Больше, чем химия

      Школьные дни протекали очень быстро, несмотря на то, что было только начало года. Количество уроков и факультативов увеличивалось, домашка тоже росла с геометрической прогрессией. Женя посещала все уроки химии. Предмет она по-прежнему ненавидела, просто сейчас было немного стрёмно пропускать уроки у Анны Дмитриевны.       Учительница старалась не обращать внимание на то, как не неё смотрит Евгения. А Женя смотрела. Она говорила себе о какой-то странной притягательности женщины-девушки, её красоте, позах и мягком голосе, она бы так смотрела на любую девушку, так ведь? Часто блондинка пыталась остаться наедине с учительницей для того, чтобы извиниться за произошедший случай. Может быть Анне Дмитриевне не нужны были извинения, да и она забыла уже о том, как Женя прогуляла её урок, просто Женьке было бы так спокойнее. Девушке постоянно мешали другие школьники, у которых было много вопросов к учителю, или другие учителя. Это немного расстраивало Женю. Даже Софи была обеспокоена этим. Она пыталась спросить у подруги об этом на самих уроках химии, за что девушки получали замечания от Анны Дмитриевны, что ещё больше расстраивало подругу.       Анна Дмитриевна часто мучила Женю вопросами, это своего рода была сладкая месть. На самом деле, учительница поставила себе какую-то изощрённую цель по отношению к Жене — ученица должна полюбить её предмет. Жутко эгоистично. Да и нужна ли Жене эта «любовь»?       Сама учительница часто смотрела на свою ученицу, часто делала замечания ей и её подруге. Правда, совместных уроков у них было немного, всего четыре. Но все эти 160 минут казались Анне Дмитриевне какими-то тёплыми. Блондинка с голубыми глазами — притягивала. Учительница не знала почему, но это происходило, само собой. Может быть момент первой встречи так действовал на неё и Женина рассеяность при второй встрече, но Анна старалась не делать никаких выводов. Ученица такая же, как и другие. Их было много, но взгляд часто останавливался на Вайнер.       После очередного урока химии, на котором выполнялась лабораторная работа, дежурной оказалась Женя. Она специально осталась для того, чтобы извиниться наконец перед учительницей, оставшись наедине. Анна Дмитриевна стояла спиной к дверям лаборантской, когда Женя занесла последние пробирки и положила их в шкаф на законное место. Ученица долго смотрела в спину учителя.       Её до сих пор пугали вот эти школьные роли их двоих. Ну никак Анна не была похожа на учителя. Юное лицо, аккуратно уложенные волосы, белая рубашка, заправленная в прямые чёрные брюки и туфли на высоком каблуке. Она напоминала девушку из офиса, которая разносит важные бумаги и готовит чай гостям гендиректора. В школе у девушки учителя сохраняли либо «совдеповский стиль», либо одевали очень яркое цветастое платье, от которого болели глаза. Может быть такой контраст был из-за того, что в школе не было молодых учителей. Только Кира Юрьевна выглядела как успешная бизнес-вумен, но её должность директора-учителя оправдывала такой внешний вид. А Анна Дмитриевна, такая светлая и уютная, не воспринималась Женей как учитель. Да, она точно заставляла уважать её, вести себя на уроках тихо (было очень интересно), но если бы Анна была учителем в какой-нибудь другой школе, и при гипотетическом её знакомстве с Женей не сказала о её профессии, блондинка бы могла начать флиртовать с девушкой без зазрения совести. Может быть не ученица школы, но студентка младших курсов. Так её видела Евгения. На самом деле, Анна Дмитриевна недалеко ушла от университетской скамьи, так размышляла Женя. А сейчас она очень сильно хотела извиниться перед учителем.       Брюнетка, знающая о дежурстве девушки, старалась не смотреть на процесс уборки. Урок химии был последним на сегодняшний день, хотелось быстрее уехать домой, а присутствие этой «тёплой» девушки немного пугало. Поэтому Анна Дмитриевна не смотрела на Женю. Но когда услышала её голос, вздрогнула. — Анна Дмитриевна, я убрала весь инвентарь, — очень тихо проговорила блондинка. Учительница глубоко вздохнула и смогла выдавить из себя только пару слов: — Спасибо, Евгения. Почему тебе не помог Жуков, он тоже дежурит, нет? Женя увидела, как опускаются и поднимаются плечи девушки. Учительница так тихо ей ответила, что это заставило Женю сделать несколько шагов к брюнетке, но порыв быстро прошёл, стоило девушке оценить всю ситуацию. — У Максима баскетбол после. А вы, наверно, уже знаете какой бывает Андрей Семёнович, если к нему опоздать. Зверь, а не мужчина. — девушка немного усмехнулась, услышав такой же смешок от женщины напротив. — Я ещё хотела извиниться перед вами. Знаете, тот случай в первый день, — проговорила блондинка, не отрывая взгляд от спины девушки напротив. — И во второй тоже. — Тебе не за что извиняться, Женя, — резко ответила брюнетка, поворачиваясь. Теперь Вайнер могла видеть её глаза, они бегали из угла в угол. В голове у ученицы по кругу бегала лишь одна мысль: «Окей, какая-то фигня точно происходит». Блондинка подошла немного ближе, ей хотелось быть ближе. Чувствовать Анну Дмитриевну рядом. Такое притяжение тела пугало девушку. Но духи женщины напротив, её бегающий взгляд, скромная улыбка — это притягивало. — Анна Дмитриевна, я правда хочу извиниться. Я признаю — урок прогуляла. Я бы не извинилась перед предыдущим учителем химии, перед вами почему-то хочется, — сказала Женя, смотря прямо в глаза учительнице. — Знаете, прошлый учитель только требовала, я химию и правда посчитала исчадием ада, — девушка усмехнулась. — Я сейчас не жалуюсь, хотя немного точно, перед вами стало стыдно, — проговорив всё, девушка выдохнула. Она поймала взгляд учительницы в момент усмешки, взгляд этих глаз не покидал её лица. Анна Дмитриевна, почувствовала внутреннее тепло, и это неуклюжее извинение заставило учительницу широко улыбнуться. Был бы любой другой ученик, которых уже узнала учительница, девушка бы просто сказала что-то типа «ничего страшного, до свидания», но эту блондинку хотелось слушать, смотреть на неё. — Женя, я сейчас должна тебе прочитать лекцию о прогулах и всё-таки сходить к Надежде Николаевне, это мне нужно сделать? — спросила учительница. Вайнер только смотрела на неё, не отрывая взгляд. Её голубые глаза с маленькими карими крапинками завораживали. Эти крапинки были похожи на медь, которая окислилась при взаимодействии с кислородом. — Тебе на за что извиняться, поверь, мало кто из учеников извинился бы за прогул, просто ты попалась, да? — продолжила учительница, улыбаясь. — Ну, это вы меня поймали, — пробормотала Женя. — Да, тебя кое-кто сдал, — улыбнулась Анна Дмитриевна. — Послушай, Женя, я сказала тебе тогда, повторю сейчас — я хочу, чтобы ты полюбила мой предмет, сейчас ты делаешь всё для того, чтобы это произошло. Не прогуливаешь, но болтаешь, — продолжила учительница. — Ты способная ученица, Женя. Я думаю, у тебя много интерес… — сказала брюнетка, но была прервана звонком телефона. — Извини. Женя не двинулась с места. Она стояла и смотрела на то, как Анна Дмитриевна отвечает на звонок. Брюнетка подошла к столу и взяла свой телефон.  — Слушаю, — ответила девушка, мягко улыбаясь. — Я ещё на работе, одиннадцатый класс, лабораторная. — девушка прослушала ответ и улыбнулась ещё шире. — Нет, может быть вечером, после восьми? — спросила брюнетка у собеседника. Женя делала вид, будто ей интересно рассматривать пробирки в прозрачном шкафу, она старалась не прислушиваться. — Хорошо, услышу тебя вечером, — продолжила девушка. — И я тебя, целую! Последнее смутило блондинку. Она точно не хотела присутствовать при личном разговоре Анны с кем-то. Наверно, это был кто-то близкий. Анна Дмитриевна повернулась к Жене, убрала телефон в карман брюк. — Ещё раз извини, — смущенно ответила учительница. Она была такой светлой сейчас, Жене показалось, будто у неё сбилось дыхание. — Я говорила о том, что у тебя наверно много интересных занятий, ты способная, поверь мне — химия тебя поразит. Женя могла только улыбнуться. Наверное, химия уже поразила её. Буквально две недели наблюдений и два разговора наедине — поразили её. — Ох, Анна Дмитриевна, вы правда думаете о том, что это исчадие поразит меня? — протараторила блондинка, и только после последних слов поняла, она ляпнула глупость. Кира Юрьевна и ещё десять других учителей разразились громом и молнией после такого. Анна Дмитриевна только громко рассмеялась. Боже, эта блондинка имела очень «длинный язык». — Посмотрим, Вайнер, посмотрим. Вспомнишь мои слова на выпускном. А сейчас я думаю о том, чтобы поставить тебя в команду к десятиклассникам, у них скоро олимпиада по химии. На лице Жени был полнейший шок. Какая к чёрту олимпиада, спасибо что у неё не два по химии. — Анна Дмитриевна, какая мне олимпиада, да восьмиклассник знает химию лучше меня, нет… — проговорила ученица, отходя назад. — Нет, Женя, ты меня не поняла, — продолжила учительница, её порадовала реакция девушки. — Ты не будешь участвовать в самой олимпиаде, давай ты будешь их группой поддержки. Приходить на занятия, выполнять с ними творческие задания, лабораторные работы, а всю теорию ребята будут писать сами, я же с ними выиграть хочу — сказала учительница, проводя Вайнер в ещё больший шок. — Прошу, Анна Дмитриевна, я же тупее ваших пробирок и горелок. Я понимаю, ваша цель нести любовь к химии в массы, но можно я не буду в этой массе? Прошу, — умоляющим тоном и запинающимся голосом проговорила ученица. Она ещё больше рассмешила Анну. «Это чудо-девушка» — подумала тогда учительница. — Нет, Женя, ты сама ко мне пришла. Занятия в шесть часов по средам, — ответила брюнетка и развернулась, направляясь к столу. — Жду тебя и твою взаимную любовь к химии, приходи в 17:45, познакомлю тебя с ребятами. Вдруг некоторых ты уже знаешь. — Ну Анна Дмитриевна, — Женя совсем растерялась. Сказать «нет» этой девушки она не могла, и пытать себя какой-то химией тоже. — Где я, а где взаимная любовь к химии, — попыталась в последний раз девушка. — Жду тебя в среду, Женя. Если у тебя занято в этот день, я придумаю что-нибудь ещё. Можешь быть моим личным ассистентом на ваших уроках, — сказала брюнетка, снова поворачиваясь к ученице. С последним она немного перегнула, эта блондинка смущала её, а фраза о «личном ассистенте» приводила к каким-то неуместным мыслям, о подготовках наедине, общении. Вайнер только выдохнула, она проиграла в этой маленькой битве, будь это дежурство и извинения неладными. Она смогла только пробормотать: — Хорошо, Анна Дмитриевна, я вам сообщу о лучшем для меня варианте, — в последний раз посмотрев на учительницу, заметив теплоту в глазах и маленькую улыбку, Женя развернулась и пошла в коридор. Сегодня её ждёт тренировка по теннису и мать, которой нужно объяснить свою занятость по средам.       Учительница собрала свои вещи, взяла пачку тетрадей с собой и пошла в сторону выхода из школы. Разговор с ученицей прошёл странным образом. С одной стороны, Анна Дмитриевна хотела показать Жене, что не так страшен чёрт, как его малюют. Но по отношению к другим ученикам у неё не было такого рвения. А с другой стороны, Вайнер интересовала брюнетку. Почему-то её взгляд и наивная юношеская глупость не давали ей покоя. Да, после случая в библиотеке, учительница думала об ученице. Её ещё тогда захватил этот взгляд, но это было ненормально.