Заранее проигранная битва

Хиджиката Тоширо не понимал, что такого нашел Кондо Исао в Шимуре Тае. В принципе, он давно свыкся со странными заскоками командующего – у всех свои тараканы, не ему судить. Вот только в последнее время Кондо частенько сбегал с работы, чтобы последить за предметом своего обожания, что отражалось на дисциплине отряда и раздражало самого Хиджикату. Потому что разбираться с этим приходилось именно ему. Как будто у него и так дел недостаточно. Какой должна быть девушка, чтобы за нее прилюдно сражались на мечах, пусть и деревянных? Воображение рисовало ему высокую блондинку с пышными формами и томным взглядом, но реальность оказалась диаметрально противоположной. Что в ней такого необычного? Хиджиката решительно не понимал. Маленькая аккуратная шатенка с приклеенной улыбкой. И за кимоно не поймешь, какая у нее фигура. Тае, конечно, красивая, тут не поспоришь. Но ничего сверхъестественного. Шимуру Тае уважали и побаивались, и даже беспечный придурок Саката всегда добавлял к ее имени уважительную приставку. Когда нужно, Отае умело скрывала свои эмоции, с милейшей улыбкой раздавая тумаки любому, кто переходит границы, будь то перепивший клиент или командир Шинсенгуми. Вряд ли Кондо запал на садистскую часть ее натуры. Оценить такое могли разве что поехавший Сого или же сам Хиджиката. Тоширо сочувствовал командиру, но не мог не признать, что сталкерство – провальный способ завоевания девушки. Поэтому неудивительно, что Кондо постоянно доставалось от возлюбленной Отае. Удивительно то, что это его не останавливало. Тоширо очень быстро перестал считать, сколько раз Отае отвергла его командующего ударом в челюсть. Все равно на том все заживало как на помеси гориллы с собакой. Шимура Отае – страшная женщина. Глядя на то, с какой легкостью она расправляется с солдатами Шинсенгуми, Хиджиката малодушно порадовался, что сам он не успел озвучить то, зачем пришел. Отае явно чувствовала себя оскорбленной и не стеснялась открыто вымещать свою злость на несчастном отряде. Хиджиката знал, что ее нужно остановить, пока сумасшедшая женщина не отправила всех на больничную койку, но он совершенно точно не собирался причинять ей вред. Его атаковали, прежде чем он успел подойти. Еще один человек, готовый отдать свою жизнь за Шимуру Тае. За обычную бешеную девчонку, которая может только фальшиво улыбаться и размахивать кулаками. Нет, Хиджиката Тоширо совсем не понимал, за что ее так любят. Не только Кондо и этот странный защитник. Отае любят ее коллеги, ее клиенты, ее застенчивый младший брат, мелкая Ято и, кажется, даже белобрысый бездельник. Что, черт возьми, они все в ней нашли? Это не столько раздражало, сколько пробуждало любопытство. Хиджиката, конечно, пошел за Кондо спасать Отае. Он не собирался оставаться в стороне, потому что если Кондо хотел защитить ее улыбку, то он хотел защитить Кондо. В своих искренних порывах командующий вел себя слишком безрассудно, не задумываясь о последствиях. Он мог и погибнуть ради того, что защищает. Хиджиката знал это как никто другой. Он сам такой же. Кондо сражался ради того, чтобы она улыбалась, но в конце Отае ревела, как ребенок. Как обыкновенная молодая девушка, которой ей и положено быть. Она не натягивала дежурную фальшь на лицо – она плакала искренне, изо всех сил обнимая лучшую подругу, которая доставила ей столько неприятностей. Отае готова была пожертвовать своей жизнью. Не умереть, нет. Она готова была прожить долгую несчастливую жизнь ради другого человека. Несмотря на всю ту боль, которую причинила ей Ягью, несмотря на груз вины, давящий на плечи, Отае простила ее и просила прощения сама. И это поразило Тоширо. Кажется, он начинал понимать. Именно поэтому он все равно пришел к ней в хост-клуб. Эта сцена искреннего прощения все не шла из его головы. Хиджиката не был уверен на сто процентов, но он надеялся. Надеялся, что Отае сорвет эту чертову свадьбу. Не из-за большой надуманной Кондо любви, не из-за чувства долга, а просто потому, что так будет правильно. Разве сможет она остаться в стороне, когда на ее глазах рушится чужая судьба? И его надежды оправдались. Машина продвигалась ужасно медленно. Не помогала даже сирена – людям просто некуда было отъезжать. Отае кидала нетерпеливые взгляды на экран телефона. Время шло, но они проехали всего ничего. До чего же глупо получится, если они просто не успеют. Отае цокнула и громко выдохнула. Хиджиката покосился в ее сторону. - Мы застряли, - констатировала она. Хиджиката не посчитал нужным отвечать. Это и так было очевидно. - Ты как хочешь, а я пойду пешком. Отае открыла дверь машины и резво выскочила. - Чего? - Иначе я передумаю, - заявила она, громко хлопнула дверью и нырнула в толпу. Тоширо чертыхнулся и вылез вслед за ней. Он огляделся – Отае быстро убегала совершенно не туда. - Отае! – выкрикнул он, закрывая автомобиль. – Нам в другую сторону! Она мгновенно оказалась рядом, и он махнул влево. Отае так же стремительно метнулась в указанном направлении, и Тоширо бросился следом, стараясь не упустить из виду ее прямую тонкую спину, обтянутую яркой тканью кимоно. Позади гудели автомобильные сигналы, но ему было наплевать. С воинственным взглядом и нагинатой наперевес Отае была похожа на амазонку. В эту жрицу богини войны действительно можно влюбиться. В горящие праведным гневом глаза, в решительную походку, в уверенную осанку. Отае мчалась по улицам Эдо, ловко лавируя между теми, кто не шарахался при виде оружия, и Хиджиката едва поспевал за ней. Он объяснял себе, что его сердце сбивалось с ритма из-за быстрого бега, и почти в это верил.