Ты меня не знаешь

Самый обычный автобус не спеша следовал своему маршруту, изредка останавливаясь на остановках, где сходили одни пассажиры и заходили другие. Обычно этим маршрутом пользовалось очень много людей, но сегодня автобус был наполовину пуст, что очень удивляло водителя. В самый обычный день этот автобус пользуется огромным спросом, он битком набит, а сегодня почему-то даже сидения пустуют. Что же сегодня не так? На одном из сидений полупустого автобуса, на том, что крайнее к окну со стороны дверей, упершись головой в стекло, сидела девушка в вишневого цвета пальто, того самого, чьи карманы не греют холодных рук. Может показаться, что взгляд ее, направленный прочь из автобуса, бездумный и даже какой-то пустой, что она целиком и полностью поглощена музыкой, струящейся по проводам черных наушников и затекающей в маленькие ушки, но на самом деле, девушка думала о многих вещах в этот самый момент. Она думала о парне, который живет в ее голове, старалась вспомнить каждую мельчайшую деталь… все. Она пыталась обдумать все, что она знает о парне, которого никогда не встречала, о котором ничего не слышала, запах которого не ощущала. О том, чьей кожи не касалась, и чей прекрасный голос ни разу не касался ее слуха. Она думала о том, кто может и вовсе не существовать в этом мире. О том, кто ей ни разу не снился, но о ком она знала намного больше, чем кто-то из близких ему друзей. Намного больше, чем должна знать. Тяжелый вздох покидает немного пухлые губы, которые часто покалывало, когда девушка думала о тех губах, что улыбаются прямоугольной улыбкой. — Ты же существуешь? — тихо шепчет она, чувствуя грусть. Почему ей становится так грустно, когда думает о нем? Потому что боится, что он — лишь плод ее воображения? Песня сменяется другой, той, что вчера была скачана из интернета, хотя не была похожа на те, что слушает она. Девичьи пальцы вбивали в поисковик название музыкальных композиций только потому что она знала, что именно эти песни он будет слушать сегодня. Будет здорово, если они будут слушать их вместе, даже если далеко и совсем не знакомы. — И почему она тебе нравится? — задумчиво протянула девушка, обращаясь к тому, кто вынудил ее разбавить старый плейлист новыми композициями. — Потому что она странная? Девушка продолжала разговаривать с собой, хотя вовсе не слышала собственный шепот из-за наушников. Она часто болтала сама с собой, ломая голову над тем, что касалось его, того странного парня, от которого пахнет ванилью. Вот и сейчас она закрывает глаза, стараясь как можно четче понять, почему именно эта песня ему понравилась. Чем она его так зацепила? Улыбка расцвела на розовых губах, когда заиграла гитара. — Так вот, что ты в ней нашел. — шире улыбнулась девушка, найдя ответ на свой вопрос. Хоть никто ее не слышал, водитель автобуса, изредка бросающий взгляды в зеркала заднего вида, заметил движение ее губ, но счел подпеванием музыке, которую девушка примерно лет двадцати слушала с того самого момента, как села в автобус. Добродушный мужчина слабо улыбнулся, вспоминая себя, когда был так же молод и увлекался музыкой. В его время не было таких наушников, чтобы слушать музыку, нужно было носить с собой объемные проигрыватели и диски с песнями. Современной молодежи намного легче жить, чем было жить его поколению или тому поколению, что было до него. Об этом он и подумает, качая головой и ударяя пальцами по рулю. А потом его взгляд снова вернется к девушке в вишневого цвета пальто, к той самой, что села у окна со стороны дверей, и той, что снова пытается согреть замерзшие пальцы, но, кажется, не выходит. Почему-то водителю автобуса с номером 483 одна из его пассажиров показалась странной. Он не знал почему ему так показалось, ведь она ничем не отличалась, кажется, от современной молодежи, но даже в автобусе, пусть и не полном людей, она выделялась как-то. Быть может, все дело в том, что она не болтает ни с людьми вокруг, ни по телефону, не пялится в телефон на протяжении всей поездки, как обычно это делают люди, а просто смотрит в окно, погрузившись в свои мысли. — Наверное думает о любимом. — мысль промелькнула в голове мужчины, сидящего за рулем огромного автобуса, и он снова слабо улыбнулся вспоминая свою молодость и то, какой красавицей была его жена в студенческие годы. Тогда они оба выглядели точно так же, как сейчас выглядит эта девушка, думая друг о друге. Брюнетка в темном пальто снова вздохнула и закрыла глаза, представляя, как он подпевает голосу, исполняющему новую песню, ту, что она слушает впервые. Его голос отлично лег бы на эти ноты… звучало бы просто шикарно. Она слушала музыку, а самый обычный автобус не спеша следовал своему маршруту, изредка останавливаясь на остановках, где сходили одни пассажиры и заходили другие. Обычно этим маршрутом пользовалось очень много людей, но сегодня автобус был наполовину пуст, что очень удивляло водителя. В самый обычный день этот автобус пользуется огромным спросом, он битком набит, а сегодня, почему-то, даже сидения пустуют. Что же сегодня не так? На одном из сидений полупустого автобуса, на том, что крайнее к окну со стороны водителя, упершись головой в стекло, сидел парень в бежевом свитере, в том самом, что ему безумно шел. Может показаться, что взгляд его, направленный прочь из автобуса, бездумный и даже какой-то пустой, что парень целиком и полностью поглощен музыкой, струящейся по проводам белых наушников и затекающей в самые обычные уши. Но на самом деле, парень с длинной темной челкой, которая постоянно лезла в глаза, думал о многих вещах в этот самый момент. Он думал о девушке, которая живет в его голове, старался вспомнить каждую мельчайшую деталь… все. Он пытался обдумать все, что знает о ней, о девушке, которую никогда не встречал, о которой ничего не слышал и запах которой не ощущал. О той, чьей кожи не касался, и чей прекрасный голос ни разу не касался его слуха. Он думал о той, кто может и вовсе не существовать в этом мире. О той, кто ни разу ему не снился, но о ком он знал намного больше, чем кто-то из близких ей друзей, а их ведь и так почти нет. Намного больше, чем должен знать. Тяжелый вздох покидает немного обветренные губы, те, что улыбаются прямоугольной улыбкой, которые часто покалывало, когда парень думал о губах немного пухлых, тех, которые постоянно задевают девичьи зубы, когда она слишком много думает. — Ты же существуешь? — тихо шепчет Тэхен, чувствуя грусть. Почему ему так грустно становится, когда думает о ней? Потому что боится, что она — лишь плод его воображения? Песня сменяется другой, той, что была скачана из интернета уже давно, хотя не была похожа на те, что слушает парень со слегка кудрявыми волосами. Длинные пальцы вбивали в поисковик название музыкальной композиции только потому, что он точно знал, что именно эту песню она будет слушать сегодня, завтра, через неделю и даже через месяц. Будет здорово, если они будут слушать ее вместе, даже если далеко и совсем не знакомы. Если быть откровенным, Тэхен заслушал эту песню до дыр, потому что знал, что она делает так же. Ставит одну песню на прокрутку и слушает часами напролет. Он терпеть не мог однообразие и даже самые любимые композиции слушал совсем не часто, чтобы не надоедали. Да и не в стиле его характера это — заниматься одним делом. Эта песня, она ему надоела. Он знал наизусть каждое слово, каждый аккорд, все о ней выучил. Она была слишком обычной для него, слишком простой и скучной, слишком примитивной и… она не была его песней. Но была ее песней. Тэхен бы ни в коем случае не обратил внимание на эту песню и смело прошел бы мимо нее, но вот, он слушает ее уже второй месяц, кажется, каждый день… часами. Парню не нравилась эта песня, до сих пор не нравится, но ему нравится идея, что, возможно, девушка из его головы слушает ее в то же время, что и он. Именно поэтому он слушал ее снова и снова, ведь не знал, когда именно она засунет черный провод наушников в гнездо на телефоне, а вечно холодные пальцы найдут именно эту композицию, а затем веки ее опустятся, и девушка погрузится в мир этой песни. Может быть, они смогут встретиться именно там? — И почему она тебе нравится? — задумчиво протянул парень, обращаясь к той, кто вынудил его плейлист обзавестись песней, которая не покинет память телефона, даже если сотрутся все остальные, а затем новые и те, что еще новее и появились позже. В плейлисте Ким Тэхена теперь есть одна песня, которая никогда не будет удалена. — Потому что она не странная? Парень продолжал разговаривать с собой, хотя вовсе не слышал собственный шепот из-за наушников. Он часто болтал сам с собой, ломая голову над тем, что касалось ее, той странной девушки, от которой пахнет весной. Вот и сейчас он закрывает глаза, стараясь как можно четче сосредоточиться на песне, той, что ей так понравилась. За ней следует другая, та, что появилась в его плейлисте только вчера. Он слушает ее, все еще закрыв глаза, а затем слабая улыбка расцвела на обветренных губах, когда заиграла гитара. Интересно, если бы девушка в вишневом пальто послушала эту песню, она смогла бы понять, почему та так понравилась Тэхену? — Мне безумно понравилась партия гитары. — говорит он еле слышно, словно она может его услышать, словно у нее на самом деле появился такой вопрос. Новая песня сменила ту, где так красиво играла гитара, а на ноты красивой мелодии голос Тэхена лег бы слишком идеально, так что он, даже находясь в автобусе, начал подпевать голосу с аудиозаписи, пусть и делал это в своей голове, лишь шевеля немного губами. Никто его не слышал, в автобусе было и правда очень мало людей, и все они были чем-то очень заняты. Никому не было дела до Тэхена, и его разговоров с самим собой или беззвучного пения. Так что он мог просто продолжить смотреть в окно, слушая музыку на своем телефоне. Но водитель автобуса, изредка бросающий взгляды в зеркала заднего вида, заметил движение его губ, но в этот раз правильно счел подпеванием музыке, которую парень примерно лет двадцати двух слушал с того самого момента, как сел в автобус. Добродушный мужчина снова слабо улыбнулся, подмечая еще одного странного пассажира на борту своего автобуса. А потом его взгляд снова вернется к парню в молочного цвета свитере, к тому самому, что сел у окна рядов на шесть за спиной водителя, и тому, что снова пытается убрать длинные пряди темной челки с глаз, но, кажется, не выходит. Почему-то водителю автобуса с номером 483 еще один из его пассажиров показался странным. Он не знал, почему ему так показалось, ведь этот парень ничем не отличался, кажется, от современной молодежи, но даже в автобусе, пусть и не полном людей, он выделялся как-то. Выделялся так же, как девушка в вишневом пальто. Быть может, все дело в том, что никто из них не болтает ни с людьми вокруг, ни по телефону, не пялится в телефон на протяжении всей поездки, как обычно это делают люди, а просто смотрят в окно, погрузившись в свои мысли. – Еще один влюбленный человек решил проехаться со мной сегодня… — переводя взгляд на дорогу, улыбнулся мужчина лет пятидесяти и, включив поворотник, перестроился в правый ряд, чтобы остановиться на остановке и позволить одним пассажирам выйти, а другим подняться в салон самого обычного автобуса. Автобус снова движется вперед, а заинтересованный взгляд мужчины в возрасте, того, который не может перестать почему-то улыбаться, управляя транспортным средством, везущим людей домой или по делам, снова поднимается к зеркалу заднего вида, в этот раз мечась между двумя странными пассажирами, парнем в светлом свитере и девушкой в темном пальто. Между двумя молодыми людьми, сидящими у окна с разных сторон автобуса и, к его огромному сожалению, не на одном ряду. — Какое интересное совпадение. — вздыхает он, возвращая все свое внимание на дорогу, но перед этим снова хмыкает, от чего-то чувствуя себя лучше. Самый обычный автобус не спеша следовал своему маршруту, изредка останавливаясь на остановках, где сходили одни пассажиры и заходили другие. Обычно этим маршрутом пользовалось очень много людей, но сегодня автобус был наполовину пуст, что очень удивляло водителя. В самый обычный день этот автобус пользуется огромным спросом, он битком набит, а сегодня, почему-то, даже сидения пустуют. Что же сегодня не так? На одном из сидений полупустого автобуса, на том, что крайнее к окну со стороны дверей, упершись головой в стекло, сидела девушка в вишневого цвета пальто, того самого, чьи карманы не греют холодных рук. На еще одном из сидений полупустого автобуса, на том, что крайнее к окну со стороны водителя, упершись головой в стекло, сидел парень в бежевом свитере, в том самом, что ему безумно шел. Может показаться, что их взгляды, направленные прочь из автобуса, бездумные и даже какие-то пустые, что эти люди целиком и полностью поглощены музыкой, струящейся по проводам черных и белых наушников и затекающей в маленькие ушки и уши самого обычного размера. Но на самом деле, девушка и парень думали о многих вещах в этот самый момент. Она думала о парне, который живет в ее голове, он думал о девушке, которая обитала в его голове, и оба старались вспомнить каждую мельчайшую деталь… все. Пытались обдумать все, что знают друг о друге, знают о том, кого никогда не встречали, о ком ничего не слышали, чей запах не ощущали. О том, чьей кожи не касались, и чей прекрасный голос ни разу не касался их слуха. Каждый из них думал о том, кто может и вовсе не существовать в этом мире. О том, кто ни разу не снился, но о ком каждый из них знал намного больше, чем кто-то из самых близких друзей. Хотя у нее их почти нет, а у него их целое множество… Они знали намного больше, чем должны были знать. Но… Она его не знает. Он ее тоже. Просто он не покидает ее мыслей, а она не выходит из его головы. Вряд ли они виделись секунду или даже долю секунды. Взгляды не пересекались случайно, даже в отражении блестящих витрин или окон, а плечи не соприкасались в метро. Она не слышала, как он поднимает трубку, а он не слышал ее голос, когда она болтала с подругой. Он не пользуется ее автобусом, а она не знает, что существует номер того автобуса, маршрутом которого пользуется он. Они не посещали одно кафе, не ходили в одну школу и не учились на одном факультете университета. Он и она не живут в одном доме, не пользуются одним лифтом, и он никогда не придерживал для нее дверь, а она ни разу не окликнула его, заметив, что на одном из туфель или кроссовок развязался шнурок. Они никогда не встречались, да и не могли они встретиться, с чего бы им? Она любит сладкий чай, а он пьет горький кофе, она читает книги, а он обожает смотреть фильмы… Есть множество вещей, в которых они отличаются друг от друга. Нет. Они отличаются во всем. У них нет ничего общего, вообще. В мире еще не существовало двух настолько разных людей, как эти двое: парень в бежевом свитере и девушка в бардовом пальто. Они никогда не встречались, ни разу. Двое безумно отличающихся друг от друга людей, тех, что сидят у разных окон одного автобуса, и из наушников которых прямо сейчас льется одна песня, тех, что так одинаково упираются головой в прохладное стекло и смотрят прочь из автобуса, в котором сегодня необычно мало людей. Двое странных людей, парень и девушка, он и она… Она села в этот автобус по ошибке, слишком глубоко погрузившись в свои мысли. Даже сейчас незнакомый пейзаж за окном не кажется ей странным и не наталкивает на мысли, что она едет совсем не туда, куда ей нужно, или куда она собиралась. Он сел в этот автобус, потому что ему просто захотелось. Что-то тянуло его именно в этот автобус, поэтому он ускорил шаг до бега, заметив, что последний пассажир заходит внутрь. Тэхен часто делал странные вещи, которые не мог объяснить даже себе. Например, просто садился в первый попавшийся автобус, прихватив с собой только телефон с наушниками и новую книгу. Единственную, что он когда-либо покупал. Автобус, тот, что сегодня был по странному пуст, вез двоих людей, которые никогда не встречались, но больше всего на свете мечтали о встрече. Нет… больше всего на свете она мечтала о том, чтобы он существовал в этом мире. Больше всего на свете он мечтал только о том, чтобы она не была его выдумкой. Сегодня что-то странное случилось, именно поэтому так мало людей воспользовалось этим, самым обычным автобусом 483 маршрута. Здесь, совсем рядом друг к другу оказались такие разные люди, люди, которые живут в мыслях друг друга уже очень долгое время… Он пахнет ванилью, а она весной. Ему очень идет бежевый свитер, тот самый, что он надел сегодня, выходя из дома, а карманы ее пальто не греют замерзшие пальцы… Хотя… откуда им знать об этом?