Легенда о Беспечном Ездоке

      САНТА-КАРЛА — СОВРЕМЕННЫЙ СОДОМ?..       …пять изувеченных тел обнаружены были…       …не первый случай. Как утверждает капитан Райс…       …быть осмотрительнее. В вечернее и ночное же время…              На улице возле входа — опять те же подростки. Я отхожу к киоску купить газету, и, когда оборачиваюсь, обнаруживаю, что Кларенса опять «атаковали» — на этот раз девушка, очень симпатичная блондинка. Я не слышу разговора, но Кларенс, по-видимому, что-то отрицает.       — Что такое? — я подхожу поближе, подростки как-то нерешительно сторонятся.       Кларенс, явно сконфуженный, говорит «идём» и направляется к машине быстрым шагом.       Уже когда мы успеваем отъехать на некоторое расстояние, он спрашивает:       — А что такое «ведьмак»?       — Эээ… н-ну, это… а что, они спрашивали, не ведьмак ли ты? Не обращай внимания…       Кларенс закусывает губу и начинает разглядывать свои руки. Я отвлекаюсь от трассы и бросаю беглый взгляд. Господи Иисусе…       — Кларенс, что у тебя с руками?       (Спокойнее, Найт. Спокойнее. Вот тебе и доказательства.)       — Да… ничего.       — Это же кровь!       (А то пацан не видит, что это кровь.)       — Они просто сейчас открылись. Иногда такое бывает. Если я… нервничаю. — Кларенс бросает на меня умоляющий взгляд.       — Нужно их обработать чем-нибудь…       (Вообще — что делать-то в таких случаях?! Почему никто ещё не выпустил специального руководства: «Если вы в машине с юным ведьмаком, и у него открылись стигматы»?)       Я пытаюсь одной рукой достать аптечку, но Кларенс останавливает меня.       — Не стòит, правда. У меня уже много раз…       — Ты говорил «иногда».       — Не важно. Не стòит, Найт. Кстати, куда мы сейчас?       — Домой.       Кларенс очень серьёзно качает головой.       — Домой нельзя.       — Что?!       Вот тут я не выдерживаю и сворачиваю на обочину.       — Мы же уже в квартале всего! К тому же, мне надо забрать и свои вещи тоже.       Но Кларенс непримирим и выглядит затравленно. Наконец, он соглашается посидеть в машине, пока я пешком схожу домой. Я хлопаю дверью и шагаю, не оглядываясь. Точно, ищут его. Вот сто процентов.              Что происходит, Найт, а? Ты вчерашней ночью подбираешь какого-то странного парня, нет, погоди, до этого было ещё «привидение», ну а потом — да, парень, который тоже видит «медуз», и, наверное, ещё кучу всякого (и вообще ведьмак), он едет в Сан-Франциско, поскольку в тот момент, когда ты, Найт, жрал сэндвич и пил кофеёк, успел найти в газете объявление Шери… что-то она там такое накрутила про «специалистов по сверхъестественному»… дальше. Ты обнаруживаешь снова — снова! — этого парня в офисе, где выслушиваешь его абсолютно нереальную историю насчёт общины каких-то Мэзеритов и пропавшей — похищенной! — сестры, и почему-то тебе, Найт, даже в голову не приходит, что всё это — ложь, выдумка, хотя, конечно, зачем кому-то вот так разводить охотников на привидений?.. (и он ведьмак) …более того, ты сам предлагаешь ему поучаствовать в своей безумной афере по поводу Беспечного Ездока, ты сам забираешь этого парня к себе домой. Хотя его может искать полиция. И, скорее всего, ищет. Ты даже не знаешь, что он там в действительности натворил… вся эта кровь… (вне закона, Найт!). К чёрту… ты забираешь его к себе домой… и не собираешься о нём сообщать. Нарушаешь законы…       Я пинаю цветочную кадку возле ограды и топаю по тропинке, впечатывая каждый шаг.       Нет, Найт, и это ещё не всё. Ты уже покрасовался перед ним в полотенце (а в чём мне было ещё выходить из душа? голышом?!), играл мускулами (о боже). Ты варил ему кофе. Ты купил ему одежду… И теперь оставил в своей машине, потому что тебе кажется разумным — разумным, Найт! — прислушаться к каким-то совершенно непонятным предостережениям…       Я кидаю вещи в рюкзак. Каждую с особой злостью.       Кто он тебе? НИКТО. НИКТО, Найт. НИ-КТО.       Кто ты ему?       Я останавливаюсь на полпути с носками в руке.       Кто я ему? Не знаю.       Но ведь он мне доверяет.       Я беру фотоаппарат.       …потому что тебе кажется разумным прислушаться к каким-то совершенно непонятным предостережениям…       И собственной интуиции.              

***

             Обратно я возвращаюсь уже спокойней.       Сперва мне кажется, что Кларенса в машине нет, но затем замечаю, что он перебрался на заднее сиденье и, похоже, снова спит, шляпа надвинута на лицо. Я всё-таки наклоняюсь проверить, как он там, но Кларенс неожиданно прижимает меня к себе. Поза не слишком удобная и шляпа мешает. Я умудряюсь убрать её. Лицо мокрое.       — Прости, — шепчет Кларенс.       — Всё в порядке. Мы сейчас уедем.              

***

             — Найт.       — Что?       — «Г. Найтшейд». Что значит «Г.»?       Кларенс вертит в руках мой бэджик — видимо, валялся в салоне.       — Да какая разница…       — Габриэль? Гидеон? Георг?       — Не догадаешься.       — Ну, может быть, Годвин? Или Грегори, Грегг? Больше и нет никого…       — Ха-ха. Есть, но не скажу.       Очередная попытка:       — Годфри?       — Нет.       Кларенс напряжённо думает. Открывает было рот…       — Только учти, никаких пуританских имён!       …и снова закрывает.              

***

             Я звоню Шери с уличного автомата. Мы договариваемся о встрече — уже четыре часа, будем около пяти, если повезёт без пробок.       Нам везёт.       Шери уже приготовила коробку для Эми (как выяснилось, ещё с утра) и сокрушается только по тому поводу, что мы не встретимся сегодня с Ноа — Ноа будет только завтра. Разминулись, стало быть. Ну, не велика потеря. Я так даже и рад.       Обновлённый вид Кларенса вызывает восхищённое «вау!», ну, то есть, мне кажется, что восхищённое. Я бы восхищался. Всё-таки в некотороем роде моё собственное «произведение».       А потом мы сидим на кухне и ужинаем. Ранний такой ужин. Я бы и не стал, но Шери настояла, хотя готовит она не так хорошо, как Эми.       Шери удивлена, что мы решили ехать уже сегодня вечером — «на ночь глядя», как она говорит. Я пожимаю плечами и рассказываю, как мы с Кларенсом ходили по магазинам, чтобы перевести разговор на другую тему. До Бейкерсфилда ехать около четырёх с половиной часов. Мне не привыкать. Если выедем в шесть, будем там к одиннадцати уж точно. Главное, чтобы аккумулятор дотянул.       Шери смеётся. Наверное, это лучший звук в мире.       Правда, я ещё не слышал, как смеётся Кларенс.