Paraselene

Шестнадцатое сентября, 1986 год. Дом О’Нилл

Второй подряд рассвет я обнимал Сару в её постели. Неизведанное ранее чувство, приятно наполняющее жизнь чем-то новым, особенным. Моя девочка сладко потянулась, и, когда я плотнее прижал её к себе, распахнула глазки, кажется, слегка смутившись моего присутствия. — Доброе утро, — голос после ночи звучал хрипло. — Привет, — О’Нилл, видимо, вспоминая прошедший вечер, отвела взгляд и зарделась. Я же, словно протестуя, поцеловал пухлые губы и тут же подмял Сару под себя. — Ох! — только и выдохнула она. Ну уж нет, малышка, когда ещё выпадет возможность нам с тобой провести утро наедине? Сама ведь напросилась! И этот поцелуй набирал почти что крейсерскую скорость, распаляя, открывая всё новые и нетронутые раньше мной места на теле Сары. После вчерашнего разговора, держа всхлипывающую даже во сне О’Нилл в объятиях, я много думал о том, как вести себя с ней дальше. Иначе уже не будет. Я ясно видел эту девочку рядом с собой. Было так странно брать на себя ответственность за её слёзы, за которые я клял себя, на чём стоит свет. Наверное, не надо было так жестоко пытаться проучить Сару за этот дурацкий коктейль. Или за что? За то, что она не так всё поняла, решив, что у меня к ней несерьёзно? Взыграл максимализм и моя сторона козлины-Тёрнера, обижающего весь женский пол на Земном шаре. Видит Бог, если бы я только знал, что стояло за этим детским поступком, я бы не раздумывал и сразу согласился остаться, да и вообще на всё на свете. Объяснил бы причины своего поведения, и может быть тогда не случилось бы этих глупых обид и бессмысленных слёз. Но ведь и через эти самые слёзы нужно проходить вместе? Меня немного пугала заниженная самооценка О’Нилл. И чувствовалась вина за собственную громкую репутацию кобеля, из-за которой Сара восприняла мои слова настолько буквально, что поверила в то, что она для меня — очередная. Игрушка, как выразилась. Что за чушь! Сейчас я отчего-то чувствовал не ту близость, которую хотел бы, а очень болезненную пропасть между нами. Почему нельзя было просто поговорить, сразу и по-взрослому? Не желая пускаться в размышления, к тому же, не самые радужные, я целовал плечи О’Нилл, шею, грудь, не заботясь о себе, вообще не думая. Нестерпимо хотелось доказать, что именно Она важна для меня. Что я не играю. Что всё, что говорил — правда. Последний предсмертный писк издал будильник, скинутый мной с тумбочки Сары, бессовестно отвлекающий от изгибов её тела. Жар кожи становился уже до нестерпения невыносимым. Следом к чёрту снова улетела ночнушка, только на этот раз, снял её я. Берегись, маленькая. — В школу надо-о-о, — простонала О’Нилл, приподнявшись в постели. И как у неё опять это включилось в голове? Ненормальная. Я нехотя оторвался от Сары, уселся рядом и залился смехом. — Значит, так себе из меня любовник? — В смысле? — в глазах вспыхнуло удивление. А сама О’Нилл, видимо, даже забыла, что неплохо было бы прикрыться. Или уже думала, чего я там не видел, один хрен железный? — Не припомню, чтобы кто-то когда-то останавливал меня, потому что «надо в школу», — выдохнув, я взъерошил волосы и улыбнулся. Сара же надула губки и помрачнела. — Что? — Не смей при мне вспоминать своих бывших! — зло выпалила она. Подскочив на ноги, подбежала к комоду, где хранилось нижнее бельё. Я — идиот, да? — Ну прости, — подрываясь с кровати следом, я обнял О’Нилл со спины, и прошептал это на ухо. — Может, это из меня так себе любовница, раз других вспоминаешь? Я рывком развернул Сару к себе, заглядывая в акварельные глазки. — Ревнуешь? — пытаясь в них считать ответ, спросил я. — Да. — Ты одна уже сейчас занимаешь места в моём сердце больше, чем когда-либо занимали все они, вместе взятые, — прекрати уже. Сара помолчала немного, а потом нырнула в мои объятия. — Майкл, я… — и она поцеловала меня. — И я. — Малышка, нам с тобой нужно расстаться, — будничным тоном поведал я, всё так же крепко держа Сару за руку. Какой всё-таки спектр эмоций умели выражать её глаза! Коктейль из ужаса и непонимания. Пока я не мог привыкнуть к этому, и, признаться, мне нравилось наблюдать за ней в моменты перемены настроения. Ради этого и на нервах можно было поиграть. Немного. Пальчики дрогнули и похолодели, выскальзывая из моей ладони. — Не надолго, — подбадривающе протянул я и подмигнул О’Нилл. — Чего? — нахмурилась Сара. А теперь вспыхнула ярость! Да она меня придушить была готова! — Не могу себе позволить превращать юный организм в организм пассивного курильщика, — виновато улыбнувшись. Я и так уже хрен знает сколько не курил! — Тёрнер, ты просто… — Сара зашипела и с силой наступила мне на ногу. Можно подумать, она сколько-то весила. — Самый заботливый мужчина на свете? — приторно пропел я и вмиг притянул её к себе. — Самовлюблённый идиот! — фыркнула, предпринимая попытку вырваться. — Возвращаемся ко дню нашего знакомства? — ухмыльнулся, а потом, наклонившись к уху, добавил: — Кстати, я же обещал, что ты будешь повторять моё имя. Догадываешься теперь, в каком контексте? — Иди уже кури, а?! — на выдохе выпалила О’Нилл, и полыхающие щёчки тут же придали её личику особый шарм. — Дождёшься меня? — Если меня не перехватит какой-нибудь красавчик, — картинно вздохнула Сара и, показав язык, отошла от меня, по пути вытаскивая из сумки учебник, и принялась что-то там просматривать. Наконец, спасительная затяжка. Не знаю, как можно не наслаждаться этим вкусом табака, дымом, обволакивающим лёгкие, самим процессом. Кстати, я терпеть не мог «перекуры» в классическом их понимании: быстро затянуться несколько раз и бежать дальше по своим делам. На сигарету нужно было время, хотя бы пять минут. В идеале — семь. И тогда послевкусие уже не напоминало дым от сожжённой бумаги, а раскрывалось терпким, слегка горьковатым, пьянящим вкусом, который отлично дополнялся мятным Стиморолом. Шутки шутками, а к О’Нилл, стоящей в тени дерева, подлетел не пойми откуда взявшийся полицейский шкет и что-то затараторил. Сара захлопнула учебник и спрятала его в сумку, приветливо улыбаясь, и с нескрываемым удовольствием принялась отвечать на его вопросы. Какого хрена, Никсон?! — Так что мы выбираем, кто займётся музыкальным сопровождением вечера… — Дерек, видимо, рассказывал О’Нилл про работу школьного собрания активистов. — У Майкла хороший вкус, — вдруг подметила Сара и так красноречиво посмотрела на меня, что я понял: она, наконец, поняла правила игры. — Отменный, — я обнял её за талию, подходя со спины, и демонстративно поцеловал в затылок. Каблуки бы хоть иногда надевала, что ли. — Так о чём речь? — будто не вслушивался в их разговор секундами ранее. — Ни о чём, — Никсон замолчал, с какой-то явной досадой рассматривая мою руку на талии Сары. Вот как… — Музыка, — О’Нилл просияла. — На вечеринке в честь Колумба. Ищут, кто ей займётся. — Я могу помочь только парой кассет, и то, с возвратом, — лениво протянул я, не удосужив Дерека вниманием. Смахнул свободной рукой прядку волос, выбившуюся из причёски Сары, словно вновь выказывал своё над Никсоном превосходство. Просто не мог этим не воспользоваться! — Нам нужен ди-джей, — метая в меня молнии, натужно выдавил Дерек. — У меня будет занятие поинтереснее, — по-прежнему лениво поделился я. И, как бы поясняя, какое именно занятие меня пожидало, спустил руку на задницу О’Нилл и легонько ущипнул. А она и против не была, только с головой выдала себя перед одноклассником: вспыхнула как красное знамя. Сын шерифа поджал губу. — Сара, ты идёшь? Мисс Бейкер не любит опозданий, — вновь влез Никсон. Хотя отчасти это, конечно, было правдой. Старуха действительно подобного не-у-ва-же-ни-я не переваривала и могла даже к директору отправить за таковую провинность. Но здесь было кое-что другое. Мисс О’Нилл, явно не планировавшая, что наше утро закончится так, растерянно посмотрела на меня. — Давай, иди, — спокойно. Я ведь не буду ревновать её к Никсону, правда? — Пока… — как-то немного разочарованно ответила Сара. Я же наклонился к ней и чмокнул в губы, быстро и отрывисто. — Пока, крошка, — улыбнулся и пошёл прочь. Наверное, следовало пригласить её на обед или договориться о встрече… Стоп! Я даже остановился и помотал головой, как бы стряхивая с себя эти мысли. Что, ну не проводить же теперь всё своё время с ней?! В итоге я нехотя дошлёпал до школьной парковки, где было не так оживлённо, как обычно. Несколько парней с УКЗ сидели на низкой оградке и что-то громко обсуждали. — Да говорю тебе, Фил был там, — стоило этой фразе долететь до слуха, я ускорился и спешно приблизился к ним. — Где был Фил? — спросил я и навострил уши в ожидании ответа. — Вчера задержали несколько парней, вывозящих из города мешок с какими-то цветами, из которых изготавливают наркотики. Кстати, на них уже половину школы проверили вчера, пока ты где-то прохлаждался, — прищурив глаз, протянул Кеннет. — Так он в участке? — уточнил я. — Вроде, спроси у шкета. Он точно в теме, — отмахнулся Крис. Да, сейчас из Никсона даже раскалёнными щипцами было не выудить нужную информацию. — Кстати, футбол сегодня, нам должны были сменить тренера, — Алан зевнул. — А кто будет вместо Сэма? — спросил вдруг Кеннет, оживившись. А вот остальные, включая меня, немного поникли. Горький привкус воспоминания о друге омрачил это утро. — Какая теперь разница, уже всё не то… — Крис, хоть и был отчасти прав, включил пессимизм, окончательно испортив настроение. Из подъехавшей чёрной, наглухо затонированной BMW, выпорхнула Адель и картинно тряхнула рыжими кудрями, а после, поправив сумку на плече и нацепив надменную улыбку, направилась к нам. — Привет, — равнодушно бросила в нашу сторону, даже на секунду не зацепилась за меня взглядом. Можно было подумать, что она по инерции подошла сюда, потому что так было принято в прошлом году. С потерей УКЗ, с гибелью Сэма, с исчезновением байка, наша компания рассыпáлась как карточный домик. Нужно было срочно что-то предпринимать. Хоть я и не хотел больше возиться с ними всеми как раньше, но на правах «старшего» сохранить коллектив был просто обязан! — Алан, — я обратился к наиболее инициативному парню из всех здесь присутствующих. — Помоги собрать всех за школой к большой перемене. — Зачем? — взгляд Блэка не выражал ничего кроме искреннего удивления. — Выслушаем предложения, как дальше хижину строить. Надо спасать коллектив, — я пожал плечами. — Замётано, — он заметно оживился и встал с места. — Я тоже в деле, — отозвался Крис. Вероятно, мы могли обсудить ещё что-нибудь, но школьный звонок, разлившийся противной трелью, пригласил на уроки. Переглянувшись, мы с парнями тяжело вздохнули и, поправив рюкзаки, поплелись к зданию. — Майкл, — окликнула Адель. Звонкий голос заставил притормозить. — Да? — Я нехотя остановился и повернулся к ней. — Ты на меня сердишься? — Моринг виновато потупила взор. — Нет, — и это была чистая правда. Вообще об Адель и не думал. — Значит, простил, слава Богу, — и она, облегчённо выдохнув, со звоном чмокнула меня в щёку. Я же непонимающе отшатнулся и стёр рукавом след от помады. — Дель, нет, — мягко, но твёрдо пресёк я. Не хватало нам с Моринг ещё начать общаться как раньше, будто без неё забот было мало! Да и от ревнивца Стива хотелось держаться подальше. Здесь дело, конечно, было не в том, что я его боялся или что-то подобное, но конфликтовать лишний раз не хотелось, я не был любителем впустую устраивать петушиные бои. Тем более, сейчас вообще для этого не время! — Что не так? — Адель замерла, а потом расхохоталась, да так противно, протяжно, картинно, до странного хрипа, держась за живот. — Это из-за этой сучки, О’Нилл? — и вдруг, распрямившись, посерьёзнев, добавила: — Ей мало было? — Заткнись, — предупредительно рыкнул я. Не хватало Саре только снова проблем из-за этой недалёкой! Но что всё-таки случилось с Моринг, всегда вменяемой девчонкой раньше? Или это была просто тупая ревность, граничащая с болезненным чувством неполученной собственности? Мысли, хаотично блуждающие по черепушке, перескочили на её ёбаного братца. Кстати, интересно, почему это Адель вышла из машины в одиночестве…

9:35

На следующей перемене я поджидал Криса возле кабинета географии. — Что ты знаешь про эти наркотические цветы? — с места в карьер стартанул я. — Ну, они вроде как фиолетовые, — ответил он после недолгого молчания, почесав затылок. Чёрт, фиолетовые?! — Так, нет, не это важно, не с того начал, — тряхнув головой, попытался собраться я. Мало ли фиолетовых цветов водится! — Кого ещё задержали кроме Фила? — Не знаю, Майкл. Серьёзно, выясни у Никсона, — парировал Крис, пожав плечами. — Мне он нихрена не расскажет! — раздосадованно зарычал я. — Тогда ничем помочь не могу, — и Симмонс удалился вглубь коридора, растворяясь в толпе. И хоть это было последним, чего бы мне хотелось, переться к Дереку всё же пришлось. Это было важно. На счастье, он попался на глаза совсем вскоре, и я поспешил приблизиться. — Никсон, — получилось даже довольно дружелюбно. — Чего тебе? — а вот о собеседнике нельзя было сказать, что тот полыхал желанием идти на контакт. — Дело есть, — и, положив руку ему на шею, потащил мелкорослого к окну, возле которого никто не ошивался. — Решил ди-джеем всё же подработать? — ухмыльнулся Дерек. Он ведь явно намекал, что О’Нилл, в случае чего, одна не останется. Или я снова искал подтекст там, где его не было? При любом раскладе, сначала нужно выяснить об этом задержании, а потом уже и письками меряться. — Кого повязали ночью? — буднично поинтересовался я и уставился в наглые глаза в ожидании ответа. — Любопытство индюка и погубило, — резюмировал Никсон и даже уже развернулся, собираясь сваливать. — Это может касаться и Сары, — вкрадчиво произнёс я. И это предположение пригвоздило Дерека к месту. Точно имел на неё виды, гад! Кулаки непроизвольно сжались. — Что ты имеешь ввиду? — Дерек перевёл дух и всё же соизволил оглянуться. — Моринг был на уроках? — с нажимом спросил я. Шкет молчал. — Задержали? — говори же! — Ты его подозреваешь? Почему? — Никсон, не отвечай вопросом на вопрос. — Не знаю конкретно насчёт него, но кто-то сбежал. Твою мать! — А О’Нилл тут причём? — стряхнув невидимые пылинки с плеча, будто невзначай спросил Дерек, а у самого глаза забегали. — А ты не замечал ни разу, что она с ним общается? И довольно неплохо, — подметил я. Да, как жаль, что я не имел права Саре этого запретить. А очень бы хотелось! — Имел неудовольствие наблюдать её только с тобой, — Никсон сложил руки на груди, с вызовом глядя прямо на меня. — Не спускай с него глаз. У меня пока нет доказательств, но я знаю, что он эту наркоту толкает, или, во всяком случае, употребляет. Ты помнишь, что он дружил с Сэмом? В его крови нашли эту дрянь. Адель стала вести себя часто невменяемо, — сейчас мне было нужно как никогда, чтобы он проникся услышанным. — Тогда и её проверить надо, — он распрямил плечи. — Даже думать не смей, — резко прервал я и на секунду даже пожалел о сказанном. — Чтобы её из-за тупоголового братца загребли за употребление? Или за хранение? Или за соучастие? А если Адель вообще не при чём? — В любом случае, всё вышеперечисленное, если ты прав, будет по заслугам, тебе так не кажется? — вскидывая голову. — Сначала нужно разобраться самим. Самим, Дерек! Будь мужиком уже, а не отцовским прихвостнем, — не скрыв презрения в голосе, парировал я. Не стал продолжать разговор и удалился, надеясь только на то, что Никсон не побежит быстрее выкладывать обо всём услышанном папочке, окажется умнее. Существовали в этом мире вещи, которые должны решаться без полиции, и это был именно такой случай. Но если всё так, как я думал, то этот ублюдок Люк сейчас заляжет на дно. Проклятье!

11:20

За углом школы было оживлённо. Я подошёл к гудящей, взбудораженной толпе, окинув взглядом присутствующих. Человек двадцать, не меньше. — Майкл, зачем собрал? — с вызовом спросил Стив, крепко прижимающий к себе Адель. Ребята стояли достаточно далеко от всех, словно были готовы сбежать в любую секунду. — Мы теряем целостность коллектива, — спокойным тоном изрёк я, обращая на себя внимание. Говорил тихо, чтобы вслушивались и внимали. Действовало безотказно. — Раньше состоять в компании ребят с УКЗ было престижно. Сейчас тоже. Вот только прежней массовости нет. Все помнят, как мы решали вопрос с Заком, которого готовы были выкинуть из школы? — Парни, если бы не вы, я бы не то, что в школу больше не попал, я бы из Сентфора уехал, а то и вообще на тот свет, родители бы отправили, да-да, — он в очередной раз с благодарностью посмотрел на нас. Если коротко, то этот парень полез на чердак своего дома за каким-то барахлом. Не добравшись до цели совсем чуть-чуть, ступенька приставной лестницы рассыпалась от веса Зака, а сам он полетел на землю. Перелом обеих ног. Так и пролежал дома около трёх месяцев. Дженкенс был откровенно слаб в учёбе и всегда имел из-за этого проблемы. Стоило ему выйти с больничного, в аккурат в самый разгар контрольных в конце четверти, как на него посыпался водопад самых хреновых оценок. Совершенно никто из педагогического состава не хотел войти в его положение: такой балласт здесь не держали. Совсем не справляющихся с программой отсылали в соседний Синфулван, дабы не портить средний балл по школе и не иметь статистики по второгодникам. А мы, друзья, взялись за него: отчаянно выцарапывали ему даты для пересдач, помогали проникнуть в учительскую, подменить свой тест на тест с правильными ответами. Те, кто был поумнее, круглыми сутками вдалбливали отстающему информацию, остальные уговаривали немного подождать учителей и директора. И чудо произошло! Большой и дружной толпой, взяв его на буксир, мы смогли отвоевать право на продолжение обучения Зака с нами, своими друзьями, в родном городе, в той же самой школе. И это была безусловная победа! — Это и было самым важным пунктом при создании коллектива. Массовость, целостность, честность, перманентная готовность помочь, — декламировал я, а ребята жадно ловили каждое сказанное мною слово. — УКЗ больше нет! — Крис вспыхнул. — Твоя правда, но при желании, можно дислоцироваться в другом месте. Было бы это самое желание. И вообще, привязка к месту, это, конечно, круто, но смысл-то не в этом! — возмущённо повысил голос я, но не встретил ответного энтузиазма. И как до них это не доходило?! Хотя признаться, при нашем составе было просто необходимо иметь какую-то точку, где бы мы свободно могли находиться, чтобы нас не гоняли старушки или мамочки с детьми. Чтобы мы могли существовать там, где никому бы не мешали. Толпе примерно из тридцати человек, обожающих пиво, сигареты и громкую ругань матом, вперемешку с травлей тупых анекдотов, необходимо было своё место. — В том виде, в котором бытовала в последнее время наша тусовка, лично мне уже не интересно, — с сарказмом высказался Алан. — Нас держал только мотоцикл, которого теперь тоже нет. — Чё вы заладили? Того нет, сего нет, сопли распустили. А помните, до того, как мы нашли ту заброшку? Мы тусили в сквере за больницей. В поле возле амбара на окраине, и как-то никого не ебало отсутствие байка, Сэма, укромного места возле школы и всякой прочей херни, — Джейк подошёл ко мне и одобрительно сжал моё плечо. — Перемены — это круто! Помните, как в нашу компанию даже Никсон-младший просился? А как мы отшили Окси? — Ещё раз: мне уже не так интересно проводить время только в нашем коллективе. Мы с Лив уже достаточно долго, и она просто не поймёт, если я буду предпочитать наши тусовки времяпрепровождению с ней! — Алан пожал плечами. — Мы тоже хотим приходить вдвоём, и лично я не хочу, чтобы вы все кривили морды в сторону Дель, раз ей можно, а другим нельзя! — Стив произнёс это, сжав Моринг за талию. — Ох, нет, Роуз затрахает меня прямо там, причём в самом прямом смысле слова, — на лице Харлотри вспыхнул священный ужас. — Вы будете зажиматься там, а молодым, красивым, свободным что? — вклинился Ник. — Или бабникам типа нас с тобой, Майкл? Каждый день новая курица? — поддакивал считающий себя самцом Эльвин. — Лишних нахер! — категорично отрезал Грегори. — Стоп! — я рявкнул так громко, что все затихли. — Прекратили балаган! А кто нас заставляет собираться где-то каждый день? — Я скучаю по нашим вечеринкам, — вдруг произнесла молчавшая до этого Адель. — Хоть их и было немного на моей памяти. Зато все собирались вместе. Вот вам и целостность! Можно не только встречаться и сосиски жарить, запивая пивом и травя совсем не смешные анекдоты! — Да. Для начала, как вариант. Можем собраться со своими девчонками или домик снять с верандой, или вообще устроить барбекю в лесу, — задумчиво протянул я. В самом деле идея Моринг звучала здраво. — Не знаю, как ваши девчонки, но Рози и лес — понятия не совместимые, я за дом! Иначе только и будем комаров отгонять от этих неженок, — взвыл Харлотри. — Да превратится этот дом в отчаянный траходром! — с кличем индейца Эльвин подпрыгнул на месте. — Придурок, от таких, как ты, специально позамыкаю все комнаты лично! — Зак покрутил пальцем у виска. — Давайте на берегу только определимся со списком приглашённых. А на входе поставим вышибалу. И чтобы в списке не просто «Майкл Тёрнер плюс один», а все были указаны поимённо, — поразмыслив, выдал Ник. Здравая мысль, чувак! — Списком могу заняться я, — прощебетала Адель. Ну уж нет! — Беспристрастно, куколка! А то половину соперниц вычеркнешь, вдруг Стива спиздят, — подмигнул ей Джейк. — Ну окей, список давайте мне. Хоть на что-то сгожусь, — как-то кисло протянул Зак. — Отлично! Осталось дело за малым: найти дом, определиться с датой, закупить алкоголь, сигареты и еду, — я довольно потёр руки. — А там коллективным решением и определим, как дальше это всё будет выглядеть. Можно оставить сосиски на костре с пивом и совсем несмешными анекдотами на разок в неделю, две. Ну, а дальше по желанию. — Отбей, — ко мне подлетел Грег и вскинул в воздух свою пятерню, ибо так любил прощаться. — Я в теме, но сейчас сваливаю в мир физической культуры! И всем остальным, к слову, тоже советую! Чёрт, сегодня же ещё футбол! Тренировка, казалось, сегодня не начнётся: парни слишком лениво шевелились в раздевалке. Никого из них вовсе не волновало то, что время занятия уже идёт, что они не видели ещё нового тренера, не знали его манер и как он мог отреагировать на опоздание. — Разминаемся! Полчаса! — громогласно пролетело по воздуху. На поле ждал парень, максимум на пару лет старше нас, если не вчерашний выпускник. Окинув взглядом присутствующих и будто подметив что-то в черепной коробке, тренер скрылся в подсобке. — И чё это было? — Пол пробуравил дыру в двери тренерской одним только взглядом. — Красота! Полчаса разминки! — Стив плюхнулся на землю и по ней и растянулся. — Если бы тренировались ближе к каким-нибудь укромным местечкам, можно было бы и покурить, — раздосадовано развёл руками Ник. — Что тебе мешает пойти сейчас? Полчаса в запасе, — довольный собой, Крис стянул перчатки и расстегнул каркас на груди. — Мужики, стоять. Разминка, — попытался вразумить я. Меня до пиздеца тошнило быть правильным. Я это просто не переваривал! Хотят идти? Да пусть ебашут хоть на все триста четыре стороны! Но я же был капитаном, мать его, команды. Поэтому просто не имел права давать им расслабляться, иначе в чём был смысл всего этого? Выйти на игру и облажаться? Чтобы нас раскатали как котят в первую же минуту? Крис молча прошёл мимо меня, направляясь к выходу. Последовав паршивому примеру, Ник направился следом. Семеня за ними, выбежал херов Браун, всё ещё опасающийся оставаться со мной не то, что наедине, но даже в зоне досягаемости. Джейк умоляюще посмотрел на меня. — Нет, друг. Ты знаешь. И не думай, — предупреждающим тоном. — Да и хер с тобой! Давай, разминка, так разминка, — обречённо вздохнув, выдавил Харлотри. Я заставил Стива подняться с места. Построил в ряд его, Джейка, Пола, Ала, Зака, Грега, Эльвина и парня, пришедшего взамен Сэма. — Пока остальные прохлаждаются, наслаждаясь офигенным вкусом Данхилла, — я знал, что эта марка сигарет любимая у Криса, — Мы с вами десять кругов, марш! И мы побежали. Стив ленился больше всех, определённо халтуря. Новенький был ничего так, достаточно способный малый. А мне приходилось координировать всех, подпинывая и подгоняя, исполняя роль тренера, что жутко бесило. После — турники, отжимания от лавки, пресс по пятьдесят раз и лёгкая растяжка. Прошло полчаса, на поле вернулись отдохнувшие ребята и сели на скамью, наблюдая за тем, как мы работаем. — Накурились? Давайте, к прессу присоединяйтесь, — скомандовал я. — Вот тренер придёт, и сразу, — закивал тупоголовый Фредди. Парни не сдвинулись. Похер, их дело. Но и ещё через полчаса тренер не показался. И ещё через полчаса. Я постучал в подсобку. Потягивая кофе, наш новоиспечённый наставник спокойно читал газету. — Чего тебе? — недовольно спросил тренер, словно я отрывал его от важного занятия. — Полтора часа прошло… — я даже растерялся. — Тренировка окончена, свободны, — перебивая меня на середине предложения. Я прихерел! — То есть как? — То есть собрали своё барахло и схреначили в закат, — отрезал он и вновь уткнулся в новости прессы. И почему мне захотелось дать ему по ебалу? Я молча вышел и выпроводил парней из зала, никак не комментируя происходящего. Выводы делать было рано, вдруг у мужика сегодня просто хреновый день, потому он и не нашёл в себе сил отработать как положено. — Нахрена вообще приходили?! — выпалил кто-то из команды, но, кажется, произнёс это за всех, ведь ребята были, мягко говоря, обескуражены произошедшим. Ещё и с этим предстоит разобраться. Эй, там, сверху, мне что, геморроя по жизни мало в последнее время?! Я подошёл к Джейку, устало потирая виски. — Даже не смотри на меня, — предупреждающим тоном, отступая назад, завыл Харлотри. — Кто, если не ты? — ухмыляясь. — Я от прошлых трёх бутылок думал, что подохну! Меня даже не смогла разбудить и поднять мать Рози, ты представляешь? Бедная девочка спала без меня, ведь её мамаша до сих пор думает, что у её милой Роуз между ног нимб, а от слова «жопа» она падает в самый натуральный обморок! — друг перевёл дыхание. — Так вот, тёща мне на утро не минералочки принесла, а окатила меня ледяной водой, ещё долго вымывая мозг, как я мог нажраться и заявиться к Её Святейшеству Розалинде в таком виде! Просто застрели меня в следующий раз лучше, чем нахерачивай бурбоном до потери ориентации в пространстве! — Вот это из тебя океан выливается! — я картинно прикрыл рот руками. — Скажи спасибо, что ориентацию только в пространстве потерял, а то мало ли… Но вообще это было очень смешно, правда. Я откровенно заржал, представляя, как Рози отмазывается перед родительницей, что делает пьяный в хлам старшеклассник в её постели. — Кстати, ты одеться-то успел перед тем, как вырубился? Или Роуз сочинила, что ты наебенился, расчехлился и завалился в её кровать? — эта картина так красочно представилась в моей голове, что, не удержавшись, я снова раскатился громким смехом. Фейспалм на его лице был бесценным. Как жаль, что нельзя останавливать мгновения! — Она умная девочка, умудрилась натянуть на меня шмотьё. Правда, долго плакалась, что застёгивая джинсы, сломала ноготочек, и теперь я должен сводить её на маникюр! Это просто ужас какой-то, а в последнее время у неё зелёный — любимый цвет лака! Что за страх господний! — парировал Харлотри. Как же я любил послушать Джейка! Любая пересказанная им ситуация превращалась в самый эпичный комикс. — О, ужас, ты и в маникюре разбираешься? — я округлил глаза, максимально стараясь сделать сочувствующий вид, подавляя ржач. — Знаешь, чем крут французский маникюр? Кончик ноготка похож на сперму в презервативе, — ехидно ухмыльнувшись, выдал друг. — Фу, блять, Харлотри! — ну и ассоциации. — Ну, а что? — невинно спросил он, как барышня, кокетливо захлопав ресницами. — Ты от дела-то не увиливай! — нахмурился я. — Тёрнер, ты скажи, тебе тупо нахуяриться или попиздеть? Потому что скромненько с одной бутылочкой пива у тебя на заднем дворе можно и посидеть. Только без трёх канистрищ бурбона, Стива и Роуз, упаси меня боже ещё раз в это ввязаться! — Джейк, не верующий ни во что, кроме вечного здравствования Америки, демонстративно перекрестился три раза. — Скромненько с бутылкой пива? — на всякий случай уточнил я. — Ага, — Харлотри скрестил руки на груди. Его голос был твёрдым как никогда. — Без трёх канистр бурбона? — Ага, — а Джейкоб — кремень, однако! — Без Стива и Рози, — я повторил его жест. — Да! Харлотри закатил глаза. — Тёрнер, наши с тобой попивки до добра не доводят! — Джейк чуть не завыл. — Да меня вообще ни с кем они до добра не доводят, — ну, а хули. — Только не в будни, — умоляющим голосом. — Замётано, — я хмыкнул, наконец переломив упрямца. — А если тусовка случится раньше, чем мы соберёмся, можно будет её считать за нашу с тобой пьянку? — с надеждой спросил он, словно совсем меня не знал. — Разумеется… нет, — я пожал плечами. — Не кисни! Готовь печень! — и, подмигнув, направился в душ. Надо было ещё заскочить на работу в сервис, Кайл передал мне записку через охранника школы, что меня там будут ждать. Снова подогнал мне какого-то клиента. Тот, как я понял из текста, поцарапал мотоцикл. А Кайлу снова отбашлять, на этот раз бутылкой коньяка. Ну, коньяк, так коньяк. И просто быть такого не могло: передо мной стоял Вишня собственной персоной, подпирая тощим задом свой раненный сбоку мотоцикл. Кажется, его лицо вытянулось примерно так же, как и моё. Тесный, тесный Сентфор! — Так это ты — подающий надежду на светлое будущее покраски нашего автопрома? — он как-то недоверчиво вздёрнул бровь. — Скажи, это розыгрыш? Или проверка какая? — Я в таком же осадке как и ты, Майкл, — любезно улыбнувшись. — Обычно я ездил в А-моторс, что на трассе. Но времени в обрез, а там и очередь, и добираться далеко, и очень небезопасно… А мой товарищ мне нужен уже завтра утром в первозданном виде, — кудрявый похлопал по байку ладонью. Завтра?! — Ягодка, дело вот в чём. Бочина-то в тотал. По правде, её лучше вообще поменять. Дешевле выйдет! Сначала нужно хорошо заштукатурить, только потом шлифовать и красить. Даже если херачить без остановки, начиная с прям-вот-сейчас, то шансов, что всё просохнет вовремя, почти нет. Это не царапинка ключиком. Ты, кстати, сам-то цел? Я осмотрел вполне здравствующего Вишню, совершенно спокойно опирающегося на ноги, без каких-либо признаков повреждений. Руки, кстати, тоже были целы: торчали себе из футболки, без намёка на ссадину или царапину, которые нереально было не получить при таком падении на бок. А то, что это было именно падением, я не сомневался, слишком характерно вдавлена сидушка, и ушло в сторону крыло. — Не беспокойся, цел, — приторным голосом. Он присел, чуть повалив мотоцикл на бок, показывая мне заводские пломбы. — Вот это вот должно быть на месте. Плачу тебе в пять раз больше. Я не шучу! Завтра утром он должен выглядеть как новый! — Вывезти хоть что-то успели? — будничным тоном поинтересовался, сколупывая пальцем краску на месте царапины. — Почти всё, — не заметив подвоха, на автомате ответил он. — Ты что сейчас спросил? Я ухмыльнулся. — Если успею, заплатишь в семь раз больше, — кивнул я, хоть и сам не верил в то, что успел бы что-то с этим сделать. — Если заткнёшься о том, о чём догадался, в десять! — Вишня всерьёз заподпрыгивал на месте. — Идёт.