Любовь в готических стенах

— Мисселина Уилсон*, — раздался голос на сцене.       Я ослабила крепкую хватку, наконец, освободив ладонь Ребекки, дрожащими пальцами взяла сумочку и на ватных от волнения ногах поднялась на сцену.       Я, выдавив улыбку, протянула руки к документу об окончании школы ангелов и демонов. Поцеловав меня в щеку, директриса с сияющей улыбкой вручила мне заветный аттестат. Мучительные годы учёбы подошли к концу.       Я встала в ряды выпускников рядом с Беллой. Она приветливо улыбнулась мне, одними губами сказав «ты молодец». Я прошептала ей то же самое.       Когда награждение закончилось, мы отправились прогуляться, поесть мороженое, как в старые добрые времена, а то скоро будет выпускной и нажремся как не в себя.       Так и было. Все нажрались, как не в себя, и я в том числе. Все танцевали, роняли декор, рвали гирлянды, лопали шары и били посуду. Я не расходилась до такой степени, но была среди тех, кто напился. К моему удивлению, ко мне подошла Беатрис. Какую гадость она хочет сказать мне в этот раз? — Привет, — спокойно произнесла демон. — Привет? — неловко ответила я. — Пока я пьяная, хочу воспользоваться моментом. Ты вряд ли поверишь, и на завтрашнее утро уже забудешь, да и в принципе я права не имею такого говорить, ведь ты с Геральдом. — Так… ничего не понимаю, но ты звучишь по-доброму. Может, тебе стоит почаще выпивать? — так же неловко произнесла я.       Она лишь усмехнулась в ответ. — Ты очень милая, Мисселина. Мне нравятся твои глаза. И у тебя привлекательная улыбка. Ещё ты хорошо смотришься в купальнике, — на одном выдохе сказала брюнетка, растягивая лишь мое имя, — и характер у тебя приятный… В общем, я правда жалею, что угробила отношения с тобой в школе из-за того, что не знала, на какой тележке к тебе подъехать. — Считай, что мы друзья, — просто ответила я, — забудем все, что было до этого, — я выдавила улыбку. Беатрис благодарно кивнула, но с печальной улыбкой.       Я внимательно смотрела на неё около минуты, но дальше она молчала, а потом и вовсе отвернулась. Я последовала её примеру. Единственное, меня смутил шёпот неподалеку от меня, будто кто-то признаётся мне в любви. Видимо, я и впрямь перебрала. Если бы я только знала, что Беатрис тогда даже не притронулась к алкоголю.       

***

*       Ещё один очень важный день. Мои последние соревнования по волейболу, которые, к счастью, закончились успехом. Уже после пяти минут возвращения к друзьям меня засыпали комплиментами и поздравлениями, несмотря на то, что у меня не было одной из ведущей ролей в этой игре.       Но, как и другие участницы команды, я была безмерно счастлива и гордилась успехом, заработанным нашим общим трудом, а потому не чувствовала себя неудобно, когда получала приятные слова. Наша компания объединилась с компанией демонов и теперь мы везде ходим вместе. Как раз недавно у демонов были соревнования по плаванию, которые тоже закончились удачей, хотя это совершенно неудивительно — они каждый раз доказывали, что лучшие и, в отличии от других спортивных команд, могут запомниться надолго как самый лучший сбор по плаванию за все времена.       Мы все приняли решение, что после соревнований по волейболу мы соберёмся и дружно проводим последние соревнования касательно спорта для нас всех. Мне было приятно, что друзья очень сильно переживали всё то время, что длилось соревнование: по поводу того, как отыграется наша команда, однако, по их же словам, даже если бы мы проиграли — мы все равно были бесподобны, и мне хочется им верить. И всё же я уверена, что залог нашей победы — вера наших друзей в неё и то, как они поддерживали нас до, на и после многочисленных тренировок.       Уже в кафе мы взяли кучу лёгких напитков, спиртного и наивкуснейшей еды. Развалившись на диванчиках, обнимаясь друг с другом и перебрасываясь воспоминаниями, мы прекрасно проводили время. Внезапно я почувствовала, как Геральд приблизился к моему уху, видимо, хочет что-то сказать, только чтобы никто не услышал, поэтому я тоже придвинулась поближе, чтобы лучше расслышать. — Давай сбежим отсюда. — Что? Но как же… — Другого такого дня уже не будет, — перебив меня, с серьёзным выражением лица, но ласковым тоном, сказал брюнет.       Я вздохнула. Как ему можно отказывать?       Голубоглазый, конечно же, долго не заставил себя ждать, взяв мою руку и кинув ребятам, что нам пора идти, а потом, когда мы со всеми попрощались, утащил меня подальше не только от кафе, но и от всей городской толпы. — Куда ты меня тащишь? — В мое любимое место, — просияв, улыбнулся Геральд. Я улыбнулась в ответ.       

***

      Около часа мы с ней сидели и обсуждали всё на свете. На удивление, она спокойно приняла то, что мы в моём старом доме, том доме, где я жил до того, как развелись мои родители. Поедая пиццу, она вечно пачкалась, поэтому мы часто целовались, так как я слизывал крошки на уголках её губ и кончиках пальцев.       Внезапно для меня, Мисселина притянула меня за воротник толстовки, цепляясь за него лишь мизинцем, при этом хитро смотря на меня, а потому задержав на ней свой бесстыдный и восхищённый взгляд. Мы легли на пол, я навис над ней. Она снова очаровательно улыбнулась.       Что же ты со мной делаешь, Мисселина? Что ты творишь со мной с того дня, как я встретил тебя? Зачем ты всегда кидаешь взгляды в мою сторону, чтобы это увидели все, ведь я никогда не могу сдержаться, чтобы не любоваться твоими сияющими голубыми глазами, если ты и так знаешь, что я твой? Почему ты специально надеваешь мои толстовки или ту одежду, которую я дарил тебе? Или, например, то платье, которое я подарил тебе на твой день рождения? Тот день, который ты впервые праздновала без Ребекки, ты решила провести со мной… Такой важный день… И со мной. Почему? Почему именно я? Вокруг столько классных демонов и ангелов, а ты смотришь только на меня. Чем я так запал тебе в душу, Мисселина? Почему? — Почему… — прошептал я, пока она проводила пальцами по моим губам, — почему ты любишь меня, Мисси?       Она спокойно задержала взгляд на моих губах, а через несколько секунд, быстро метнув его на мои глаза, ответила: — Невозможно любить за что-то. Любовь — это бескорыстное чувство. Ты любишь кого-то просто за то, что он есть. И, видимо, сами небеса решили, что мой выбор падёт на тебя, — хихикнув, сказала блондинка, — я не знаю, как объяснить это иначе?       Я улыбнулся. А в следующий миг, подхватив её за бедра, перетащил на кровать и, схватившись за талию, провел дорожку поцелуев от ключиц до шеи, параллельно оголяя грудь, стремясь к её губам. — Какой ты нетерпеливый, — в очередной раз хихикнула голубоглазая. — Это мы уже проходили, и ничего нового для меня там нет, — продолжая дразняще медленно её раздевать, ответил я.       Но к тому, что она прикоснется к зоне моего паха, я никак не был готов. — Миссе… лина, — рвано выдохнул я, пока она поглаживала мой член, уже собираясь забраться в мои трусы, — не делай вид, словно хочешь отсосать мне, я же знаю, чего ты хочешь на самом деле. И, если быть честным, я бы не советовал. — Мы встречаемся уже около двух лет, почему нельзя? — сказала она. — По-хорошему, нужно после свадьбы. — Какой ты ску-у-учный, — протянула блондинка, хныкая.       Мы лежали в такой позе около пяти минут, пока она поглаживала меня, а потом я сорвался и вцепился в неё, начиная снова целовать. Изредка я покусывал её губы, как бы предупреждая, что на время прерываю поцелуй, и тут же оставлял влажный след на шее, ключицах, плечах, а иногда и проводил языком между грудями.       Снова возвращаясь к губам, я посасывал её верхнюю губу, проводил языком по нижней и, зарываясь языком в рот, исследовал ряд зубов. Иногда она пыталась перехватить инициативу, начиная кусать мои губы, но я кусался в ответ и она, смеясь мне прямо в губы, сдавалась.       В конце концов я все-таки прислушался к её мольбам и коснулся внутренней стороны бедра. Она ойкнула от неожиданности.       Стягивая трусики и надавливая на её влагалище, я прошептал ей прямо в ушко: — Вот так?..       Она еле заметно кивнула, с трудом пытаясь набрать воздух. Я победно улыбнулся.       Проталкивая пальцы все глубже, я прислушивался к её легким постанываниям, которые так же становились все громче. И когда она почти вскрикнула, я, заткнув её рот поцелуем, после тут же коснулся внутренней стороны её бедра. Она судорожно выдохнула. — Хватит… меня мучать…       Я лишь коварно улыбнулся, продолжая сладкое занятие. Длилось оно недолго, учитывая то, как быстро она излилась уже прямо на мои пальцы, когда я оторвался языком. Недовольно цокнув, я собрал на кончик пальца немного жидкости, вытекшей из неё. Оказавшись перед ней лицом, я дразняще облизнул палец, смотря на то, как она краснеет. — Ведущий здесь я, — стараясь сказать это властно, я приоткрыл пальцами её рот, заставляя облизать эту самую жидкость на моем пальце.       Любуясь видом, представшим предо мной, я тихо, но нежно произнес: — Я предлагаю выйти на новый уровень… Но ты уверена, что ты готова?.. Сейчас? Со мной? Ты точно хочешь этого? — Ну все, ну все, — рвано засмеялась она, — сначала был таким самцом, — протянула она, снова проводя большим пальцем по моей нижней губе, — но мне нравится, что ты так заботишься обо мне. Ревновал бы ещё так же, да ты, хитрюга, знаешь, что я никого к себе не подпускаю. — Ты правда так считаешь? — сказал я, чмокнув её в губы. Она засмеялась, но тут же притихла, когда почувствовала, как я потёрся оголенным членом о её пах. Вновь рвано выдохнув, она уверенно произнесла: — Я готова. — Скажи это, — улыбаясь, я потерся носом о её ухо.       Она смутилась, но все же прошептала заветную фразу. — Возьми меня. Стал ли я медлить? Чуть-чуть.       

***

      Касаясь карандашом холста, я напевала под губы французскую песенку, смотря на того, чей портрет рисую. — Когда ты бегала в коротких шортиках и футболке по волейбольному полю, мне нравилось больше, — сказал Геральд, смотря на меня, — и что же ты, всё-таки, делаешь?       Я лишь улыбнулась, откладывая принадлежности для рисования и пододвинулась ближе, ложась на его плечо. — Что ты будешь делать дальше? — Останусь в школе. Буду учителем. — Не любишь весь этот честолюбивый народ?       Он внимательно смотрел на меня какое-то время, а потом искренне и нежно улыбнулся. — Да. — Хей, ребята, — к нам по очереди начали подходить ребята из компании, — сейчас быстро перекусим на пикнике, а потом бегом на последний бал! — сказала Белла, которая была громче всех.       Мы кивнули, подвинувшись, чтобы освободить место ребятам.       На этом пикнике мы, конечно, не обошлись без пары бутылок, но пьяны не были, лишь набили пузо до невозможности.       Уже заходя в зал, где должен был состояться последний бал, я посмотрела на Геральда снизу вверх, когда он сплёл наши пальцы.       Он улыбнулся, смотря на меня. В этот раз я всё же воспользовалась своей способностью читать мысли тогда, когда я захочу.       «Я влюбился в тебя тогда, когда ты взглянула на меня, но тогда я этого не понимал. Я понял это на пляже, когда ты искренне смеялась и веселилась с друзьями. Твои волосы запутались на ветру, в нос попала солёная вода и ты вечно старалась тихо чихнуть, а глаза слипались из-за воды, но своим ртом ты улыбалась. Ты старалась улыбаться даже тогда, когда Ева умерла, чтобы поддержать остальных. Ты всегда улыбалась. Именно поэтому я и влюбился в тебя, в твою улыбку, в твой позитив, в то, как ты сияешь… Особенно, рядом со мной. Ты пахнешь персиками, а когда целуешь тебя, чувствуешь кислый привкус, хотя я так и не понял, что это. Но этот вкус невозможно забыть. Почему, не знаю. Твои глаза мило сужаются, когда ты смеёшься или морщишься. Всё равно мило. В общем, я знал, что ты захочешь прочитать мои мысли.       Если ты мой допросчик, то тогда это — мое чистосердечное признание.       Я люблю тебя, Мисселина. Очень люблю».       Смахнув скупую слезу и взяв его за руку, я смело пересекла порог зала в последний раз.       

***

      Кто их знает, может, между уроками, пока не замечают ученики, молодые учителя целуются посреди узких коридоров школы, не забывая о той истории, что вспыхнула между ними, когда их только-только привели в эти готические стены.