Клинки, рассекающие стереотипы о женщинах

Глава 3 или Поиски пропавших и причем здесь вообще золушка и трап. Свежий морозный воздух гулял по небольшому помещению, вытесняя запах клубничного молока. Две рыжие девушки сидели на диване и обсуждали что-то. «И ведь выглядят совсем как обычные дети» — думалось Гинтоки, но стоило ему вспомнить предшествующую этим милым посиделкам драку за расчёску, как он тут же отрицательно замотал головой, кутаясь сильнее в одеяло. Чертов сквозняк. Изредка он высовывал руку из теплого кокона, чтобы перевернуть страничку Джампа. Саката полностью абстрагировался от двух рыжих раздражителей, сидящих у него под носом, увлечённых какой-то женской фигнёй, и погрузился в мир девочек супергероинь в миниюбках. Глянцевые страницы журнала переворачивались с характерным шумом одна за другой. Фиолетовая Ромашка осталась один на один с Повелителем Тьмы. Почему? Она поиграет? Неужели разрабы сольют такого харизматичного персонажа (вся харизма которого заключена в большом бюсте)? Лист за листом, Гин безжалостно перелистывал один за другим, пока… «Что? Что дальше?» …пока не закончилась глава и его не встретила обложка следующей манги, а именно — «Гинтамена». Величайшее разочарование настигло самурая. Придется ждать ещё неделю, чтобы узнать судьбу Фиолетовой Ромашки и Гинтоки очень надеется, что мангака не пустит филлеры в ход. Кстати, о Гинтамене. Однажды Гин помог редактору с выпуском этой манги, но, как оказалось, без его постоянных советов (или как раз из-за них!) Гинтамен скатился ещё ниже по рейтингу и уже было ясно, что его вот вот уберут из Джампа. С обложки пятидесятой главы на него смотрела рыжая девушка, которая ещё не появлялась в манге. Задумчиво хмыкнув, Саката снова откинулся на спинку кресла и принялся читать. «Может на этот раз будет что-то интересное?» — думал самурай, погружаясь в чтение. Но спустя несколько минут, его мнение кардинально изменилось: «Нет, больше похоже на предсмертный рывок…' — Новый персонаж? Они решили ввести ещё одного персонажа, когда все привыкли к изначальной троице? Ох, черт! Я надеялся на новую арку… — вслух негодовал самурай, хмуро листая страницы. — Да и ладно бы, добавили и черт с ней, но… Какого черта она просто скопирована со всех персонажей манги? Где-то на периферии сознания эта ситуация показалась ему очень знакомой, но вспомнить где такое уже было Саката не смог, поэтому забил на это. — А? Новый персонаж? — Акай тоже иногда почитывала Джамп, поэтому была знакома с Гинтаменом. — Покажи. Гин показал разворот, где была изображена новая героиня. — О, и правда. Прямо копия мелкой рыжей девки, — выдала девушка, выхватывая журнал из рук самурая. — Но какой в этом смысл, — как великий философ задал вопрос Саката, ответ на который он не получит никогда, и сложил руки на груди. — Нет какой-то изюминки в ней что-ли… — Ага, прямо как и в тебе. -… Вот если бы у нее была хотя бы грудь. Заткнись, деревенщина бессовестная, — самурай запустил пустой бутылкой из-под молока в девушку. — Вот будь у нее размерчик побольше, — с довольным лицом Гинтоки очертил в воздухе примерные формы — То, может, Гинтамен подцепил новую аудиторию. — Ага, извращенцев, — девушка пролистывала журнальчик, перекинув косу за спину. — Тебя, например. Эту шпильку Саката пропустил мимо ушей, так как к разговору подключилась Кагура. — Ну и зачем им нужна ещё одна рыжая, ару? — девочка засунула палец в нос. — Их же путать будут. — Манга все равно чёрно-белая, так что рыжая или нет, не так уж и важно, — парировала Курихара. — История у нее довольно скудная. Совсем не интересный персонаж и не запоминающийся. Просто взяла и появилась. Для чего? — почесал затылок Гинтоки. — Расходный материал, ару. — Хм… Может они хотят ее сделать главной героиней? — додумалась Акай. — То есть? — Ну, Гинтамен довольно приелся, вот его и уберут, а на его место поставят эту… Как ее… — Акайко — подсказала Кагура, не отрываясь от Джампа. «Что она там читает?» — подумала Курихара и взглянула на открытую Ято страницу. «Боже!» — она резко вытащила журнал из рук ребенка и безжалостно вырвала все страницы похабного содержания под душераздирающие вопли Сакаты. — Кхм! Акайко, — как ни в чем не бывало продолжила девушка. — Заменили одно никчемного персонажа другим, — выдвинул предположение Гин. — Твоя правда. Садахару, ставший невольным слушателем, закрыл лапой морду и стыдливо заскулил. Ну и тупицы достались ему в хозяева. *** Стук в дверь сотряс помещение. Четыре лица повернулись к открывающейся сёдзи. Там стоял темноволосый мужчина преклонных лет. Не дожидаясь приглашения, он направился внутрь, небрежно скинув ботинки у порога. Первое, что сразу бросилось Еродзуи в глаза — внушительных размеров кашелек, выпирающий из-под рубахи. Затем внимание было приковано к болтающемуся на поясе мечу. Какое-то должностное лицо? Или преступник? Не важно, ведь сейчас он… — Клиент? — удивился Шинпачи. — Вы Еродзуя? — ожидаемо низким голосом спросил мужчина и поднял взгляд из-под густых бровей на очкастого паренька. После кивка мужчина продолжил. — Ты тут главный, как понимаю… У меня для вас задание, — все так же обращаясь к Шимуре, говорил клиент. — Э? Нет, главный тут вон тот кучерявый дядька с отсутствующим выражением лица. Иногда я задумываюсь: а жив ли он, — вмешалась в разговор Акай, и клиенту это не понравилось. — Женщина не должна влезать в разговор мужчин, где тебя обучали, девченка? — строго произнес мужчина, не удостоив говорившую и взглядом. — Эх, феменисток на тебя нет, — его слова особо не задели Курихару, потому что она отлично знала, что ведёт себя совсем не как подобает леди, но все же неприятный осадок остался. Браться за работу желание хоть и не пропало, но также появилось настроение наступить наглецу на ногу. Вот вам и первый клиент: сексист на лицо. — Попрошу вас не оскорблять моих сотрудников, — в разговор вклинился кучерявый самурай. С минуту подумав он спросил. — Постойте, она женщина? — Что значит «постойте»? Кончено, я женщина! Мудила… — Я думал, что ты просто женоподобный парниша. Голос ещё не сломался, все дела, — наигранно негодовал Саката, чтобы разрядить обстановку. Ему тоже не нравилось такое обращение к женщине, даже если эта самая «женщина» — назойливая девченка, пользы от которой не больше, чем от прыщика на попе в знойную жару. — Советую обучить юную даму манерам, иначе будет всю жизнь сидеть у тебя на шее, так и не выйдя замуж, — не оценив юмора, раздавал советы клиент, а Гин кивал головой и записывал все в блокнотик. «В мой блокнотик!» — вызвала Курихара, но вслух произнесла другое: — Может мы закончим обсуждать меня и услышим зачем вы здесь? — Вот сейчас она просто хамит, а через год-другой начнет вульгарно красится, платья едва ниже пупка носить и каблуки полуметровые, — распинался клиент. — А потом найдет парня, наркомана какого-нибудь, да принесет тебе в подоле. И будешь ты всю жизнь работать, чтобы прокормить ее и ребенка. Поэтому женщину нужно с юных лет воспитывать… — Да вы чего? Серьезно что-ли? — взвыла мечница. Клиент полностью проигнорировал слова Акай, продолжая доказывать эффективность и полезность покорной женщины. Шинпачи принес чай, поэтому двум клоунам пришлось угомониться и сесть за стол. — Это тоже должна делать женшина, — отпивая из чашки, произнес мужчина. Саката закивал в знак согласия. «Предатель…» — А мужчина должен обеспечивать семью, приносить деньги, чтобы женщина ни в чем не нуждалась, — монотонно произнесла старшая из двух девушек в комнате. Хоть так отыграется на Гинтоки, пусть ему будет стыдно, хотя есть ли у него такая функция как стыд в принципе? — Кстати, старик номер два, ты так распинаешься о воспитании, а сам не представился. — Хм, простите мою бестактность. Коуда Тоуши, бывший самурай, ныне один из четверки лидеров БДСД, — представился Коуда и отставил чашку в сторону, — Я обращаюсь к вам с одной деликатной просьбой, с которой в полицию я не могу обратиться, не наводя позор на свою семью. — Подожди? БДСМ? Ты типа из тех садо-мазо? А казался таким приличным, ару, — воскликнула Кагура. — Что? БДСМ? Нет, ты не так услы. — А-ха-ха-ха! Ну и кто ты? «S» или «M»? — чашка с недопитым чаем выпала из рук Курихары и жидкость пролилась прямиком на штаны сидящего рядом Шимуры. В комнате воцарился настоящий хаос, а шум заполонил все: смеющаяся Акай, бегающий и кричащий очкарик, слишком громко негодующая Кагура и пытающийся все объяснить Коуда. Только двоих данная ситуация никак не заботила: Садахару и Сакату. Первый был собакой и его мало что волновало в принципе, поэтому он просто ушел на кухню, надеясь отдохнуть от шума, а другому на все было бледнофиолетово и единственное, что отягощало его разум — мысли об оплате. — Так, ладно. Все же твои сексуальные утехи нас не касаются. Давай лучше по делу: что нам нужно сделать и сколько бабла ты отвалишь? — прекратив смеяться, сказала Акай. — Никаких сексуальных… Да и девушка не должна это произносить в слух! — Коуда-сан все ещё поражался бескультурью этой девушки, но решил поберечь нравоучения, увидев, что она совсем перестала его слушать и отвлеклась на разговоры с другой невоспитанный девочкой. — Я состою в организации, пропагандирующей в массы традиционные устои. — То есть? — не поняла Ято. — То есть мы стараемся вернуть в наше общество традиционные ценности, — величаво вещал мужчина. — Как будто стало яснее, ару… К разговору подключился Шимура, понимая, что до Кагуры объяснения клиента просто не дойдут. Хотя и на счёт Гинтоки с Акай он тоже не был уверен. — Он имеет ввиду, что является приверженцем старых моральных устоев и ценностей. Семья должна состоять строго из мужчины и женщины, при том жена обязана подчиняться во всем мужчине, ухаживать за домом и рожать детей. У нас и сейчас не редко такое встречается, но постепенно эти традиции уходят в небытие, — подвёл итог Шинпачи и посмотрел на Кагуру. «Черт… И это было для нее слишком…» — понял по наигранно понятливому выражению лица Кагуры ученик самурая. — Некоторые мужчины считают, что в обществом должны быть главными именно они. И семья — первая ступень к абсолютному патриархату, — внёс свою лепту Саката, закинув ноги на стол. Кажется после этого клиент словил пару микроинсультов. — Та не парьте ей мозги, — вмешалась Курихара. — Кагура-тян, это просто сексизм. Козлы-мужики хотят, чтобы женщины им во всем потакали. Но в семье всегда главная женщина, не важно что считает мужчина. Просто при патриархате женщина позволяет мужику думать, что он главный. — А-а! И сразу так сказать не могли, ару? — Не засоряй голову ребенку, — произнес Гинтоки и стукнул девушку по лбу. Акай недовольно насупилась. Она виновата что-ли, что эти старческие слэнги непонятны Кагуре? Обиделись что-ли? Клиент покачал головой и продолжил вводить Еродзую в курс дела. — В общем, самый большой позор для членов этой организации — не суметь удержать свою семью и уберечь ее от развратного грязного и прогнившего современного общества. — Жена вам изменила? — выдвинул предположение Шинпачи. — Хотите, чтобы мы убрали любовника? — воинственно спросила Кагура, начав разминать кулаки. — Нет, совсем нет, — покачал головой клиент. — Дело не в жене, а в дочери. Недавно мы поругались, потому что я запретил ей ходить с друзьями гулять до поздна и строго настрого запретил связываться с тем отбитым парнем. Лили устроила истерику и убежала из дома, раньше она никогда так не делала, и я даже представить не могу, где ее искать. Я спрашивал у некоторых ее друзей, но понятно, что мне они ничего не скажут. В полицию я не могу обратиться, тогда в организации все узнают и я не смогу занимать свой пост более. Вся надежда… на вас, — сокрушенно закончил клиент. — А что за парень? — спросил Шимура. — О, истинный придурок, — неожиданно клиент перестал стоить из себя культурного человека. — Наркоман, алкоголик, тунеядец, извращенец, подлец… Старик кратенько описал все, что знал о избраннике дочери. Это и правда был минимум информации: имя, приблизительный возраст и все это под приправой из оскорблений. Суть задания была ясна: найти блудную дочь и вернуть домой. Лили Коуда, двадцать лет, черные волосы и светлые глаза, небольшого роста. Искать такую в Эдо тоже самое, что искать иголку в куче других иголок. В общем, Саката включил режим детектива и разузнал у Коуды-сана адреса подружек дочери. Может они знают, где пропадет Лили или, в крайнем случае, где обитает ее парень. Еродзуя были снабжены всей информацией и могли приступать к поискам, но Курихару все равно кое-что беспокоило: — Эй, старый изврат. Это не мое, конечно, дело, но я все же скажу, — начала девушка. — Все эти твои доисторические принципы, конечно, круто… Но ты же не даёшь дочке жить спокойно. Ей уже двадцать, а не десять, чтобы ты слюнки ей подтирал и не разрешал общаться со взрослыми дядечками. — Ты права, это не твое дело, — высказался клиент. — Ты же понимаешь, что совсем скоро у тебя не будет над не контроля вообще? — проигнорировав слова Коуды-сана, спросила девушка. Он молча смотрел на нее — И вот когда она почувствует желанный глоток свободы, после многолетнего «заточения», ей снесет крышу. Что она учудит? Переспит с кем-нибудь, сопьется или обдолбается в подворотне? Надейся, что это произойдет не сегодня. Акай встала с дивана, разминая затёкшие конечности. — Чрезмерная опека до добра не доведет, — слова Сакаты, подводящие итог ее речи, были последним, что услышала Курихара, когда скрылась за дверьми. «Боже милостивый! Думала не дотерплю!» — шальная мысль посетила ее, а после девушка скрылась в туалете.   *** — Что ж! Выдвигаемся! — воскликнула Кагура, ступая вперёд. — А ну стой, — но была остановлена Гинтоки, который схватил ее за ворот рубашки. — Куда пошла? Нам не в ту сторону, — и он пошел в противоположном направлении. — А ты куда? — но тоже был остановлен вопросом Акай. — Нам туда, — девушка указала направление между путей Гинтоки и Кагуры, крутя в руках карту. Шинпачи тяжело вздохнул. Балбесы, их топографический кретинизм поражает. Как будто ни разу за квартал Кабуки нос не высовывали. — Совсем придурки? Никто из вас не прав! Даже близко нет, — взвыл парень, отправляясь по единственному не указанному пути — прямиком вон из квартала Кабуки. За ним поплелись остальные. Их путь лежал на другую сторону Эдо, в тот район, где жил клиент, все знакомые его дочери обитали там же, что было неудивительно. Разумно было бы вызвать такси, чтобы не тратить ни время, ни силы, но эта идея была категорически отклонена по нескольким нескольким причинам: их бюджет грозился рассыпаться пеплом после этой поездки и Садахару в машину не поместился бы. Поэтому ребята решили идти пешком, но тогда Шинпачи и не предполагал, что эти трое… Ну вы поняли. И если у Кагуры и Акай было оправданием то, что они не местные, то у Гина не было причин не знать Эдо. Боже, какой же босс дурак. Надо же было связаться со всеми ними? — Гин-тян, я кушать хочу, — не пошло и десяти минут их пути, как живот Ято устроил дебош. Настало время задуматься: было ли верным решением идти пешком? Не съест ли оголодавшая аманто еды на сумму большую, чем стоит поездка? — Я это слышу ежедневно по несколько раз, — ответил Гинтоки. — Будь более непредсказуемой. Например, скажи «Гин-тян, вот тебе тысяча Йен» или «Гин-тян, я нашла работу и буду обеспечивать тебя всю жизнь», а может «Гин-тян, я выиграла в лотерею пожизненный запас клубничного молока, отдаю это тебе», ну или в крайнем случае… — Гин, я тоже кушать хочу, — пропела Акай. — Боже, нет… — Мы почти дошли до места, где делают прекрасные и не дорогие данго, — сообщил Шинпачи. — Иногда приходится есть там. Ну, когда сестра готовит… Вы поняли… — Мяска бы… — произнесла Кагура в унисон с урчанием живота. — Согласна… — вторила ей Курихара. Садахару согласно завыл. — И почему все великие обжоры достались именно мне? — непонятно у кого спрашивал Саката, собираясь уже согласиться и накормить этих девушек, как вдруг… — Я кошелек дома забыл… — Ааа?! — было ему ответом от Курихары. Кажется, ему придется продать почку. — Садахару, фас… — расстроенно произнесла Кагура. Дальнейший путь Еродзуя продолжала под аккомпанемент обиженно воющих желудков и криков удирающего от пса Сакаты. — Тише, чего ты разворчался? — начала Акай, обращаясь к своему животу. — Правда, последние три часа мы ничего толком не ели, но это не повод так громко на меня урчать? — поглаживая пизико, говорила девушка. — Три часа? Ты перед выходом съела тарелку с рисом, — возразил пробегающий мимо Саката. — И угомоните уже эту псину! — На него не обратили внимания, продолжая увлекательный монолог: — В этом мире для всего нужны деньги, а у нас их нет, — она напоказ вывернула карманы куртки. — Видишь? Поэтому пойми, что ты желудок самурая из Еродзуи и смирись с судьбой. — Ты только что общалась со своим желудком? — недоуменно спросил Шимура. — Ага, он слишком безбожно рычал, — ответила девушка. — Надо было успокоить. Шинпачи достал карту, чтобы убедиться, что они идут в том направлении. — Ещё километров пятнадцать и мы на месте. Точкой назначения был дом лучшей подруги пропавшей девушки. Как предположил Саката, девушка могла прятаться у кого-то из знакомых, и  логичнее всего, что именно у лучшей подруги она и осталась. Но все же если это не так, то придется обойти всех остальных. К сожалению для Еродзуи, Лили была общительным ребенком (несмотря на строгость родителей), и обходить придется чуть ли не весь квартал. Мастера на все руки преодолели оставшийся путь без потерь и добрались до нужного дома. Район был крайне ухоженным, и люди там ходили одетые с иголочки, поэтому разношёрстная компашка (в прямом смысле этого слова) сильно выделялась на их фоне. Прохожие иногда оборачивались на странную группу (хотя, вероятнее всего, их заинтересовал Садахару). — Вау, мне кажется, что тут даже воздух другой… Нужный им дом находится на углу улицы, он был довольно большой и красивый, за темной оградой был раскинут красивый сад из роз и пруд. Шинпачи нажал на звонок пару раз, раздался звук чирикания птиц. Кагура воодушевленно воскликнула и тоже стала тыкать на звонок, пока не открылись двери и не вышла хозяйка. — Сейчас я руки кому-то поломаю, а! — свирепо встретила Еродзую престарелая женщина. — Здравствуйте! — начала разговор Акай. — Мы пришли узнать, нет ли у вас Лили? Женщина спустилась с крыльца и направилась к Еродзуи сначала с желанием переломать всем лица, но, услышав о Лили, гнев смирился на милость. — Лили? Давненько она не приходила, что-то случилось? — удивилась женщина. — Убежала из дома, — ответил Саката лениво разглядывая резиновых уточек в пруду. — Не знаете, где она может находиться? Дама поправила кружевной халатик и слегка приподняла руками бигуди, недавно накрученные на голове, как только заметила Гина. — Господин, нет, даже не представляю, — чуть ли не пропела женщина. — Но, может быть, Кику знает. — Кику? — оторвавшись от увлекательного разглядывания сада, спросил Гинтоки. Ну да, только что он заметил, что это дама явно старовата, чтобы быть подружкой двадцатилетней пропажи. — Да-да, доченька моя, — тараторила женщина, совсем забыв про трёх других членах поисковой группы. Кагура продолжала тыкать на звонок, а Шинпачи с Акай наблюдали за разворачивающейся драмой, именуемой как «Одинокая дама за тридцать пытается привлечь внимание кучерявого импотента». — Можете пройти в дом, она скоро должна вернуться, вот и узнаете у нее где может быть Лили. Зовите меня Наной, господин… Гинтоки прикола не понял и не ответил госпоже Нане. За него это сделала Курихара, смачно хлопнув по лицу Шимуру (свое было жалко). — Саката. Саката он. Но можете звать его дохлой рыбой или просто тупым старикашкой. Хотя для вас он не старикашка, а очень даже юный парень, — слишком долго молчала, вот и накопилось. Срочно надо вывести кого-то на конфликт, иначе начнется ломка. К сожалению, Гинтоки предпочел проигнорировать слова девушки и направился в дом старушки. — Мне всего тридцать! Мелкая сволочь, — зато хозяйка, которая не привыкла к подобным высказываниям, разозлилась. — Ага, всего тридцать до сотни осталось, ару, — вклинилась в разговор Кагура. Акай отвесила ей пятюню. — Этих двоих я в дом не пущу! — крикнула Нана-сан, захлопывая дверь перед носом девушек. — Бедный очкарик и Гин-тян, — сказала Кагура. — Ага, остались один на один с одинокой женщиной, изголодавшейся до мужских ласк, — весело произнесла Курихара. Из дома раздались какие-то крики. — Ты это слышала? — Нет, ничего. — Показалось, да. — Мы будем их ждать? — задала интересующей вопрос Ято. «Да, на улице так печет… Не следовало бы нам тут торчать» — размышляла старшая. — Конечно, нет, — как само собой разумеется ответила девушка. — Чай не маленькие, разберутся, а у нас в списке ещё парочка имён имеется. Да и перекусить заглянем. — Парочка? Это ты те сорок пунктов имела ввиду? — удивилась Кагура, разворачивая метровую бумажку с адресами. — А вот покушать это хорошо. Пошли суконбу купим. Тяжело вздохнув, Акай схватила Ято под руку (читай: бессовестно залезла к ней под зонт, чтобы не сгореть на солнце) и направилась в, как она очень надеялась, нужном направлении, так как карта осталась у Шинпачи. Следующие три часа они провели за опросом знакомых пропавшей Лили и поиском суконбу. В списке было вычеркнуто последнее имя: — Простите за беспокойство, — автоматически произнесла Акай, оттягивая кусочек лакомства от лица. — До свидания, надеюсь больше не увидимся. — Чао, — вторила ей Кагура, отходя от калитки. Они покинули последний дом из списка и направились за сильной половиной их группы. Нахалы, конечно, бросили двух хрупких дам на произвол судьбы. Лили они так и не нашли. Где она могла быть? Этого тоже никто из опрошенных не знал, так как с ней они общались поверхностно. Пропавшая девушка никуда с ними не ходила тусоваться, поэтому все их знакомство заключалось в вежливой беседе в очереди супермаркета. Но парочка человек сообщили девушкам, что дочь Коуды в последние дни была замечена недалеко от клуба под названием «Страстная вишня», именно туда девочки и хотели заглянуть, как только вытащат мальчишек из лап старой совратительницы. — Ги-ин-тя-ян! — растягивая гласные буквы, кричала Кагура под окнами дома Наны-сан. — Выходи! Ши-ин-тя-ян! — Они там живы? — задаётся вопросом Курихара. Кагура кричала уже минут пять, но никто не подавал признаков жизни. Прибегнуть к крайним мерам? Не тем крайним-крайним, когда Ято начнет крушить все вокруг, а просто крайним. — Ой, что это? — нарочито громко спросила Акай. — Журнал с Кицуне Ане? Кто же мог его здесь оставить? Неужели придется выкинуть? — если теперь Гин не прибежит сюда сверкая пятками, то пора волноваться за него. Из дома все так же не доносилось ни звука. — Кагура, ломай дверь. Эта старая манда их отравила, — крикнула девушка. Ято выполнила просьбу — дверь улетела куда-то внутрь дома. — Молодец, Джеки, — похлопала по голове Акай. — Джеки? — не поняла прикола Ято. — Потом расскажу, — отмахнулась Курихара, а после добавила. — Современные дети не ценят классику… В доме стояла гробовая тишина. Ни тиканья часов, ни криков домашнего животного, ни разговоров. «Как будто в ужастик попали» — посетила мысль девушку. Они потихоньку пробирались внутрь, аккуратно ступая на скрипучие дощечки, пока их не встретила развилка. — Куда пойдем? — шепотом спросила остановившаяся Акай. Кагура с писком врезалась ей в спину. — Разделится может? — предложила Ято, потирая нос. — Ты много ужастиков смотрела? — нервно интересуется Курихара, поворачивая испуганную моську к Кагуре. — Самая большая ошибка — разделиться. Тогда нас точно кокнут. — Сеструха, совсем сума сошла? — с непроницаемым выражением лица спросила Кагура. — Ладно, но все равно вместе пойдем, — говорит Акай, положив руку на рукоятку оружия. — Куда идем? Глубже в дом или в подвал? — Бросим монетку? — Давай… Орел — в подвал, решка — гуляем по дому, — в воздух взлетела монетка. — Подвал, — подвела итог Кагура. Дверь отъехала с трудом, в лицо сразу ударил запах сырости, повеяло холодом. Девушки осторожно спускались по влажным бетонным ступенькам, стараясь не обращать внимание на всякие около живые объекты у их ног. Оказавшись внизу, они увидели ещё одну дверь и прислушались: оттуда доносились какие-то звуки. — Рояль? — предположила Кагура. — Мне казалось, это телевизор шумел, но ладно, — ответила Акай шепотом. Кагура попыталась тихонько открыть дверь, но тихонько не получилось. Резкий бабах и пыль летит во все стороны, из помещение раздается испуганный визг. Когда осела пыль, то прекрасная половина Еродзуи увидела следущий картину: полуобнаженная старуха сидела за роялем (хотя конкретно в этот момент она сидела на рояле) и вопила о незаконном проникновение в желище, рядом стоял стол, набитый едой, за которым сидели Гин и Шинпачи с курочкой в зубах. — Романтичненько тут у вас, — начала Курихара. — Свечки, вон… — Цветочки, — продолжила Кагура, заходя внутрь и усаживаясь за стол к ребятам. — Это что? Выглядит вкусненько… — Музыка, — Акай указала на рояль, который сейчас воспроизводил жалостливый звон, так и умоляя, чтобы с него сняли хозяйку. — Но у меня вопрос: чем вы блин занимались? А? — хватая со стола куриную ножку, гневно выкрикнула девушка. Никто ей так и не успел ответить, потому что за ее спиной раздался ещё один выкрик: — Мама?! В дверном проеме стояла удивлённая миловидная девушка лет двадцати. — Доча! — в ответ взвыла женщина. — Как бы это не выглядело… Это не так… — М-м… Как вкусно то, — не обращая внимание на пришедшую, говорит Ято. — Полностью согласна, — подтверждает Курихара. *** В конечном счёте все собрались за столом в подвале, и пока Шин-тян и Гин расспрашивали девушку о Лили, Кагура и Акай уплетали предоставленную еду. Курихара не вслушивалась особо в разговор, потому что жареный цыпленок и картошка привлекали ее куда сильнее, но походу диалога она услышала кое-что знакомое: — «Страстная вишня»? — переспросила мечница, облизывая пальчики. — Да, это клуб на отшибе, — ответила Кику. — Лили-чан хотела туда сходить, хотя местечко — та ещё помойка: наркоманы, алкоголики, в общем вся грязь нашего района собирается там, — рассказывала девушка. — Сама я там не была, но все, кто там был, говорят, что лучше туда одной не соваться. — Понятненько, — ответила Кагура. — Несколько из опрошенных упоминали этот клуб. — А как нам найти парня Лили? Кажется, его зовут… — не смог вспомнить Шинпачи. — Зозо Айова, — продолжила за него подруга Лили. — там и найдете его. По слухам он почти все время в клубе. И скорее всего Лили тоже. На том и порешили. Саката и Акай отправляются в клуб, так как Шимуру и Ято туда точно не пустят: одна слишком маленькая, другой слишком додик, поэтому для них есть особое задание… «Хотя на самом деле никакого особого задания нет… Просто по-другому они бы не остались ждать.» — виновато отмечает Курихара. Кагуре и Шинпачи предстояло увлекательное путешествие на другой конец Эдо за супер секретной посылкой от Генгая. Шимура, кажется, сразу просек, что их решили слить в этой главе, но не стал перечитать, а вот Ято так и вообще ничего не поняла. *** Часы пробили одиннадцать, двое стояли у клуба. Из помещения доносилась громкая музыка и чьи-то выкрики. Кто-то вылетел из дверей клуба, а за ним полетела пустая бутылка из-под выпивки. Романтика… — Ровно в двенадцать наша карета превратится в тыкву, а ты — в противного ленивого старика, — тихо сказала девушка, поправляя накрученые локоны. — Хотел бы я сказать то же, но тебя магия не смогла превратить в принцессу даже на время, — парировал Гин, откидывая назад волосы. Можно было обойтись без всего этого маскарада, но эй, один раз живём! — Отправляемся на бал! Поисковая группа прошла фейсконтроль и оказалась в водовороте из алкоголя, наркотиков, давящей на уши музыки и кучи людей, теснящихся на танцполе как сардины в бочке. — Гин! — как можно громче крикнула девушка стоящему рядом Сакате, но тот не услышал, слишком засмотревшись на попу танцующей перед ними темноволосой девушки. — Старый хрен, так и знала, что нужно было купить тебе слуховой аппарат. Эй! Самурай, влившись в толпу, пошел вперёд, покачиваясь в такт музыке. Курихара попыталась пойти за ним, но танцующие люди только дальше оттеснили ее от Гинтоки. «Мать твою, вот и нашли Лили. Теперь ещё и старика искать» — нервно думала девушка, пока толпа относила ее все дальше и дальше от места, где был ее спутник. Неведомым ей образом Акай оказалась у барной стойки: «Свезло, бармен точно знает постоянных клиентов» Рыжеволосая девушка пыталась подозвать к себе бармена, но народу было очень много и он ее даже не заметил, зато какой-то парень завязал с ней диалог: — Не торопись, это марафон, а не спринт, — довольно громко произнес парень прямо над ухом Курихары, она не обернулась, продолжая покачивать головой в такт музыке. — А ты давно ждёшь? — надеясь, что ее услышат, спросила девушка. — Какой сейчас месяц? — саркастически ответил парень, Акай хихикнула. — Может просто сиганем через стойку и сами нальем? — поворачиваясь лицом к парню, сказала девушка и сразу замерла. «Это же…» — Нет, я в этом не мастак, — не замечая ступора девушки, ответил молодой человек. — Скорее я упаду и тебя с собой утащу. Что-то не так? — Как тебя зовут? Перед ней определенно точно стоял тот самый парень Лили, фотографию которого показала Кику. — Зозо, — сказал он, откидывая челку назад. — А тебя, красотка? «Так и что делать? Гина искать? Тогда это уйдет… Спросить про Лили?» — Ты знаком с Лили? — осторожно спросила девушка, лицо парня напряглось. — Нет, не знаю таких, — абсолютно безразлично ответил Зозо. «Что же, теперь я точно знаю, что спрашивать не стоило» — мысленно девушка дала себе мощный пинок: " Ну и? Здесь явно что-то не то… Он же её парень» — Наверное, я ошиблась, — скомкано ответила Курихара, надеясь, что скоро придет Саката и вытащит ее из этой нелепой ситуации. — Я так и подумал, — слегка улыбнулся парень. — Потанцуем? — О? Э? А вот в этом не мастер уже я, — посмеивалась Акай. — Так что быстрее забери слова назад, если не хочешь, чтобы тебе отдавили ноги. — Я готов потерпеть, если со мной будет танцевать такая красивая девушка. «Вот же сукин сын, льстит как бог…» Она уже почти вложила в его руку ладонь, как ее перехватили. «Старик?» — мысленно взмолила девушка, но это оказался не он: «Да блинский блин, ещё какой-то» Ее руку держал русый парень, чуть-чуть выше нее. Взгляд его так и кричал «мне абсолютно пофиг на вас всех». — Эм? — промычала Акай, думая, что теперь точно пара валить, найти кучерявого старика, а затем и надавать ему тумаков, ибо нечего оставлять девушку одну в клубе. Она выдернула руку. — Сеструх, сколько раз тебе говорил, чтобы не приставала ко всяким парям, — произнес появившиеся парень, явно обращаясь к Курихаре. — А ты можешь идти, — он обратился к Зозо. — Она та ещё извращенка, так что я спас тебе ночь. Айова странно покосился на него и ушел, ничего не сказав. — Чего? Ты совсем дурной? Обдолбался что-ли? — возмущалась девушка. — Завались и проваливай отсюда. Здесь явно не место для таких тупых детей вроде тебя, — с ухмылкой на лице ответил русый парень, собираясь уходить. — Бесстрашный что-ли? — заводилась девушка. Машинально она коснулась рукой места, где должны были быть ее мечи… «Ай, черт. Забыла, что не взяла их» Парень развернулся и ушел, оставив ее одной. Ни о Лили не узнала, ни выпивки за чужой счёт не получила, где справедливость? Где-то сзади нее раздался шум, люди стали вскрикивать. Акай не успела повернуться, как нечто снесло ее с ног, забросив на плече. «Да что сегодня происходит то? — негодовала она. Она повернулась, собираясь ударить того, кто её несёт, как встретились с кучерявой макушкой. Ну наконец-то объявился блудный сын, только как-то странно объявился. Только сейчас Курихара заметила, что ними бежала группа вооруженных людей. — Старик, что ты натворил опять? К чьей-то жене подкатил? — взвыла девушка. — Мне бы тоже хотелось знать, — набегу ответил ей Саката. — Всего лишь пробрался в подвал и выкрал девушку, — Гин встряхнул своей ещё одной ношей, которую Акай не заметила с самого начала. — Ничего себе, могешь старик! — воодушевленно крикнула девушка. — Беги быстрее, а то они нагоняют. — Я могу бежать быстрее, только вот сброшу балласт, — он попытался стряхнуть Курихару с плеча. — Тебе бы похудеть. — Беги молча! — девушка вцепилась руками ему в волосы. — Чья вина, что мне удирать приходится? — запрыгивая на барнную стойку, орал Саката. — Да, чья? Моя что-ли? — возмущалась Акай. — А кто орал «Не бери оружие, не бери оружие, нас не пустят», а? — Беги, беги, не останавливайся! — Я тебя прибью! *** Саката пытался отдышаться после погони, а Акай сидела рядом с Лили, виновато опустившей голову в пол. Она так и не произнесла ни слова, как бы сильно её не тормошила Курихара. Убежали они довольно далеко, сбросив хвост где-то через десять минут погони. — Потише там, псина умирающая! — шикнула на Гина девушка. — Если она что-то скажет, то я не услышу из-за твоих хрипов. Вместо ответа самурай попытался придушить Курихару. — Я… — тихо шепнула дочка Коуды. — Я так виновата, простите… — Чегось? — не поняла рыжая. Виновата? В чем? — Я убежала из дома, поэтому попала в неприятности. Отец переживал за меня, а я просто ушла, — она всхлипнула. — Он обратился к вам, вы тоже ввязались в это. Мне так жаль! — Лили окончательно разрыдалась. — Слушай, это было не так и ужасно, — Акай присела на корточки рядом с плачущей девушкой и потрепала ее по волосам. — Незабываемое приключение! А знаешь, что правда страшно? Жить в одном доме с девочкой-титаном и стариком транжирой. Это да, это страшно, — слегка посмеивалась Акай. — Одна может тебя на тот свет отправить, если ты съешь ее еду, а другой то и дело норовит продать за долги старухе. — Ты пропустила всю движку, — возразил Саката. — Так что молчи. Чем ты вообще занималась? Отдыхала, пока я работал? — Че? Совсем офигел, я тоже занималась полезным делом, придурок! — Слышь, мелкая. Сейчас лишу тебя премии. — Премии? Ха-ха, не смеши!.. Лили несколько успокоилась и они отправились к ней домой возвращать пропажу отцу. Хоть время и было уже позднее, но свет в окнах горел. Из дома выбежала женщина, как только заметила подходящую компанию, а за ней вышел Коуда-сан. Семейство воссоединилось, плакали в три ручья. — У-тю-тю, прелесть, — недовольно сказала Акай. Саката толкнул ее в бок. — А что там вообще произошло? Как ты ее нашел? — Ну, это было не сложно для такого гения как я, — нервно сказал Саката, ясно ловя флешбеки. — Ну да, конечно, — девушка закатила глаза. — Кстати, а что с тем парнем? — Кем? — Ну этим, Зозо, — пояснила девушка. — Думаю, это уже не наши проблемы. — Серьезно? — Да-да-да, — отмахнулся Саката. — Чего мы вообще ждём? Скоро будет уже утренний выпуск новостей. — Вознаграждение ждём. Кстати, а Кагура, Шин-тян и Садахару не должны были уже вернуться? — вспомнила о них рыжая. — Это на вряд ли, — ухмыльнулся самурай. — В коробке, за которой я их послал, были пончики, думаю, что их там уже нет, а ребятня дома смотрят дораму. Конец. Или нет. *** Часом ранее. Клуб «Страстная вишня» Кучерявый мужчина двигался по танцполу как заворожённый. Слишком прекрасной показалась та незнакомка и её филейная часть, надо с ней познакомиться. Легко покачивая бедрами она направлялась к центру зала. Саката решил не упускать шанс и, растолкав разделяющих их людей, подошёл почти впритык к незнакомке. — Потанцуем? — томно произнес он, кладя руку на плече девушке. Она повернулась и почти получила кулаком в лицо. — Зура? — спросил Саката, резко отдернув свою руку. Вместо личика прекрасной девушки перед ним предстала противная рожа террориста. — Я не Зура, я Кацура! — совсем не женским голосом произнесла «незнакомка», стукнув сумкой по руке Сакату. — Какого хера ты тут?.. — Гин оценил прикид друга. — О нет, лучше не отвечай, — выкрикнул Саката, отступая назад, и сразу же решил свалить от греха подальше. Кацура же, не обратив никакого внимания на бывшего сослуживца, продолжил шпионить за непонятно что тут делающим Сёгуном. «Надо найти туалет и помыть руки… Все вопросы потом. А ещё лучше никогда.» — будучи шокированным подобным поворотом событий, вместо туалета он открыл дверь, ведущую в подвал. — Странная планировочка, кончено, — плутая по малоосвещенному коридору, размышлял самурай. — Вот так приспичит и не пойдешь до кабинки. Он остановился. Перед глазами была дверь с табличкой «Не входить». Он открыл дверь. — Никто бы не вешал такое, если бы не хотел, чтобы туда зашли, — оправдывал свои действия мужчина. — Где тут выключатель? Ни черта не видно. Щелк. — Оу… Как только свет был включен, Саката увидел девушку, прикованную к батарее. — Все же не стоило входить… Клуб мазохистов? — размышлял Саката, вглядываясь в лицо девушке. — Подожди, ты Лили? — девушка подняла голову, когда услышала свое имя. Вот и нашлась потеряшка. Саката нервно посмеялся. Гин прошел глубже внутрь и попытался снять наручники, но ничего не получалось. «И как назло именно сегодня нет катаны, чертова малявка» — причитал самурай, вспоминая добрым словом рыжую девчонку. За дверью послышались шаги, Гин не успел среагировать и двери открылись. Вошедший мужчина стал бить тревогу. «Черт!» — мысленно ругнулся Саката, со всей дури дёрнул швабру, которая стояла в углу, и кинул в сторону входа. — Твою мать! — отозвался вошедший, валяясь на полу и зажимая кровоточащий нос. Кучерявый самурай сдёрнул с его пояса ключи и освободил девушку. Пока охранник не очухался, Гин схватил Лили и дал деру. — Стой, сука! — кричал тот человек им в догонку. — Сам стой, сука! — отвечал Саката. — Догнать и четвертовать! К моменту, когда он выбрался из подвала за ним уже бежала группа вооруженных лиц. По дороге кучерявый самурай выхватил Курихару, а что было дальше мы уже знаем. Единственное, что осталось за кадром — шинсенгуми, которые несколько месяцев выслеживали банду работорговцев. Рейд провалился из-за двух придурков, спасающих девушку. Теперь точно — конец!