Когда ты такой же, как они

      ‒ Что? Это капля?! ‒ в ужасе кричу я, глядя на просто высоченную конструкцию, по кругу которого находились сидения с такими серьёзными креплениями, которые были не чета той железной перекладине в вагончике. ‒ И где тут хоть какой-то намёк на воду?       ‒ Он появится, когда по ногам у тебя потечёт, ‒ захохотал Ник.       ‒ Ну нет, я туда не пойду!       ‒ Ну ты чего, Алька, это же самый кайф! ‒ улыбается Колин, прижимая мою дрожащую тушку к своему боку. ‒ Такой адреналин!       ‒ Мне сегодняшнего адреналина уже на всю жизнь хватит!       ‒ Эй, малыш, не паникуй раньше времени. Ты хоть представляешь, какой это на самом деле романтичный аттракцион? Мы будем держаться за руки и смотреть на наш город с такой потрясающей высоты! ‒ Даниэль нежно сжал мою ладонь и подтолкнул ко входу.       ‒ Ага, будете, пока не полетите камнем в низ, ‒ захихикал Ник, преграждая мне путь назад.       ‒ Ты вообще-то полетишь вместе с нами, ‒ хмыкнул Даниэль.       ‒ А я и не против.       ‒ Дани, ну пожалуйста, я правда очень боюсь!       ‒ Эх, ну хорошо, пойду тогда падать один, ‒ расстроенно вздохнул Даниэль, разжимая свою руку. ‒ А я думал, за смелось подарить тебе одно желание… ну что ж, как хочешь.       ‒ Ка-какое желание? ‒ запинаясь, тут же спросил я.       ‒ Какое захочешь, ‒ пожимает плечами парень. ‒ Что захотел бы, то я и сделал бы. Но нет, так нет. Жди меня внизу.       Всё, что захотел бы? В моей голове тут же возник образ прогибающегося в спине Даниэля и предлагающего мне свою блестящую от смазки дырочку. Блять! Аж член в штанах дёрнулся от такой картинки.       ‒ Погоди! ‒ Я хватаю Дани за руку и иду рядом с ним к железному монстру, в котором уже так уютно устроились Лекс с Руди. ‒ Я передумал.       Даниэль довольно улыбается и крепче сжимает мою ладонь.       ‒ Как неожиданно, ‒ иронично хихикает Ник, позади нас.       ‒ Тихо, ‒ одёргивает его Лили, сама едва сдерживая улыбку.       Что ж, Алек, твоя похоть взяла верх над инстинктом самосохранения, а отдуваться теперь тебе.       Меня пристёгивают на «десять цепей», что, если честно, добавляет мне немного уверенности в завтрашнем дне, а потом эта конструкция начинает поднимать всю нашу шумную компанию вверх.       ‒ Смотри как красиво, ‒ выдыхает Даниэль и нежно мне улыбается. Я вижу отражение этого чудесного парка развлечений в его глазах и не могу сдержать улыбку.       ‒ Да, действительно очень красиво, ‒ киваю я, соглашаясь.       Блин, рядом с ним и ад покажется в радужном свете!       ‒ Готовься, Алька, сейчас будет круто! ‒ весело кричит мне Руди.       Я страдальчески ему улыбаюсь и показываю рукой «класс».       И в этот момент наш аттракцион вдруг замирает, доехав, видать, до самой максимальной точки. Секунды тикают, накаляя атмосферу ожиданием.       ‒ Снимите меня отсюда, я передумал! ‒ цепляясь руками за специальные ручки, жалобно скулю я, растягивая губы в нервной улыбке. Конечно, это была шутка с жирным куском правды, но на самом деле мне уже хотелось довести это дело до конца. На кону как-никак желание Даниэлю, да и вообще, я что, зря потратил уже столько нервов?       ‒ Полетели, малыш, ‒ улыбается мне Дани, а потом отправляет мне одними губами воздушный поцелуй.       И вот в ту же секунду кресло под моей пятой точкой словно испаряется, и я лечу вниз, голося изо всех сил. От страха я так крепко зажмурился, что не видел ничего. Но как резко началось падение, так же резко оно и закончилось, хоть и весьма мягко. По ощущениям это просто секунда времени и вот мы уже внизу, целые и невредимые. Хоть и седые…       ‒ Ну что, Алек, живой? ‒ ёрничает Лекс, заправляя мне за ухо выбившийся локон.       ‒ Надолго ли? ‒ вымучено улыбаюсь я. ‒ Что там следующее у тебя по плану? Чем ты собираешься меня добить?       ‒ А всё. Всё самое хардкорное на сегодня ты прошёл. Дальше по плану будем релаксировать.       Лекс сказал и Лекс не солгал. Пусть на некоторых аттракционах и были несколько захватывающие моменты, но после того, что я уже пережил, они мне не казались такими уж страшными. Даже комната страха. Хотя…       ‒ Аль, запомни, тут будут переодетые в зомбаков актёры, бить их нельзя, за это штраф. Если будет слишком уж страшно, то просто садишься на корточки в подсвеченных зонах, и никто тебя трогать не будет, понял? ‒ наставлял меня Даниэль.       ‒ Понял, ‒ кивнул я, чувствуя, однако, нервное напряжение внутри.       ‒ Держись рядом со мной, я тебя в обиду не дам.       ‒ Не знаю, что уж прям такого страшного может быть в этих комнатах страха? ‒ пожал плечами Колин. ‒ Все же понимают, что это просто актёры и ничего ужасного они с тобой не сделают.       ‒ Это-то да, но вот то, что ты заходишь в комнату, в которой практически кромешная тьма, уже заставляет нервничать, ‒ улыбнулся Ник. ‒ Ну а что, страх неизвестности делает своё дело. Тебя кто-то трогает, что-то на тебя падает, да ещё и музыка эта… а из-за того, что ты как слепой котёнок, это всё жути на тебя и нагоняет.       ‒ Сейчас жути на меня нагоняешь ты! ‒ выпаливаю я, нервно смеясь.       Внутри оказалось всё так, как описывал Ник. Вот только он ни слова не сказал, что при этом меня кое-кто будет беззастенчиво лапать за задницу. Но респект Даниэлю, его эти приставания неплохо так притупили мой страх. Я даже ни разу не присел на корточки в специально отведённых местах. А вот Лили один раз не выдержала, хотя её быстро забрал обратно Колин, и в самые страшные моменты она пряталась у него на груди.       Руди же с Лексом, такое ощущение, что вообще родились без чувства страха. Мой рыжик едва ли в голос не хохотал, когда его пытались напугать актёры. Впрочем, не исключаю, что его организм просто так отреагировал на стресс.       Выходил я из комнаты страха в весьма странных чувствах. Даниэль меня излапал так, что член теперь неприятно упирался в ширинку. Пришлось его перед выходом незаметно поправить, впрочем, от внимания Дани моё это движение не укрылось. Он самодовольно разулыбался, что мне аж захотелось его стукнуть. Надеюсь, после сегодняшнего приключения я не стану возбуждаться от фильмов ужасов.       В итоге мы провели целый день в парке развлечений, вкусно пообедав там в одной из кафешек. К вечеру снова захотелось есть, и мы поспешили посетить «Мир мороженого».       ‒ Блин, я такое количество мороженого за всю жизнь не видел, не то, что в одном месте сразу! ‒ изумлённо выдыхаю я.       ‒ Тогда ты сто процентов не ел самое вкусное, ‒ улыбается Даниэль. ‒ Возьмём тогда их эксклюзив и самый большой размерчик.       ‒ А осилим? ‒ с сомнением в голосе спрашивает Ник.       ‒ Вот и узнаем, ‒ просто пожимает плечами Дани. ‒ Давайте сядем за этот столик.       ‒ А я тогда схожу, сделаю заказ. ‒ Мы все усаживаемся за прямоугольный стол, а Лекс направляется к кассе.       Проходит не так много времени, как нам приносят большую красивую тарелку на длинной ножке просто с горой разноцветного мороженого. Я смотрел на это произведение искусства с широко открытыми глазами. Казалось, там было всё! Мороженое с разных сторон было полито разными сиропами, посыпано красивыми дорожками замороженных фруктов, орешков, маленьких разноцветных конфеток и даже печенек.       ‒ Ну что, навались! ‒ задорно кричит Руди и втыкает свою ложку в розовый шарик с посыпкой в виде разноцветных сердечек. ‒ М-м, вкуснотища!       Нам не нужно было особое приглашение. Следуя примеру Руди, мы тоже накинулись на мороженое.       ‒ Какой кайф! ‒ облизывая ложку, выдохнул я, едва не закатывая глаза от удовольствия.       ‒ Не то слово! ‒ соглашается со мной Лили, блаженно жмурясь. ‒ Хочу попробовать ещё вон то, жёлтое с печенькой в виде звёздочки. Колин, положи мне его на тарелочку, пожалуйста, оно с твоей стороны. ‒ И она протягивает парню одноразовую тарелку и свою ложку.       ‒ Хорошо, давай. А где, что-то я не вижу?       ‒ Ну вон же! Ты не туда смотришь. Правее.       ‒ Да где? ‒ не понимает Колин и приближает своё лицо ближе к тарелке.       Я продолжаю есть мороженое, сначала не замечая, что атмосфера вокруг вдруг стала несколько иной. Я мельком глянул на Даниэля и вдруг понял, что тот замер практически с пустой ложкой во рту. Хитрый взгляд его был устремлён на Колина, а на губах играла странная полуулыбка.       Я быстро обвёл глазами ребят, и оказалось, что только Руди всё так же беззаботно поглощал мороженное, а остальные явно замерли в ожидании чего-то.       ‒ Колин, ну ты смотришь прямо на него! Накладывай уже!       ‒ Оно точно жёлтое? Может я дальтоник? Ну нет тут жёлтого! Нет! ‒ Колин ещё ближе пододвинул своё лицо к тарелке с мороженым, бегая глазами от шарика к шарику в поисках нужного цвета.       И в этот момент за спиной парня Лили с Ником быстро переглядываются, затем одновременно кладут руки на затылок Колина и резко вжимают его голову в уже слегка подтаявшее лакомство.       Я замираю, глядя на то, как медленно Колин поднимает своё запачканное лицо из тарелки мороженого. Из ноздрей его едва ли не валит дым, но к моему немалому удивлению он держит себя в руках.       ‒ Ни-ко-гда, слышишь, Аль, никогда не заводи себе таких красивых врагов.       Ребята одновременно начинают тихо хихикать, а потом срываются на громкий хохот. К слову, я не слишком от них отстал. Видеть брутального Колина с «маской» из разноцветного мороженого и с прилипшими сахарными звёздочками на щеках ‒ была та ещё умора!       ‒ Месть ‒ это блюдо, которое подают холодным, ‒ довольно улыбаясь, произнесла Лили. ‒ Признай, ты это заслужил.       Колин медленно поворачивает голову к девушке и кивает:       ‒ Признаю. Но всё равно готовься. Выебу сегодня жёстко.       ‒ А когда у тебя бывает по-другому, ‒ тут же хохочет Ник, и Колин переводит на него убийственный взгляд.       ‒ А с тобой я ещё поквитаюсь!       ‒ Колин, Ник тут не при чём. Он сделал это по моей просьбе.       ‒ Да неужели!       ‒ Честно. У меня самой просто сил бы не хватило. У тебя же шея стальная! Ты напряг её тут же! Мне кажется, что навались я на тебя даже всем своим весом, ты бы так и не познал истинный вкус мороженого!       ‒ Ага, истинный… ‒ фыркает парень, скрещивая руки на груди.       Лили улыбается шире и с готовностью выдыхает:       ‒ Хорошо, можешь делать со мной сегодня всё что захочешь. Мир?       ‒ Мир.       Девушка тут же обхватывает испачканное лицо парня своими ладонями и сначала слизывает с его щеки звёздочку, а потом целует в губы. Как ни странно поцелуй выходит очень вкусным, и мне даже становится немного завидно, что я себе такого позволить на людях не могу.       ‒ Работаем языками активнее, работаем! ‒ веселится Руди, снимая их поцелуй на камеру телефона.       От его шутливой команды Колин с Лили начинают смеяться, тут же разрывая поцелуй.       ‒ Какая ты теперь красивая! ‒ ухмыляется парень, разглядывая лицо девушки, у которой по подбородку и носу размазалось его «маска».       ‒ Я знала, что мне чего-то не хватает!       ‒ А теперь посмотрите на меня! Скажите «сквирт»! ‒ Руди делает серию фоток.       На первых кадрах лишь испачканные, но явно счастливые Колин с Лили, а потом, не сговариваясь, к ним присоединились мы. На последних снимках Руди тоже влез в кадр, переключив на фронтальную камеру. Блин, эти смешные фото будут точно одними из самых моих любимых.       Колин с Лили пошли в уборную, приводить себя в порядок, а мы пытались доесть хорошо уже так подтаявший эксклюзив.       ‒ Не, до конца точно не осилим, ‒ констатирует факт Ник. ‒ Я уже обожрался.       ‒ Ну и не пихай больше в себя, значит, а то я не хочу, чтоб на обратном пути ты запачкал мне сиденья в машине.       ‒ Дани, а мы что, скоро поедем назад? ‒ немного расстроено спрашиваю я. Уж очень мне понравилось проводить с ребятами время в парке развлечений.       ‒ А ты хочешь остаться до закрытия?       ‒ Ну я думал…       ‒ Можно конечно остаться до закрытия, Алек, ‒ вдруг вклинивается Лекс, ‒ вот только силы у тебя тогда останутся для нашего главного «марафона»?       Я хотел ответить «да», потому что чувствовал себя полным сил, и открыл было рот, чтоб произнести это, но Лекс меня тут же перебил:       ‒ Если ты не уснёшь по дороге домой, то вырубишься после первого же оргазма с членом в заднице. Если тебя это устраивает, то в принципе можно остаться.       Я закусил губу, размышляя. На одной чаше весов были потрясающие развлечения, впечатления и восторги, которых в этом огромном парке находилась ещё уйма, а на второй ‒ секс. Ну, по-моему, выбор тут очевиден.       ‒ Поехали трахаться, ‒ тихо усмехаюсь я, сжимая руку Даниэля под столом.       ‒ Наш человек, ‒ хлопает меня по плечу Ник. ‒ Я слышал, что кто-то хочет взять мастер-класс по разработке рта, так вот я знаю одно местечко, где соберутся сегодня лучшие, выбирай любого сенсея!       ‒ Я уже выбрал, ‒ улыбаюсь я. ‒ Заверните всех, пожалуйста.       ‒ Как там этот анекдот? Доктор, дайте мне таблеток от жадности, ‒ хмыкает вернувшийся из туалета Колин.       ‒ Ага, да побольше, ПОБОЛЬШЕ! ‒ подхватываю я, смеясь.       ‒ Смотри, чтоб рот от жадности не разорвало, ‒ усмехается Лекс, поправляя очки.       ‒ Ну меня ведь будут обучать лучшие, а, значит, они не допустят подобных травм, да, сенсей? ‒ парирую я, хитро прищурив глаза.       Лекс уважительно смотрит на меня и кивает:       ‒ Так точно, мой юный падаван.