Возможно ли растопить холодное сердце?

      Скомкав бумажку с посланием, Мин хотел засунуть её в жопу Пана, но не мог, поэтому выбросил. — Господин Мин, что там? — осторожно узнаёт дворецкий Ким, ведь видит, что монарх разъярён и не на шутку. Переводя злобный взгляд на мужчину, сквозь зубы король приказал, чтобы люди как можно скорее добыли денег, иначе все погибнут от голода. — Но, господин, Вы уверены, что город поможет Вам? — продолжал пугаться прислужник. Увидев сердитого Мина, дворецкий согласился и убежал.

***

      Просиживая дни за днями на троне, Мин раздумывал, как же и где же получить доход. Раньше Юнги зарабатывал, работая дома, и от чего брал маленькие купюры, но это же тоже деньги как никак, верно? Сейчас жизнь изменилась. Из-за предательства, которое и Тэхён, и банкир, и Ян Бон Хва воплотили в реальность. Первый предал, покинув дворец. Второй забрал всё из казны и сбежал за границу. Третья изменила, трахнувшись с левым чуваком, хотя, возможно, и не с левым, а с кем-то, кто живёт на территории дворца. Откуда же Юнги знать правду? Но Мин точно знает то, что Ян Бон Хва изменила. Монарх всеми силами не собирался признавать то, что самая верная и любимая наложница просто трахнулась с другим от кого забеременела.       Мысли короля не покидали о двух людях, а на остальное ему было всё равно. Ким Тэхён и Ян Бон Хва. Предатели, этим одним словом Мин мог описать этих беглеца и потаскуху. Юнги был другого мнения об этих двоих. С Бон Хва король знаком более пяти лет, а с Тэхёном менее двух лет. Их обоих ждёт огромное наказание за содеянное и милости от монарха им не ожидать.       Спустя пару часов в центральном зале появляется дворецкий Ким с сообщением. — Господин Мин, у меня для Вас есть хорошая и плохая новость, — подойдя ближе к трону, заявляет мужчина. — Плохая гласит о том, что все отказываются помогать в заработке денег. Но есть и хорошая: мы пригразились народу, что если кто-то посмеет послать нас, мы их засудим. — Кто «мы»? — низким тоном спрашивает король. — И вообще, кто вас просил в мои дела вмешиваться? Я бы сам пригрозил им, сказав, что прикончу каждого, кто не согласится работать сообща, — прислужник поклонился, извиняясь. — Всё, проваливай к чертям! Я сам разберусь, — отводя глаза, взмахнул монарх рукой, прогоняя дворецкого на все четыре стороны.       Оставшись наедине с собой, Мин рассуждал о том, как бы покончить со всеми и снова нормально править империей. Всё давалось хуже, чем могло ожидать. Бон Хва, беременность, Тэхён, дезертирство. Ким сам решил стать главнокомандующим войнами, хотя бы попробовать, и у него это выходило великолепно. Но воевода просто насрал на службу, на управление и сбежал, как и Пан Со Хи, который забрал монеты из казны.       Обдумав всё, Юнги приказал позвать Ян Бон Хва. Дождавшись её, Мин хладнокровными глазами смотрел на наложницу, будущую мать, и заявил, что девушке больше не жить здесь, во дворце. Бон Хва покинет холм. — А? — ошарашена была невеста, испуганно глядя на короля. — В каком смысле? — несколько минут монарх не отвечал девушке, прожигая Бон Хва своим взглядом, отчего у наложницы появились мурашки на теле. — С этой счастливой секунды для нас обоих ты покидаешь дворец. Но у меня есть одно условие, — снова долгое молчание. — От кого ребёнок? Скажешь, то отпущу, если же нет... мне придётся убить... — Юнги! — выкрикнула Бон Хва, смотря на Мина снизу вверх. — Как ты... Ребёнок... — наложнице было тяжело что-либо вымолвить, потому что сердить правителя не хотелось, но было поздно не разозлить его. — От Ким Тэхёна? — спокойно разузнаёт парень, ожидая ответа. Невеста выпучила глаза, услышав о бывшем воеводе. — Я знаю, что вы находились в благоприятных отношениях, поэтому я взял с таких выводов, что вы вполне могли трахаться за моей спиной! — выкрикнул Мин, не сдержавшись. «Прости», — опуская голову, шёпотом просит прощения девушка, чувствуя свою вину. — Ты мне собираешься отвечать?! — Отец не Тэхён, да и я его не видела с того дня, когда ты выздоровел. И он был мне другом и никем больше. Всё это время тебе казалось, что между нами с Тэхёном вспыхнул огонёк, — поднимая взгляд на короля, объясняет Бон Хва, и она снова склонила голову. — Вот между мной и тобой... Вернее я чувствовала к тебе безграничную любовь, а ты просто наплевал мне в душу, — неслышно продолжает невеста, несмотря на Юнги. — Так кто отец?! — Бон Хва ничего не ответила, начиная бесшумно плакать. Поднявшись на ноги, Юнги спустился по лестнице к наложнице и прошёл мимо. Подойдя ко входу, король приказал убить Ян Бон Хва. Услышав, невеста подбежала к Мину, хватая того за рукав и прося о помиловании. — Прошу! Нет! Юнги! Я всё сделаю, только не губи меня! — сквозь рыдания, кричала девушка. — Прошу... — наложница опустилась на колени, продолжая держать молодого правителя за руку. — Не губи ты меня и св... — Бон Хва запнулась, не продолжив. Мин перевёл на девушку безразличный взгляд и выхватил свою руку из лап чертовки. Бон Хва покрылась морем слезами и громкими рыданиями. «Это твой ребёнок», — пронеслось в голове невесты монарха. Наложницу забрали.       Через несколько часов наступил момент казни. Стоя на коленях, Ян Бон Хва готовилась к смерти. Девушка не могла поверить, что Мин настолько жесток, он губит дитя. Ребёнка, которого создал он сам, а не кто-то там. Почему же она не может рассказать о малыше? Ответ очень прост. Все знают, как Мин Юнги относится к детям. Он их ласкает, но только король не хочет ребёнка сейчас, не хочет, чтобы будущее поколение село на трон и стало править вместо отца. Но Юнги такой только снаружи. Неизвестно, что он думает по-настоящему. — Ян Бон Хва, ты приключаешься к смерти за измену! Твои последние слова?! — заявляет дворецкий Ким, стоя возле короля. Наложница осторожно подняла голову, пристально и скорбно глядя в глаза Юнги. — Господин Мин, я... — по щеке девушки скатилась слеза, сидя с мокрыми глазами. — Она беременна от меня! — кто-то выкрикнул из толпы народа. Все замешкались мгновенно, не понимая, откуда доносится знакомый голос. Только единственный человек мог узнать своего брата из кучки незнакомцев. Выйдя из толпы, Юнрэ показал свой облик, попутно повторяя, что Бон Хва забеременела от брата, Юнги. Мин стоял столбом, находясь в непонимании. — Ты собираешься погубить ещё не родившегося ребёнка? Юнги, я всё прекрасно понимаю, кто ты, зачем ты ведёшь себя так, владея империей, народом, но только ребёнка не тронь. Это же всего лишь беззащитное дитя, которое хочет появится на свет. Только не говори, что ты не передумаешь, — мёртвая тишина, продолжавшаяся больше минуты. — Нет, — коротко отвечает монарх, смотря на брата, но, переводя взгляд на палача, Мин кивнул и, подняв топор вверх, Бон Хва попращалась с головой, а Юнги со своим ребёнком, о котором ничего не подозревал. Женщины заохали и прониклись в плач, потому что это единственная девушка, живущая во дворце, нравилась народу, но даже свою невесту правитель зарубил. Тело Ян Бон Хва закапали.       После самого ужасного решения Мин впал «в кому». С того дня, когда Бон Хва покинула Землю, король стал со всеми холоден, суровен. Те моменты, проводя в покоях, Мин радовался, но сегодня всё, чего он жаждал, так это поскорее забыть про изменщицу.

***

      Смирившись с недельной потери наложницы, король вернулся в правление города и размышлениями, как же дальше действовать, думая о прибыли в банк, чтобы как-то прокормить народ. Нежданно на голову монарху падает ещё одна проблема — Ким Тэхён, вернее не он, а Чан Мари.