Девятнадцать лет назад

      – Ну наконец-то! Рональд, рад тебя видеть. Гарри, твои очки у тебя под ногами. Гермиона, давай помогу.       Она никогда не любила путешествовать магическим способом. Трансгрессия, метлы, дракон... Пожалуй, полёт на Клювокрыле был неплох, но камины – точно нет. Копоть, пепел – всё это потом придётся доставать из волос, а уж о тошноте и говорить не приходилось.       Она оперлась на очень кстати протянутую кем-то руку, протерла слезящиеся глаза и с удивлением узнала в приветствующем их суетливом человеке Перси Уизли. Он широко улыбнулся девушке, и Гермиона невольно улыбнулась в ответ.       – Добро пожаловать в Малфой-мэнор! Осторожно! Сейчас прибудет… Мистер Бруствер, вы слегка припозднились, но я постарался решить все вопросы!       Гарри, наконец, разобрался с очками и мрачно смотрел то на Перси, то на Кингсли. Рон открыл было рот, чтоб что-то сказать брату, но закашлялся, поэтому смог выдавить только:       – Что… тхы… дхелаешь….       Перси от всей души принялся хлопать его по спине и, как ни странно, ответил:       – В такое трудное время я, конечно, не мог оставить Министерство Магии. Особенно сейчас, когда к власти пришли правильные силы, и отец принял верную сторону. Его, кстати, повысили. Ты знаешь?       Рон проигнорировал вопрос, продолжая надрывно кашлять, Гарри молча отряхивал одежду, и в его излишне активных движениях явно читалось раздражение. Кингсли, оценив настрой молодежи, тактично дал им время прийти в себя и тут же начал задавать Перси какие-то вопросы и расписании и встречах.       Гермиона тихо вздохнула. Она уже привыкла к перепадам настроения мальчишек, а также к тому, что жизнь раз за разом подкидывает им сюрпризы. В это раз в виде Малфой-мэнора.       Она читала об этом поместье в книге «Древние магические фамилии». Четырёхэтажный замок, построенный в XI веке в романском стиле, шесть башен, огромные земли вокруг. А под замком – страшное подземелье, в котором держали Полумну, мистера Олливандера и Крюкохвата. О подземелье она знала, но лично его не видела, потому что ее пытала Беллатриса. Пытала в этой самой комнате с огромным столом и камином, из которого они только что вышли.       Её невеселые размышления размышления прервал вопрос Перси, который, не получив ответа от парней, обратился к Гермионе:       – Так вас проводить?       – Проводить куда? – растеряно спросила она, глядя на друзей.       Гарри продолжал мрачно оглядывать столовую – его тоже мучили неприятные воспоминания. Рон кряхтел, пытаясь восстановить дыхание после приступа кашля.       – Проводить в ваши комнаты, – воодушевленно ответил Перси.       – Если позволите, я сделаю это сама, мистер Уизли.       Все обернулись на ровный, точно удар ножом о хрустальный бокал, голос. В настежь распахнутых дверях зала стояла Нарцисса Малфой. Она медленно оглядела всю компанию, ни на ком не задерживая пронзительный взор, и Гермионе вдруг, необъяснимо и глупо, стало стыдно за протертые джинсы и грязный свитер.       Нарцисса, напротив, была великолепна: сапфирово-синяя мантия с рукавами чуть ниже локтей открывала ее белые тонкие руки и изящные запястья, одеяние ниспадало до щиколоток и позволяло увидеть черные лаковые туфельки на невысоком тонком каблуке, платиновые локоны были собраны в изящную гладкую прическу.       Хозяйка поместья повела рукой в сторону двери:       – Прошу мистера Поттера, мистера Уизли и мисс Грейнджер пройти за мной. Мистер Бруствер, начальник мракоборцев ждёт вас в кабинете на первом этаже.       Такие же слова мог произнести любой из министерских секретарей, но в устах Нарциссы они прозвучали так величественно и строго, точно она только что изрекла какой-то приказ. Гермиона видела мать Малфоя своими глазами всего несколько раз в жизни, но в тот самый момент поняла, почему все журналы, которые читали ее однокурсницы, наперебой обсуждали миссис Малфой – чистокровную ведьму, светскую львицу и просто красавицу.       Никто не произнес больше ни слова. Перси, вдруг замолчавший и покрасневший, торопливо засеменил за Кингсли, а ребята двинулись за Нарциссой.       Они поднялись по широкой каменной лестнице на третий этаж. Шагов не было слышно – их поглощал темно-зелёный ковер, перехваченный у основания ступеней золотыми креплениями. Из узких окон-бойниц лился сумрачный свет пасмурного утра.       – Комната мистер Поттера первая, мистер Уизли – следующая, – небольшая группа остановилась в начале длинного коридора, по одну сторону которого располагался ряд дверей из темного дерева, а по другую – огромные окна. Хозяйка открыла одну из дверей, за которой оказалась небольшая спальня, и жестом пригласила Гарри войти.       То тот остался стоять на месте.       – А комната Гермионы? – холодно спросил он и посмотрел женщине в глаза. Та ответила ему прямым спокойным взгляд и произнесла:       – Комната мисс Грейнджер в конце коридора, рядом с моими личными покоями.       – Подальше от нас, чтоб не могли ее защитить? – прохрипел Рон и выдвинул вперед одно плечо, заставляя Гермиону спрятаться за свою спину.       – Поближе к теплой части замка, мистер Уизли, – совершенно не изменив тона, ответила Нарцисса. – С окнами в сад и более женственным убранством.       Гермиона незаметно сжала ладонь Рона и на долю секунды прижалась к его спине, словно говоря, что все хорошо, нет никакой опасности. И пусть от замка Малфоев ее бросало в дрожь, а шрамы от ран, которые оставила ей Лестрейндж, начинали ныть, не стоило давать друзьям повода затевать перебранку.       – Располагайтесь, мальчики. Я посмотрю свою комнату, и встретимся у Гарри, идёт? – девушка ободряюще улыбнулась ребятам и поспешила за Нарциссой, которая неторопливо двинулась дальше по коридору. Через пару секунд раздался звук одной закрываемой двери, еще через несколько – второй.       Оставшись одна, Гермиона вдруг испытала легкий приступ паники, и чтобы справиться с волнением, принялась считать узкие окна, мимо которых проходила.       – Они очень тревожатся о вашей безопасности, мисс Грейнджер.       Гермиона недоверчиво посмотрела на свою спутницу. Нарцисса чуть притормозила, чтобы идти рядом с девушкой, но не удостоила ту взглядом.       – После всего, что случилось с нами в этом замке, миссис Малфой, – она специально произнесла фамилию с нажимом, – в их тревоге нет ничего удивительного.       Они прошли половину коридора, и Гермиона, бросив взгляд в окно, поняла, что двигаются они вдоль переднего фасада здания. От ворот к кованому забору убегала каменная дорожка, вдоль которой росли фигурно обрезанные кусты.       – Мне жаль, что вам прошлось пройти через то, что вы прошли, мисс Грейнджер. Все вы. Дети не должны встречаться с такими испытаниями, – последовал через какое-то время спокойный ответ.       – Вы извиняетесь за себя или за свою сестру? – резко бросила девушка и осеклась, потому что-то практически незаметно изменилось в походке и профиле Нарциссы. Она слово сбилась на половине шага, почти сжала губы, но все это так же быстро исчезло, уступив место холодной сдержанности.       – Моя сестра совершила в своей жизни много дурных поступков. Но вы недостаточно знаете о ней и о моей семье, чтобы делать выводы, – медленно произнесла миссис Малфой, останавливаясь у последней двери в коридоре. – Я в свою очередь сделаю все, чтобы ваше пребывание в этом месте было безопасным и по возможности приятным. Мы всегда окружаем гостей всем необходимым. Чего не скажешь о чужаках.       Уголки губ дрогнули, но улыбка получилась скорее циничной, чем доброй. Гермиона похолодела, уловив в словах непонятную интонацию, словно едва заметный намек.       Хозяйка замка невозмутимо продолжила:       – Обед в два часа, ужин в восемь. Если вам захочется чай с бисквитами, позовите домовика, и вас обеспечат всем необходимым. Добро пожаловать, мисс Грейнджер.       С этими словами Нарцисса открыла перед ней дверь. Гермиона торопливо зашла внутрь, чувствуя, как дрожат от напряжения и волнения руки. Мягкий щелчок замка оповестил, что миссис Малфой ее покинула, и девушка осталась одна.