти поддержки, но он молчал, переваривая слова девушки. Он не верил в то, что этой тварью кто-то управлял. Уж слишком разумны были её действия. Но если у неё всё-таки был хозяин, то эта мысль казалась ещё страшнее…       – Почему они восстали из мёртвых и как это связано с вороном?, – неожиданно спросила Анна.       Лилу, доселе стоявшая неподвижно, вздрогнула:       – Что?       Малфою показалось, что Риверс произнесла какой-то бред, но девушка смотрела на Лилу так, как будто та точно знала ответ на её вопрос.       – Я не понимаю, о чем ты?       – Тогда в больничном крыле ты что-то говорила про ворон и кровь, и то, что мёртвые поют, и то, что они встают… Ты имела ввиду это? Они восстали из мёртвых и теперь нападают на живых?       У Анны было ещё много вопросов, но, уже отойдя от шока, она поняла, что от них никакого толку. На лице Лилу было лишь одно выражение – непонимание.       – Лилу, в больничном крыле ты прочла стих о мёртвых. Ты помнишь это?       – Я…. Я не помню. Не знаю…       – А что ты вообще помнишь о том вечере?, – вмешался в разговор Малфой.       – Помню, как лежала одна на больничной койке, как ты пришел и ту тварь с оранжевыми глазами.       Лилу замолчала на минуту, пытаясь вспомнить все подробности той ночи.       – Но…но я не помню, как попала в больничное крыло. Помню, что пришла в себя лишь ночью. А все остальное время я спала, наверное…       – Ты не спала. Когда я пришла тебя навестить, с тобой были твой брат и Уизли. А после их ухода мы разговорили какое-то время. Да, разговор был странным, но ты точно была в сознании и понимала, с кем разговариваешь.       – Что?       – Лилу, я приходила к тебе. Спроси у Ала или Розы. Но… ладно, это глупо! Главное, ты говорила со мной. И ты сказала…       Замолкнув, Анна приложила все усилия, чтобы дословно вспомнить тот разговор.       – Что я сказала?       Поттер испугалась. Она не помнила ничего из того, что говорила подруга, но ни на секунду не засомневалась в правоте её слов.       – Что я сказала?, – настаивала Лилу, уже боясь самой себя.       – Что-то про ворона и клюв. И про кровь…мертвые встают или поют…       – Бессмыслица какая-то…       – Нет, стой! Сейчас вспомню… Что-то про то, что кровь попадает в клюв и мёртвые встают…       – Поют.       Девушки одновременно обернулись на Скорпиуса, который всё это время молча стоял за их спинами.       – Поют?       – В небе птица крыльями взмахнув        Слышит песню – мёртвые поют,        Кровь багровая стекает в клюв,        Слышит ворон – мертвые встают.       – Откуда?, – с трудом сдерживая волнение, спросила Поттер. Этот стих ей казался до боли знакомым, но она не помнила, где его ранее слышала. Но Скорпиус не спешил с ответом, лишь молча и очень внимательно наблюдал за рыжей девушкой.       – Откуда ты это знаешь!?, – почти закричала Поттер.       – Читал, – спокойно ответил Малфой, – но не помню где, когда и в какой книге.       – Но нельзя же…       – Если бы помнил, то уже сказал, – довольно резко отрезал Малфой.       Поняв, что теряет самообладание, Скорпиус перевёл дыхание, беря себя в руки. И после добавил уже спокойным голосом:       – Думаю, здесь сегодня ни один мёртвый уже не появиться. Так что идите лучше спать.       Не дав никаких объяснений тому, что сказал, парень покинул дамский туалет, оставив девушек одних. Анна и Лилу недоумённо переглянулись. Обе девушки были напуганы, но вот только пугали их весьма разные вещи… ***       – Не то!       В сердцах воскликнул Скорпиус, закрывая очередную книгу. Он знал этот стих наизусть ещё с самого детства! Он прочитал его будучи восьмилеткой здесь, в семейной библиотеке Малфоев. Он прекрасно помнил и четверостишье, и как выглядела книга, но как он её тогда нашел – белое пятно в памяти!       –Какие-то проблемы, сын?       – Что?       Скорпиус не заметил, как в библиотеку вошла его мать. Астория Малфой – истинная леди и чистокровная волшебница, взволнованная неожиданным появлением сына на выходных и его странным поведением, даже не пыталась скрыть свои эмоции под маской безразличия.       – За шесть лет ты ни разу не приезжал домой на выходные, а тут вдруг объявился, не объясняя причин приезда. И весь день пропадаешь в библиотеке…       – Просто хочу найти одну книгу, – спокойно ответил парень, пряча от матери свои искренние эмоции.       Меньше всего на свете он хотел причинить ей вред, но и врать матери он тоже не любил. Вернее сказать, он любил её достаточно сильно, чтобы не врать. Но не договаривать – это не совсем врать, не так ли?       Астория подошла к сыну и провела рукой по серебристым волосам парня. Она так редко это делала, что своё собственное поведение удивило даже её саму. Однако задумчивое лицо сына хоть и пугало её, но всё же она понимала, что он ничего ей не расскажет и, как всегда, попытается решить свои проблемы самостоятельно. Единственное, что она могла – просто поддержать его морально, а после – оставить в покое.       – Ужин будет подан ровно в семь. Надеюсь ты составишь нам компанию, раз приехал домой?       – Конечно, мама, – ответил Скорпиус.       Поняв, что большего от сына ничего она не добьется, Астория покинула библиотеку.       Скорпиус всё продолжал сидеть в кресле в попытке вспомнить, откуда взялись в его голове эти проклятые строчки? Но в какой-то момент его внимание привлёк ворон. Приглядевший, парень понял, что на него смотрит вовсе не живая птица, а всего лишь чучело животного.       Удивлённый тем, что их доме есть подобные вещи, блондин встал с кресла и подошел ближе. У птицы был отколот кусок клюва. Увидев это, Скорпиус улыбнулся своим мыслям, вспомнив, как бегал здесь в детстве и, как уронил это несчастное чучело на пол. И чем больше блондин вспоминал подробности того дня, тем быстрее сползала улыбка с его лица.       В тот день, пробегая мимо, он не вписался в поворот и врезался в тумбочку, на которой стояло чучело животного. Та опрокинулась и всё, что было на ней повалилось на пол. Тогда он попытался поставить всё исправить. Тумбочка, хоть и была сделана из натурального дерева, легко поддалась и встала на место, а вот чучело птицы оказалось на удивление тяжелым. Вернее сказать, деревянная основа, к которой и был прикреплён сам ворон. Когда Скорпиус ставил это чудо на тумбочку, то по какой-то причине чучело никак не хотело вставать туда, куда нужно. Мешался маленький выступ на днище подставки. Но стоило маленькому Малфою попытаться его убрать, дно под чучелом раскрылось и, оттуда выпала книга…       Малфой резко поднялся с кресла и подошел к ворону. Перевернув чучело, он увидел то, что подтвердило его детские воспоминания. Поставка для чучела была чем-то вроде потайной шкатулки, которая открывалась снизу. И, на удивление, нужно было лишь нажать на маленькую кнопку, и всё. Никакой магии не требовалось.       Поддельное дно легко отъехало в сторону, представив взору Малфоя то, что скрывалось столько лет. Это была темно зелёная книга с грязно-серебристым почти черным узором. Он представлял собой некую рамку, плавно переходившую в текст на Древнем языке и, это было всего четыре строчки. Те самые строчки, что он прочитал и запомнил ещё в детстве и, те самые, которые по словам Анны Риверс произнесла Поттер в юбке. Что ж, есть только один способ проверить это, и, боюсь, отец будет не очень доволен. ***       – Мда….       Лилу ещё такого не видела. Огромные узорчатые ворота, а вокруг живая изгородь вместо забора и такая же огромная. За воротами виднелся дом, но в буквальном смысле. Дорожка к нему было длиной чуть ли не в километр, да и защитной магии хоть отбавляй. Каких только заклинаний Лилу не учуяла, пока стояла у входа в именье Малфоев.       Этот блондин удивил её тем, что произнёс те самые строчки, что она слышала последнее время чуть ли не в каждом своём сне, но, просыпаясь, никак не могла их вспомнить. Однако, единственное чувство, которое в ней вызвала сова с приглашением посетить Малфой-менор, было лишь любопытство. Если он опустился до того, чтобы впустить члена семьи Поттеров-Уизли в свой дом, значит, на то была серьезная причина.       «Ворота наверняка защищены кровной магией, – подумала про себя Поттер, внимательно оглядывая забор внушительного размера живой забор – довольно сильная вещь, но стандартная, как и у всех аристократов… Зачем же придумывать что-то новое, если есть элитные традиции – очень тайные и, как всегда, в определённых кругах, всем известные. Ну, почти всем… Может получиться её снести? Но тут в любом случае потребуется кровь члена семьи, но, если использовать одно мудрёное контрзаклятие, которому учили в прежней школе? Всё же интересно…»       – Только попробуй!       Лилу так увлеклась придумыванием заклинания для атаки ворот Малфоев, как проворонила появления одного из них.       А вот стоило Скорпиусу её увидеть, как по ярко горящим глазам девушки стало ясно, что она что-то замышляет. И выяснить, куда был направлен ход её мыслей, не стоило труда.       Никак не отреагировав на невинную гримасу девушки «Мол, да как я – такой ангелок, могу что-то замышлять?», Малфой открыл ворота и лёгким кивком головы пригласил Поттер войти.       Целых три минуты потребовалось, чтобы дойти в быстром темпе от ворот до входа в скромное жилище блондина. Пока Лилу внимательно всё вокруг рассматривала, Скорпиус пытался ей объяснить зачем он её позвал. Но Поттер слушала его в пол-уха. Она уже сама чувствовала причину. Она манила её…       – Поттер? Поттер! Ты вообще меня слышишь?!       – Что?, – растерянно спросила Лилу. Прислушавшись к неведанному зову, Лилу потеряла связь с реальностью и не слышала того, что говорил ей парень, она даже не заметила того, как они вошли в дом.       – Поттер?!, – вдруг где-то позади ребят раздался низковатый мужской голос. Лилу и Скорпиус одновременно обернулись.       Перед ними стояла копия Скорпиуса, только более старая. Разница между сыном и отцом (как догадалась Лилу) заключалась лишь в том, что Малфой-старший был более худощавого телосложения (явно не занимался спортом), с жидковатыми серебристыми волосами, зачёсанными назад и какой-то брезгливостью в глазах. Нужно отдать Скорпиусуу должное, он никогда не смотрел на неё так, как сейчас смотрел его отец. Словно она кусок дерьма, прилипшего к их красивенькому паркету! Не то, чтобы Лилу это задело, но, все же, было неприятно.       – Сын, ты ни разу не приводил в дом девушек, даже свою невесту Эмиру, за исключением тех официальных визитов, которые устраивали мы с Асторией. И тут посреди учебного года заявляешься сюда в компании дочери Поттера и Уизли…И как это, соизволишь, понимать!?!       – Так и понимать. Раз привёл, значит – нужно. Пошли!       Последнее слово было обращено уже не к отцу, а к девчонке Поттеров. Лилу не произнесла ни слова во время их короткой перепалки, но внимательно следила за происходящим.       Если бы Драко не услышал, как Скорпиус обращался к девушке по имени, вернее по фамилии, то с лёгкостью мог принять её за чистокровную аристократку. С такой осанкой и взглядом не рождаются, этому учат. И вряд ли её этому научили Уизли…       До библиотеки слизеринцы добрались в полном молчании. Лилу не задавала никаких вопросов, да и вообще не поддавали виду, что стала свидетельницей пусть и маленькой, но всё же ссоры сына с отцом. За это Скорпиус был благодарен девушке…       Открыв двери в библиотеку, Малфой уже собирался сказать Поттер о книге, но в этом не было необходимости. Стоило девушке зайти в помещение, как она тут же направилась к тумбочке, на которой стоял ворон-тайник. Она смотрела на птицу словно зачарованная, как будто зная о том, какую тайну она хранит. Несмотря на своё любопытство, Лилу не притронулась к чучелу, ожидая, пока его хозяин не подойдет и сам сделает всё, что нужно. Всё-таки она в чуом доме. Теперь даже Малфой-младший заметил наличие у девушки аристократических манер, ну или, по крайней мере, умение соблюдать элементарный этикет.       – Так и будем играть в гляделки до самого Рождества или всё-таки покажешь то, зачем меня сюда привёл.       Нет, показалось, у Поттер в юбке, вернее в джинсах, нет никаких аристократических манер. Малфой взял чучело и, перевернув его, открыл тайник. Лилу уставилась на книгу.       – И что ты такого необычного в ней увидела?       – Не увидела, – тихо произнесла девушка, не отрывая от зеленой обложки взгляда, – услышала. Ты разве не слышишь?       – Чего?       Малфой внимательно посмотрел на Поттер. Но, правильно прочитав взгляд парня, Лилу решила, что он принял её за сумасшедшую, поэтому решила ретироваться.       – Неважно. Ты открывал её?       – Нет. Не смог. Смотри внимательнее.       Узоры на книге говорили о том, что открыть её можно лишь при помощи кровной магии. Поэтому Лилу и спросила парня, не открывал ли он книгу. Но обычно в таких случаях узор только один. А если приглядеться повнимательнее к этой книге, то можно было различить двойной узор. Они были сплетены в единый рисунок, но брали начала из разных концов книги.       – Два узора… Два вида крови, верно?       – Да, – подтвердил Малфой, – одна из них – моя или любого члена моей семьи, а вот со второй загвоздка… Вторая кровь обычно принадлежит тому… ээ…виду, о котором написана книга. Но здесь нет названия. Лишь этот стих. Узнаешь?       Еще бы она его не узнала! Но девушка сдержала свои эмоции.       – Это подсказка, – спокойно ответила Лилу.       – Что?       – Во-первых, строчки написаны как бы от лица того, кто может открыть книгу.       – А во-вторых?       – А во-вторых, ты не прав. Книгу открывают не те, о ком она написана, а те – для кого она написана. Слышит песню – мертвые поют…       Лилу процитировала задумчиво одну из строк.       – И мертвых слышишь ты…       – Надеюсь, я просто схожу с ума, но, думаю стоит попробовать её открыть.       Договорив, Лилу сняла с шеи один из своих медальонов.       Из всех безделушек на нежной шее Поттер в юбке Скорпиус знал лишь одну вещицу и прекрасно помнил её как с первой, так, и с последней их встречи с монстром. И сейчас без труда определил, что девушка взяла в руки именно её. Поттер прошептала заклинание и медальон преобразился в кинжал. После чего выразительно посмотрела на Малфоя.       – Боишься ручку первой порезать?       – Боюсь зря тратить свою кровь. Сначала докажи, что книга действительно ваша, а не украденная.       Малфой удивленно приподнял бровь.       – В истории магии были подобные случаи и немало, – пояснила Лилу.       Ухмыльнувшись, Скорпиус взял кинжал из рук девушки и сделал небольшой надрез на своей ладони. Сжав руку в кулак, чтобы кровь потекла лучше, он поднёс её к началу одного из узоров на обложке книги. Стоило на неё попасть первой капле, как кровь тут же впиталась и, узор преобразился из темно-серебристого в жидкое светлое серебро с примесью алого цвета. Книга признала одного из своих хозяев. Настала очередь Поттер. Лилу повторила те же движения, что и Малфой, и капнула своей кровью на второй узор. Но ничего не произошло. Кровь просто капала на книгу и даже не впитывалась.       – Вот черт!       Выругался парень, ударив рукой по столу. Разочарованный происходящим, Скорпиус отвернулся и отошел к окну. Лилу ничего не сказала. Она была разочарована не меньше Малфоя, даже больше. Вернув кинжал в его обычное состояние, Поттер развернулась, собираясь уже уходить, как услышала шипение. Его услышал и Скорпиус. Оно исходило от книги. Подойдя ближе, они увидели, как кровь Поттер на книге бурлит, плавно впитывалась в узор, растекаясь по нему словно густая жидкость по тоненькой трубочке. Книга приняла её, с трудом, но приняла. «Видно примесь маглорожденной крови бабушки так повлияла», – пронеслась мысль в голове Поттер, но озвучивать её она не стала. Скорпиус и Лилу смотрели на книгу, затаив дыхание, ожидая, когда узор полностью заполниться кровью. И как только последний завиток приобрел темно-бардовый оттенок, раздался щелчок. ***       Чтобы найти нужное заклинание ушло немало времени. Оглавления в книге не было и поэтому оставалось лишь вручную пролистывать каждую страницу. Проблема заключалась в том, что почти на каждой из них содержалась очень интересная информация относительно многих магических существ, необычных зелий, новых заклинаний. Здесь были заклятия, способные усмирить адское пламя, призвать на помощь лунных волков, даже как создать необычного призрачного патронуса и, как подчинить себе уже созданных инферналов. Лилу и Скорпиус изучали книгу страница за страницей, попутно запоминая слова заклинаний и заучивая новые движения. Они настолько увлеклись содержанием книги, что забыли обо всем: о времени, своей мнимой вражде, даже о том, ради чего открыли эту вещь. Поэтому и появления (кстати говоря, довольно шумного) домашнего эльфа не сразу заметили. Вернее, не заметили вообще.       – Мистер Малфой?       – Если верить книге, то призыв лунных волков – очень мощная штука. И полезная в неравном бою.       – Но только если ты находишься где-то в лесу или еще где-то под открытом небом, да и небо должно быть чистым без облаков.       – Мистер Малфой? Хозяин?!       – Не факт. Смотри, что здесь написано. Главное, чтобы был доступ к открытому небу вне зависимости от погоды. Заклинание можно применить в здании, лишь бы окно было открыт…       – ХОЗЯИН!!!!!!       Только после того, как домашний эльф заорал во всё горло, Скорпиус и Лилу отвлеклись от книги.       – Чего тебе, Тиньк?       – Уже четверть восьмого…       Уже привычном писком пропищало создание.       – И что с того?       – Господин и госпожа уже как 15 минут ожидают вас и мисс Поттер на ужине.       – Чего?!       В один голос выкрикнули слизеринцы. Толи от того, что до них только что дошло, что они просидели в библиотеке больше пяти часов, толи от того, что Поттер была приглашена на ужин. «Наверняка, это мама, – подумал Скорпиус, – отец никогда на подобное не согласился бы …».       – Передай уважаемым хозяевам, что мы будет через 5 минут и приносим свои извинения за задержку, – спокойным голосом ответила Лилу и, дождавшись исчезновения эльфа, как ни в чем не бывало снова погрузилась в книгу.       – Поттер, у тебя с головой всё хорошо?       – Формально я в этом доме – гостья. И, если ко мне относятся как к гостье, то я должна отвечать тем же. А отказываться в приглашении от ужина, когда я нахожусь здесь – вверх неприличия. Тем более, я действительно хочу есть.       – А тебя точно Уизли родила? Может твой папочка изменил ей с кем-нибудь из благовоспитанных дам.       – Не мели ерунду! У него бы на это смелости не хватило. И к тому же, у нас осталось всего три минуты, чтобы сделать то, зачем ты меня сюда позвал.       – Мы просмотрели только полкниги и на это уйма времени ушло, думаешь за пару минут что-то изменится?       – Изменится.       Не отрывая взгляда от открытой книги, Лилу подняла над ней руки, ладонями вниз. После чего закрыла глаза и что-то прошептала. Ладони Поттер засветились мягким желтым светом и, страницы книги зашевелились так, словно подул легкий ветерок, а мгновением позже они сами начали быстро перелистываться. Это продолжалось около пяти секунд, а после вместе с сиянием рук Поттер, всё прекратилось. Скорпиус подошел к Лилу со спины и взглянул через её плечо на открытые страницы. Почти конец книги. Глава 12. Иные. Как Поттер и сказала, на ужин они явились ровно через пять минут, а после девушка покинула имение Малфоев. День был тяжелый и каждому из них нужно было обдумать то, что по всей видимости им предстояло сделать в скором времени.