Тяжелые будни магистра тайной ложи

«Кроме совсем плохих новостей было и несколько хороших: Лаура де Виллер, одна из многих моих кузин родила сына — Гидеона — ему было суждено занять почетное место в Замке Времен. Это Алмаз, одиннадцатый из путешественников во времени. Кузина в тот час же возвысилась над остальными, а у меня было время подумать о Ложе. Она легко возвышает нужных людей, но остальных растаптывает, как букашек. Не окажусь ли я когда-нибудь на месте этой букашки? Но сейчас не время об этом думать: Лауру возвысили, а это значит, что и маленького Гидеона, и всю семью де Виллеров. Жаль, отца это уже не вернет, как и не вернет рассудок матери. Но разве можно сомневаться в Ложе? Нет, конечно, нет. А также я хочу тут записать пророчество о своем племяннике, рожденного семнадцатого января девяносто второго года, в надежде разобраться с ним: Одиннадцатый в кругу времен, Усиление и защита, В холодном январе рожден, Силой Льва он наделен. Ворон — его судьба, Если сбудется, то навсегда. Вторая более-менее хорошая новость в том, что в апреле в первый раз прыгнет во Времени Люси Монтроуз, племянница Грейс и внучка нашего верховного магистра. О ней тоже есть пророчество, но я смог увидеть только кусок. С ним тоже нужно бы разобраться, вдруг там есть какие-то тайные знаки, которые мы попросту не увидели? Оставляю и его тут, для наглядности: Величайшая похитительница времен, В ее глазах прячется истина. Несет мир и дарит счастье, Верная защитница. Сомнения насчет графа начинают терзать меня все больше и больше. Возможно, все Хранители ошибаются и Граф не такой хороший? Но даже за такие мысли мне положено наказание, поэтому я сохраню эти мысли в тайне.» — из дневников Фалька де Виллера, 20 января 1992 года.       Девяносто первый год оказался очень трудным для всех: умер один из руководителей Ложи, точнее, Верховный Магистр. Были пышные похороны, долгое прощание с этим великим человеком. Ложа почти в полном составе собралась почтить его память. На похоронах были и великие политики, и ученые, и светила медицины, и банкиры, и спортсмены. Казалось, что люди Ложи есть буквально во всех отраслях экономики Соединенного Королевства. Ложа наращивала свое влияние многие столетия, но Фальк даже не представлял, что так много людей находится в ее рядах. И все они нашли время, чтобы почтить память Магистра. Для Фалька это было чем-то фантастическим, нереальным. Но, как потом оказалось, все эти известные люди прибыли не на похороны Магистра, а на выборы. Теперь в их руках была чья-то судьба. Они должны были провозгласить нового Магистра. Вся Ложа, все Хранители были задействованы, и даже Фалька вовлекли в этот фарс: он должен был застегнуть ритуальное ожерелье на шее нового Магистра. Ну, и, разумеется, проговорить ритуальную фразу, присягая на верность. Все они должны были присягнуть на верность новому Магистру. Будто бы эта верность смогла бы уберечь руководителя от коварного яда, подлитого его же верными друзьями.       На следующий день были объявлены имена претендентов на должность Магистра. К большому удивлению Фалька, там оказалось и имя Лукаса Монтроуза. Честно говоря, мужчина не думал, что отец Грейс сможет победить, слишком много было известных и влиятельных соперников. Но, к удивлению многих, он смог это сделать. И Фальк застегнул на его шее ритуальное ожерелье и первым проговорил заученную фразу: «Момент определяет вечность!». С этими словами каждый Магистр вступал в должность и покидал ее. А потом были формальные важные мелочи — балы, приемы, фуршеты, но это совсем не запомнилось Фальку. Эти официальные действия были лишь приложением к одному основному решению. Но все же они длились почти неделю, давая привыкнуть всем к переменам и осознать то, что прямо сейчас начинается новая эра в жизни Ложи.       «Момент определяет вечность». — тот, кто придумал эту фразу был чертовски прав: Лукас Монтроуз, едва приступив к своим прямим обязательствам, начал все менять. Нет, о масштабных изменениях никогда не шлось, но мелочи решают все. Несколько послаблений Кодекса, немного легче перейти от послушника до служителя. Но, пожалуй, это ничего кардинально не изменило в структуре Ложи. Как правили Ложей двенадцать магистров и тринадцатый — Верховный, так и правят; сохранилась проходная ступень между магистрами и адептами: не магистры (они выбираются раз в жизни), но уже и не адепты, их часто называют «Цвет Ложи» потому что это политики, ученые, которые состоят в Ложе, но она им не интересна. Осталась и степень адепта, которая делится на три части: адепт первой степени (послушник), адепт второй степени (служитель) и адепт третей степени (собственно, сам адепт). Фальк сейчас был адептом второй степени, но у него было намного больше привилегий: он сопровождал путешественника во времени к хронографу, имел доступ до архивов, его привечал Верховный магистр. Эти привилегии стоили многого, но они не особо прельщали Фалька: ему хотелось большего. Например, он хотел войти к аналитикам, дешифровать послания Графа и раскладывать по полочкам пророчества о путешественниках. Но приходилось довольствоваться тем, что есть. Хотя, в своих тайных, самых тайных мечтах Фальк думал о месте Верховного Магистра.       Девяносто второй год оказался трудным лично для Фалька. Его сестрица Лаура решила построить свою судьбу далеко за пределами Соединенного королевства, а если быть более точным — в солнечной Франции. А своего сынишку, Гидеона, она не могла взять с собой: он бы точно помешал ей строить свою жизнь, да и Ложа наложила строжайший запрет на вывоз Алмаза из страны. И именно поэтому решила оставить его на попечение дяди, то есть Фалька. «Ты же меня понимаешь, я не могу долго оставаться одна. А ты ответственный, тем более работаешь в Ложе, которой так нужен мой сын. Ну присмотри, пожалуйста!» Разве Фальк мог бросить своего маленького племянника? Разумеется, нет. После всего того, что случилось с его семьей он просто не смог бы бросить маленького племянника на попечение судьбы. Так он успел в двадцать лет обзавестись ребенком, за которым нужно было смотреть. Нет, конечно, он нанял няню, но теперь начал меньше работать или забирать работу домой. Фальк считал, что мальчику будет трудно без чьей-то любви и поэтому посвящал маленькому Гидеону все свое свободное время. Иногда, когда стояла удивительно хорошая погода, Фальк выбирался погулять в парке с мальчишкой. Ему очень нравился этот отдых — просто наслаждаться шумом парка, сидеть на лавочках, улыбаться своим мыслям. В такие моменты Фальку казалось, что все снова хорошо, что он может поверить в что-то хорошее.       Кстати, он так однажды встретил Грейс, гуляющую вместе со своей племянницей Люси. Они, разумеется, не знали об опеке, но все же вежливо поздоровались и прошли мимо. На секунду Фальку показалось, что он заметил потухшие глаза Грейс, но он быстро отогнал от себя эту мысль: у Грейс же есть этот Николас Шеферд, о чем ей грустить? Явно не о том, что Фальк смог найти свое счастье в какой-то эфемерной женщине и маленьком сынишке. Фальк думал, что Грейс давно уж позабыла о их школьном романе, да и нашла своего человечка в лице Николаса Шеферда. Но все это очень быстро забылось, пролетело как сон. Было слишком много дел, да и Гидеон требовал немало внимания. Мальчику было только несколько месяцев, когда в Ложе начались различные движения, приготовления к первому прыжку во времени Люси Монтроуз. Хранители примерно знали, что «это» может случится между шестнадцатым и семнадцатым годами жизни путешественника во времени. В Архивах могло быть больше информации, но никто не заморачивался, не искал. А зачем? У путешественников не было цели, не было никакого стимула. Они просто мотались во времени туда-сюда, не нарушая течения времени. Это было слишком странно для Фалька. Ведь не могли все путешественники во времени быть «награждены» такой сомнительной способностью просто для того, чтобы было. Сейчас они все передавали послания Графу, но раньше то что делали? Этот вопрос настолько волновал де Виллера, что он даже решил покопаться в архивах, чтобы отыскать настоящую цель путешественников. В каком-то давнем трактате было рассказано, что каждый из путешественников во времени должен исполнить свою миссию, зашифрованную в пророчествах. Но узнать эту миссию не было возможно, ведь большинство пророчеств затеряны еще во времена Графа. Впрочем, с этим можно было разобраться позже, сейчас на очереди было очередное крайне важное событие — прыжок во времени Люси Монтроуз.       День рождения Люси был восемнадцатого апреля, так что было ещё время подготовится. Как раз за день до этого Гидеону исполнится три месяца. Как оказалось, быть «примерным отцом» было приятно. Честно говоря, Фальк успел привязаться к мальчишке. Временами было трудно, но до всего можно привыкнуть. Этот маленький проказник с необычными синими глазками очень умилял всех женщин, да и самого Фалька тоже. Он уже привык возиться с племянником, и даже остановил свое столь стремительное погружение в работу — Фальку хотелось больше времени проводить с маленьким Гидеоном.       Все приближался день рождения Люси и поэтому Фальк задумался о такой большой семье Монтроузов. Монтроузы-Монтроузы… С ними было очень сложно: Лукас благоволил Фальку и даже прислал приглашение на день рождение внучки (с этим было не меньше проблем, но с ними ещё предстояло разобраться.), леди Ариста и ее старшие дети были неоднозначными, но Фальк с ними почти не общался, Грейс же… С ней было очень сложно, просто необычайно сложно. Впрочем, с днем рождения Люси было просто — стоило пойти, по крайней мере приглядеть за ней, не случится ли случайно прыжка во времени. Надо же доложить в Ложу, хотя и без Фалька найдется с десяток наблюдателей.       Так что вечером восемнадцатого апреля Фальк, немного помятый после бессонной ночи и утренней смены, но все же при полном параде вызвал такси к дому Монтроузов. Издалека была слышна классическая музыка, горел яркий свет. А гости, гости же только начинали прибывать. Леди Ариста устроила необычайно большой прием, ведь ее старшей внучке исполнилось шестнадцать, можно сказать, что девочка уже совсем взрослая. — Добро пожаловать! — сама именинница встречала гостей у двери. За ее спиной стояла Грейс — нарядная и красивая Грейс — она счастливо улыбалась, переговариваясь с своим однокурсником, Николасом Шефердом. — О, Фальк, какая приятная неожиданность!       Люси мило улыбалась, но не совсем не выглядела удивленной. Ну и правильно, логично, что она видела список приглашенных. Но Грейс в миг помрачнела. Она ведь тоже должна была знать кто приглашен. Или же она просто не ожидала, что Фальк воспользуется приглашением? — С днем рождения, Люси. — улыбнулся Фальк, протягивая подарок. — О, нет-нет, — Люси отмахнулась, — Спасибо за подарок, но его нужно отнести к прочим. Грейс, проводи Фалька, пожалуйста. Увидимся на приеме.       Счастливая улыбка Грейс, счастливая улыбка Люси — этот момент фокусируется в памяти Фалька. Таких солнечных улыбок он не видел давно. — Сюда, Фальк. — улыбка мигом слетает с губ Грейс, превращая ее в безмолвную статую — В эту комнату.       Комната, полностью заставленная подарками. Ну да, а чего можно было ещё ожидать? Люси — любимица многих. После Грейс указала как добраться до бального зала, будто бы Фальк впервые в доме Монтроузов. Но все мысли выветрились когда начался прием, вполне ожидаемо начался — с застолья. Здесь было много людей — знакомых и не очень, но все они сейчас пили за здоровье Люси, веселясь и празднуя. И все было бы хорошо, если бы не голубая вспышка — первый прыжок во времени. Совсем неконтролируемый прыжок. «Черт!» — мысленно чертыхнулся Фальк и призвал все свое терпение. Лукас Монтроуз это заметил. Но решил, видимо, что не стоит прерывать торжество. Люси в скором времени возвратится. В конце то концов — ее всю жизнь учили этому — как не растеряться в прошлом. А сейчас просто нужно было увести всю эту толпу людей отсюда. — А сейчас танцы. — провозгласил Лукас и первым пошел в бальный зал со своей женой. — Леди Ариста, позвольте пригласить вас на танец.       Женщина изящно подала ему руку и позволила закружить ее в танце. Несколько пар присоединились к ним. Грейс одиноко стояла возле стены — ее ухажеру пришлось уйти пораньше. И Фальк принял решение. Мгновенное и такое, о котором он совершенно точно мог пожалеть. — Грейс, позволь пригласить тебя на танец. — девушка мгновенно прогнала скуку и улыбнулась. — Да, конечно. — она подала руку и позволила на секунду забыться в танце, — Что случилось с Люси? — Люси? — притворное удивление, — А что с Люси? — Фальк, я не дура. — это совершенно точно факт. — Я видела ту голубую вспышку. — Я не могу тебе все рассказать. — раз-два-три, поворот, — Твой отец знает лучше. — Он мне ничего не расскажет. — Грейс спокойно констатировала факт, кружась в руках Фалька.       Музыка резко прервалась, а взгляд Фалька остановился на вошедшей в зал Люси. Она была явно напугана и, кажется, платье, которое было на ней, немного порвалось. Лукас поспешил к ней. Грейс, все ещё оставаясь в объятиях Фалька, тоже дернулась в сторону двери. Де Виллеру тоже было интересно, поэтому он тоже поспешил туда. — Дедушка, — Люси уже рыдала в объятиях Лукаса, — Я не хочу всего этого. Почему я? — Люси-Люси, — он баюкал ее, как маленького ребенка, — Все будет хорошо.       Все присутствующие явно понимали, что ничто хорошо не будет. Но, разумеется, продолжали в это верить. Грейс же совсем беспомощно оглядывалась вокруг. Она не понимала, что творится. — Люси сейчас стоит поспать, — подал голос Фальк, — А завтра утром, в Ложе, все можно будет выяснить на свежую голову. — Да, ты прав. — кивнул Лукас, уводя внучку. — Увидимся завтра.       Фальк кивнул и хотел было пойти, оставить семью Монтроузов утешать свою внучку, но тут вмешалась леди Ариста: — Грейс, проводи нашего гостя, а я займусь остальными. — Грейс покорно кивнула и совсем не изящно потянула Фалька за рукав. Мужчина же покорно последовал за ней, не обронив ни слова. До двери они шли молча, совсем не переговариваясь. Но только возле двери Фальк решился на шаг, о котором совершенно точно пожалеет: — Грейс, — он улыбнулся, правда, несколько грустно — Если ты правда хочешь узнать что-то о Люси и тайнах вашей семьи, то приходи, скажем, завтра, ко мне. Я все расскажу. Только предупреди заранее, у меня могут быть некие… непредвиденные обстоятельства. — Я приду. — кивнула девушка, заранее соглашаясь на любое время, только бы побольше узнать о семейном секрете. — Увидимся завтра. — До завтра, милая Грейс. — попрощался уже с закрытой дверью Фальк.       А завтра утром Фальк проснулся от надрывного плача малыша Гидеона и спешно отменял все планы, и звонил в Ложу, выбивая себе несколько выходных деньков. Пусть и со скрипом, но Фальку удалось выбить эти выходные. Гидеон, удобно устроившийся на руках Фалька, все никак не переставал плакать. Врач, вызванный на дом, подтвердил все опасения - у малыша начались колики, что было вполне естественным для его возраста. Фальк получил бумажку с рекомендациями, в которой было указано только два средства - сменить кормление Гидеона, да и просто наблюдать за малышом. Фальк немедля приступил к ревизии всех шкафчиков на кухне и выбрасыванию разных смесей. В таком состоянии его и застиг телефонный звонок. — Алло, Фальк? — в трубке зазвучал нежный голос Грейс, — Привет, можно к тебе заглянуть? — Да, конечно, — кивнул Фальк, хоть Грейс и не смогла бы этого увидеть. — Заглядывай через полчаса, я буду дома. — Хорошо. До встречи! — Фальку показалось, что голос Грейс как-то будто бы потеплел. Но ему сейчас было совсем не до Грейс, ведь Гидеон немного затих, боли прошли, а это значит, что можно попытаться уложить его немного подремать. Как раз появится свободное время для разговора с Грейс.       Гидеон никак не хотел укладываться, даже после колыбельной, поэтому когда раздался звонок в дверь, Фальк пошел открывать с Гидеоном на руках. В глазке четко была видна рыжая шевелюра Грейс, и Фальк тянет за ручку двери, распахивая ее перед девушкой. Гидеон замирает и с интересом рассматривает незнакомую тетеньку. — Проходи, Грейс. — Фальк отошел с ее пути, пропуская девушку в квартиру. — Прости уж, не смогу сегодня побыть джентльменом и помочь тебе с пальто, Гидеон приболел. — Та ничего, — мягко улыбается Грейс. Фальк уже почти забыл, какая у нее прекрасная улыбка. — Это твой сынишка? — Нет, племянник, — быстро объясняется мужчина. — Сын Лауры. — А Лаура же заграницей... — тихо заметила Грейс, снимая пальто. — Он под твоей опекой? — Да. — кивнул Фальк, показывая рукой где можно оставить пальто. — Проходи на кухню, ты же помнишь, где кухня?       Грейс кивнула и проследовала узким коридором на кухню, по пути отмечая, как изменилась квартира за те два с половиной года, когда девушка была здесь в последний раз. Жилище стало более уютным и каким-то домашним что-ли. Теперь не было ни одного сомнения, что тут и правда кто-то живет. Фальк же поспешил в кабинет, забрать свои короткие записи, чтобы его слова не выглядели пустыми без весомых материальных доказательств. Когда он пришел на кухню, то заметил Грейс, что тихо рассматривала картины, что висели над столом. — Садись, чего стоишь? — он протянул Грейс заметки. — Вот, тут короткая информация, я сейчас все более подробно объясню. Будешь чай? — Ага, — Грейс кивнула и с интересом закопалась в заметки, с трудом разбираясь в тех закорючках, что Фальк называл буквами.       Фальк же, баюкая на руках Гидеона, поставил чайник на огонь. Малыш причмокивал губами, засыпая. Он все же вымотался за утро, и ему тоже нужен был отдых. Фальк отнес племянника в комнату и осторожно переложил в колыбель, надеясь, что малыш проспит хотя бы часок, чтобы они с Грейс успели нормально поговорить.       А на кухне свистел чайник, намекая, что пора уже залить кипяток в чашки и насладиться сполна вкусным чаем. Грейс оторвалась от заметок, чтобы залить чай - ведь свист чайника мог разбудить маленького Гидеона. На кухню зашел Фальк, готов объяснять и отвечать на все вопросы. — Бери чай. — Грейс указала на чашки. — И рассказывай. — Что именно тебя интересует? — уточнил Фальк, отпивая немного чая. — Почему Люси вчера пропала прямо посреди приема? — начала перечислять вопросы Грейс, — Почему мне об этом не говорят? И как с этим связан ты и вся твоя семья?       Фальк тяжело вздохнул. Вроде бы общие вопросы, но как же тяжело будет сформулировать ответы. — Начнем сначала: есть два рода, де Виллеры и Монтроузы, в них по мужской и женской линии передается ген путешественников во времени. Твоя Люси путешественница во времени, десятая в Кругу Времени. Мой брат, Пол - девятый в том же кругу, мой племянник Гидеон - одиннадцатый. А в твоей семье должна родиться еще одна девочка, последняя и двенадцатая из Круга Времен. — начал медленно объяснять Фальк. — А лично я связан тем, что состою в Ложе Хранителей. — Ты пытаешься убедить меня в том, что Люси путешествует во времени?.. — после некоторой паузы переспросила Грейс. — И твой брат тоже? — Да. — кивнул Фальк. — Ты можешь сама спросить ее. — А что это за Ложа Хранителей? — у Грейс буквально шла кругом голова, но она была намерена выяснить все, что возможно. — Они должны оберегать путешественников во всех временах и эпохах. — пожал плечами Фальк и отпил еще чая. — И следить за так называемой машиной времени, хронографом.       Тут из комнаты раздался плач Гидеона и Фальк быстрым шагом поспешил к племяннику, оставляя Грейс наедине со своими мыслями. Когда он возвратился уже вместе с Гидеоном, Грейс спешно начала собираться домой, причитая о том, что ей стоит подумать. Фальк не стал ее останавливать, ведь никакие слова ее сейчас не остановят. Грейс правда надо подумать и забыть эту тайну, ведь ей никто не поверит.