Почему?

Цзинь Лин мирно спал, когда его разбудило громкое воронье карканье над ухом, из-за которого он подскочил на кровати, но запутался в одеяле и упал на пол. Выпутавшись из плена ткани, он сонно и недовольно заозирался, чтобы кинуть в наглую птицу подушкой, но обнаружил довольного ворона на самой высокой балке, куда ему было не достать. -Ух, ну и зачем ты разбудил меня в такую рань, солнце только недавно встало! - Цзинь Лин потёр ушибленную при падении коленку, с тоской смотря на остывающую постель. -Главы летят обрратно! – Пёрышко взволновано скакал по балке, следя за хозяином. -Дяди возвращаются?! – Сонливость Цзинь Лина сошла на нет, и на лице расцвела радостная улыбка. Он резво заметался по комнате, собирая раскиданные с вечера вещи, наспех натягивая их. Ворон довольно урчал на балке, наблюдая за радостным молодым хозяином. Цзинь Лин в последний раз глянул в зеркало, поправил колокольчик на поясе, и стремглав побежал к посадочной площадке. Ему столько всего хотел рассказать дядям, особенно о вчерашнем происшествии. Нет, он не ябеда, просто рассказ из его уст будет более цельным и не приукрашенным. Он знал, что его телохранительница сможет и приврать, чтобы адепты получили более суровое наказание, поэтому хотел рассказать о вчерашнем первым. Цзинь Лин вовремя прибежал на место. В ещё сумрачном небе виднелись два силуэта, уверенно приближающиеся к посадочной площадке. Когда два главы приземлились, Цзинь Лин поприветствовал их по всем правилам, но дядя Цзян даже не посмотрел на него, быстро направившись к своим покоям. На немой вопрос Цзинь Лина младший дядя не сразу отреагировал, взволнованно провожая главу ордена Цзян взглядом. Увидев, что племянник смотрит на него обеспокоенно, мягко улыбнулся и попросил не беспокоить старшего дядю сегодня, потому что тот очень устал. Цзинь Лина сильно волновало поведение дяди Цзяна. Даже когда он злился на него, то никогда не игнорировал. -А-Лин, не хочешь ли вместе позавтракать? – Цзинь Гуанъяо ласково погладил племянника по голове. Он всегда так его гладил, когда хотел успокоить. -Если дядя просит, А-Лин будет рад разделить с ним трапезу. – Цзинь Лин заметил, как дядя бегло оглядел его. Младший дядя всегда опекал его больше положенного, именно поэтому Цзинь Лина удивляет его отдалённость от него последние месяцы. -Тогда поспеши и приведи себя в порядок, твоя прически и одежда растрепались. Позавтракаем у меня в комнате. – Цзинь Лин смущенно оглядел себя и поспешил в свои покои. Вот опять дядя Яо пытается отвлечь его и отгородить от забот, словно он несмышлёный юнец. И что, что ему всего десять, он уже достаточно взрослый, чтобы понимать…неважно что, он поймёт это не хуже взрослого! Пулей забежав в комнату, он быстро привёл себя в надлежащий вид. Пёрышко спал на сделанной для него жёрдочке, а Фея сладко посапывала в принесённой слугами плетёной корзине. Какая умиротворённая идиллия. Не удержавшись, Цзинь Лин чмокнул щенка, на что Фея слепо лизнула его и снова заснула. Добраться до гостевых покоев младшего дяди не заняло много времени. Проверив свой внешний вид ещё раз, он вежливо постучал в дверь. -Дядя, я могу зайти? -Конечно заходи, А-Лин. Цзинь Лин осторожно зашел в комнату, любопытно оглядывая её, к его разочарованию, всё оставалось неизменным. Видя, что дядя уже сидит за низким обеденным столиком, он поспешил сесть напротив него. Надо же, уже принесли еду. Слуги знали о прилёте глав раньше него? Хотя, еда очень похожа на ту, что была за ужином вчера. Цзинь Лин осторожно, насколько мог, приступил к трапезе, помня о манерах. -Цзян Чэн обучал тебя манерам, А-Лин? – Цзинь Гуанъяо принялся неспеша есть, наблюдая за племянником. -Мао Ли меня обучает, дядя. -Дева Мао достойно обучила тебя, ты ешь намного аккуратней, чем при нашей последней встречи. Цзинь Лин угрюмо подумал, что в последний раз они виделись почти месяц назад. Закончив есть, Цзинь Лин вспомнил, что хотел рассказать дяде о случившемся неприятном инциденте. -Ох, дядя Яо, я ведь хотел рассказать от том, что произошло вчера! Цзинь Гуанъяо нахмурился, отложив пиалу с недоеденным рисом. Он внимательно смотрел на племянника, приготовившись слушать его рассказ. -И что же вчера произошло? -В общем, я бегал по пристани и искал птиц, хотел показать им Фею, но как на зло, их нигде не было! И в своих поисках я так увлёкся, что выбежал за пределы резиденции, и понял это только тогда, когда ко мне пошли адепты Ланьлин Цзинь. Цзинь Гуанъяо настороженно прищурился, ещё раз оглядывая племянника. Наверняка он переживал, что его адепты могли навредить племяннику. Не смотря на все запреты и возможные наказания, адепты ордена Цзинь ненавидели и травили его племянника, и Цзинь Гуанъяо знал, что это заслуга их родителей, но поделать пока ничего не мог. -Они ничего не успели мне сделать, дядя! Только наговорили гадостей… -Что они тебе говорили? – Цзинь Гуанъяо подсел ближе к племяннику. -Всякую чушь про то, что я плохо воспитан и меня некому учить манерам, ну, и то, что родители меня не любили. – Цзинь Лин поднял взгляд на дядю, в глазах которого плескалась целая гамма эмоций: печаль, злость, сожаление и, как показалось Цзинь Лину, вина. -А-Лин, твой отец и твоя мать любили тебя всем сердцем, помни об этом. – Цзинь Лин сморгнул влагу с глаз, кивнув на слова дяди - Это точно всё, что они успели натворить? -Угу. Меня защитили двое сяозу*, и адепты не успели ничего сделать мне – Цзинь Лин хихикнул, вспоминая вытянувшиеся лица, когда Мо Сюаньюй оскорбил их. -Что ты имеешь ввиду? -А, ну…Когда адепты насмехались надо мной, их отвлёк один из сяозу. – Видя, что дядя ждёт объяснений, Цзинь Лин поспешил добавить - Ну, они появились неожиданно, словно из воздуха, даже адепты их не почувствовали. А потом один из сяозу, его зовут Мо Сюаньюй, оскорбил их, от чего на него кинулся один из адептов, но он как-то ловко уклонился и применил хитрый приём, от которого адепт закричал от боли. Цзинь Лин посмотрел на дядю, который смотрел на него одновременно взволнованно и с шоком. Цзинь Лин вопросительно склонил голову, не понимая реакцию дяди. -Ты уверен, что того юношу звали именно Мо Сюаньюй? -Эм, да, он так представился. Его напарника звали Саю..Нет, Сюэ Ян, но он выглядел раздражённым тем, что Мо Сюаньюй вмешался. Ещё пахло от них странно, я такой запах чувствовал от вернувшихся с ночной охоты адептов. Хотя они заклинатели, не удивительно, что от них пахнет нежитью. Цзинь Лин внимательно следил за реакцией дяди, и не мог не заметить, как потемнело его лицо при упоминании Сюэ Яна. Он знал этих юношей? -Тот Юноша, Мо Сюаньюй, он выглядел здоровым, никаких ран он не получил? -Да, дядя, вполне здоровым, да и не получал он в той драке ран, он сам поколотил адепта. Хотя на лицо нанёс странный макияж, мне даже показалось, что если он его снимет, то будет похож на тебя! -А второй юноша, он не навредил тебе? – Лицо Цзинь Гуанъяо посуровело, когда он упомянул имя Сюэ Яна. Он точно знал их. Но почему так удивился, услышав их имена? -Нет, дядя, он стоял в стороне, наблюдая за ссорой. Стоял и причитал, что убить адептов и дело с концом. Ещё морщился и фыркал, когда Мо Сюаньюй на него шикал или прикрикивал. -Он шикал на Сюэ Яна? – Дядя выглядел потрясённым, но жадно слушал о встреченных Цзинь Лином незнакомцах. -Ага. А когда пришла стража, и Сюэ Ян пошутил над Мао Ли, мол, спасибо в карман не положишь, Мо Сюаньюй заткнул его конфеткой. Я вначале думал, что это шарик, но вспомнил, что видел на рынке такие конфетки. Странно только, что они так быстро ушли. Мо Сюаньюй утащил Сюэ Яна в сторону города так быстро, что даже стража подивилась. -Они, случаем, не говорили, куда они держат путь или останутся ли в Пристани? -Ничего такого не могу припомнить. Как только пришел патруль, они почти сразу улизнули, сказав, что торопятся. Хотя Мо Сюаньюй говорил, что они путешествуют с учителем. -В какие клановые одежды он был одет? -Да простая черная одежда, лишь узоры странного цветка были красные. -Сможешь описать цветок? -Он словно на паука был похож, у него много лепестков. -Если я нарисую, ты узнаешь его? -Да, наверно Цзинь Гуанъяо быстро достал из мешочка цзянькунь бумагу и баночку туши. Ему не потребовалось много времени чтобы нарисовать тот самый цветок, что видел Цзинь Лин. -Я и не знал, что ты так хорошо рисуешь, дядя. – Он бережно взял рисунок в руки — Это тот самый цветок. Как он называется? -Паучья лилия или лилия демонов. Эти цветы принято сажать на кладбищах или местах захоронения. -Кто в здравом уме будет выбирать такой цветок знаком своего клана?! -Тот, кто следуют тёмному пути и практикует совершенствование тёмной ци. -Но от них не веяло тёмной энергией! Дядя иногда приводит в орден заклинателей, изучающих тёмную ци, так от них за километр фонит ей. Да и Мао Ли не заподозрила ничего, она бы не отпустила их так быстро! -Это лишь домысел, Цзинь Лин, не воспринимай мои слова буквально. – Цзинь Лин смотрел на дядю широко раскрытыми глазами, понимая, что над ним пошутили. Цзинь Гуанъяо улыбнулся, убирая пишущие принадлежности обратно в мешочек. - Паучья лилия, как и другие цветы, имеет своё значение. У этого цветка довольно грустное значение, хочешь узнать? -Хочу? -«Мы никогда не встретимся вновь, забудь обо мне». -Действительно грустное значение. -Именно поэтому его и сажают на кладбище. Чтобы люди и духи помнили, что встречаться в нашем мире им уже не суждено, что нужно отпустить друг друга и двигаться дальше. -Мне кажется, что учитель сяозу именно поэтому выбрал этот цветок. -Что ты хочешь этим сказать? -Он, наверное, хотел забыть близких ему людей, или чтобы они забыли его. Может, его из родного клана выгнали и так он смог выразить свои чувства? -Ох, А-Лин, когда ты успел вырасти таким догадливым? -Цзинь Гуанъяо задумался. А ведь действительно, человек мог просто выбрать этот цветок чтобы выразить свою печаль. Возможно это кто-то со времён правления ордена Вэнь. Тогда многие кланы пали что в войне, что в мирное время. -Дядя, а ты что, не знаешь этого заклинателя? -Бродячие заклинатели не принадлежат ни одному клану, я не могу знать их всех при всём желании. Особенно если он из расформированного или падшего клана. - Цзинь Гуанъяо серьёзно посмотрел на племянника. - А-Лин, если встретишь тех юношей снова, передай Мо Сюаньюю, что его ждут дома. -Я так и знал, что ты его знаешь! Он что, наследник какого-то ордена, сбежавший с бродячим заклинателем? Я прав, да?! Цзинь Гуанъяо театрально удивился, прикрыв улыбку рукой. Он лукаво блеснул глазами, прикладывая палец к губам, прося племянника молчать о его догадке. Цзинь Лин гордо приосанился, и важно кивнул дяде, обещая никому не рассказывать о секрете. Цзинь Гуанъяо незаметно зевнул в рукав, но Цзинь Лин это заметил, нахмурившись. Он только сейчас обратил внимание, что у дяди под глазами залегли тёмные круги. Наверняка они с дядей Цзяном не спали ночь делая важные внутриклановые дела. -Дядя, можно А-Лин пойдёт к себе в комнату, мне спать хочется -Конечно, А-Лин, возвращайся к себе и поспи хорошенько. – Он ласково потрепал племянника по голове и проводил его до двери, и ещё некоторое время провожал задумчивым взглядом. Цзинь Лин же, как только дядя скрылся в своих покоях, не стал идти в свои. Он был ещё сонным, но спать не хотел. У него с раннего детства появилась хорошая и одновременна плохая привычка: если он проснулся, то больше не заснёт. Он огляделся и взглядом поймал пару ворон. Стаи опять нет в пристани, хорошо, что хоть парочка птиц осталась. Встретив на пути только пару патрульных, он горестно вздохнул. Скука. Читать или тренироваться не хотелось, плавать тоже не получится, вода ещё холодная. Проходя мимо кабинета дяди Цзяна, он остановился. Створка окна была приоткрыта совсем немного, но этого хватило, чтобы взгляд зацепился за ярко красную кисточку. Он попытался заглянуть в окно, но его роста не хватало для подобного. Покружив с десять минут у здания, он, собрав всю храбрость в кулак, юркнул в дядин кабинет. Помещение освещало только недавно взошедшее солнце, разгоняя своими лучами тьму по углам. Цзинь Лин быстро прошел к интересующими его окну, и с удивлением обнаружил на нём подставку с флейтой. Откуда у его дядюшки флейта, если он терпеть не может играть на музыкальных инструментах, а на флейты всегда косо посматривает. Она так красиво блестит своими черными боками, словно совсем новая. Цзинь Лин завороженно протянул руку, чтобы рассмотреть её поближе, но, внезапно, со спины его схватили и подняли. Он испуганно пискнул, когда почувствовал родной запах дяди Цзяна. Удивлённо обернувшись на него, Цзинь Лин увидел, что от затравленно смотрел на инструмент. -Не трогай её. Цзян Чэн ещё раз пробежался взглядом по флейте, и прижал племянника к груди сильнее обычного, словно тот вырывался. Цзинь Лин смог услышать быстрый стук его сердца. Отвернувшись от инструмента, он направился прямиком к выходу, унося племянника из кабинета. Извернувшись в объятьях дяди, он мельком глянул из-за его плеча на флейту. В утренних лучах ему показался силуэт красивого мужчины, ласково помахавшему ему рукой. -Красивый…- Вслух пробормотал Цзинь Лин, от чего его дядя напрягся, резко развернувшись на пятках. Оглядел пустой кабинет, но никого не обнаружил. -Кто красивый, Цзинь Лин? -Мне показалось, что на подоконнике сидел красивый мужчина в черном, и улыбался нам. -Тебе показалось. Опять Цзинь Гуанъяо рассказывал тебе сказки, и тебе спросонья привиделось. Цзинь Лин надулся от такого заявления. Да, дядя Яо рассказывал ему сказки, но он уже давно этого не делал. Хотя спорить с дядей Цзяном бесполезно, он будет твёрдо убеждён в своей правоте. Единственный, кто хоть немного мог его переубедить, был дядя Яо и глава ордена Лань. Пока он дулся на дядю Цзяна всю дорогу, тот принёс его на руках в его покои. -Если нечем заняться, кроме как шататься по ордену, то лучше займись каллиграфией, твой почерк не подобает наследнику двух великих орденов. Опять он завёл свою шарманку про наследника. Может, Цзинь Лин и не хочет быть этим наследником! Вот женятся его дяди, родят себе преемников, и будут их поучать, каким должен быть глава, а его пусть оставят в покое. -Как будет угодно старшему дяде. -И впредь не смей прокрадываться в мой кабинет и трогать то, что не предназначается тебе. -Да, дядя. Приношу свои извинения. Цзян Чэн вышел из комнаты, грозно смотря на всех встречных ему людей. Цзинь Лин, проводив его взглядом, мстительно показал ему язык, тут же выпрыгивая из окна, собираясь дальше гулять. Он направился в сторону причала, но потом передумал и пошел в сторону города. Сегодня он хочет немного побунтовать. Он уже устал, что его дяди скрывают всё и вся от него. Сколько он должен доказывать, что достаточно взрослый, чтобы они доверили ему хоть один секрет? Когда он проскользнул мимо патрульного, Цзинь Лин оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что вороны идут за ним. Птицы действительно неотрывно наблюдали за своим молодым хозяином, перелетая с дерева на дерево. Пробежав ещё пару домов в утренних тенях, он рискнул влиться в утреннюю толпу, чтобы его было сложнее найти, если его начнут искать. Не смотря на столь раннее время, улочки торговых рядов уже были заполнены людьми, снующих от прилавка к прилавку. Проходя мимо одного, он заметил качественно сделанную алую ленту для волос. Видимо, он слишком явно выдал свою заинтересованность, потому что торговец стал активно зазывать его к своему прилавку. Цзинь Лин неловко подошел к нему, критически осматривая товар на прилавке. Множество ткани и некоторые образцы готового товара из них. Цзинь Лин взял ленту, и ошупал её. Хоть ткать и была тонкой, но она сделана их прочного материала, который Цзинь Лин не мог определить. Ему понравился цвет и качество ленты, поэтому он решил купить её. -Сколько стоит эта лента, господин? -Для тебя, сынок, всего пять серебряных. Эта ткань довольно редка, растение, из которого её делают, цветёт раз в пять лет. Алый цвет натуральный, никто не красил её, сам посмотри! Говорят, что изделия из этой ткани, словно красная нить судьбы, возвращает утерянные связи. Цзинь Лин скептично смотрел на продавца, протягивая ему установленную цену. Ну да, конечно, восстанавливает утерянные связи. Да в этот бред верят лишь простачки, да простой люд. Цзинь Лин ни к тем, ни к другим не относился, и поэтому не верил. Попрощавшись с продавцом, он направился к лавке с лепёшками. Дедушка продавец эй лавки пёк самые лучшие лепёшки с начинкой, которые пробовал Цзинь Лин. Повара пристани даже уговаривали его пойти работать на их кухню, но дедушка упёрто не желал покидать своё насиженное место на рынке. Купив пару лепёшек с собой, Цзинь Лин направился к причалу, чтобы полюбоваться красивым видом и сытно покушать. И не важно, что он уже ел, он растущий молодой заклинатель, ему нужно много энергии! Только вот до своего места назначения так и не дошел. Проходя очередной прилавок, он заметил знакомые черные одежды с красным цветком. Мо Сюаньюй и Сюэ Ян о чем-то спрашивали продавца, который с радостью отвечал им. Цзинь Лин неловко потоптался на месте, не решаясь подойти. Его учили не отвлекать людей от дел, но и просто стоять и пялиться очень некрасиво. Пока он думал, молодые люди закончили разговаривать и почти синхронно повернулись к нему. Цзинь Лин насупился под пристальным взглядом, но решительно пошел к ним, гордо подняв голову. Он не поблагодарил их за оказанную вчера помощь. Не любил он, как и дядя Цзян, оставаться в должниках. -Я погляжу, мелочь, ты не учиться на своих ошибках, раз припёрся на рынок в одиночку. – Сюэ Яо не скрывал своего раздражения при виде Цзинь Лина, вот только ему было плевать на это, он давно привык к подобному отношению. -А я погляжу, ты всё так же не имеешь манер – Цзинь Лин вернул колкость юноше, совершенно его не боясь. Сюэ Ян опасно сощурился, гаденько ухмыльнувшись, спрятав руку в карман. -Пхаха, А-Ян, А-Ян, учитель же говорил тебе, что твои колкие слова обернуться против тебя! «Ты не имеешь манер»! Молодой господин Цзинь, вы попали в точку! – Мо Сюаньюй хохотал в сласть, совершенно не сдерживаясь. Сюэ Ян закатил глаза, когда его друг хрюкнул и начал оседать на землю, не переставая смеяться. Не смотря на своё раздражение, Сюэ Ян придерживал товарища за талию, чтобы тот не упал на землю. -Я пришел сюда поблагодарить вас за спасение, а не вести спор. – Цзинь Лин настороженно смотрел на Мо Сюаньюя. «Как бы ему плохо от смеха не стало». -Как я уже говорил, благодарность в карман не положишь. – Язвительно фыркнул Сюэ Ян. -А-Ян! -Что А-Ян? Учитель работает, не отдыхая уже вторые сутки, лишь бы заработать достаточно на наше содержание! Неужели за спасение Первого молодого господина двух великих орденов нам не полагается хоть какая-нибудь награда?! -Ты прав, но… -Сколько вы хотите? – Цзинь Лин смотрел на юношей очень серьёзно. До него доходили слухи, что бродячим заклинателям тяжело живётся, но, чтобы настолько? Их учитель поистине благородный человек, любящий своих учеников, раз работает сам, а не заставляет работать учеников вместо себя. -Молодой господин Цзинь, не стоит беспокойств! – Мо Сюаньюй беспокойно замахал руками, пытаясь отговорить Цзинь Лина платить им. -Сколько ты готов дать? – Сюэ Ян не рассчитывал, что разбалованный двумя дядями ребёнок воспримет его слова всерьёз, а не убежит, проклиная их на чём свет стоит. Цзинь Лин потянулся за своим мешочком с деньгами. Он успел потрать немного, но суммы, что лежала в нём, хватит на несколько месяцев. Так, по крайней мере, говорил дядя Цзян, а ему Цзинь Лин верил. -Вот, это всё, что у меня есть. – Сюэ Ян принял мешочек и начал пересчитывать деньги. -Сюэ Ян! – Мо Сюаньюй хотел выхватить кошелёк и вернуть его владельцу, но Сюэ Ян взял пару золотых слитков и кинул мешочек опешившему Цзинь Лину. -Этой сумы хватит для оплаты наших услуг. Что ты на меня смотришь этим своим придурошным взглядом? – Сюэ Ян поёжился под радостным взглядом Мо Сюаньюя, который разве что не светился от гордости. - Не смотри на меня так, Юй-Юй, я знаю меру деньгам! И ещё я не хочу получить взбучку от учителя, поэтому и вернул его кошелёк, хотя мог забрать. Он демонстративно отвернулся от товарища, смотря на лавку со сладостями. Мо Сюаньюй хитро посмотрел на него, шепнул ему на ухо что-то, и Сюэ Ян бодро пошел к той самой лавке со сладостями. Пару раз хихикнув в ладонь, Мо Сюаньюй повернулся к Цзинь Лину, ласково оглядев его. -Благодарю молодого господина Цзинь за оказанную нам помощь. -Да что ты заладил «молодой господин», у меня имя есть! Цзинь Лин! – Лицо Цзинь Лина покрыл румянец. Не нравилось ему, когда посторонние люди так важничали, это настораживало. -Но как же я могу звать вас по имени, если молодой господин ни разу не назвал моё! – Притворно испугался юноша, прижимая руку к сердцу. -Мо Сюаньюй. Теперь ты перестанешь выкать мне? – Цзинь Лин упёр руки в бока, грозно смотря на юношу. -Как будет угодно, малыш Цзинь Лин~ -Я передумал, зови меня как прежде! -Ну уж нетушки, теперь я буду звать тебя по имени~ -Лао-Юй, уходим, учитель зовёт. – Сюэ Ян подбежал к нему, попутно пряча кулёк с конфетами в рукав. Как только он потянулся, чтобы схватить товарища за руку, его опередил Цзинь Лин. -Постойте, я ещё не закончил с вами разговаривать! По мимо благодарности, я хотел спросить вас кое о чем! - Цзинь Лин крепко держал Мо Сюаньюя за рукав накидки, не желая отпускать его. Он ещё столько не спросил у них, и не факт, что им удастся ещё встретиться. -Тогда давай поговорил позже? Нам правда стоит уходить, но мы пришлём тебе весточку вечером. – Мо Сюаньюй осторожно отцепил схватившие его руки, доверительно смотря в лицо Цзинь Лина. -Поклянись! -Клянусь своей любимой пудрой! – Игриво хихикнул Мо Сюаньюй и поспешил за уходящим товарищем. Цзинь Лин прищурился, вглядываясь в толпу, но не увидел никого, кто был бы в таких же одеждах, как у его новых знакомых. Он успел лишь моргнуть, прежде чем те двое исчезли. Цзинь Лин потёр глаза и проморгался. Улица была прямой, торговые лавки стояли в притык, куда они подевались? Странно. Когда он пришел на пристань, то его лепешки уже остыли, но это не сделало их менее вкусными. Так, кушая свой незамысловатый второй завтрак, он нетерпеливо ждал весточки от двух загадочных учеников не менее загадочного учителя.