Девятнадцать лет назад

      Обычно спокойный и тихий сад наполнился разговорами и музыкой. Туда и обратно сновали официанты в белых ливреях и разносили подносы с напитками. Гермиона улыбалась, жала руки, говорила в который раз «Очень приятно, мистер…». Рядом с ней стояла Нарцисса в приталенном коротком жакете из голубого шелка и узкой юбке-годе.       Миссис Малфой была расслаблена, много шутила, легко заводила разговоры. А Гермиона нервничала – она не привыкла к такому вниманию, а еще ждала появления друзей и боялась его.       И вот на садовой дорожке показался Кингсли под руку с миссис Уизли. Мать Рона улыбнулась и помахала девушке:       – Здравствуй, дорогая!       Следом шли Гарри с Джинни и Рон с мистером Уизли. А за ними остальные гриффиндорцы и Полумна под руку с Невиллом. Гермиона почувствовала, как волнение отступает. Вот они – ее друзья, одобрительно кивают и улыбаются, а глаза Рона светятся восхищением.       Она принялась обнимать всех по очереди и представлять миссис Малфой. Нарцисса вежливо кивала и излучала доброжелательность.       Невилл с Полумной подошли последними. В руках у когтевранки была розовая авоська.       – Мы с отцом хотим преподнести вам подарок, миссис Малфой. Этот радужный морской еж принесет в ваш дом счастье.       Гермиона с Невиллом переглянулись. Обоим было ужасно смешно, но они сдержались ради Полумны.       Нарцисса, напротив, широко улыбнулась и приняла из рук когтевранки подарок.       – Благодарю вас от всей души. Это очень мило с вашей стороны. Надеюсь, что сегодня вы проведете вечер в моем доме с удовольствием.       Она ласково пожала руку девушки, и Гермионе показалось, что в этих словах и в этом рукопожатии есть скрытые извинения. Полумна была в заточении в замке Малфоев, и не было бы ничего удивительного в ее негативном отношении к хозяйке поместья. Но Полумна была Полумной. Она рассеянно кивнула и скользнула куда-то вглубь сада.       Настала очередь Невилла. Он смотрел на хрупкую Нарциссу сверху вниз, прямо и немного строго. Она встретила этот взгляд без малейшего стеснения.       – Для меня большая честь видеть вас здесь, мистер Долгопупс, – произнесла миссис Малфой. – Этот праздник не был бы возможен без вашей самоотверженности и храбрости.       – Я поступил так, как должен был. Для гриффиндорцев нет ничего необычного в том, чтобы пожертвовать собой ради друзей, – ответил Невилл. Он не улыбался, но Гермиона видела, что напряжение в его глазах постепенно ослабевает.       Нарцисса молча кивнула с легкой улыбкой. Тогда юноша повернулся к Гермионе:       – Очень рад видеть тебя. Ты выглядишь просто прекрасно. Надеюсь, еще поговорим сегодня.       И он присоединился к мальчишкам, которые стояли поодаль. Гермиона видела, как Гарри и Рон внимательно наблюдают за ней. У обоих в руках были бокалы, но за все время они не сделали ни глотка.       – Судя по всему, вашим друзьям не хватает вашего общества, Гермиона, – тихо произнесла Нарцисса. – Идите к ним. Я закончу тут одна.       – Вы уверены? – спросила девушка, едва сдерживая облегчение в голосе. Ей было некомфортно стоять на месте хозяйки, встречать множество гостей и заводить светские беседы.       – Идите, дорогая. Развлекайтесь. Вы это заслужили, – миссис Малфой ласково сжала ее руку и тепло улыбнулась.       Лицо Рона посветлело, когда девушка направилась в их сторону. «Значит, будем развлекаться», – подумала она.              У них давно не было причин для праздника. Со времен свадьбы Билла и Флер Гермиона не слышала живой музыки и смеха, не имела возможности посидеть в кругу друзей, обсудить последние новости. А теперь она могла понаблюдать, как Гарри буквально не выпускает из рук ладонь Джинни, как Невилл что-то рассказывает Дину и Симусу, и те заливаются смехом. Чуть в стороне Полумна что-то обсуждала с Эрни, а мистер Уизли о чем-то горячо спорил в кругу министерских работников, но по улыбке миссис Уизли девушка поняла, что ничего серьезного мужчины не обсуждают.       Рон обнял ее одной рукой за талию и притянул ближе к себе, целуя в висок.       – Ты такая красивая, – тихо произнес он.       Гермиона зарделась. Они в последнее время почти не оставались наедине, и обоим явно было недостаточно быстрых поцелуев украдкой.       – Я рада, что тебе нравится. Мне тоже нравится твоя мантия, – она легонько коснулась губами его подбородка.       Это был подарок Фреда и Джорджа, они оба это знали. Поэтому то, что сегодня Рон пришел сюда именно в этой мантии, было знаком – близнецы с ними. Из обрывков разговоров девушка знала, что у Джорджа не все в порядке и поэтому он не пришел на праздник с другими членами семьи. Но сейчас было не время это обсуждать.       – Глядите-ка, Малфой, – вдруг произнес Симус.       Гермиона напряглась, начала искать глазами слизеринца и, наконец, увидела его в компании однокурсников. Они стояли небольшой группой и оглядывали присутствующих. Блейз в черной рубашке с расстегнутыми верхними пуговицами приобнимал за талию Дафну в длинном вишневого цвета платье. Нотт и Пэнси о чем-то переговаривались, пристально разглядывая кого-то в толпе. Гермиона посмотрела в ту же сторону и увидела чету темноволосых волшебников. Мужчина и женщина, немного крупноватые, но оба одетые очень изысканно, беседовали с Нарциссой. Девушка присмотрелась внимательнее и поняла, что это родители Паркинсон.       А в центре компании друзей стоял Малфой. На нем была жемчужно-серая рубашка, серо-голубой пиджак в мелкую клетку и темно-серые брюки. Выглядел он прекрасно, но скучающее лицо портило внешне привлекательную картинку. В какой-то момент он поймал взгляд Гермионы. Глаза так бесстыдно скользнули с ее лица вниз по телу, до самых ног, что девушка почувствовала, как краснеет.       – Такой же самодовольный, как обычно, – мрачно произнес Невилл.       – Да ладно тебе, – сказал Дин и повернулся к другу. – Он проиграл, поэтому пусть продолжает делать вид, что он самый лучший. Мы все знаем, что Малфои облажались.       – И поэтому теперь мы съедим все их закуски и выпьем все вино! – весело заявила Джинни и потянула Гарри за руку в сторону обеденных столов и подальше от слизеринцев. – Идемте, я умираю от голода.       – Поддерживаю! – согласился Рон. – Ты говорила, Гермиона, что будет четыре блюда? – он крепче обхватил ее за талию и повел следом за друзьями.       Она кивнула, почти не слушая, что говорит парень.       Оценивающий взгляд Малфоя вернулся к ее глазам и он с легкой усмешкой сделал жест, точно приподнял невидимый бокал. И это был самый неожиданный комплимент, который Гермиона получила в тот день.              – Я очень рад видеть вас всех вместе сегодня. Мы прошли долгий путь, встретили множество преград. И вот, наконец, оказались в этот гостеприимном доме, чтоб отпраздновать нашу общую победу, – над садом звучал усиленный магией голос Кингсли Бруствера. Он стоял на подиуме чуть в стороне от обеденных столов и обращался к присутствующим.       Пока он говорил, Гермиона внимательно оглядывала гостей. Все слушали речь нового Министра, но выражения лиц волшебников были очень разными. Если министерские сотрудники смотрели с уважительным вниманием, то стол, за которым сидели родители слизеринцев, излучал внимание вынужденное. Друзья Малфоя тихо переговаривались во время приветственной речи. А сам Малфой даже не смотрел на импровизированную сцену – крутил в руках столовый нож и слушал разговор Забини и Гринграсс.       – Мне хотелось бы поблагодарить миссис Малфой за то, что она приняла нас всех сегодня в своем доме, – раздались аплодисменты, которые Гермиона от всей души поддержала, – и я надеюсь, что встреча таким обширным составом в стенах этого замка станет доброй традицией.       Гермиона видела, как Нарцисса с улыбкой подняла свой бокал, отдавая должное речи Кингсли. Он спустился со сцены и занял свое место рядом с женщиной, тут же внимательно прислушиваясь к тому, что она говорит.       – Пойдемте танцевать? – спросила Джинни. Гарри с готовностью поднялся, но Рон, сложив руки на животе, тяжело вздохнул.       – Простите, ребята, но я пас.       – Да перестань! – протянула Джинни. – Ты же не можешь оставить Гермиону без пары!       – Если Гермиона не против, я могу побыть ее кавалером, – любезно предложил Невилл. Девушка улыбнулась.       – Конечно, я буду очень рада.       – Идите, дети, – благословил их Рон, – старина Уизли посмотрит на ваши юношеские забавы издалека.       Вчетвером они вышли ближе к подиуму. По обеим сторонам от него Гермиона увидела столы для бриджа, за которыми уже сидели волшебники и волшебницы, по большей части – пожилые. Одну из компаний разбавили Малфой и Забини. Девушка видела, как они с улыбкой переглядываются, и у нее не было никаких сомнений насчет того, чья пара выиграет.       Некоторые уже танцевали. Оркестр играл что-то легкое и подвижное, поэтому Гермиона с удовольствием приняла руку Невилла. Она очень давно не танцевала, и было приятно, не думая ни о чем, просто наслаждаться музыкой.       – Расскажи мне о своей работе, – попросила она.       Мимо них пронеслись мистер и миссис Уизли. Следом – еще несколько семейных пар. Праздник, кажется, удался на славу.       Невилл принялся рассказывать о многочисленных теплицах и растениях, которыми занимался. Он говорил уверенно, его глаза вдохновленно сияли, и в этом молодом мужчине не осталось и следа от забитого и закомплексованного подростка.       Гермиона так увлеклась разговором, что забыла об осторожности и врезалась в кого-то спиной.       – Извините, пожалуйста! – поспешно произнесла она, оборачиваясь.       – Ничего-ничего, мисс Грейнджер, – с улыбкой ответил седой волшебник. – Позвольте представиться. Аластор Бэкингауэр. Здравствуйте, мистер Долгопупс.       – Это главный чародей Гринготтса, – шепнул ей на ухо Невилл и кивнул в ответ на приветствие.       Гермиона закусила губу.       – Мистер Бэкингауэр… очень рада с вами познакомиться, – она пожала протянутую руку, стараясь не думать об «угнанном» из банка драконе.       – А моя прекрасная партнерша – миссис Паркинсон, – продолжил пожилой мужчина, обращая внимание ребят на статную женщину рядом с ним.       – Добрый день, мисс Грейнджер. Какая честь наконец познакомиться лично. Пэнси много рассказывала о вас. И о вас, мистер Долгопупс. Но с вами мы, кажется, уже были знакомы.       Слова миссис Паркинсон прозвучали несколько отстраненно, но Гермиона видела, как внимательно ее изучают темные глаза.       – Мама! Вот и ты! – раздался девичий голос, и гриффиндорка напряглась – только Пэнси тут не хватало.       – Миссис Паркинсон, мистер Бэкингауэр, – вместе с Пэнси к ним подошел Блейз. – Гермиона, роскошно выглядишь. Танцуете?       – Как видишь, – ответила девушка. Ей хотелось поскорее уйти и увести подальше Невилла.       – Вижу, вы уже познакомились? – с другой стороны подошла Нарцисса под руку с Драко, и все вместе они образовали на площадке для танцев довольно большую компанию.       – Очень приятно видеть на вашем празднике столько молодых лиц, миссис Малфой, – заметил мистер Бэкингауэр. – А этот оркестр и эти танцы – просто чудо. Хотя я, признаться, скучаю по танцам моей юности. Вы помните, миссис Паркинсон?       – Боюсь, наша с вами юность, Аластор, пришлась на разное время, – иронично ответила женщина, и пожилой мужчина рассмеялся. – Но я понимаю, о чем вы. Добрый старый вальс, размеренный менуэт. Сейчас так уже не танцуют. Хотя наши дети, – обратилась она к Нарциссе с несколько высокомерной улыбкой, – конечно же, умеют их танцевать. Мы, представители списка двадцати восьми, стараемся сохранить старые традиции и передать их потомкам.       – Брось, мама, – начала Пэнси, – ты же не хочешь сказать, что мы лучше других волшебников?       Что-то в ее вопросе заставило Гермиону напрячься еще сильнее.       – Нет ничего сложного в том, чтобы станцевать, например, мазурку, – продолжила слизеринка, – любой сможет это сделать. Даже вот, например, мисс Грейнджер.       Вся компания повернулась в сторону Гермионы. На лице Пэнси играла неприятная улыбка. Девушка почувствовала, как ее щеки становятся одного цвета с платьем, и была благодарна Невиллу, когда тот крепко сжал ее руку.       – Мы… – начал он, но слишком тихо. Его голос утонул в шуме праздника и реплике Нарциссы.       – Разумеется, сможет, – бодро заявила хозяйка поместья, а затем улыбнулась и повернулась к сыну. – Драко, дорогой, думаю, для тебя будет большой честью станцевать с Гермионой.       Выражение лица Пэнси из довольного превратилось в виноватое.       – Ах, как прекрасно! Миссис Паркинсон, мы же присоединимся к ребятам? – с возбуждением воскликнул Бэкингауэр.       – Почту за честь, – ответила мать Пэнси. На губах ее играла легкая усмешка.       Невилл посмотрел на Гермиону:       – Ты не обязана этого делать, – прошептал он.       – Не переживай, ничего страшного. Всего один танец, и мы утрем нос этой Паркинсон, – ответила она и ободряюще улыбнулась, хотя внутри у нее все похолодело от ужаса.       Малфой протянул ей руку:       – Долго тебя еще ждать? Потом наобщаешься со своим Долгопупсом, – прорычал он так, чтоб никто из взрослых не услышал. – Сделаем это по-быстрому и...       – Дорогие гости! – раздался над танцевальной площадкой голос Нарциссы. – Поступило предложение станцевать мазурку! У нас, конечно, не бал. Но все желающие могут присоединиться к моему сыну и мисс Грейнджер!       – Потрясающе, – произнес Малфой, и Гермиона была с ним солидарна. Не страшно, если бы она опозорилась на глазах Пэнси и ее матери. На теперь на них внимательно смотрели чуть ли не все собравшиеся. – Скажи мне, что ты умеешь танцевать мазурку.       – Нет, – пискнула она, вкладывая похолодевшую ладонь в руку парня так, чтобы почти его не касаться.       – Да твою же мать, – тихо выругался Драко. – Будешь делать, что я говорю. И улыбайся, Грейнджер. Улыбайся, а то кажется, что я тебя принуждаю.       Девушка тут же послушно расплылась в улыбке, и вместе они вышли на освобожденное от людей место недалеко оркестра. Малфой, заложив одну руку за спину крепко, почти больно, сжал ее пальцы другой.       Из толпы за ней с тревогой наблюдали друзья. Гермиона видела покрасневшее лицо Рона.       «Все будет хорошо», – мысленно пообещала ему девушка и улыбнулась шире, чтоб друзья не волновали.       Заиграла ритмичная, но не слишком быстрая музыка.       – Сейчас мы идем по кругу и подпрыгиваем на ходу, – шепотом подсказал ей Малфой. – Держи свободной рукой юбку платья.       И они начали двигаться. Гермиона быстро поняла, как именно нужно подпрыгивать. Если бы она наблюдала за этим со стороны, то наверняка умерла бы от смеха – прыгающий Малфой. Но, надо отдать ему должное, он совсем не выглядел глупо.       – Развела руки, обходишь меня кругом справа, – резко скомандовал он, и гриффиндорка в точности выполнила необходимое движение.       Когда они оказались лицом к лицу, Драко боком повел ее дальше по кругу, то смыкая, то размыкая их руки в лодочку.       – Все хорошо, ты молодец, улыбайся, – приговаривал он, и Гермиона улыбалась. – А теперь кружимся.       Он, не отпуская ее руку, поднял одну свою вверх и обхватил Гермиону за талию другой, показывая, как и в какую сторону нужно делать поворот. Юбка кружилась вместе с ней алым водоворотом.       – А теперь снова прыгаем.       И они, опять оказавшись лицом друг к другу, легкими прыжками продолжили двигаться в танце.       Скоро к ним присоединились и другие пары. Гермиона видела мистера и миссис Уизли, мистера Бэкингауэра и миссис Паркинсон, саму Пэнси в паре с Блейзом. Ей вдруг стало легко и весело. Движения действительно были несложными, а Малфой вел ее уверенно и спокойно, продолжая иногда подсказывать, и его руки крепко держали ее, не позволяя сделать ошибку.       – А ты не безнадежна, Грейнджер, – тихо произнес он, когда она кружилась под его рукой.       Их глаза, как и руки, встретились, и Гермиона улыбнулась.       – Это комплимент?       – Констатация факта. Мне почти не стыдно танцевать с тобой сегодня, – ответил он.       – Улыбайся, Малфой. А то кажется, что я тебя принуждаю, – парировала девушка. И слизеринец, к ее удивлению, искренне рассмеялся.       Танец закончился, гости начали аплодировать. Вместе со всеми аплодировала и раскрасневшаяся Гермиона. Она нашла в толпе миссис Паркинсон и улыбнулась ей, словно говоря: «Знай наших». Женщина, чуть приподняв брови, кивнула ей в ответ.       Она это сделала! Она станцевала этот танец, не опозорилась перед всеми. И самое удивительное – Гермионе хотелось танцевать еще и еще.       – Мисс Грейнджер, – кто-то мягко взял ее за локоть, и девушка резко обернулась, выныривая из состояния эйфории, в одну секунду напрягаясь, готовясь к худшему.       Инстинкты ее не обманули – за ее спиной стоял Алекс Веритас в рабочей черной мантии.       – Пройдемте со мной, пожалуйста, – негромко произнес он. – Это насчет ваших родителей.       – Что с ними? – быстро спросила она.       Малфой рядом с ней тоже обернулся.       – Крэбб, – коротко ответил мракоборец. – Он напал на их дом.