Когда ты такой же, как они

      Мы ехали к дому Даниэля, и я понял, что Лекс был прав. После такого активного отдыха организм при плавном раскачивании машины начал хотеть спать, но наши планы были слишком грандиозными, чтоб позволить ему такую слабость.       ‒ Приехали, ‒ улыбается Дани, глуша машину.       Я начинаю расстёгивать ремень безопасности, и в этот момент мою голову вдруг обхватывают руками и впиваются в губы голодным поцелуем.       ‒ Думал, до дома не дотерплю, ‒ выдыхает Даниэль, залезая рукой мне под футболку.       ‒ А мы ещё не дома, ‒ серьёзно произносит Лекс, кладя руку на плечо парня. ‒ Давайте лучше зайдём вовнутрь.       Даниэль согласно кивает и нехотя отстраняется от меня. Я тоже немного разочарован, но ждать ведь осталось совсем немного, так чего расстраиваться.       ‒ Родители улетели отдыхать на Кипр, ‒ начал Даниэль, приглашая всех в дом, ‒ поэтому официально разрешаю не сдерживать ваши стоны.       ‒ Ура! Кричим сегодня до хрипоты! ‒ засмеялся Руди, забегая в комнату Дани, как в свою собственную.       ‒ Не обязательно кричать, чтоб заработать хрипоту, да, Алек? ‒ блестит своими серыми глазами Лекс через линзы очков.       Я сначала вообще не понял, к чему он клонит, но потом вдруг дошло: про минет.       ‒ Тебе виднее, о, сенсей! ‒ улыбнулся я. ‒ Но вообще-то я думал, что твоя безупречная техника убережёт меня от любых травм.       ‒ Смотря, как точно ты будешь следовать моим указаниям, ‒ немного высокомерно парировал он.       ‒ На пределе своих возможностей, ‒ искренне отвечаю я, заходя в комнату вслед за Руди. ‒ Только надеюсь, что твои указания будут совпадать с указаниями остальных сенсеев, иначе разорвётся не мой рот, а я сам.       ‒ Мы все очень постараемся, чтоб ты остался таким же целым, как изначально, ‒ пообещал идущий сзади Ник, кладя мне руки на плечи, а потом поцеловал в макушку.       Я откинул голову назад, подставляя губы для более приятного поцелуя, и Ник не заставил себя долго ждать. Он поцеловал меня нежно, обещая большее. И когда я только стал так легко воспринимать подобные вещи? И правду говорят: чудно́е существо человек, ко всему привыкает…       Вдруг дверь ванной комнаты распахивается, и оттуда выбегает абсолютно голый Руди с двумя спринцовками в руках.       ‒ А ну подставляйте попки! ‒ весело кричит он, выпуская воздух из резиновых «груш».       ‒ Лили, будешь первой? ‒ улыбается Колин, легко целуя девушку в губки.       ‒ Можешь и ты быть первым, ‒ невозмутимо пожимает плечами Лекс.       ‒ А? Я тоже? Но я сегодня не собирался…       ‒ Да какая разница собирался или нет, сегодня у нас «свободная программа», кто знает куда нас может завести наша СТРАСТЬ! ‒ усмехается Лекс и начинает ловко стягивать с себя одежду.       ‒ Блять, ‒ тихо стонет Колин, нахмурив брови, но тем не менее не сопротивляется.       Ну я легко могу его понять, клизма ‒ вещь не из приятных. Почему-то именно сейчас вспомнилось, как Даниэль говорил, что не обязательно делать клизму, но такой расклад, а точнее, возможные последствия, мне вообще казались неприемлемыми.       Удивительно, но именно сегодня, когда все попали под раздачу, получилось быстрее пройти неприятную процедуру, чем раньше. После всей толпой мылись под душем, весело смеясь и намыливая друг друга. Серьёзные приставания были отложены до кровати, хотя мне немного было жаль, ведь я впервые оказался в такой сначала неловкой, а затем очень возбуждающей ситуации.       Первым до кровати добежал Руди. Плюхнувшись на попу, он слегка подал вперёд свой стоящий в боевой готовности небольшой член и весело воскликнул:       ‒ Алька, можешь начинать учиться сосать! Я готов!       ‒ Притормози коней, ‒ усмехается Даниэль, ‒ первый свой минет МОЙ парень сделает МНЕ!       ‒ Жадина, ‒ бурчит Руди, наигранно надувая губки.       ‒ А я тоже хочу минет, ‒ шутит Лили.       ‒ Не переживай, сейчас начнёшь его делать, ‒ растягивается в кошачьей улыбке Колин, проводя по губам девушки большим пальцем.       ‒ Ты тоже, ‒ блестит глазами Ник и хватает парня за вкачанные ягодицы.       ‒ А вот это не факт.       ‒ Слышь ты, мудила, ты мне ещё за минет в машине торчишь!       ‒ Кому должен ‒ всех прощаю.       Ник, криво улыбнувшись, хмыкает, и я вижу, как он быстро переглядывается с Лили. Что это они задумали на этот раз? Но поразмышлять над этим мне не дали. Губы Даниэля завладели моими, и я поплыл.       Вдруг я чувствую на своём подбородке сильные пальцы, и меня в ту же секунду отрывают от сладкого рта Дани.       ‒ Готов к уроку? ‒ серьёзно спрашивает Лекс, глядя мне прямо в глаза.       Я киваю и тут же чувствую нервное волнение.       ‒ Хороший мальчик, ‒ ухмыляется Лекс и чмокает меня в губы. ‒ Устраивайся тогда между ног Дани поудобнее, ‒ говорит он вроде вежливо, но едва ли не приказным тоном. А затем опускается сам на край кровати следом за Даниэлем.       Руди тут же оказывается между слегка расставленных ног Лекса, пожирая взглядом его стояк, но дотронуться не решается. Я следую примеру Руди и тоже опускаюсь на колени перед Даниэлем. Мой взгляд упирается в подрагивающий от нетерпения член, и мои щёки тут же начинают гореть. И чего это я так разнервничался? Пусть я раньше никогда бы и подумать не мог, что соглашусь на подобное, но теперь-то всё иначе. К тому же я уже касался своими губами одного члена, и неважно, что он был гораздо меньше и в итоге так и не побывал в глубине моего рта.       ‒ Да не нервничай ты так, ‒ улыбается мне Даниэль, ласково проводя по моей голове рукой. Мне приятно. Того колкого ощущения, которое всплывало всякий раз при прикосновении к моей голове, больше не возникает.       Руди вдруг поворачивается ко мне и, обхватив моё лицо ладонями, целует в губы. Такие лёгкие успокаивающие поцелуи получаются только у него.       ‒ На удачу, ‒ улыбается моё рыжее солнышко, а потом переводит вопросительный взгляд на Лекса.       Тот кладёт свою руку на затылок Руди, и я сначала подумал, что Лекс собирается придвинуть голову парня к своему члену, но вместо этого, он притянул его лицо к своему.       ‒ Мне тоже поцелуйчик на удачу, пожалуйста, ‒ выдыхает он в сладкие губы.       Руди радостно улыбается и дарит не просто поцелуй, а всего себя в этом поцелуе.       ‒ Ну что, приступим? ‒ спрашивает Лекс, отпуская парня обратно к своему члену.       Я смотрю на Руди. Его осоловелый взгляд медленно приходит в норму, и он прижимается носом к паху Лекса, вдыхая запах. Я закусываю губу и повторяю за ним, с облегчением думая в этот момент о том, что не только меня опьяняют такие глубокие поцелуи.       Я прижимаю нос возле основания члена Даниэля и втягиваю в себя воздух. Пахнет приятно: гелем для душа и ещё чем-то едва уловимым. Я провожу кончиками пальцев по эпилированному лобку (кожа на ощупь очень приятная) и снова вдыхаю. Нет, не могу понять, могу лишь предположить, что просто телом. Прекрасным телом моего зеленоглазого бога.       ‒ Я думаю, это повторять за Руди было не обязательно, ‒ улыбается Даниэль, поглаживая меня по щеке.       ‒ А мне кажется обязательно. Потому что мне понравилось, ‒ шепчу я, слегка потеревшись носом о ствол парня.       ‒ Ну что, Аль, высовываем язык и лижем снизу вверх. От самых яиц! ‒ И Руди демонстрирует то, что только что произнёс.       Я зависаю на несколько мгновений, впитывая взглядом очень эротичную картину: розовый язычок Руди максимально высовывается и прижимается к налитому стволу у самого основания, затем он ведёт им вверх, надавливая на мочевой канал под кожей. Блять, у меня вряд ли получится так же ловко… Я глубоко вдыхаю и облизываю вдруг пересохшие губы.       ‒ Давай так же, только моего дружка, ‒ шутит Даниэль, притягивая моё лицо ближе к своему уже заждавшемуся члену.       Оттягивать этот момент дольше некуда, поэтому, взяв себя в руки, я высовываю язык. Прижав его к стволу Даниэля, я пытаюсь лизать вверх, как делал это только что Руди, но вдруг член увиливает от моего языка в сторону и несильно стукает меня возле глаза.       ‒ Если не получается так, придерживай рукой, ‒ совершенно серьёзно посоветовал Руди. ‒ Вот, смотри. ‒ И он, обхватив ствол Лекса ладонью, снова провёл от самых яиц вверх до головки. А затем слизал выступившую бусинку смазки, словно желанную награду.       Я попробовал повторить. С рукой действительно оказалось гораздо проще: в этот раз я не получил по лицу, а добрался до самой головки. Когда я вдруг почувствовал слегка солоноватый привкус на языке, понял, что без «награды» меня тоже не оставили. Меня это так подбодрило, что я уже гораздо смелее проделал то же самое несколько раз подряд.       ‒ Молодец, ‒ хвалит меня Руди, улыбаясь, ‒ а теперь попробуй так же, только с разных сторон. Елозить по одному месту быстро надоедает.       Я слежу за Руди и делаю, как он: языком снизу вверх с одного бока, языком снизу вверх с другого бока, а потом снова по центру. В процессе я задеваю свою руку, и она быстро становится влажной, но почему-то мне это даже нравится.       ‒ Аль, а теперь можно немного подрочить. Этому, я думаю, тебя учить не надо. Это практически как себе. Зажимаешь вот так и вверх-вниз с оттяжечкой. Слишком быстрый темп брать не надо, на данной стадии это не слишком-то приятно.       Я слушал Руди и был согласен с каждым его словом. Мне тоже всегда больше нравилось, когда ласкаешь себя сначала неспешно, слегка оттягивая и зажимая. И пока я об этом думал, моя рука сама собой двигалась по члену Даниэля, вырывая из его горла едва различимые стоны.       ‒ Отлично! А теперь открывай ротик и заглатывай! ‒ громко восклицает Руди и едва ли не со словом «ням» отправляет член Лекса в свой рот. А потом начинает активно сосать, заглатывая до основания. Спасибо, объяснил, блять…       Я смотрю на большой член Даниэля в своей руке, и мне он так нравится, что мне искренне захотелось его как минимум поцеловать, что я в итоге и сделал. А после поцелуя, рот сам собой раскрылся, осторожно пропуская нежную упругую головку до самого горла. Похоже, чтоб дальше пропихнуть, нужно прям умение, но оттого, что член упёрся в горло, а у меня не возник рвотный рефлекс, я уже мысленно ликовал.       Прикрыв глаза, я стал, как умел, сосать. Всего пара неловких движений головой и вот я задеваю клыком нежную плоть Даниэля. Я в ужасе тут же отрываюсь от члена и глазами полными раскаяния смотрю на парня. Но он лишь подбадривающе улыбается мне, а в следующую секунду сладко целует в губы. Моё сжавшееся от страха очко медленно разжимается, но начинать заново сосать мне теперь всё равно страшно: а вдруг я снова задену зубами чувствительную плоть Дани, и ему в этот раз будет очень больно!       ‒ Что, испугался так, что аж кокушки поджались? ‒ слышу я вдруг весёлый смех Колина.       Я с удивлением смотрю на парня. Он, конечно, был прав: от одной только мысли, что я задел такое уязвимое место в организме мужчины, меня самого прошиб, словно электрический разряд, но я думал, что Колин сейчас вместе с Ником и Лили занимаются чем-то поинтереснее, чем просто стоять и наблюдать за моими неловкими действиями.       ‒ Ну потрахаться мы ещё успеем, ‒ вдруг отвечает он на мой немой вопрос, ‒ а вот понаблюдать за твоим первым минетом ‒ есть только один шанс. Так что давай продолжай, а то терпение-то небезграничное.       Я перевожу растерянный взгляд на Руди. Я сейчас очень нуждался в помощи, но мой рыжик так увлёкся, что просто не замечал ничего вокруг. Лекс же сидел с приоткрытым ртом, явно ловя нереальный кайф, но заметив мой едва ли не плачущий взгляд, прикусил губу и расплылся в кривоватой ухмылке. Рука его зарылась в рыжую копну волос, и слегка потянула назад, но Руди даже на мгновение не выпустил желанный член изо рта. В глазах Лекса я явственно различил высшую степень самодовольства.       ‒ Лили, ‒ вдруг выдохнул он, слегка охрипшим голосом.       А больше он не сказал ничего, снова погружаясь в свои ощущения, но девушке большего и не требовалось. Она тут же опустилась на колени рядом со мной, мило улыбаясь.       ‒ У тебя неплохо получалось, ‒ начала Лили, погладив меня по щеке, ‒ но чтоб не задевать зубами, просто поджимай губы. Вот так. ‒ И она берёт, обхватывает ствол Даниэля рукой и начинает медленно, чтоб мне хорошо было видно, неглубоко сосать. ‒ Давай теперь ты.       Я перехватываю член из рук Лили и, прежде чем запустить его в рот, пытаюсь правильно поджать губы.       ‒ Ха, теперь я знаю, как будет выглядеть Алек в старости без зубов, ‒ хохочет Ник, но мне ни капельки не обидно. Я сам едва не расхохотался: от нервного напряжения и от нелепого своего вида, представленного со стороны.       ‒ Молодой человек, быстро покиньте класс и не мешайте вести урок, ‒ вдруг строго произнесла Лили, поправив на носу невидимые очки. ‒ Алек, продолжайте, а то ваш оппонент в руках от вашего невнимания скоро зачахнет.       ‒ Это не оппонент, ‒ качает головой Даниэль, ‒ это соратник!       Я улыбаюсь, но спустя секунду уже снова пробую правильно поджать губы, спрятав за ними опасные для нежной плоти зубы. Не меняя выражения лица, я приближаюсь к изнывающему члену и осторожно пропускаю его внутрь рта. Начинаю неспешно сосать и чуть ли не с восторгом осознаю, что у меня получается.       ‒ Вот умничка, ‒ хвалит меня Лили, погладив по спине. ‒ А теперь отпусти, высунь язык и оближи по спирали головку, занырнув в дырочку кончиком языка.       Я следую её указаниям, и у меня неожиданно легко это получается. Лизнув отверстие мочевого канала, мне на язык вдруг попала новая порция смазки. Я втянул её в себя, смакуя вкус. Ну всё, прежним мне уже никогда не быть, а это я ещё сперму не попробовал…       Я снова начинаю сосать, не забывая прятать за губами зубы.       ‒ Помогай себе рукой у основания, ‒ подсказывает Лили. ‒ И без подготовки глубоко не суй, а то можешь подавиться.       ‒ Бывали случаи, да, Ник? ‒ слышу я усмешку Колина.       ‒ Бывали, ‒ с сарказмом отвечает парень, ‒ вот только с чьей подачи они бывали, помнишь?       ‒ Понятия не имею о чём ты.       ‒ Ну-ну.       Мне становится смешно, но я не позволяю себе даже улыбку, боясь навредить Даниэлю.       ‒ Ох, малыш… ‒ выдыхает Дани, протяжно застонав. Прям серенада для моих ушей. ‒ Я скоро…       ‒ Ещё рано! ‒ твёрдо прерывает его Лили, отодвинув меня и безжалостно обхватив член у основания, а потом сдавив. Не думаю, что это больно, но, похоже, оргазм отодвигает. ‒ Мы ещё не всё оттренили!       ‒ Чего не сделали? ‒ переспросил Колин.       ‒ От слова «тренировки», ‒ быстро бросает девушка, даже не взглянув на парня.       ‒ Да я просто не расслышал, ‒ оправдывается он, но его никто уже не слушает.       ‒ Ну, Лили! ‒ немного жалобно протягивает Даниэль и пытается придвинуть мою голову обратно.       ‒ Потерпишь. Ещё парочка моментов и будет тебе оргазм, ‒ обещает она, улыбнувшись.       ‒ Иногда я тебя просто не узнаю, ‒ вздыхает Дани и терпеливо ждёт, что будет дальше.       ‒ Посмотри, какие тугие яички, ‒ вдруг произносит Лили, обращаясь ко мне. Её рука ласково касается яиц Даниэля и словно взвешивает на ладони. ‒ Обожаю когда они такие. Так и хочется облизать. А тебе, Аль?       Я внимательно посмотрел на мошонку парня. Яйца действительно были тугие, но я ещё заметил, как интересно перекатывается там кожа, расслабляясь и снова максимально кукожась.       ‒ Н-не знаю. А если облизать, больно не будет?       ‒ Если делать всё аккуратно, то больно не будет, даже если взять в рот и пососать.       ‒ Покажешь? ‒ заинтересованно прошу я. На такую картинку я бы точно поглядел.       Лили тут же расплывается в улыбке и с готовностью кивает:       ‒ Записывай ходы. После меня твоя очередь.       Она наклоняется и осторожно начинает лизать тугую плоть. Её язык скользит сначала просто снизу вверх, а потом начинает ласкать по спирали. Рука её тоже не бездействует, она двигается по члену медленно, то пряча головку в крайней плоти, то открывая. А затем я вижу, как одно из яиц достаточно быстро засасывается ртом девушки. Она заглотила его, посмаковала пару секунд и снова отпустила. Та же участь постигла и второе. Блять! От этого непристойного вида я чуть сейчас не кончил! А ведь я себя даже ни разу ещё не потрогал! Что за подстава!       Интересно, а как такое извращение Даниэлю? Я поднимаю на него взгляд и вижу, что ему явно нравится этот процесс… Алек, как бы всё виртуозно не испортить. А-а! Как же страшно!       ‒ Не, Лили, я так не смогу-у!       Девушка отрывается от влажных яиц и удивлённо на меня смотрит. Она собирается что-то сказать, но Даниэль её опережает, каким-то слегка расстроенным голосом:       ‒ Аль, тебе что, противно?       ‒ Ч-чего?! ‒ от возмущения я аж руки в кулаки сжал. ‒ Ничего не противно!       ‒ Да он просто зассал! ‒ усмехается Ник. ‒ Небось, думает, что одно неверное движение его языка, и он подарит тебе ощущение пинка!       ‒ А это не так? ‒ решаюсь уточнить я, опустив взгляд в пол.       ‒ Алек, просто действуй осторожно и получай от этого удовольствие ‒ вот и весь секрет успеха, ‒ успокаивает меня Лили. ‒ Я уверена, у тебя всё получится. А теперь вперёд!       Я вздыхаю и прижимаюсь носом возле яиц. Вдыхаю запах, как показывал Руди, и понимаю, что мне нравится такой «ритуал». Мой язык высовывается, и я самым кончиком прижимаюсь к слегка сморщенной коже. Так, Даниэль от боли пока не умирает, значит можно попробовать лизнуть сильнее. Я начинаю лизать активнее и вдруг ловлю себя на том, что мне действительно очень вкатывает этот процесс. Осмелев, я обхватываю ствол Даниэля рукой и начинаю медленно, как делала это Лили, надрачивать. Мой рот раскрывается и я, как могу осторожно, втягиваю одно яйцо в свою глубину. Нормально пососать сначала не получалось. Было страшно задеть зубами, да и вообще сжать сильнее положенного. Я даже уже был готов сдаться: причинить боль Дани было действительно очень страшно, но тут Лили берёт и начинает лизать второе яйцо. Наши языки периодически встречаются на перекатывающейся иногда коже мошонки, даря мне какую-то уверенность, что я делаю всё правильно. В итоге мы с двух сторон пленяем своими ртами уже конкретно мокрые яйца и начинаем осторожно посасывать. И аллилуйя! У меня получается! Да так, словно я всегда это умел.       Лили улыбается мне, и я тоже не могу сдержать ответной улыбки. Наши головы одновременно начали отдаляться от вылизанных яиц, как вдруг услышали слегка насмешливый голос:       ‒ Куда? Вы ещё не отполировали тут! ‒ Даниэль притягивает наши лица к своему члену с разных сторон, прижимая нас с Лили лбами друг к дружке.       Лили тут же открывает рот и слегка высовывает язычок. Она краем глаза смотрит на меня, и я понимаю, что она следит, повторяю ли я за ней. А я повторял. Повторял уже на автомате.       Мы с разных боков обхватили член Даниэля своими приоткрытыми ртами и слегка присосались.       ‒ Вот пиявки, ‒ хмыкнул Колин. ‒ Чур, я тоже на эту процедуру!       ‒ Записывайся в очередь! ‒ отвечает Ник.       ‒ А что, без записи никак?       ‒ Как, но только если назовёшь, как эта процедура называется, ‒ хитро блеснул глазами парень.       ‒ Э-э, ‒ завис Колин. ‒ А разве у этого есть название?       ‒ Гирудотерапия, ‒ вдруг отвечает Лекс, всё таким же слегка охрипшим голосом. Ответил и снова уплыл от ласки Руди. И как только его мозг умудряется выдавать ответы, даже в такой ситуации?       ‒ Не, гидуро… гидрудо… а, нахуй! Короче это же не та терапия, которая с настоящими пиявками, а это просто… отсос! ‒ выдаёт Ник и громко хохочет.       По глухому удару, я понял, что Колин не сдержался и стукнул Ника. Немного переживая, я скосил глаза на эту парочку и с облегчением увидел, что они сосутся. Чем не настоящие пиявки! Но правильно говорят: занимайтесь любовью, а не войной.       Мы с Лили облизываем член Даниэля, периодически присасываясь то там, то тут. Наши губы и языки встречаются, добавляя этому процессу ещё больше сладости.       ‒ А теперь давайте вас синхронизируем, ‒ с лёгким стоном выдыхает Даниэль. Он кладёт свои руки на наши затылки и теснее прижимает к своему стволу, а затем начинает двигать нашими головами вверх вниз по всей длине члена.       Лили ориентируется сразу, а мне требуется несколько секунд, чтоб правильно подстроиться.       Ох! Это так кайфово, что мне кажется, если я себя сейчас коснусь, то точно кончу!       Даниэль вдруг сильнее сжимает наши головы, и из его горла вырывается протяжный стон. Кажется, он тоже близок к разрядке. Но вместо того, чтоб дать ему добраться до вершины блаженства, Лили вдруг берёт и резко отодвигается, утягивая меня за собой.       ‒ Вот садистка! ‒ разочарованно стонет Даниэль, откидывая голову назад.       ‒ Мне было у кого учиться, ‒ улыбается девушка, мельком глянув на Колина. ‒ Но вообще-то я как раз думаю именно о твоём удовольствии. Разве тебе не хочется кончить Алеку в рот? Чтоб он узнал, какой ты на самом деле вкусный?       ‒ Бля, я об этом как-то не подумал.       ‒ Ну ты ж не Лекс, чтоб уметь думать ещё и в такие моменты, ‒ заметил Ник, прикусив Колина за мочку уха.       ‒ Не Лекс, ‒ согласился Даниэль, ‒ и кончить уже невмоготу!       Лили хитренько улыбается и обхватывает моё лицо своими ладонями.       ‒ Алек, я научила тебя всему, что умею сама, ‒ начала она, явно шутя, потому что учить там было ещё и учить, ‒ а теперь иди и покори эту вершину! Пусть этот огромный вулкан извергнет свою лаву, напоив тебя своей живительной влагой! ‒ И она берёт и целует меня своим скользким ртом. Я не стал говорить Лили, что ни один вулкан не мог напоить хоть кого-то живительной влагой. Ну, разве что вулкан какого-нибудь выдуманного мира...       Мы впервые целовались с ней так глубоко, да ещё и после совместного минета. Не думал, что это будет настолько сладко. Её губки такие нежные, такие мягкие, что так и хочется покорить, подчинить, подмять под себя. И тут я понял, что впервые в поцелуе веду именно я. С Руди, конечно, случалось нечто подобное, но всё же он не отдавал полный контроль над процессом мне, а Лили даже не претендовала на «власть». Моя рука сама собой потянулась и по-хозяйски накрыла упругий холмик груди. Приятно… Но как бы приятно мне ни было, забыть о Даниэле я не смог бы никогда. О нём и его неудовлетворённом желании.       Мы с Лили размыкаем поцелуй, и я спешу к обливающемуся смазкой члену Дани. Обхватываю рукой ствол и слизываю предэякулят с головки. Нямки! И почему мне этот странный вкус так зашёл? Кажется, я просто латентный извращенец…       Я прячу зубы за поджатыми губами и начинаю сосать, помогая себе рукой. Я делаю всё это и вдруг понимаю, что выполняю это уже на каком-то автомате, словно я научился не только что, а тысячу лет назад.       Вдруг я слышу странный звук «чпок», а затем ещё один и ещё. Я останавливаюсь и удивлённо поворачиваю голову в сторону Руди. Он всё так же самозабвенно сосал, но теперь он глубоко заглатывал, а затем, создавая вакуум ртом (это было видно по впалым щекам) медленно выпускал член. Звук «чпок» разрезал воздух, когда покрасневшая головка резко выскальзывала изо рта. Глаза Лекса едва ли не закатывались при этом от удовольствия. И тут я вспомнил, что мне тоже так делали, и это действительно было очень кайфово.       Недолго думая, я кидаюсь сделать так же Даниэлю. Беру не очень глубоко в рот и тяну воздух в себя. Вроде получается. Начинаю медленно выпускать член изо рта, не забывая поддерживать вакуум. И вдруг «чпоньк»!       ‒ Алек, как хорошо, ‒ слышу я блаженный голос Дани.       У меня столько радости, что не передать. У меня получилось! Я рвусь повторить свой успех. На третий раз я вдруг понимаю, что создавать вакуум ртом не так-то уж просто. Кровь начинает приливать не только к члену, но так же и к моим нёбу и языку, а это не очень приятно, да ещё и устаёшь. И как только Руди так стойко держится столько времени?!       Зная, что Даниэлю нравится этот процесс, я мужественно продолжаю сосать с вакуумом. Втягиваю в себя воздух, а затем медленно выпускаю член изо рта, и в этот момент слышу переполненный кайфом стон Даниэля. Среагировать я совершенно не успеваю, как в моё горло летит мощная струя спермы. Я выпучиваю глаза от неожиданности. Моё дыхание сбивается, и я вдруг не вовремя вдыхаю. Сперма продолжает сочиться мне в рот, попадая в дыхалку. Я чувствую поднимающиеся из глубин лёгких спазмы и пытаюсь сдержать кашель до тех пор, пока не вытащу член Дани из своего рта. В итоге вытащить я успеваю, но глотаю воздух, снова давлюсь и кашляю с отрыжкой, а потом… мой нос резко словно обжигает изнутри.       Я в ужасе замираю. Сознание отказывается принимать реальность, потому что она была неутешительна…       Сперма Даниэля стекала с моего подбородка, но это было не всё. Сейчас она медленно текла ещё из моего носа двумя белыми вязкими струйками. Пошла, как говорится, носом…       Просто epic fail… Убейте меня кто-нибудь!