Девятнадцать лет назад

      Обычно на Хэллоуин украшали только Большой зал, но в этом году домовики расстарались и развесили крохотные тыковки, ветви рябины и бумажных летучих мышей в коридорах замка. Весь день тридцать первого октября царило праздничное настроение. Уроки закончились пораньше и всех отпустили в гостиные готовиться к вечерней игре.       Гермиона оценивающе оглядела себя в зеркало. Голубое платье до колена с пышной юбкой, белый передник, верхняя часть волос зачесана назад и перевязана голубым бантом.       Джинни постучалась в дверь душевой и заглянула:       — Готова? О, а ты кто?       — Алиса в Стране Чудес, — серьезно ответила староста.       — Кто? — переспросила сестра Рона, открывая дверь шире. На ней было обтягивающее черное платье в пол с широкими рукавами-крыльями и капюшоном.       — Это героиня одной очень известной маггловской сказки, — отмахнулась Гермиона и оглядела подругу. — А ты? Сексуальная ведьмочка?       Джинни гордо вскинула нос:       — Я по жизни сексуальная ведьмочка. А сегодня — банши.       Гермиона улыбнулась:       — То есть боггарт Симуса? Отличный выбор. Хорошо, что он уже окончил школу, — сказала и тут же пригнулась, потому что Джинни кинула в нее полотенцем.       Шутливо переругиваясь, они вышли из гостиной и спустились на этаж вниз, где Уизли вместе со старостой Пуффендуя должна была загадывать студентам загадки по сказкам Барда Бидля. Сама Гермиона не проводила никакой этап, ее задачей было следить за порядком.       На третьем этаже она от души посмеялась, заметив оживленно болтающего с русалкой Фредди Крюгера.       — Гермиона, привет! — помахал ей Фредди, он же Деннис Криви.       Мимо степенно прошел граф Дракула.       — Отличный праздник, Гермиона! — он кивнул девушке, и она улыбнулась в ответ Майклу Корнеру.       Студенты носились по коридорам, младшекурсники были в таком восторге, что роняли из карманов конфеты и сладости. Вместе с ними летали приведения факультетов. И только Кровавый Барон скорбно наблюдал за всеобщим весельем из-под лестницы на Часовую башню.       — Самайн уже не тот. Вот в мое время… — скрипел он, но никто не слушал.       К восьми часам вдоволь набегавшиеся и насмеявшиеся школьники ввалились в Большой зал и замерли от восторга: на столах их ожидал самый настоящий пир. Россыпи засахаренных фруктов, моченые яблоки, хлеб с цукатами и изюмом, пюре с разнообразной начинкой, бараньи ребрышки и еще много-много всего.       Гермиона со своего места за столом Гриффиндора видела, как переговариваются профессора Макгонагалл и Слизнорт и над чем-то смеются. Она смутно подозревала, что в их кубках налит не тыквенный сок. Хагрид в чем-то убеждал профессор Граббли-Дерг. Профессор Стебль и профессор Флитвик разглядывали костюмы учеников. Зал гудел, как пчелиный улей. Некоторые студенты сели за столы других факультетов, к своим друзьям. Рядом с Деннисом Криви неподалеку от Гермионы сидела Орла Свирк. Молодые люди хохотали в полный голос, и сердце старосты пело от счастья — вот таким должен быть пятнадцатилетний мальчик. Вот так должны сиять его глаза.       В десять вечера их всех едва удалось разогнать по гостиным.       — Иди отдыхать, Гермиона, — улыбнулась ей Астория Гринграсс. На ней было летящее белое платье из тонкой полупрозрачной ткани, и она была похожа то ли на ангела, то ли на призрака. — Мы с Драко подежурим сегодня.       — Я еще добегу до домовиков, поблагодарю их за прекрасный ужин. Не задерживайтесь долго, — кивнула староста и перевела взгляд на Малфоя. Он был одет в зеленый с серебром камзол и узкие серые бриджи. — А ты кто?       — Драко Малфой, дуреха, — снисходительно ответил тот, смерив ее высокомерным взглядом.       Гермиона закатила глаза и, не желая дальше препираться, присоединилась к толпе пуффендуйцев и пошла вместе с ними — вход в кухню находился как раз рядом с их гостиной.       Домовики, конечно, не отпустили ее сразу, а сперва напоили чаем. Поэтому когда Гермиона со свертком пирожных в руках покинула кухню, ее наручные часы показывали двенадцатый час. Она уже направлялась в сторону гостиной, когда краем глаза заметила какое-то движение.       «Неужели кто-то еще не спит?» — подумала девушка и поспешила вслед за ускользающей тенью. Тень двинулась вверх по лестнице. За одним из поворотов мелькнул край камзола. Гермиона ускорила шаг.       Наконец, на третьем этаже ей удалось настигнуть нарушителя. В свете свечей серебряная тесьма на его изумрудном одеянии так и светилась.       — Что ты тут делаешь? — довольно громко произнесла она.       Драко Малфой резко обернулся. В руках у него была палочка.       — Не лезь не свое дело, Грейнджер. Топай в гостиную.       Гриффиндорка уперла одну руку в бок, потому что в другой был сверток со сладостями от домовиков:       — Я староста школы. Это мое дело, когда ученики разгуливают после отбоя.       Малфой тяжело вздохнул:       — Ну почему тебе вечно надо быть занозой в заднице, а? Я просто дежурю сегодня.       Его лицо приняло совершенно невинное выражение. Девушка фыркнула.       — Я тебя знаю семь лет. Ты серьезно думаешь, что сможешь меня обмануть? — спросила она и продолжила строго. — Спрашиваю еще раз, что ты тут делаешь? Если бы просто дежурил, не стал бы бегать.       Губы Малфоя сжались в тонкую линию.       — Иду встретиться с друзьями.       — То есть еще кто-то из студентов сейчас не в гостиной? — Гермиона задохнулась от возмущения. — Ты же староста, какой ты подаешь пример?       — Грейнджер, иди к черту! С друзьями вне школы.       Она посмотрела на него с подозрением. Тревога зашевелилась в груди.       — Что это за друзья вне школы?       «Неужели кто-то из Пожирателей», — мелькнула на мгновение мысль. Мелькнула и исчезла, потому что Малфой посмотрел на нее со смесью раздражения и нетерпения.       — Ну, знаешь, Сивый там, Долохов, Нотт. Совсем с ума сошла? Я бы не стал встречаться с прихвостнями Реддла!       — Откуда ты знаешь, что я об этом подумала?       Но он не успел ответить, потому что из соседнего коридора раздались шаркающие шаги и послышался голос Филча:       — Кто это там, миссис Норрис?       Гермиона и Малфой переглянулись. В глазах обоих читался испуг. Не сговариваясь, они рванули к статуе Одноглазой ведьмы. Слизеринец ударил по ней палочкой и прошептал:       — Диссендиум.       Вдвоем они влетели в тайный проход и прижались к стенам.       — Кто это был, кисонька? Пойдем, поищем еще. Эти ужасные дети! И этот праздник, везде валяются сладости и украшения…       Шаркающие шаги Филча постепенно смолкли. Малфой и Гермиона переглянулись.       — Откуда ты знаешь… — начала она, но слизеринец жестом велел ей замолчать.       — Подожди еще немного и уходи в гостиную, — прошипел он и пошел по темному ходу вперед.       — Стой! Или я сдам тебя Филчу, — зашептала вслед Гермиона.       Малфой ухмыльнулся через плечо:       — Ему будет очень интересно узнать, что староста школы делала в коридоре после отбоя. Особенно в день, когда она не дежурит.       Гермиона зарычала от досады — слизеринец был прав.       — Тогда я пойду с тобой!       — Даже не мечтай!       Но она, не обращая внимания на его ответ, поспешила следом.       Долгое время они шли молча.       — Грейнджер, поворачивай. Я серьезно, — строго сказал Малфой, оглядываясь.       — Я тоже серьезно заявляю, что пойду с тобой. Мало ли куда ты направляешься. Я должна проконтролировать, — отрезала она.       — Ладно, — протянул Малфой, — но потом не говори, что я не предупреждал.       Тоннель постепенно начал подниматься вверх.       — Откуда ты знаешь об этом тайном ходе? — спросила Гермиона.       Но слизеринец не ответил. Он посветил палочкой под ноги.       — Тут ступеньки, осторожно, — и пояснил, словно оправдывая свой излишне заботливый комментарий, — если в школе не смогут тебя найти, меня явно вызовут на допрос в первую очередь. А мне как-то не хочется попасть в лапы к твоим друзьям-мракоборцам.       Они выбрались через люк в подсобке «Сладкого королевства». Гермиона посмотрела на часы: пятнадцать минут первого и поудобнее перехватила коробку с пирожными.       — Ну и что, куда дальше? — немного нервно спросила она. — И самое главное: как? Тут же явно охранные чары.       Малфой закатил глаза:       — Может быть, все-таки пойдешь назад? А то нарушение правил, вторжение в частную собственность. Не слишком ли много для такой хорошей девочки?       — Цель оправдывает средства, — заявила Гермиона, гордо вскинув подбородок. — И если цель — проконтролировать тебя, то любые средства хороши.       Он посмотрел на нее с удивлением, а потом лукаво улыбнулся:       — Надо же, как мы заговорили. Раз цель оправдывает средства… Алохомора.       В ту же минуту произошли сразу три вещи: распахнулась задняя дверь подсобки, противно заверещало охранное заклинание, и Малфой схватил ее за руку.       — Бежим.       Они неслись по улицам к окраине деревушки. В окнах домов начал зажигаться свет — это разбуженные шумом жители решили проверить, что произошло.       Сердце Гермионы колотилось в груди с безумной скоростью. Это было одновременно похоже на то, как они сбегали из магазина Поля этим летом, и на множество ситуаций с ее друзьями, когда им приходилось уносить ноги от опасности.       Малфой стискивал ее запястье, не позволяя отстать.       Еще один поворот, темный закоулок без какого-либо освещения.       — О, нет… — прошептала Гермиона, задыхаясь, когда поняла, куда они бегут.       — Еще как да, — ответил Малфой.       Он распахнул двери «Кабаньей головы» и затащил ее внутрь. Противно звякнул колокольчик.       — У нас заказана комната наверху! — крикнул он изумленному бармену за стойкой. — Не беспокоить!       Они взлетели вверх по лестнице.       — Да отпусти ты меня! — закричала Гермиона, пытаясь вырвать руку из его руки.       — Почти на месте, — возбужденно произнес он и распахнул очередную дверь. — Сюрприз!       — Сколько тебя можно… это что… — услышала староста надменный девичий голос.       — Грейнджер! Да еще не с пустыми руками! — воскликнул кто-то.       В небольшой гостиной, освещенной свечами и камином, сидели четыре человека, в которых гриффиндорка с ужасом узнала Пэнси Паркинсон, Дафну Гринграсс, Теодора Нотта и Блейза Забини. Последний вскочил на ноги и приветствовал ее широкой улыбкой.       — Вот это сюрприз так сюрприз! Ты не говорил, Драко, что мы будем приносить человеческие жертвы в этот сакральный праздник! — и ловко вытянул у нее из рук коробку с пирожными.       Гермиона испуганно обернулась к Малфою. Тот с ухмылкой прислонился к двери, сложив руки на груди.       — Это неожиданно получилось. Маленькая козочка сама увязалась за мной.       Рука девушки инстинктивно дернулась к карману в юбке платья, где лежала ее палочка.       — Перестаньте ее пугать. А то она сейчас всех тут вырубит, — вступилась вдруг за гриффиндорку Дафна. — Малфой, ты пей две штрафные. Блейз, налей даме тоже. Грейнджер, что будешь?       Гермиона переводила растерянный взгляд с одного слизеринца на другого. Пэнси смотрела с подозрением, надув губки. Нотт заметно напрягся. Дафна, закинув ногу на ногу, напротив, расслабленно откинулась в кресле. Забини крутил в руках две бутылки.       — Огневиски или шампанское? — обратился он к Гермионе.       — Я не буду с вами пить.       Малфой хмыкнул, обходя ее, и уселся прямо на пол, прижимаясь спиной к креслу Паркинсон.       — Ты сама решила пойти со мной. Если не будешь пить, поверь, интересно тебе тут не будет.       — Обижаешь, — возразил Забини. Он успел наполнить стопку для Малфоя. — Это с тобой может быть скучно, а вот я — прекрасный собеседник. Гермиона еще в этом убедится. Отличный костюм, кстати. Кто ты сегодня?       — Алиса, — ответила за нее Дафна. — Только наше общество мало напоминает Страну чудес.       — Ну и я не Белый кролик, знаешь ли, — хохотнул Малфой и опрокинул в рот стопку.       Гермиона скрестила руки на груди. Это все походило на дурацкий анекдот: встречаются как-то в баре гриффиндорка и слизеринцы…       — Откуда вы знаете сказку Кэрролла? — спросила она.       Забини заботливо подтащил для нее еще одно кресло и склонился в шутовском поклоне, предлагая сесть:       — Как тебе сказать… прочитали, — ответил он.       Малфой рассмеялся, а Пэнси фыркнула:       — Неужели ты считаешь, что ты одна способна читать книги?       — Но ведь это… маггловские книги, — возразила Гермиона и с трудом опустилась на предложенное место: пышная юбка платья никак не хотела влезать в кресло.       Слизеринцы переглянулись и вдруг принялись хохотать. Даже Нотт улыбнулся.       — Драко рассказал нам про вашу беседу о Диккенсе, — ответила Дафна, приняла из рук Забини бокал шампанского и взяла из коробки одно пирожное. — Дети из всех высокопоставленных чистокровных семей прекрасно разбираются в литературе и искусстве. В том числе маггловском. Современном искусстве — нет, конечно. Но от начала цивилизации и до девятнадцатого века — вполне. Все мы — потомственная аристократия, Гермиона. Для нас эрудированность — признак статусности.       И она отпила из бокала.       Гриффиндорка еще раз оглядела собравшихся. Ей в очередной раз казалось, что мир перевернулся с ног на голову.       — Может быть все-таки бокальчик? — Забини присел на ручку ее кресла.       Гермиона растерянно кивнула.       — Вот и умница. И Малфой, дай уже Тео зелье, а то он сам никак не может расслабиться.       — Расслабишься тут, — фыркнул Нотт, — когда отец контролирует все мои передвижения. Такое ощущение, что он после Мунго стал еще подозрительнее, чем был.       Гермиона взяла из рук Забини бокал и сделала большой глоток. Пузырьки защекотали небо и ударили в нос. Девушка зажмурилась.       «Ты делаешь это только потому, что надо было проследить за Малфоем. А теперь уже нет смысла возвращаться в замок. Да и возможности туда вернуться пока нет», — уговаривала она сама себя, наблюдая за слизеринцами. Блейз, подобно Малфою, уселся у кресла Дафны и обнял одной рукой ее стройные ноги. Гермиона видела взгляд, которым они обменялись, и поспешно отвела глаза — это было слишком личным.       Малфой достал из-за пазухи знакомые пузырьки с нежно-желтой жидкостью и протянул Нотту. Тот сразу же откупорил один и залпом выпил. Его лицо словно обдул легкий ветерок: оно вдруг расслабилось и посвежело.       — Наконец-то Нотт с нами, — хмыкнула Пэнси и наполнила свой бокал из стоящей рядом бутылки.       — Это Зелье Радости? — спросила Гермиона, обращаясь к Малфою. — То самое, которое ты варил на занятии?       — Ты что, следишь за ним? — с подозрением спросила Паркинсон.       — Они работают в паре, — ответил ей Блейз и допил прямо из горла бутылки остатки шампанского.       — Чтоооо? — воскликнули Дафна и Пэнси, а Нотт визгливо рассмеялся.       — Представьте себе, вот так мне повезло, — сокрушенно согласился Малфой, приманивая к себе бутылку огневиски.       Гермиона закатила глаза и, к ее удивлению, Забини оказался с ней солидарен:       — Вот именно что, повезло. Радуйся, лентяй, что лучшая студентка делает за тебя всю работу.       — Я лентяй? — возмутился Малфой. Его щеки начали алеть от тепла в комнате и алкоголя, и он развязал тесемку сорочки, обхватывающую горло.       Забини откашлялся и продекламировал с пафосом актера:       — Не все равно ли,       Каким он вел блестящим предкам счет.       Хоть и в гражданстве, и на бранном поле       Они снискали славу и почет,        Но осрамит и самый лучший род        Один бездельник, развращенный ленью,        Тут не поможет ворох льстивых од,        И не придашь, хвалясь фамильной сенью,        Пороку — чистоту, невинность — преступленью.**       На мгновение в комнате воцарилась тишина. А потом все дружно рассмеялись. Смеялась и Гермиона, которая узнала цитируемые строчки.       — Ты что, пытаешься произвести впечатление на Грейнджер? — спросил с ухмылкой Малфой.       — Я могу производить и дальше, но у нас закончилось шампанское, и ты пришел. Поэтому…       — Играем! — захлопала в ладоши Пэнси. Нотт выпил вторую склянку зелья и пересел чуть ближе к компании.       Забини положил пустую бутылку шампанского в центр их импровизированного круга.       — Итак, правила просты: тот, на кого укажет горлышко, отвечает на вопрос или выполняет задание того, на кого указало дно.       Гермиона помотала головой:       — Ребята, я пас. Спасибо.       Все протестующее загудели:       — Так нечестно! Все играют.       Драко отпил из бутылки с огневиски и усмехнулся:       — Не уговаривайте ее. Она снова испугалась страшных слизеринцев. К тому же, это Грейнджер. Она патологически не умеет расслабляться.       Девушка видела вызов в его глазах.       — Я не ведусь на провокации, Малфой.       — Сыграй с нами, — обратился к ней Блейз. — Обещаю, не будет никаких гадостей. Просто дружеские подколы.       — Знаю я, какие у вас подколы, — покачала головой Гермиона.       — Зато представь, что ты сможешь спросить у Малфоя или заставить его сделать, — с улыбкой сказала Дафна.       Это звучало заманчиво.       — Ну, хорошо, — протянула гриффиндорка, — но при одном условии.       — Грейнджер согласилась играть с нами в бутылочку, что случилось с этим миром, — всплеснула руками Пэнси.       — Я слушаю, — Забини устремил на ее проницательный взгляд.       — Налей мне еще шампанского.