Польза спорта

В воскресенье у Какеина было занятие с группой новичков, на которое он попросил себе замену. Дио не ограничивал его в выборе времени встречи, но Какеин решил быть честным с собой в том, что любая работа в такой день будет непродуктивной. Он проснулся довольно рано по меркам выходного дня, позавтракал хлопьями, помыл голову и просто сел перед единственным окном, вид из которого перекрывала обшарпанная стена соседнего дома. Обычно в такие моменты задумчивости он крутил пальцами серьги - но теперь ему даже нечем было занять руки. Взволнованно перебирать наряды, крутясь перед зеркалом, как в молодежных романтических комедиях, он не собирался - он не был до конца уверен, что мистер Брандо рассматривает это как свидание, его унылая жизнь была максимально далека от романтических комедий, его гардероб состоял лишь из пары почти одинаковых капсул для работы и прогулки в Уолмарт - и даже зеркало у него было только в ванной, маленькое и с отколотым углом. Какеин просидел в задумчивости почти до вечера. Было что-то тревожное и неправильное в том, как ему хотелось быть ближе к другому человеку - при том, что он уже давно определил саму идею близости как что-то, что никак к нему не применимо. Как будто это было даже не его желание - но он не мог сопротивляться. Дио написал ему, что заедет через час - Какеин с грустным вздохом оделся в единственные джинсы без дырок на коленях и толстовку без символики дешевого массового производителя и вышел на улицу. Челленджер Дио почти бесшумно выплыл из сгущающихся сумерек и притормозил у Костко. Какеин сунул в карман телефон, в котором последние несколько минут смотрел на сообщение от Дио, и сел в машину. - Добрый вечер, мистер Брандо. Дио будто нехотя оторвал взгляд от дороги и кивнул Какеину, одаривая его короткой вежливой улыбкой, которая сразу же слетела с его лица, будто отклеившийся стики-ноут с важной заметкой, и тронулся с места. Дио был очень красивым. Какеин хотел внимания, хотел нежности и поцелуев, хотел каких-то мелочей, характерных для классических свиданий, каким бы дурацким это ни казалось ему же самому. Хотел злиться на Дио за его холодность и отстраненность - но мысли все равно застревали лишь на том, что он очень красивый. Настолько красивый, что было стыдно смотреть. Какеин отвел взгляд и снова уткнулся в телефон, бездумно следя по карте за движущейся по желтой полоске дороги точкой. Он понятия не имел, куда его везут - и подозревал, что это ситуация, о которой предупреждают родители и предостерегают более опытные друзья - но родители перестали предупреждать его о чем-либо уже давно, а друзей он не мог завести даже на аренах онлайн игр. Точка на карте свернула на тонкое желтое ответвление и замедлилась. Какеин вернулся из цифровой действительности в реальную и осмотрелся. Дио припарковался в каком-то дворе, отчужденном от шоссе. Никакой вывески или знака, оповещающего о близости ресторана или кафе в поле зрения не было - да и какой был смысл ныкать заведение общепита где-то в монотонной застройке приземистых зданий в стиле подделок под чикагскую архитектурную школу - когда любой здравомыслящий владелец знал, что половина маркетинга - это доступность и навязчивое присутствие в публичном пространстве. Не задавая вопросов, Какеин вышел из машины и последовал за Дио к ничем не примечательному входу, возле которого была припаркована другая машина. Лишь когда он проходил через дверь, которую перед ними галантно придержал юноша в черном костюме, до Нориаки вдруг дошло. “Черт, это что, Роллс-ройс Фантом?” Внутри невзрачного с виду здания, как в детских книжках про магию, действительно развернулся роскошный ресторан - о котором, судя по всему, знали лишь избранные. Какеин почувствовал себя максимально уязвимо в темно-зеленой толстовке, которую использовал как базовую одежду для пробежек и походов в прачечную, и прижался к плечу Дио, пока тот общался с людьми на ресепшене. Даже сотрудники с книгой резерваций и телефоном выглядели как люди, которые могли бы провести Какеину лекцию о достижении успеха. Какеин постарался раньше времени не воображать себе цифры меню. Девушка с лучезарной улыбкой провела их с Дио на второй этаж, к уединенному столику - по пути Какеин увидел нескольких посетителей, вид которых варьировался от антуража для красной дорожки до скромного смарт кэжуала. Сам Дио явился в джинсах и желтой рубашке с двойным воротником на пуговице - настолько слим-фит, что Какеину было сложно отлепить пристальный взгляд от ткани - несомненно с обозначением 100% чего-то натурального на лейбле - гладко обтекающей крепкий торс Дио и его руки. Мистер Брандо, уверенный и надменный, будто находился на несколько пролетов эволюционной лестницы выше, чем окружающие смертные люди, сел напротив и наконец посмотрел Какеину прямо в глаза. Какеин распознал сигнал начать беседу, но его мозг сейчас функционировал лишь на пресловутые десять процентов. - Очень… приятное место, мистер Брандо, - осторожно начал он. - Если честно, я не рассчитывал на такое. - Не беспокойся ни о чем. Я давно искал повод сюда сходить. Вряд ли мистеру Брандо был нужен повод просто прийти пожрать туда, куда ему хотелось, но его голос звучал так мягко и ободряюще, что неуверенность Какеина начала рассеиваться. Им принесли меню, и Какеин из любопытства сразу же полез смотреть цены - которые оказались ожидаемо монструозными. - Выбирай, что хочешь. Я тебя угощу. Глаза Какеина скользнули по ризотто за сорок долларов. - Я правда не хочу доставлять беспокойства, сэр… - Выбери - или я выберу за тебя. Какеин поднял глаза от меню - Дио звучал строго, но в его строгости слышались какие-то характерные отцовские нотки. - Я не против, сэр. Дио внимательно посмотрел на него, и Какеин непроизвольно улыбнулся. - Любишь пасту? - Да, сэр. - Тогда давай поделим обязанности, - Дио протянул руку и перевернул страницу его меню. - Выбери любую пасту. А я выберу для тебя десерт. Какеин воскресил в памяти слоган, которым оправдывал все опрометчивые поступки последних дней, и попросил у официанта спагетти маринара, стараясь сразу же забыть их травмирующую стоимость. Дио заказал для него парфэ из вишни. - Хочешь выпить? - Думаю, нет, сэр. - Я бы выпил, но мне еще нужно отвезти тебя назад, - вздохнул Дио и отпустил официанта. - Как там Джорно? - попробовал Какеин. - В полном порядке. В чем дело, Нориаки? Какеин понял, что пялится с глупой улыбкой, накручивая прядь волос на палец, и удивился, как до такого дошло. - Просто вы не очень похожи на семейного человека, мистер Брандо, - признался Какеин. - Я думал, вы из тех, кто тратит время только на работу и на себя. Ведь именно на эти мысли наводило то, что человек решил совместить еблю и посещение йоги. И немного на то, что мистер Брандо попросту любитель цепануть партнера в случайном месте. - А ты больше похож на одного из тех одухотворенных инструкторов по йоге. Знаешь, медитации, веганские кафе, стартапы-однодневки… - Дио дернул бровью и сделал глоток воды из стакана. Перед Какеином ненавязчиво сервировали пасту. - Вы говорите так, будто знаете, кто я на самом деле, мистер Брандо. Дио окинул его внимательным взглядом, но не ответил. Спагетти оказались отличными - пятидесяти долларов, возможно, не стоили, но где-то двадцати пяти - вполне. Парфэ выглядело настолько совершенным, что Какеин поначалу боялся его трогать. - Тебе ведь нравится вишня, Нориаки? Какеин отчего-то смутился, будто это был слишком персональный факт. - Как вы узнали, мистер Брандо? - Ты всегда берешь в автомате содовую со вкусом вишни. Я не следил, просто замечаю детали. Нориаки почувствовал, как теплеют кончики ушей и щеки и сильно сжал ложку зубами - Дио выпил еще воды, отставил стакан. - Пока я не забыл, - Дио вытащил из кармана серьги с красными шариками. - Идем к зеркалу. Дио встал и открыл перед ним дверь в углу помещения - в уборную, достойную селфи даже в профиле инфлюенсера-эстета - и закрыл, когда Какеин вошел. Дио осторожным движением убрал за ухо длинную прядь его волос, очертил кончиками пальцев завиток уха, взял за мочку и аккуратно продел серьгу. Дио повторил те же вещи с его вторым ухом - и когда обе серьги были на местах, Какеин уже едва стоял на ногах. Каждое прикосновение казалось ему таким невесомым, и одновременно таким ощутимым - вниз по всему телу будто стекали струйки сладкого бессилия, не получалось даже сжать дрожащие кулаки. Дио не убрал ладони от его лица, продолжая слегка поглаживать большими пальцами ушные раковины, которые казались Какеину раскаленными до температуры кипения стекла. - Ты мне нравишься, Нориаки Какеин. Хочешь знать, почему? Какеин хотел сказать, что хочет, но его горло спазмически сжалось - сердце билось с ужасной силой, а воздуха настолько не хватало, что он почти чувствовал головокружение и тошноту. - Ты берешь то, что хочешь, - продолжил Дио ровным голосом, верно расценив состояние Какеина с временно нарушенной дееспособностью. - Мне это нравится. Ты сильный. Ты можешь не понимать, насколько ты сильный - но это правда. Сам Какеин не стал бы характеризовать произошедшие между ним и Дио события как нечто, что он “взял” - но если бы он заявил, что не хотел всего этого, то даже не такой проницательный и внимательный человек, как Дио Брандо, распознал бы в нем лжеца. - Чего бы ты хотел прямо сейчас? - спросил Дио, и теперь его голос звучал так тепло и обнадеживающе, что Нориаки почувствовал, что может выложить все свои желания - даже нелепые и позорные - и не будет осужден ни за одно из них. - Хочу, чтобы вы сказали, что я хорошо выгляжу, - озвучил он крутившуюся весь вечер мысль шепотом, потому что голосовые связки не выдерживали напряжения. - Хочу, чтобы вы меня поцеловали. Дио улыбнулся ему - такая улыбка могла бы попасть в книгу рекордов как самая неуловимая и слабо различимая - но слоган пепси вдруг вспыхнул в затуманенной голове Нориаки ярким неоном, как маяк, указывающий путь. Какеин всего лишь скользнул руками вверх по груди Дио к ключицам и поднял голову чуть выше - и такого импульса хватило. Дио наклонился к нему, по-прежнему держа его лицо в ладонях, коснулся губ, приоткрыл их кончиком языка - и Какеин сжал пальцами ткань его рубашки - несомненно такой дорогой, что по трезвому размышлению это привело бы его в ужас - и окунулся в поцелуй, почти теряя рассудок от нахлынувшей эйфории. Казалось, так просто ему не доставалось в жизни еще ничего. Дио был таким нежным и великодушным, что Какеин почти захлебывался от уделяемого ему внимания - он так и остался стоять с приоткрытым ртом, когда Дио отстранился и мягко развернул его к зеркалу, ради которого и привел в эту уборную, казалось, тысячелетие назад. - Ты хорошо выглядишь, - сообщил Дио и подцепил пальцем одну серьгу, глядя на их отражение из-за его спины. - Ты всегда хорошо выглядишь. От тебя сложно оторвать взгляд. На этот раз Нориаки не только чувствовал, но и видел - что заставляло его почти скулить от предвкушения каждого прикосновения - Дио, прижавшись к нему спиной, гладил его по груди, потом запустил руку под толстовку, нежно очертил живот. Второй рукой, ответственно приласкав его бедра, он расстегнул джинсы. Какеин всхлипнул и зажмурился, но Дио снова обратился к нему сладким голосом, который представлял для Нориаки комбо, которое никак невозможно контрить: - Посмотри на себя, Нориаки, - Дио убрал ладонь из-под его толстовки, запустил обе руки под джинсы и стянул их вниз на бедра вместе с бельем. - Посмотри, как красиво. В зеркальном отражении Какеин вдруг обнаружил, что хуй раскраснелся, почти как его лицо, и встал в повышенную степень боевой готовности. Дио ласково погладил его пальцами и взял в ладонь. Какеин помнил, что они в публичном месте, и сомневался, что здесь допустима подобная активность - поэтому держался изо всех сил, глотая стоны и дергаясь, мешая Дио ровно двигать рукой. Его подмывало потребовать посильнее и побыстрее, но насухую Дио и так прикладывал усилия, чтобы двигать кожу очень осторожно и ничего не натереть. Стоять было сложно - если бы Дио не придерживал его, Какеин бы уже свалился на мраморный пол, и вообще, количество отвлекающих факторов и факторов возбуждения вместе так зашкаливало, что дело несколько раз грозило перекатиться в зону перестимуляции, и Какеин даже прошептал, что у него никак не выходит - но Дио использовал свой грязный прием, слегка развернул к себе верхнюю часть его корпуса и накрыл губы Какеина своими. Болезненно возбужденный член сразу перестал быть центром вселенной, сместился в область пограничных ощущений между колоссальным потоком нежности и острым чувством единения, от которого на глаза опять едва не навернулись слезы - и Какеин благополучно кончил, сдавленно застонав в поцелуй. Дио даже сумел ловко прицелиться в раковину. Спустя несколько секунд мир перестал вертеться, Дио убрал руку с члена, оставил на шее пару теплых поцелуев, словно благодарность за хорошую работу, и осторожно отпустил Какеина, чтобы взять бумажное полотенце и быстро привести его промежность в изначальный порядок. Какеин хотел попросить позволить ему самостоятельно натянуть и застегнуть штаны - но обнаружил себя опирающимся дрожащими руками о дизайнерскую раковину из мрамора, по прожилкам которой стекала его собственная сперма. - Мистер Брандо, вы… - Какеин коснулся рукой нагретой собственным телом пряжки его ремня, но Дио перехватил его кисть. - Я в порядке. Жду тебя за столом. На этом Дио вышел, оставив Какеина одного. Какеин включил воду, смыл со стенки раковины жидкости своей секреции, два раза помыл руки и сполоснул лицо холодной водой, чтобы снизить риск возгорания чего-то легковоспламенимого, что попадется на пути. В ушах снова покачивались серьги - почему-то за пару дней он успел от них немного отвыкнуть. Когда он вернулся к столу, Дио уже расплачивался - его пластиковая карта была в прямом смысле золотая и сверкала, слепя глаза. Официант, уходя, улыбался Дио так, будто чаевые могли покрыть его аренду за весь месяц. - Все хорошо? - Дио снова принял невозмутимый вид. Какеин кивнул. - Доедай и можем идти. Вкус парфэ как будто улучшился за эти несколько минут. По пути домой Какеин испытывал удачу почти на каждом светофоре - тянулся к Дио, насколько позволял ремень безопасности, - и Дио всякий раз целовал его, укореняя уверенность во всесильности. Когда в поле зрения появился Костко, Какеин почувствовал ненависть к торговой точке, которая, казалось, была ни в чем не виновна. - До вторника, мистер Брандо? - До вторника. - Спасибо, сэр. Дио кивнул, и Какеину показалось уже излишним снова лезть с поцелуями - поэтому он просто улыбнулся и вышел. Он размышлял всего пару секунд - вернуться домой или заскочить в проклятый Костко за вишневой колой - когда услышал за спиной негромкий хлопок - в Челленджере даже двери закрывались удобно. Дио развернул его к себе за плечо и поцеловал снова - на этот раз крепко и настойчиво, как в тех романтических фильмах для наивных подростков, которые еще понятия не имеют, каким неприятным испытанием окажется жизнь - будто желал отпечататься на губах Какеина до того самого вторника. Какеин перестал держать в голове наивную мысль о том, что это он властно берет то, что хочет, и позволял Дио делать все, что тот посчитает нужным. Казалось, это было уже не то, чего он хотел - а то, что ему было необходимо. Потом мистер Брандо вернулся в машину и уехал, а Какеин остался стоять, чувствуя, как в ушах качаются серьги с красными шариками.