Больше, чем химия

      Наступила та самая среда. Женька до сих пор не знала о том, зачем ей какие-то олимпиадные занятия по химии. Она не сдаёт этот предмет, не любит его. Мать и Софи тоже не понимали «зачем?». Если Женьке удалось объяснить матери всё как-то скомкано, то для подруги у неё не было аргументов. Софи пыталась подкалывать Вайнер по поводу занятий, закатывала глаза на глупые отмазки блондинки. После пятнадцатой попытки что-то объяснить Женька перестала стараться. Ей важно было сохранить «лицо» перед Анной Дмитриевной. Не быть тупой пробкой перед десятыми. Главной целью было — общение. Никакой школьной и ученической подоплёки в ситуации не было. Идя по коридору, в половине шестого, Женька смотрела себе под ноги. Она не знала как себя вести с Анной Дмитриевной. Если Женины мотивы и были призрачно понятны, то мотивы учительницы химии понятными для Вайнер не были. Брюнетка то отталкивала, то притягивала. Во-первых, у брюнетки был молодой человек, Женька это понимала. Но лёгкий флирт с ученицей, прикосновения — зачем это было нужно Анне Дмитриевне? Во-вторых, их социальные роли: учитель и ученица, плюс разница в возрасте. Казалось, что это никак не смущает учительницу. В-третьих, само их общение. Это были долбанные качели. Женя знала о том, что её очень сильно притягивает учительница, которая отвечает на комплименты; бывает растерянной, находясь с Женей наедине; смотрит на Женю так, что у блондинки ноги подкашиваются. Какую цель преследовала Анна Дмитриевна — не знала, наверно, сама брюнетка.       Подходя к кабинету химии, Женя услышала смех «десятиков» и учительницы. Блондинка скромно постучала в дверь, выдыхая в последний раз. Женька открыла дверь и прошла в кабинет. Первым что она увидела, была группа их шести человек, которая сидела кругом и почему-то на полу, используя маленькие подушечки. Это было очень странно. Да, парты были привинчены к полу, но чтобы сидеть на полу, это было странно. Женька надеялась, что пол был чистым, ведь у неё с собой нет ничего для того, чтобы подстелить под её упругие ягодицы. «Ладно, брошу под задницу рюкзак» — подумала Женя. Следующим, что увидела блондинка, была задница Анны Дмитриевны. Учительница стояла к Жене спиной, наклонившись вперёд. У Вайнер потекли слюни, когда она увидела замечательную попку учительницы химии. Может быть она и смотрела раньше на эту потрясающую задницу брюнетки, но в таком ракурсе — никогда. Учительница резко выпрямилась и повернулась к вошедшему. Брюнетка увидела в дверях Женю и весь воздух в лёгких выбило разом, хотя учительница винила в этом то, что она резко выпрямилась. Анна Дмитриевна взяла себя в руки и глубоко вдохнула. — Вайнер, вы почтили нас своим присутствием, — проговорила учительница, улыбаясь. Она была рада видеть Женю на занятиях. Они встречались на переменах и на вчерашнем уроке, но сейчас было по-особенному тепло. Тут было только шесть человек, которые были увлечены химией. — Извините, я не думала, что опоздала, — ответила Женя, проходя в кабинет. Вроде занятия начинались в 17:45, сейчас только половина, но происходящее говорило о том, будто все ребята тут уже час тусуются. — Ты не опоздала, я специально назначила тебе это время. Ребята уже решили теоретические задания, через пару минут приступим к практике, мы решили сделать перерыв, присоединяйся, — проговорила Анна Дмитриевна, идя в сторону Вайнер. — Я тебе сейчас дам подушку и кружку, падай на пол, знакомься, — сказала брюнетка, и зашла в лаборантскую.       В это время Женька ещё раз оглядела присутствующих, она даже не заметила кружки на полу, какие-то печеньки и мармеладки. Она знала только четверых ребят: Сашу Никифорова и Артёма Панкратова — они вместе участвовали в соревнованиях по легкой атлетике среди старших классов в прошлом году, много общались и шутили после того, как одного парня на соревнованиях вырвало из-за нервов; Вику Анисимову и Марка Бежного — ребята ездили на олимпиаду по обществу год назад. С Викой Женя общалась очень тепло, они часто пересекались в буфете и жили в соседних домах. А Марка Женя недолюбливала, он ей казался слишком высокомерным, постоянно выпячивая своё «я» и подкатывая «яйца» к почти каждой девчонке из одиннадцатого. Тогда Женя получила третье место в школе из девяти участников одиннадцатых и десятых классов. После этого Татьяна Игоревна, учительница по обществу, возлагала на Женю большие успехи в этом году. Но у блондинки не было времени на подготовку, хотя она сдавала ЕГЭ по этому предмету. Оставшихся ребят Женя не знала, видела мельком, но никогда не общалась. — Привет всем! — поздоровалась Вайнер и прошла к импровизированному сектантскому кругу. Ребята, знающую Вайнер улыбнулись и кивнули. — Ни и какого чёрта ты здесь делаешь, Женька? — спросил Саша, улыбаясь и протягивая руку для приветствия. — Ты и химия? Серьёзно? — Заткнись, — улыбаясь в ответ проговорила блондинка, осматривая остальных ребят. — Ты здесь по чью душеньку? — Ну ты же знаешь, я в медицинский планирую, вот и решил добавить баллов в копилочку, — ответил парень. — Тёма тут тоже из-за меда, а остальные чего тут делают я не знаю, — улыбаясь и огладывая остальных, пошутил парень. Ребята закатили на это глаза и тихо засмеялись. — А это Миша и Таня, они тоже химию сдают, вот и напросились на подготовку, — проговорила Вика, подходя к Жене и указывая на двух ребят. Маленького и тучного парня в очках и такого же телосложения девушку, ребята улыбнулись и кивнули Жене. Блондинка подумала о том, что эти ребята двойняшки, они так сильно были похожи, только у Тани не было очков, а так почти девяносто процентная схожесть. — Да не разглядывай ты их так, они брат с сестрой, — продолжила Вика, обнимая Вайнер за шею. — Ты так и не ответила на Санин вопрос, какого чёрта ты тут делаешь, решила вступить в нашу секту? — Нет, боже упаси, — ответила Женя, принимая обнимашки Вики. — Просто провинилась перед Анной Дмитриевной, вот отрабатываю, — немного слукавив, ответила девушка. — Тоже к ней подкатывала как Марк что ли? — спросил Артём, заржав во всю. Ребята подхватили, а Миша похлопал Марка по плечу, либо в знак поддержки, либо издеваясь. Женю немного смутил этот вопрос, не видел ли кто-нибудь её взглядов по отношению к Анне Дмитриевне. Но после «обмозгования» фразы, Женя поняла, что этот прощелыга подкатывал к учительнице химии, «какого хрена вообще?» — подумала Женя и бросила на высокого брюнета прожигающий взгляд. — Я до сих пор горю желанием пригласить эту училку на какую-нибудь прогулочку, — слащаво и мерзко, по Жениному мнению, улыбнулся этот «урод», опять же по Жениному мнению. — Вы думаете, нафига я здесь, только из-за этой горячей дамочки, — закончил говорить брюнет, отдавая «пять» тучному Мише.       Вайнер по-прежнему прожигала в брюнете дыру. Ей хотелось ударить этого урода. Она знала, что удар с левой у неё мощный, «может попробовать?» — подумала Женя. Но взяв себя в руки и выдохнув, блондинка решила заткнуть Марка: — То есть ты считаешь, что сможешь подкатить свои несчастные кокушки к такой женщине, боже, не льсти себе, — выплевывая слова, произнесла Женя. — Максимум кто тебе светит это Ленка из девятого, и то, это она тебя быстрее отымеет, чем ты её. Все ребята смотрели на Вайнер, не понимая её агрессивного всплеска эмоций. Хоть Женя и была порой сукой, но это было редко и по делу, а здесь… Все «олимпиадники» знали о том, кто такой Марк и его отношение ко всему что красиво движется и видится, но также они понимали, что это просто бахвальство. Ничего такого Марк сделать не мог, он по большей части был пустословом. А тут недружелюбная Вайнер. — Боже, Вайнер, успокойся, — проговорил Марк, отмахиваясь. Его улыбка спала с лица, когда он увидел Женин взгляд, обращенный к нему. Дикий взгляд. — Ты шуток не понимаешь или как? Поди сама хочешь нашу химичку, раз распылилась тут, аж слюни изо рта летят, — подойдя ближе к блондинке, прошипел Марк, смотря Жене прямо в глаза. Ребята только ошарашенно смотрели на этих двоих. Мирная сектантская обстановка растворилась в помещении будто её и не было. Саня первым вышел из оцепенения, смотря на этих двоих. Он был выше и мощнее Марка, поэтому решил отодвинуть того от Вайнер. Хотя по взгляду Женьки можно было сказать то, насколько она опасна. — Так, ребят, что за херня, разошлись. Мы тут химией занимаемся, забыли, — проговорил Саша, подходя к Жене и Марку, вставая между ними. Он встал лицом к блондинке, положив руки ей на плечи. — Жень, ты чего, не слушай этого идиота. Он же говорит, пошутил, — смотря в лицо блондинке, проговорил десятиклассник. Женя наконец обратила внимание на Сашу, отрывая взгляд от напыщенного урода Марка. Девушка ещё раз глубоко вздохнула и произнесла: — Ладно, ты прав. Просто этот урод со своими фразочками переходит все границы, — произнесла Женя, отходя от Саши. — Да какие границы, ты о чём вообще? — спросил Марк, снова надвигаясь на Женю. Парень был остановлен Сашей. — Да хватит вам ребят, чего устроили? Мы ведь просто чай пили, — произнесла Таня. Её глаза бегали по помещению, ища поддержки остальных. — Ты права, извините, я пойду. — проговорила Женя, пропуская мимо ушей гнилую реплику Марка.       Девушке стало очень неприятно слушать о том, как какой-то сопливый пацан говорит «такие» вещи про Анна Дмитриевну. Эта девушка точно не заслуживала такого обращения. Может быть в Жене взыграла ревность, девушка ещё не разобралась, просто хотелось уйти отсюда. Навряд ли этот козёл что-то сделает по отношению к учительнице, храбрости не хватит, он ведь пустозвон. Не желала Женя быть тут, настроение было испорчено. Главное по-быстрому ретироваться, чтобы Анна Дмитриевна не заметила. Блондинка кивнула ребятам, развернулась и пошла на выход. Те только смотрели ей вслед.       Почти дойдя до двери, девушка услышала шаги и тёплый приятный голос: — Женя, ты уходишь? — спросила Анна Дмитриевна, выйдя из лаборантской. Учительница увидела сначала ребят, у которых были странные выражения лица, а после блондинку, удаляющуюся быстрым шагом. — Я долго не могла найти свободную кружку, одолжу тебе свою, — произнесла брюнетка, по –прежнему смотря в спину ученице. Вайнер остановилась у дверей и обернулась к Анне Дмитриевне. Девушка увидела растерянный взгляд учительницы. Та держала кружку с изображением периодической системой Д.И. Менделеева, а также маленькую синюю подушку. Женя точно не хотела так быстро уходить. Она так долго готовила себя эмоционально к этим занятиям. Думала о том, как будет общаться с учительницей в более-менее неформальной обстановке, как будет запоминать моменты этого общения. Но сейчас было так противно, Женя только не могла точно узнать причину этого. Но уйти было верным решением, с Жениной точки зрения. — Извините, я пойду, — сказала Женя, смотря в голубые глаза напротив. Всё остальное казалось блондинке «белым шумом». У девушки бешено билось сердце, и ей казалось будто она дышит через раз. — До свидания, Анна Дмитриевна! — попрощалась Женя, развернувшись хотела выйти из кабинете, но снова была остановлена голосом учительницы: — Зайди в лаборантскую, сейчас же, — повысив голос и обращая внимание на учащихся, произнесла учительница. — Продолжайте чаепитие, ребят! — улыбнулась Анна Дмитриевна, оглядывая растерянных десятиклассников. — Мы через несколько минут продолжим, — закончила фразу брюнетка и развернувшись, направилась в кабинет. Женя была немного ошарашена тоном учительницы. Анна Дмитриевна никогда не повышала голос, даже на уроках. А холодные нотки во фразе брюнетки, заставили Женьку повиноваться. Девушка развернулась, бросила взгляд на ребят и вошла в маленький кабинет, закрывая после себя дверь.       Анна Дмитриевна снова стояла к Жене спиной. В её руках по-прежнему была кружка и подушка. Спина казалась Жене напряженной. Всё в кабинете было наэлектризовано, блондинка ощущала это кожей. Да и в кабинете не горел свет, на улице уже темнело, поэтому вся обстановка была мрачной и тяжёлой. Учительница громко выдохнув, поставила кружку на стол, а после повернулась к Жене. Голубые глаза учительницы, её нахмуренные брови и вздымающаяся грудь говорили Жене о том, что беды не миновать. — Объяснишь почему ты решила уйти, ничего не сказав? — спросила брюнетка, резко бросая маленькую подушку в ученицу. Женька не понимала такой реакции. Ну решила уйти и чего такого? Может у неё квартира горит? Хотя, по ощущениям Жени, у неё сейчас горел зад. Девушка поймала подушку правой рукой, сжимая её перед собой. Блондинка смотрела на учительницу, находящуюся в лёгком гневе, и не могла не возбудиться под таким взглядом. Воздух в лёгких будто кончился, Женька подумала о том, что скоро придётся носить ингалятор с собой, будто она какой-то астматик, потому что из-за этой женщины в последнее время, у неё было кислородное голодание. Глубоко вдохнув, блондинка произнесла: — Я не думаю, что мне здесь место. Тем более вряд ли у вас получится привить мне любовь к химии, какими-то занятиями, — в конце фразы Женя бросила подушечку на диван, стоящий напротив входа. — И что могло измениться за пару минут? Кто-то из ребят тебе неприятен? — спросила учительница, подходя ближе. Полумрак кабинета мешал рассмотреть эмоции на лице ученицы. — При чём здесь это, мне с этими ребятами детей не крестить, — ответила Женя, видя, как к ней приближается Анна Дмитриевна. Блондинке полумрак комнаты нравился, особенно то, как в нём выглядит брюнетка. Её хрупкая фигура была будто тенью, а в этом полумраке Женя видела только глаза учительницы. Её немного разозлённый взгляд. — Что за чушь ты несёшь? Какое крещение? — закатывая глаза, спросила учительница, подходя ещё ближе. Она остановилась в паре шагов от ученицы. Какого лешего брюнетка задавала эти вопросы, не знала и сама учительница. «Боже, пусть идёт! Что за допрос?» — подумала про себя учительница. — И почему ты думаешь, что я не могу привить тебе любовь? — в очередной раз спросила брюнетка. Женю ошарашил последний вопрос. «Что твою мать?» — подумала блондинка и решила снова «поиграть» с учительницей в лёгкий флирт. Плевать на всё, что было ранее. — К химии? — спросила Женя брюнетку. — Что? — непонимающий взгляд учительницы и растерянность в голосе, заставили Женю сократить расстояние. — Ты будешь прививать мне любовь? Любовь к химии? — заглядывая в голубые глаза, произнесла Женя. — Я немного не разобралась к чему. Знаешь, я бы хотела этого, — уже шёпотом продолжила блондинка. Её окутывал лёгкий запах духов учительницы. Да, Женя была в курсе того, что пересекла все границы, о которых говорила напыщенному Марку. Анна Дмитриевна сначала осознала, что кое-что не договорила, а после почувствовала близость ученицы. Эта фамильярность была настолько наглой, что хотелось влепить этой блондинке пощёчину. Спустя пару секунд учительница пришла в себя. — Да как ты смеешь разговаривать так со мной? — напирая на ученицу, прошипела брюнетка. — Ты что, подружку нашла, а Вайнер? — зло смотря в глаза Жене, произнесла брюнетка. — Я, по-моему, нашла кое-что большее, — прошептала Женя.       Вот эта Анна Дмитриевна нравилась ей очень сильно. Вайнер давно поняла, что ей по-настоящему нравится учительница. Кажется, с первой встречи, почти два месяца назад, в библиотеке. А то как она выходит из себя, после Женькиных фраз, приводило последнюю в восторг. Ситуация с этими ребятами, которые были в нескольких метрах от них, была забыта. Да, Женя в конец оборзела, так нельзя общаться с учителями. Тем более эта девушка была занята. Сейчас брюнетка наорёт на неё или влепит хорошую оплеуху. Так думала девушка в тот момент. Но что-то Жене подсказывало об обратном. Что именно так они смогут притянуться друг к другу. Если бы Анне Дмитриевне было плевать на Женю, она бы просто спросила при всех в чём дело и отправила домой. Или просто попрощалась. Ведь Женино присутствие на этих занятиях необязательно. Но брюнетка разозлилась на непонятно что, в её глазах «пляшут» маленькие огоньки злости. Поэтому Жене нечего терять.       Брюнетка смотрела на ученицу снизу-вверх, её голубые глаза пронзали, а маленькая победоносная улыбка играла на губах. Казалось, будто учительница видит ученицу так близко в первый раз. Да, в коморке между ними была маленькая близость, но сейчас в полумраке кабинета, наглые фразы ученицы, раскаляли учительницу до предела. Анна Дмитриевна привыкла к тому, что многое в её жизни размерено. Всё спокойно и гладко. Нет каких-то эмоциональных качелей. Даже со своим молодым человеком у них всё слишком тихо. Эти отношения просто как данность. То, что испытывала Анна рядом с Женей не было давно, слишком. Последний раз она что-то подобное чувствовала с Катей. А Женя, она снова будоражила всё внутри девушки. Женя, смотря в глаза к учительнице, подошла ещё ближе. Она набрала воздуха в лёгкие и проговорила: — Я не знаю, что значит это «большее», просто я чувствую, будто должна сказать тебе об этом. Будто я должна разбить какую-то невидимую стену между нами, понимаешь? — спросила девушка. Блондинка нежно взяла руку учительницы в свою, аккуратно поглаживая большим пальцем запястье, нащупав небольшой шрам. — Те моменты, которые мы разделили, заставили меня задуматься о том, какого черта со мной происходит, когда я рядом с тобой, — Женя продолжала смотреть в глаза учительнице. А в голове билась одна фраза: «Жесть, что я сейчас несу? Мне точно будет больно после, идиотка». — Я знаю как ты отнесёшься к тому, что сейчас происходит и то, что ты меня ещё не ударила и не прогнала, говорит о том, какой я счастливчик, — Женя усмехнулась и продолжила. — Просто мне кажется, что между нами что-то происходит. Анна Дмитриевна была будто под водой. Какая-то школьница стоит и говорит ей о каких-то моментах, ощущениях. Это настоящий абсурд. Но этот «абсурд» был настолько приятен брюнетке, что она продолжала не отрываясь смотреть в глаза Жене. Её поглаживания, полумрак комнаты и тихий шёпот — творили что-то невообразимое. Такого не должно происходить между ученицей и учительницей, в обычном понимание каких-то жизненных вещей. Брюнетка глубоко вдохнула, аккуратно вытащила свою руку из Жениного захвата, в последний раз посмотрела девушке в глаза, а после отвернулась. — Женя, уйди, прошу тебя! — обратилась Анна к ученице. Учительница подошла к своему столу, обратила внимание на кружку и начала мягко поглаживать ручку, также как это делала ученицеас её шрамом несколько мгновений назад. «Она заметила» — подумала тогда Анна Дмитриевна. Брюнетка старалась прислушаться к шуму, который происходил в кабинете. Но бешеные удары сердца и тяжёлое дыхание заглушали всё. — А если я скажу о том, что не хочу уходить, — ответила Женя, подходя к учительнице. Она может быть и была смелой для кого-то сейчас, но на Женин взгляд, она была безрассудна. — Эти два месяца я не могу перестать думать о том, насколько ты потрясающая, — прошептала Женя. Анна Дмитриевна резко развернулась и прокричала: — Прекрати мне «тыкать», ты не соблюдаешь границы, понимаешь? — спросила учительница. В её глазах Женя разглядела немного грусти, хотя полумрак кабинета мог её обмануть. — Можно проводить тебя? — спросила Женя, совершенно спонтанно. Глаза брюнетки только расширились из-за такой наглости. — Боже, что ты несёшь? Уходи из кабинета, Женя, — в чувствах проговорила Анна Дмитриевна. Эта ситуация уже пугала её. Женя смотрела на брюнетку: в её глаза; на маленькую родинку над бровью; плотно сжатые губы; вздымающую грудь. Сейчас девушка поняла очень страшную вещь — она хочет покорить эту девушку, она влюбилась очень сильно и так хотела взаимности. А с такой девушкой нужно быть смелой. — Я буду ждать у выхода, — произнесла Женя, разворачиваясь и уходя из лаборантской.       После того, как Женя вышла из маленькой лаборантской и пулей вылетела из кабинета химии, под заинтересованные взгляды десятиклассников, Анна Дмитриевна постоянно набирала в лёгкие воздух. Девушка старалась трезво оценить происходящее. Но перед глазами стояла Женя, а в ушах звенела фраза ученицы «между нами что-то происходит». Брюнетка собрала все силы, натянуто улыбнулась и вернулась к десятым классам. Ещё 45 минут подготовки, а после можно пойти домой.       После того как девушка покинула лаборантскую, на её столе зазвонил телефон. На экране загорелась фотография двух молодых людей и надпись «Любимый». После пропущенного звонка появилось сообщение со словами: «Милая, завтра прилетаю. Удалось вылететь раньше. Завтра наберу, отдыхай. Целую!» А Вайнер стояла у дверей школы, дожидаясь учительницу, вдыхая вечерний воздух и приводя свои мысли в порядок. Что происходило в лаборантской изменит многое между девушками.