Аид и Персефона. Античная легенда.

Тонкий крик разрезал сгущенный воздух чернильной ночи. В мучительной агонии рожала императрица, производя на свет будущего наследника. Над умирающей склонилась прекрасная дева. Деву звали Персефона. Пшеничные волосы крупными кольцами рассыпались по спине, а изумрудные словно хвоя глаза были наполнены дикой болью. Слабый свет восковой свечи отражался в этих глазах, раскрывая чистоту души их обладательницы. Девушка шептала ласковые слова: нет, она уже не надеялась спасти умирающую, но еще лелеяла надежду спасти ребенка. Каждый жест, каждый вздох ее наполнял мир светом и надеждой. В глубине того же зала, во мраке, притаился князь Подземного мира – Аид. Он не любил появляться на поверхности, предпочитая общению – одиночество, а свету – тьму. У смертных его появление вызывало страх. Мертвые же, однажды взглянувшие в глаза смерти, никогда не высказывали удивления. Да, он не любил верхний мир. Но обязательства, черт бы их побрал, вынуждали покидать его царственные покои. Войны, эпидемии или, как сейчас, – смерть императорской крови – требовали его непосредственного присутствия. Уже сделав шаг на свет, он увидел ту, которая принимала роды. И снова отступил во мрак, слегка закусив губу. Прекрасна… По-настоящему прекрасна… Впервые он не хотел кого-то испугать. Его завораживали движения светлого создания, и безумно не хотелось нарушать этот чистый ритм жизни. Своим удивительным слухом Аид уловил, что сердце императрицы совершило свой последний удар, а в воздухе раздался новый крик новой жизни. Легким движением изящных пальцев Персефона прикрыла глаза усопшей. К принявшей смерть подбежали служанки, а дева прижала к груди того, кто только что вступил в новый мир, и направилась к выходу. На мгновение ее глаза пронзили тьму в том месте, где притаился Аид. Жгучие зеленые глаза, полные жизни и красоты, смелости и всеобъемлющей любви. Перехватило дыхание. Повелитель мертвых сделал еще один шаг назад, пораженный стрелой Эроса в самое сердце.