Просто друг

      Компания решила продолжить вечер в менее формальной обстановке, сменив ресторан на бар. Тот самый, где они праздновали все свои победы вместе. Вместе с Мишель. Стены заведения были пропитаны воспоминаниями о тех днях изнурительных тренировок, о времени проведённом с командой. В голове Мишель пронеслась светлая ностальгия, отчего она сильнее переплела пальцы рук с Карлосом, уткнувшись в его шею и вдыхая родной и успокаивающий древесно-пряный аромат.       Они сидели в самом углу бара, как и два с половиной года назад. Парни заказали бутылку текилы, под предлогом сделать всё, как раньше. Но были вещи, которые Мишель никогда бы не хотела повторить. Или все же хотела? От этих мыслей девушка слегка поежилась, ощущая кожей на себе холодный взгляд голубых глаз, прожигающий до самого сердца. Он слишком откровенно смотрит только на неё, неужели никто не видит этого? Или это заметно лишь для них двоих?

< Карлос, неужели ты не видишь?

      Мишель облокотилась о деревянную столешницу, пальцами зарываясь в волосах.       — Детка, всё в порядке? Мы можем уехать, если хочешь, — как всегда участливо и взволнованно спросил Карлос.       — Нет, всё в порядке, просто расслабилась чуть больше, чем ожидала, — Мишель выдавила из себя подобие улыбки. — Отдыхайте, я пока освежусь, если ты не против, — коротко чмокнув мужа, она вышла из-за столика, направляясь в дамскую комнату. Её провожал пристальный взгляд Брэндона.       Блондинка подошла к умывальнику, включая прохладную воду, споласкивая лицо. Щёки горели, а сердце бешено колотилось. Холодеющими пальцами Мишель вцепилась в умывальник и подняла глаза на себя в зеркало. Это ошибка, огромная ошибка держать Брэндона так близко. В голове роились миллионы мыслей: почему всё это начало проявляться сейчас, когда, казалось бы, уже все шансы упущены, и их время давно прошло. Но стены этого бара всё помнят — они возвращают воспоминания. Нужно уехать, да, это лучшее решение.       Ещё раз ополоснув лицо прохладой воды, Мишель направилась к мужу. Открыв дверь, она на секунду потеряла дар речи: у стены напротив, прислонившись спиной и засунув руки в карманы, стоял Брэндон.       — У тебя план такой: преследовать меня всю жизнь? — с раздражением произнесла девушка. Он поднял взгляд, до этого устремлённый вниз.       — Так тупо, но я не знаю, что с собой делать, — он вытащил руки из карманов и развел их стороны. — Ты убиваешь меня, сводишь с ума.       Мишель цокнула языком и с нескрываемой злостью подошла вплотную к блондину. Воспользовавшись их мимолетной близостью, парень взял лицо Мишель обеими руками и впечатался в её губы своими, жадно терзая их и прижимая хрупкое тело ближе к себе, наплевав на всё. На секунду поддавшись и ответив на поцелуй, блондинка с силой уперлась руками в широкую грудь, отталкивая его к стене. В следующее мгновение тишину пустого коридора разрезал звук звонкой пощечины.       — Оставь меня в покое, Брэндон. С меня хватит! — сталь её повлажневших серых глаз сверкнула в полумраке коридора. — Я замужем!       — Да, заметил. За моим другом, — Брэндон грустно ухмыльнулся, потирая горящую щёку, на которой алым заревом отпечаталась хрупкая ладонь.       — Просто забудь всё, что между нами было, и живи дальше, — прошипела Мишель, сглатывая нервный комок в горле.       — То есть ты остервенела и обросла панцирем, что можешь вот так запросто всё забыть?       — У меня был хороший учитель, Лапуля, — она выплюнула это слово, вложив всё отвращение к этому издевательскому прозвищу, данному ей когда-то этим нахальным и самоуверенным парнем, с которым она была готова улететь хоть на Луну, если бы он позвал, оставляя предрассудки, растаптывая свою гордость. Всё, что угодно, лишь бы быть рядом с ним, зарываться в его волосы цвета пшеницы, целовать его чуть горькие от табака губы, встречать лучшие рассветы и провожать закаты в объятьях друг друга. Но не теперь. У неё есть Карлос, залечивший все раны и спрятавший её душу от острых ножей.       Мишель уверенным шагом вышла из коридора, оставив Брэндона один на один со своими мыслями и чувствами.

***

      Карлос остался в баре с парнями, но Мишель только выдохнула от этого, отправляясь домой в гордом одиночестве. Ей необходимо было побыть одной. Устроившись на заднем сидении такси, она, кусая губы и заламывая пальцы, вспоминала тот злополучный день, когда всё пошло не так, как нужно, и проклинала себя за запретные чувства.

Flashback

      Это был вечер перед свадьбой, когда волнение достигает своего предела: месяцы подготовки и суета, предшествующая этому дню, давали о себе знать — тёмные круги под глазами, усталость и нервозность овладели Мишель. Правильный ли выбор она делает, ведь ей всего двадцать четыре, и карьера на подъеме. Ту ночь они с Карлосом решили провести раздельно: невеста осталась в люксовом номере для новобрачных, куда через сутки она должна была вернуться уже замужней. Клэр обещала приехать к подруге с утра, поэтому вечер и ночь Мишель проводила в компании старых комедий и бутылки вина.       Повалившись на огромную кровать с бокалом в руках, Мишель пролистывала соцсети, бесцельно разглядывая фотографии. Телефон просигналил о новом сообщении в мессенджере. «Нужно увидеться, срочно».       Призрак из прошлого, которого всеми силами пыталась вычеркнуть из памяти, вновь напомнил о себе. Они с Брэндоном не виделись около полугода, хотя Мишель знала о том, что её будущий супруг и несостоявшийся парень продолжают общаться. По экрану телефона побежали строчки сообщений:       «Что тебе нужно?»       «Увидеться, я же написал.»       «А что, если я не хочу?»       «Тогда бы ты заблокировала номер и перестала отвечать. Всё просто, Лапуля.»       «Я завтра выхожу замуж за Карлоса.»       «Знаю. Но сегодня ты ещё не замужем. Поэтому мне нужно тебя увидеть.»       Через полчаса Брэндон стоял на пороге её гостиничного номера, нервно сжимая телефон.       Она открыла ему дверь, рукой приглашая войти. В растянутой футболке и шортах, с пучком из светлых волос на голове и с бокалом красного вина она выглядела самым соблазнительным образом из всех возможных. И Брэндону казалось, что его решимость сейчас никуда не денется. Он скажет о своих чувствах к ней, о том, как нуждается в ней, о том, что брак с Карлосом это ошибка, и он сожалеет о том, как поступил с её чувствами.       — Ну, удовлетворил своё любопытство? Увиделся? — Мишель сделала приличный глоток вина, пытаясь успокоить колотящееся в груди сердце.

Ну же, скажи что-нибудь! Скажи, что я совершаю ошибку! Скажи, что единственный человек, с которым я должна быть это — ты!

      — Ты взрослая девочка, Мишель. Ты знаешь, зачем я здесь. И зачем ты написала адрес отеля. Мы оба знаем.

Я козёл и придурок. Скажи мне, что я приехал не зря, что у нас с тобой есть шанс! Что ты дашь мне возможность всё исправить, и быть с тобой!

      Невысказанные слова повисли в воздухе, лишь только две пары глаз, устремлённых друг на друга, кричали о том, что катастрофически страшно было произнести вслух: их влечёт невидимой силой, вопреки здравому смыслу и обстоятельствам. Воздух в номере схлопывается, превращаясь в вакуум, в котором вопреки законам физики слышен звук двух сердец. Дышать невозможно, грудь Брэндона вздымается под футболкой так высоко, что кажется, будто он делает последний вздох в своей жизни, жадно поглощая кислород. Мишель залилась румянцем, нервно крутя бокал в тонких пальцах, облизывая высохшие губы. Жарко, словно в Аду — спина покрывается испариной от волнения.       — Поцелуй меня, — выстрел в звенящей тишине: её голос кажется таким запредельно громким.       Его не пришлось просить дважды. Брэндон преодолевает пропасть между ними в два счёта, подхватывая Мишель на руки и впиваясь в её губы. Её стройные ноги обвили талию блондина.       Никаких мыслей, только потребность дышать одним воздухом, целовать губы то нежно, то требовательно, отдаваясь моменту.       От прикосновений его губ, место поцелуя горело. Их дыхание было сбивчивым и тяжелым. Оба чертовски отчаянно нуждались в тепле друг друга. Срывая с себя одежду, оба упали на кровать, продолжив исследовать руками и губами тела друг друга.       Руки Брэндона с жадностью сжимали грудь Мишель, пальцами лаская вершины сосков, отчего те твердели, а из легких девушки вырывались тихие стоны. Горячее дыхание блондина на шее заставляло тело девушки выгибаться от удовольствия. Губы Брэндона спустились к груди, и его рот с жадностью накрыл сначала один сосок, а затем другой. Очерчивая языком контуры горошинок, он срывал стоны Мишель один за другим. Она зарылась пальцами в его пшеничные волосы, хватая их, и сжимала в кулаке под действием чувств. Слегка постанывая, девушка разрешала Брэндону делать всё, что он только хотел.       Он взял Мишель за подбородок и заставил посмотреть в свои потемневшие глаза. Он только тихо шепнул ей: «Хочу тебя». Ответом был долгий и глубокий поцелуй. Окончательно убедившись в обоюдном желании, он больше не сдерживался. Обхватив его за талию ногами, Мишель заставила его вплотную прижаться к себе. Брэндон целовал шею, грудь и плоский живот девушки. Наконец, не выдержав, он одним рывком вошёл внутрь, заполняя ее собой. От такого тесного соприкосновения тело танцовщицы выгнулось навстречу от удовольствия. Движения Брэндона были ритмичные и яростные: погружаясь вновь и вновь, принося с каждым толчком всё больше и больше удовольствия. Он не прекращал ни на секунду целовать желанные губы, заглушая громкие стоны и всхлипы. Мишель горела в его руках, отдавая всю себя этому голубоглазому блондину. Её пальцы впивались до белеющих отметин в сильные бицепсы, бёдра ловили каждое движение, подстраиваясь под его ритм. Громкий стон вырвался из груди Мишель, когда она почувствовала, как Брэндон тяжело дышит, срываясь на рык и пульсирует внутри неё, наполняя собой.       Они лежали на кровати, сплетаясь ногами и руками. Брэндон нежно заправил растрепавшиеся волосы Мишель за ухо и провёл большим пальцем по раскрасневшейся щеке.       — Почему он, Мишель? — он нежно взглянул в серые глаза.       — Ты никогда не говорил о том, что чувствуешь, и я всегда терялась в догадках, насколько я значима, важна для тебя.       — То есть всё дело только в словах? — он прижал Мишель к себе, чувствуя её дыхание на своей груди.       — Нет. Просто я знаю, что он всегда рядом. Не уйдет, когда я буду нуждаться в нем больше всего на свете.       — Ты делаешь правильный выбор, Лапуля, — он почувствовал теплые капли на своей коже, отчего незаметно вздрогнул.

Прости меня, Мишель. Прости за всю боль, что причинил. Останься со мной.

      — Тебе пора, Брэндон, — Мишель наспех вытирала мокрые дорожки со щек.

Останься, скажи, что любишь меня, освободи нас от этого Ада!

      — Ты права, — Брэндон наспех оделся, коротко поцеловал Мишель в лоб и вышел, с силой хлопая дверью номера.       — Трус! — Мишель, закрыла лицо руками, крича от обиды. Слёзы градом катились не переставая, заставляя хватать ртом воздух и пытаться не умереть от боли в области грудной клетки.

Трус!

      Брэндон стоял за дверью, прижавшись спиной к стене и сжимая кулаки до белеющих костяшек. В груди нестерпимо жгло, а ком, подступающий к горлу, душил, словно тугой стальной канат.

Ты просто друг. Запомни и никогда не забывай.

End flashback